Глава 10. Драконьи невесты
После завтрака, ещё раз велев своим зверюшкам оставаться незаметными и не приставать к Вей, я отправилась на поиски своего главного подопечного. Пашка, ясен пень, увязался за мной, точнее, на мне. Он устроился на плече, как любой уважающий себя пиратский попугай, и отпускал язвительные комментарии по каждому подходящему поводу. Он же обратил внимание на тот факт, что в замке практически не было женщин, кроме служанок. А ведь и правда, очень интересно. Почему ни одной аристократки? Ладно, Вик и Вен не женаты, насколько я поняла. Мамы у Некса нет. Пометка: надо узнать, что с ней случилось. Но остальные эвьеры — они-то должны быть обременены жёнами! И где все эти дамы? В смысле, эсси…
Я вспомнила, что на ужине вчера видела девушек, но они были служанками высшего ранга. Ни одной с четырьмя пальцами на крыльях. И пометила в мозгу ещё один вопрос: о том, на ком могут жениться эвьеры и за кого могут выходить замуж эсси. О кастовых проникновениях. А потом мне подумалось, что драконьи невесты должны быть высокой ступени. Не меньше пятой, а это означает, что мне придётся крутить реверансы перед ними. Прямо Джен Эйр и гостьи мистера Рочестера.
Вей оказалась права. В замке началась суматоха. Чистились ковровые дорожки из кожи динозавра, отряхивались от пыли гобелены и прелестные ночные горшки в простенках, полировались перила и завитушки лестниц. Пашка фыркнул, как Мисс Гранжер, и прокомментировал:
— Генер-р-ральная убор-р-ка! Свистать всех навер-р-рх! Поломойки, поломойки!
— Молчи, Пашка, ради всех богов этого мира, — шикнула я. — Нам надо найти Некса.
— Я хочу яблочко, — пожаловался попугай. — Пошли в сад.
— Яблочко получишь, когда найдём Некса. Он сказал, что тут есть, но я пока не нашла. Вот пусть и покажет, где они растут.
— Некс дурик, он заманил нас сюда, а тут… Странно, — пожаловался Пашка, теребя моё ухо. — Ма-а-ашенька, правда же, Некс дурик?
— Перестань. Некс просто ребёнок, которому необходимо внимание. Войди в его положение!
— Кто бы вошёл в моё положение, — проворчал попугай, распуская крылья, и зачирикал, как волнистики. На этот вопль души отозвался лёгким удивлённым стрекотом выскочивший из-за гобелена Эф. Пашка склонил голову набок и застрекотал так же точно, как будто у него был внутри диктофон. Эф подпрыгнул на месте, суча в воздухе передними лапками, словно хотел напугать попугая, а потом потянулся к нему. Я с улыбкой присела, подставила руки малышу:
— Ну что, Эф, ты опять сбежал от Некса?
Ирчи забрался мне в согнутый локоть и прильнул всем жирненьким тельцем, потираясь гребешком о моё плечо. Ладно, вот и повод снова нашёлся идти к Нексу. Где тут у нас лестница на третий этаж?
Но, поднявшись туда и обследовав одну за другой залы для теоретических занятий, для практических и психокинетических, наследника я не нашла. Зато подметила, что на третьем не убирали. Значит, туда невестам вход заказан. Вот и хорошо, буду спасаться в учебных залах. Однако где сейчас наследник?
— Эф, как нам найти твоего хозяина? — задумчиво спросила я у ирчи. Тот, разумеется, не ответил, зато отозвался Пашка:
— Пусти по следам нашу лучшую ищейку!
— Да ты чёртов гений, попугаище! — восхитилась я, схватив Пашку за загривок и потрепав его сильно, но нежно. Попугай не слишком ценил такое обращение, поэтому обиженно заорал на весь коридор:
— Машка-какашка!
— Сам такой, ты же знаешь, я тебя люблю, — и я дёрнула плечом, заставив птицу сильнее вцепиться в ткань платья и захлопать остатками крыльев.
Спустившись на второй этаж, я ворвалась в свои покои с криком:
— Малыш! Ты мне нужен! Пошли, будем нюхать!
— Нюхать? — поднял голову лежавший возле балкона москвич. — Что нюхать? Мне жарко, я не хочу ничего нюхать…
— А Фирис хочешь повидать?
Малыш тяжело поднялся на все четыре лапы и отряхнулся:
— Ладно, пошли нюхать.
