Глава 6

Иосиф вздохнул и улыбнулся мне смущенной и несколько растерянной улыбкой:

– Людмила, извините за этот балаган! И давайте вернемся к цели Вашего визита.

Но вернуться к этой самой цели мы не успели. Из глубины помещения опять зацокали стройные копыта Саманты. Нимфа явилась нашему взору с измученным и даже мученическим выражением на лице.

Иосиф вздохнул, бросил на меня странный и почему-то извиняющийся взгляд и объявил:

– Ну если все в сборе, то можем отправляться на обед.

– Ой, нет! Я сейчас не готова вдыхать ароматы еды и уж совершенно точно не готова быть представленной твоей матери. Да и подарки для нее у меня в гостинице.

А мне сейчас одной кажется, что все слова были сказаны Самантой с единственной целью, чтобы её начали уговаривать изменить свое решение и всё-таки поехать на обед в дом родителей Иосифа? Кстати, помнится, её-то туда и не приглашали.

Хотя нет, не только я это поняла – если судить по тяжелому вздоху мужчины, он тоже это понял. Видимо, такое поведение женщины было в порядке вещей.

– Хорошо, значит, мы завезем тебя в гостиницу, чтобы ты смогла спокойно привести себя в порядок, и я приеду за тобой позже.

Что-то мне подсказывает, что вплоть до сегодняшнего дня Иосиф всегда шел на поводу и уговаривал её изменить свое решение. И если судить по вытянувшемуся лицу Саманты, её безмолвно открывающемуся и закрывающемуся рту, он всегда ее уговаривал.

Как-то собрать свои мысли в кучку и ответить на слова мужчины Саманта не успела, потому что рядом со мной вдруг раздался веселый детский смех.

Я была согласна с мальчиком, смотрелось это смешно. Но я, в отличие от ребенка, не могла позволить себе даже улыбнуться, а потому сделала вид, что помогаю мальчику с лямками его рюкзачка.

Когда же я, покончив с этим, посмотрела на его отца, то настала и моя очередь удивляться, ведь на лице мужчины была целая гамма чувств: растерянность, блуждающая улыбка и шальной взгляд.

С чего бы? Отец так редко слышит, как смеется его сын?

Хотя да, наверное, редко. Помнится, я и сама обратила внимание в первые минуты нашего общения с Мишей, что ребенок очень серьезен.

Иосиф помолчал, а потом просто развернулся, бросил на ходу: “Я быстро. Только халат сниму”, и скрылся в том же направлении, откуда ранее появилась Саманта.

Стоило ему уйти, как нимфа, обращаясь ко мне, прошипела:

– Я не знаю, кто ты такая и откуда взялась, но имей в виду: Иосифа ты не получишь!

Я уже хотела ей ответить, что, мол, у меня и в мыслях не было его получать, только если в качестве работодателя, но тут я почувствовала, как маленькие ручки опять обхватили мою руку, и я, сама от себя не ожидая такого, ответила:

– А Вам не кажется, что Иосиф не вещь, чтобы его получать? К тому же у нас с ним есть общий ребенок.

– У нас тоже он есть! – тонкая рука легла на абсолютно плоский живот в характерном жесте.

– А это еще надо выяснить! Может, Вы элементарно отравились непривычной едой, – парировала я в ответ.

“Мила, что ты несешь? Какой “общий ребенок” и уж тем более какое “у нас с ним”? – понеслись табуном мысли в моей голове. – А вдруг это тощее создание и правда беременна от Иосифа?”

Я почувствовала, как детские ручки сильнее сжались на моей руке, и поняла, что не могу теперь бросить маленького, редко улыбающегося мальчика на растерзание этой мымре. Я повернулась к Мише и, погладив его по головке, улыбнулась ему:

– Не пугайся, мой хороший.

Иосиф появился очень кстати, потому что абсурд происходящего начинал зашкаливать. Мужчина окинул меня и сына серьезным взглядом, кинул быстрый взгляд на Саманту и, обращаясь к ребенку, сказал:

– Майкл, покажи нашим дамам, где мы припарковались. Я поставлю здание на сигнализацию и догоню вас!

Миша, крепко держась за мою руку, встал и уверенно повел нас на выход, к машине своего отца.

– Мама, смотррри, какую крррасивую машину мы купили! – гордо произнес ребенок, подходя к внедорожнику темно-вишневого цвета.

В ценах на машины я не разбиралась. У меня самой ни прав, ни тем более машины не было. Судя по бликующей краске на боках авто и по гордости, звучащей в словах мальчика, он принимал живейшее участие в процессе покупки автомобиля.

– Ого, какая красивая! – поддержала я ребенка. – Это ты помог папе выбрать такую красивую машину, да, мой хороший?

– Да!

– Фу, какая пошлость! – прозвучало со стороны нимфы.

В чем именно была пошлость – в выборе автомобиля или в моем обращении к ребенку – я не понимала, но куда уж нам-то до нимф? Но и ребенка травмировать безосновательной критикой я не дам!

– Не слушай Саманту, она просто завидует! – я улыбнулась и подмигнула Мише. Потом перевела взгляд на женщину:

– Если не желаете приобщаться к пошлости, то мы можем вызвать для Вас такси.

Саманта окинула меня презрительным взглядом и отвернулась.

В этот момент автомобиль моргнул габаритными огнями, и совсем рядом раздался приятный баритон его хозяина:

– Майкл, снимай рюкзак, – перед мальчиком распахнулась задняя дверца, и Иосиф помог сыну забраться внутрь, – пристегивайся.

– Саманта, прошу! – перед нимфой распахнули переднюю дверцу.

Ой, ну детский сад, штаны на лямках! Видела бы Карина это победное выражение на лице Саманты, она бы ее знатно поставила на место.

Иосиф захлопнул дверцу за Самантой, потом, проверив сына и то, как тот пристегнулся, захлопнул и с его стороны дверцу. Я дождалась, когда дверь захлопнется, и только тогда попыталась отказаться ехать с ними:

– Иосиф, я думаю, что произошло недоразумение.

– Людмила, я не знаю, как Вы нашли подход и к моему сыну, и к моей суровой и язвительной маме. На секундочку, классическому образцу под всем известным брендом “еврейская мама”, – Иосиф легко и беззлобно рассмеялся, – но НЕ поехать теперь в дом моих родителей Вы не можете.

– Но я…

– Обещаю, я отвезу Вас потом, куда пожелаете!

– Хорошо, – со вздохом согласилась я, констатировав:

– Такого собеседования при устройстве на работу у меня еще не было!

– И не будет! – смеясь, заверил меня Иосиф.