Глава 20 · Троянский кот

От ночёвки в скрюченном состоянии ломит всё тело, и я постанываю, потягиваясь. Становится чуть легче, но хожу ещё с трудом, поэтому решаю сделать небольшую зарядку. Приседаю, наклоняюсь вперёд и в стороны. Эмэр некоторое время задумчиво наблюдает за мной, а потом спрашивает:

— Ты пытаешься меня соблазнить?

От удивления я чуть не падаю. Выпрямившись, изумлённо смотрю на мужчину:

— Что вас натолкнуло на эту мысль?

— Это? — он делает неопределённый жест. — Ты извиваешься передо мной, демонстрируешь изящные изгибы тела и прочие прелести.

— А они изящные? — не сдерживаю ехидства.

— Конечно, — серьёзно отвечает он. — Ты весьма привлекательна. Разве ночью этого не поняла?

— Хм, — я делаю вид, что задумалась, а потом жму плечами. — Пиктан говорил, что по местным меркам я едва ли не уродина. Во всяком случае мне очень далеко до вашей прекрасной кузины.

— Иврин слишком много болтает, — морщится Вурф и странно косится на меня. — И забывает, что Эллеш теперь моя дочь. Она наполовину осселинка, значит, мой вкус отличается от большинства гриннийцев.

Я едва не давлюсь смехом. Он только что намекнул, что я ему нравлюсь, как женщина? Будто ночью не догадалась. Вот только не собираюсь становиться развлечением этого мужчины. Хватит с меня и того, что я няня шантажом и жена обманом!

Смотрю по сторонам:

— А где моё платье? Вы сказали, что к утру его почистите.

— Я не твой слуга, — замечает он.

— Верно, — наступаю на него. — Но вы сами обещали сделать это. Вас за язык никто не тянул…

Осекаюсь, глядя на его губы. Не тянула, да, но всё же трогала.

— Кхм! — отворачиваюсь, снова ощущая жар, разлившийся по телу. — Впрочем, мне без разницы, что на мне будет надето во время нашего фиаско. Хоть мешок из-под картошки!

— Почему ты думаешь, что нас ждёт неудача? — настораживается он. — Что-то вспомнила ночью?

— Можно и так сказать, — уклончиво отвечаю я.

Не то, чтобы сон можно было назвать воспоминанием, но было в видении что-то неуловимое, что невозможно проигнорировать. Ведь это тело принадлежит осселинке, и она пыталась убить Вурфа, пока я вдруг не оказалась в нём.

Возможно, это не воспоминание, а намерение? Что, если эта девушка умела превращаться в змею так же легко, как эмэр становился драконом? Шипение, которое иногда у меня получается, явно призывает осселинскую магию. Шею сковало льдом ужаса.

«Можно, я подумаю об этом завтра?» — взмолилась, сама не зная, кому.

— Я уверен, что у тебя не было мужа, — сурово кивает Вурф и неторопливо приближается. — Но если ты переживаешь, я загляну в глубинную память и…

— Нет! — поспешно отшатываюсь.

Вспоминать сон очень страшно, но ужаснее то, что Рэйслор может подсмотреть его. Мне с трудом удалось убедить всех, что я не желаю зла и никого не собираюсь убивать. Не хочется терять позиции. И крышу над головой. И регулярное, пусть и не очень привычное, питание. Впрочем, всё это, возможно, будет и в тюрьме. Но я туда не собираюсь! Лучше выберу казарму.

Улыбаюсь эмэру:

— Если снова приблизитесь, боюсь, что не удержусь и снова поцелую вас.

Он замирает на миг, а потом прибавляет шаг. Отпрянув, я выставляю ладони:

— Нет, нет, нет! У нас же свадьба на носу. Не до глупостей сейчас. Где моё платье⁈

Он проходит мимо и открывает дверь.

— Стучали. Не слышала? — открывает её и приказывает слугам: — Вносите!

— Что это? — изумлённо и с восторгом рассматриваю сверкающий драгоценностями наряд. Сердце на миг подскакивает к горлу. — Вы решили подарить мне платье?

— Не я, — прищурившись, ухмыляется он. — Это от Её Высочества.

Отскакиваю от роскошного презента так резво, будто от серпентария со сломанной крышкой:

— Девушка, на которой вы отказались жениться? — Отступаю ещё на несколько шагов и заглядываю за кровать. — Нет уж. Где моё осселинское платье?

— Я приказал слугам выбросить его.

— Вы… Что⁈

От возмущения все слова вылетели из головы. А эмэр и бровью не ведёт.

— Нам предстоит церемония по гриннийскому обычаю, Рая. Нельзя на торжество появляться в национальной одежде другого государства!

— Кто сказал? — не желая надевать платье принцессы, сопротивляюсь я. — Это первая церемония в истории. Такой парочки ещё не было!

— Раиса, послушай. — Вурф приближается и сжимает моё плечо. — Не время и не место показывать свой норов. Ты сама всё это начала!

— Сама и закончу, — прошипела я, и слуги замерли, будто примороженные. А я жалобно простонала: — А вдруг принцесса в платье иголок щедро насыпала? Или пропитала ткань ядом? Что, если оно заколдовано, и я превращусь во что-нибудь мерзкое?

В одно мгновение в памяти проносятся все фильмы и книги, где невесты умирали в муках, не добравшись до алтаря, а их соперницы радостно потирали руки. Мне до смерти не хочется умирать второй раз!

— Это не Осселин, — сухо напоминает эмэр. — В Гринне так не принято. Тебя скорее окатят лавиной презрения, а не яда. Будут колоть не оружием, а словом. И смертельной может стать лишь скука, поскольку тебя будут сторониться даже слуги.

— Да? — я придирчиво всмотрелась в его лицо. — Ну, это я переживу. И всё же моё платье мне нравится больше!

— Рай-я-а, — явно теряя терпение, цедит мужчина. — Клянусь, после церемонии ходи, в чём хочешь, но сейчас будь добра — слушайся!

Прячу улыбку. Ой, зря он про клятвы раньше церемонии вспомнил. Пожалеет!

Вот как в воду глядела… Платье оказалось тем ещё Троянским конём.