И мы пошли. Сначала Малыш обнюхал мою кровать. Долго, обстоятельно, шумно. Потом потянулся носом к Эфу, на что маленький ирчи зашёлся в возмущённом стрёкоте. Малыш даже ухом не повёл, а потрусил сразу в коридор с опущенной к полу головой. Мы направились в другое крыло, но в холле москвич закрутился, потянув носом в разные стороны, и, наконец, решительно двинулся куда-то вглубь замка, где я ещё ни разу не бывала. Мы пересекли несколько громадных зал, свернули направо и резко нырнули в тёмный каменный лаз. Там оказалась самая обычная винтовая лестница. Я даже удивилась её обычности, но принялась без звука подниматься вслед за Малышом. Пашка как-то сразу затих, присел ближе к моей шее, распушился, чтобы стать больше и страшнее, да и мне тоже стало не по себе от такого мрачного места. Зато москвич пёр вверх, как боевая машина древних кельтов, невозмутимый и деловой. И с ним было надёжно.
Мы выбрались из туннеля лестницы на маленькую галерею, ограждённую простецкими деревянными перилами. С неё открывался великолепный вид на тронную залу, но не ту, где я виделась с императором. Эта тронная зала была похожа на католический собор — высоченная, широченная, гулкая. И трон там стоял совсем другой — светлый, отлитый из блестящего металла, с подлокотниками из радужной кожи, изящный, но впечатляющий.
Оглядевшись, я увидела моего маленького Некса, который сидел на грибке-стуле с ногами и смотрел в узкое, как бойница, окошко. При нашем появлении он даже подпрыгнул от неожиданности и воскликнул:
— Маша! Как ты меня нашла?
— Малыш нашёл. А что ты тут делаешь совсем один?
— Хочу первым увидеть кортежи имперских принцесс, — буркнул мальчик, отворачиваясь к окну.
— А где Фирис? — Малыш сунулся во все углы и поднял на меня голову. Мол, хозяйка, обманула-ограбила!
— Я сбежал от неё, — хихикнул Некс, снова припав к окну. — Намазал подошвы амассидией.
— Что такое амассидия? — спросила я, присаживаясь рядом. Вид из окошка открывался поистине великолепный. Как это у драконов? Надо расцвечивать свои комплименты как можно большим количеством прилагательных… Захватывающий дыхание, просто удивительно прелестный, расцвечивающий мир множеством цветов и оттенков — от ярко-коричневого возделанных полей до изумрудного зелени деревьев. А Некс безо всякого почтения к моим лингвистическим изысканиям отозвался:
— Это жгучая специя. Стащил на кухне. Перебивает нюх у оборотней.
— Гадость просто, — буркнул Малыш, укладываясь на пол. — Я именно по ней и нашёл Некса.
— Типа перца, что ли? А как у тебя нюх не отбило? — поинтересовалась я.
— Я старался её не нюхать, но мне стало интересно — что так страшно воняет.
Усмехнувшись, я оперлась на перила и спросила:
— А тут что? Тронная зала?
— Да, большая парадная тронная зала, — вздохнул Некс. — И сегодня, когда приедут невесты, мой венценосный отец будет принимать их в этой зале. А я должен буду присутствовать.
— Скажи, а зачем твоему отцу жениться во второй раз? Ведь у него уже есть наследник — ты.
Некс покачал головой:
— Виуз велит императору быть обременённым женой. Ну, и если вдруг с наследником что-то случится…
— Глупости какие! — поспешно прервала его я. — Что с тобой может случиться?
— Мало ли…
Некс отвернулся к окну, а у меня в голове снова прозвучал голос Вика: «Очередь на наследование можно и подвинуть!» Что вообще происходит в этом замке? Неужели кто-то хочет устранить моего малыша ящерёнка? Почему Некс сбежал в мой мир?
— Некс, — нерешительно обратилась я к принцу, — скажи мне, почему ты убежал?
— Я не убегал, — буркнул он.
— А как ты тогда оказался в моём мире?
— Не помню.
— Как это?
— Маша, я не помню. Я был в замке, в своей кровати, а потом оказался в лесу — холодном, враждебном, заснеженном.
Некс мотнул головой, словно отгоняя неприятные воспоминания, и я решила не тревожить мальчишку больше, чем необходимо. Найду Фирис и спрошу её, как она оказалась в образе течной Глафиры. А ещё разузнаю, когда именно пропал наследник и когда она, телохранительница, обнаружила пропажу.
— Смотри! Едут!
Обернувшись на голос Некса, я прищурилась, чтобы разглядеть несколько точек на горизонте. Маленьких, движущихся, точно муравьи по тропе, медленных. Нет, отсюда не видно, что это именно кортеж какой-нибудь принцессы, а не караван торговцев, например.
