Глава 22

Хорошо, что девочки уже спали, когда я вернулась. Не хочется никого сейчас видеть и слышать тем более. Не хочу.

Я вымотана. Эмоционально истощена. Во мне столько мыслей, чувств, обид, что я еле сдерживаюсь, чтобы не начать крушить мебель или посуду.

Вот почему все так?

Нет. Я не перегнула палку. Я права во всем.

Когда-то я уже безоговорочно верила мужчине. Отдала всю себя и что получила в итоге? Боль и разочарование.

И я научилась на своих ошибках. Я больше не хочу тратить драгоценную жизнь на отношения, где меня тупо используют. А Степа делает именно это. Он просто берет что хочет. Меня в частности. Давит своими границами и делает вид, что это нормально. А это ненормально. Все ненормально: он, его жизнь, его эта сдержанность. Да кому она нужна?

Неужели ему так трудно признаться, что между нами есть чувства, есть страсть, есть желание?

Господи, да я готова и дальше встречаться с ним тайком, только бы он признал сам факт наших отношений. Ярлык, название — меня устроит что угодно. Только не эти его холодные слова, что сердце морозят и душу.

Мне хочется, чтобы он считал то, что между нами, чем-то особенным, искреннем, важным, а не просто сексом. Ведь между нами не просто секс.

Да, мы знакомы совсем ничего, но он мог меня уволить сразу, после того чертового первого раза в комнате. Не сделал? Не сделал. Он поступил с точностью наоборот: еще больше приблизил меня к себе, своей дочери. Он уступает мне, хоть и считает иначе. Он может быть тем, кем я хочу его видеть, но…

Но? Что это за «но» такое? Что трудного сказать: «Ева, ты мне тоже нравишься, я хочу быть с тобой» и все в этом духе, но он этого не делает. Степа лишь обижает меня, задевает своими словами. А эта тема с абортом? Да как он мог вообще?

Сколько же ненависти сейчас в моей груди, сколько злости. И я ему не прощу такого. Точно не прощу.

Но я знаю одно: это не конец.

* * *

Утро в понедельник началось со звонка на телефон. Я, едва продрав глаза, пыталась понять, где я, спросонья.

Ага, в своей комнате. Дома тихо. Сегодня же понедельник? Да. А значит, девочки умотали на работу. Класс.

Телефон не прекращает трезвонить, и я нехотя до него дотягиваюсь. Марьянка звонит, вот же засада. Из всей этой ситуации девчонку жалко больше всего.

— Алло, — отвечаю негромко.

— Привет. Ты ко мне сегодня приедешь? — Надежда в ее голоске вызывает у меня чувство вины.

— Не знаю, Марьян. Что-то я себя плохо чувствую. Кажется, заболела. — Ничего другого мне не пришло в голову, кроме этой невинной лжи.

— Тебе сильно плохо? — Слышу, как она сразу же опечалилась. И у меня в груди тут же заныло.

— Нет, не сильно. Пару дней отлежусь, и все пройдет.

— В четверг у папы день рождения, я думала, ты будешь со мной на празднике… — совсем поникла девчонка.

— Я же обещала, значит, буду. Ты не грусти только.

— Постараюсь. Без тебя скучно…

— И мне без тебя скучно.

— Можно я тебе еще позвоню? Я сейчас на хореографию съезжу и позвоню, ладно? — чуть оживилась Марьяна.

— Звони в любое время.

— Выздоравливай.

— Спасибо, солнце.

И как я пойду на это празднование? Кто меня туда вообще звал? Этот меня уволил, а после вчерашнего так и вовсе не захочет видеть.

Ладно…

Посмотрим…

* * *

А отдыхать не так уж и весело, особенно в одиночестве. Лежать целый день на кровати, вставать только, чтобы что-то в себя запихнуть из еды, и снова в постельку. Скука.

Марьянка звонила опять, болтали с ней почти час, обсуждая всякую ерунду. Она в очередной раз взяла с меня обещание, что я буду с ней на дне рождении отца. И я снова пообещала. А какой у меня выбор?

Лизка снова умотала в ночную, а Юля заперлась в своей комнате. Она готовится к какому-то важному собранию на работе, просила не беспокоить. А мне и незачем. Я, тарелка попкорна из ближайшей «Пятерочки» и сериал. Что может быть лучше?

Часам к восьми меня начало жестко рубить, и я была на грани между сном и явью, когда вздрогнула от звонка в дверь. Прислушиваюсь. Тишина. Юлька не спешит открывать, а значит, это не к ней. А к кому тогда?

Выползаю из-под одеяла, натягиваю шорты. Возможно, вожусь слишком долго, но в дверь повторно не звонят.

Подхожу к двери, смотрю в глазок и вижу лишь уходящую спину…

Открываю.

Он уже спустился на пару ступеней вниз. Обернулся, и мы, как идиоты, пялимся друг на друга и не произносим ни слова…

— Я думал, тебя нет дома, — начинает разговор первым и возвращается к двери.

— Я почти спала. Зачем приехал?

— Мне снова нельзя зайти в квартиру? — говорит спокойно. Слишком спокойно. Может, он просто такой, а я принимаю его тон за равнодушие?

— Можно…