— Откуда ты знаешь, что это невесты?
— Флаги же видно! — удивился Некс. — Ты что, не видишь?
— У меня хорошее зрение, но не настолько, — с усмешкой ответила я, щурясь ещё больше. Где он там видит флаги? Вот эти облачка, болтающиеся над каретами? Хотя да, уже видно кареты, повозки, всадников верхом на чёрных и серых шаиди. А вскорости я приметила и то, что облачка были совсем разными. Синеватые с перламутром, прозрачно-голубые, песчано-рыжие…
— Некс, а откуда прибывают невесты?
— Изо всех уголков империи. А ещё из тех государств, которые пока не входят в империю, но не были бы против вступить в неё таким путём.
— Откуда ты всё это знаешь? — со смешком спросила я. В возрасте Некса меня абсолютно не интересовала ни география, ни политология. Мальчик вздохнул, потирая лоб:
— Наставник Венчивейю говорил. Он также говорил, что я должен быть учтив и держаться с достоинством наследника империи.
— Значит, именно так и будешь делать, — улыбнувшись, я потрепала Некса по волосам. Мальчишка мотнул головой, освобождаясь от моей руки:
— Ты ничего не понимаешь, Маша. Они все противные.
— Так уж и противные…
— Отец будет занят переговорами, балами, приёмами. Он и так всё время занят, а теперь, когда женится снова, вообще никогда не поинтересуется моими успехами. Я ненавижу этих дурацких принцесс, эти дурацкие смотрины, эту дурацкую женитьбу для приличия!
На драконьем языке Некс употребил совсем другое прилагательное, но на русский я перевела его как «дурацкий». Похоже, мальчик действительно не в духе из-за предстоящей свадьбы его отца. Когда я снова увижу Курта, обязательно поговорю с ним. Наследник или нет, Некс его сын. Но пока что мне лучше поддержать моего подопечного. Поэтому я обняла мальчишку и прижала его голову к своей щеке:
— Всё будет хорошо, малыш, я тебе обещаю! Я не оставлю тебя, не вернусь к себе, пока не удостоверюсь, что ты в порядке и в безопасности.
— Я не спущусь на приём, — упрямо ответил он, поддаваясь моей ласке. — Буду сидеть здесь.
— Твой отец будет недоволен, — мягко возразила я.
— Он всё равно всегда недоволен.
Ох, что мне делать с этим ребёнком? Нельзя потакать во всём, но и понять Некса тоже можно. Если только хитренько заставить его слушаться… Как там говорила наша любимая воспитательница тётя Люда? «Если не сделаете уроки, мы не поедем на ярмарку». Или так: «Если не будете есть шпинат, я не расскажу вам про Полярную звезду». А чем можно подтолкнуть Некса на послушание?
— Если ты будешь милым и добрым мальчиком и настоящим наследником империи, я покажу тебе, как сделать рогатку и пулять камешками по стенам!
Некс поднял голову и прищурился:
— Пулять? Как это?
— Вот так, — я изобразила жест двумя руками, и у мальчика загорелись глаза:
— А можно пулять в драконов?
— Нет, только в стены, — засмеялась я.
— Ладно, в стены так в стены, — он вздохнул и встал. Потом кивнул на окошко и увеличившиеся в размерах кортежи: — Ты ведь тоже там будешь, да, Маша?
— Если ты этого хочешь, Некс.
Я тоже встала и улыбнулась:
— Ведь я твоя няня.
Когда мы спустились с «чердака», оказалось, как в лучших традициях приключенческих фильмов, что нас уже ищут. Злая и постоянно чихающая Фирис, оскалившись, схватила наследника за шкирку и потащила в покои. Она посмотрела на меня так, что стало не по себе. А потом я пожала плечами. Ну, злится питбулиха-оборотень, мне-то что с того? Надо было налаживать контакт с подопечным, а не просто ходить за ним тенью.
Зато Малыш предал меня с такой лёгкостью, что я на миг загрустила. Москвич, виляя хвостом, потащился за Нексом и его охранницей, то и дело отгоняя фырканьем любопытного Эфа. Но долго грустить не пришлось, ибо на меня наткнулась всполошённая Вей и принялась приседать:
— Эсси, о эсси, наконец-то! Вам надо переодеться, вам надо присутствовать на приёме! Пойдёмте же, я приготовила ваше лучшее платье, а к нему ритуальный пояс! Вам необходимо опесочиться!
— Мне необходимо — что? — не поняла я.
— Опесочиться в туалетной комнате! Ох, я всё время забываю, что вы не используете песок… Вам нужна вода? Ох, где же я найду столько воды?!
Она пыталась приседать в реверансе и тянуть меня в сторону покоев одновременно, что меня и смешило, и раздражало. Поэтому пришлось шикнуть на Вей:
— А ну прекрати истерику! Зачем мне опесочиваться? Зачем пояс? Пошли, объяснишь по дороге.
Вей засеменила следом за мной, а я уверенно поднялась на второй этаж. Теперь мне и бабочки не нужны — сама могу ориентироваться в замке. Вей негромко причитала сзади:
— Опесочиваться надо для придания коже нежного запаха горячей пустыни — это последний писк моды сезона! А как ещё можно заставить вас пахнуть пустыней? Только опесочиванием! Иначе вы будете выглядеть совсем отсталой!
— Пофиг, — отмахнулась я. — Ритуальный пояс?
— Как же, как же, ритуальный пояс — это необыкновенно важно для эсси! Тем более, на таком приёме, как смотр невест императора! Ведь вы должны быть там, как няня нашего венценосного наследника!
Со вздохом я открыла дверь в свои покои и ответила:
— Вей, я поняла — пояс важно. Но для чего конкретно?
Служанка замялась, отворяя туалетную комнату, потом робко спросила:
— А может быть, всё-таки опесочитесь?
— Вей, я не буду опесочиваться. У вас что — нет духов? Парфюм? Одеколон?
По недоумённому взгляду служанки я поняла, что нет, таки нет. Мда. Придётся проводить научные эксперименты, потому что я люблю шампуньчики, духи, макияжик… Цветы тут есть, фрукты, травы… Ладно, потом. Пока можно и попрыскаться лимонадом с запахом малины. А вот пояс меня интриговал.
Вей прямо-таки содрала с меня утреннее платье и рубашку, принялась натягивать другую, потоньше и поизящнее. А потом на неё одела тунику — простое полотнище оттенка светлого песка в пустыне. Правильно, если не буду пахнуть пустыней, то хоть выглядеть… Ладно, а это что? Вей протянула мне широкий пояс из змеиной кожи — как то утягивающее бельё, которое я отказалась носить, но тёмно-коричневого цвета, твёрдый и похожий на седло.
— Ритуальный? — уточнила я неизвестно зачем. Пояс был совершенно обычный, хотя и выглядел корсетом. Господи, зачем он мне нужен?
— Да, эсси Маша.
Вей с некоторым благоговением, причины которого я никак не могла понять, оседлала меня, то есть, опоясала, затянула на спине, застегнула на крючки. И мне стало плохо. В смысле, дышать стало нечем.
— Вей! — прохрипела из последних сил. — Сними это с меня! Я же грохнусь в обморок!
— Ну что вы, эсси Маша! Ритуальный пояс абсолютно необходим для вашего выхода на приём!
Садистка-служанка безжалостно дёрнула за последние крючки, и в глазах потемнело. Да я вообще лучше не пойду на приём! Зачем мне это, если я не смогу ни дышать, ни разговаривать?
— А теперь волосы.
Вей аккуратно толкнула меня на диванчик, спугнув Каську, и я подчинилась. Мне было уже всё равно. Я умру тут, в этом замке, в этом дивном мире, который мне никогда не понять… А служанка принялась чесать мои волосы пальцами, поднимая их у затылка и висков, закалывать чем-то мне не видным, прикрепила какие-то ленты, бусины, кружева… Я пыталась поймать дыхание, а Пашка, который материализовался от входа, расхаживал передо мной и ворчал:
— Пр-р-риём, пр-р-риём… Надеюсь, там подадут яблочки! Некс дурик, обманул, не дал яблочки… Хочу яблочко!
— Иди поклюй фрукты и не приставай, — стараясь не шевелиться, ответила я. — Яблочки — это вообще не та тема, которая меня интересует сегодня! Я хочу выжить после этого чёртова пр-р-риёма!
— Иди опесочься, — огрызнулся Пашка, отворачиваясь. — Яблочки — это тема, которая должна тебя интересовать всегда!
— Подожди, это ты меня сейчас послал? — уточнила я.
— Всё, эсси Маша, вы готовы! — выдохнула Вей. — Вам стоит поспешить к его императорскому высочеству, чтобы выйти в приёмную залу вместе с ним.
— Если я вообще смогу ходить, — проворчала, вставая. Пошатнулась, но выпрямилась с трудом. Какое счастье, что мне не надо носить туфли на каблуках!
— А вот и ваша обувь, эсси Маша.
Я глянула на туфли, предложенные мне служанкой, и закатила глаза. Нет, это нечто невозможное!