Глава 10. Матвей

Дернул же меня черт потащиться в этот проклятый клуб. Зачем я услышал название, пока шел мимо ее одногруппников? Наверно, потому что настроил уши локаторами и улавливал каждый звук. Зная, где будет Марго сегодня ночью, я уже не мог сидеть дома и не думать о ней. Дурная же девчонка. Наделает глупостей. Обязательно наделает.

Я не хотел за ней следить, честное слово. Домой приехал, даже что-то себе приготовил, а не заказал, сел за ноут, открыл чистый лист и честно пялился в него полчаса, а потом оделся и поехал. Невозможно же, черт подери!

Я так начну писать эротические триллеры про ревнивого недолюбовника. Вряд ли Бруштейн издаст подобное. Скорее пинка оформит под зад и неустойку выше Останкинской башни.

Я крутил руль, думая по дороге о споре и том, что случилось сегодня в кабинете. Это же не считается? Я не спал с ней. Формально пари не профукал, все нормально. Нормально же?

Однозначного ответа на этот вопрос я не нашел. Да и был ли он?

Неоновый город освещал мой путь до «Закси». Весьма популярный ночной клуб, но с демократичным подходом к фейсконтролю. Он славился диджеями и студенческими вечеринкам по будням. Я бывал там раньше, если хотел испытать судьбу. Уйти из «Закси» можно было как со смазливой студенткой, так и с кем-то из селебрити. Все они охотно флиртовали и почти сразу соглашались сбежать туда, где потише.

Сегодня я не собирался никого снимать. Я и быть там не должен был, но долг звал. Кому и чего я задолжал - хрен разберешь, но проследить я был обязан.

Найти Марго не составило труда. Они сидели шумной компанией, и она любезничала, улыбалась, флиртовала с каждым парнем. Заноза, а не девчонка. Я занял пост у стойки, потягивая минералку с лимоном, не отводя глаз от студентов.

Повод. Мне нужен малейший повод, и просто выведу ее отсюда. Плевать, кто и что подумает. Знаю я эти студенческие попойки. Но Марго вроде бы не нажимала на алкоголь. Я даже заподозрил наличие у нее здравого смысла. Она встала и пошла с подружкой к уборной. Я отвернулся, чтобы взять еще воды и тут же попался в плен.

Марианна. Вот так встреча. На ее месте я бы не стал так улыбаться после весьма сомнительной ночи, которую мы провели… Эээ, лет сто назад. Оргазм она имитировала, сиськи и губы - тоже. Не удивлюсь, если и пела под фанеру, но это пусть останется между ней и детьми, которые фанатеют от безголосых певичек. Фальшивая со всех сторон. Зачем я тогда ее завалил? Был пьян? Польстило? Где мы встретились? Здесь? Да, кажется, была презентация, и она пела.

- Матюш, привет. Сто лет… Ты где пропадаешь? - заворковала она, расцеловывая меня в обе щеки, а потом еще и в губы прицелилась.

Я не успел увернуться, лишь смазал поцелуй, не позволяя ей вытереть о мое лицо всю помаду.

- Некоторые из нас иногда работают, Мари, - кривовато ухмыльнулся я.

- О, какие глупые вещи ты говоришь!

Она расхохоталась, запрокинув голову. О, и зубы, кажется, новые вставила. Прелесть какая. Теперь я не мог перестать на них пялиться, гадая, виниры это или керамика.

Марианна щебетала что-то про концерты и собственную занятость, выступления у банкира, где все ели и не ценили их песни. Я вроде бы улыбался и кивал, но смотрел сквозь нее, продолжая ждать Марго. Левицкая вернулась и сразу начала творить какую-то невероятную чушь. Ладно прежние улыбочки и немного вина, но теперь она хлестала залпом и уселась на колени имениннику, потянулась и к его рюмке.

Головой, что ли, в туалете о кафель ударилась?

Я не мог не подойти к ней. Хотя бы для устрашения. Пусть очнется уже. Но мое появление не произвело стоп-эффекта, наоборот. Она пошла танцевать и обжималась с приятелями, вынося мне мозг. Все это усугублялось трескотней Марианны, которая прилипла ко мне как жвачка к ботинку. Ее, похоже, не на шутку завела моя новая должность. Неужели препод это сексуально? Вот бред.

Чудом отделавшись от нее, я перехватил Марго у уборной.

Не хотел ее трогать, просто поговорить, вразумить, но хмельное дыхание и детские упреки разбудили во мне страсть и нелепую радость. Оказывается, она просто ревновала. Видела меня и злилась. А еще злилась на ту ремарку о курсовой. Блин, а я ведь пошутил. Мнительная девчонка.

Все это действо усугубилось появлением Марианны. Я так опешил, что позволил Марго улизнуть, и сам завяз в нелепой сцене разборок.

- Ты совсем охренел, Тойфель, - почти кричала Марианна. - Меня на малолетнюю дуру променял? Суденточки тебе нравятся? Как низко ты пал, Матюша. А я думала…

- Не думай, Мари, тебе не идет, - обрезал я поток ее причудливых выводов, развернулся и пошел в зал.

Марго не было за столом. И за стойкой - тоже. На танцполе я ее опять не нашел. Вся их компания рассосалась. Я вышел на улицу и увидел, как Азаров заталкивает ее в такси. На его лице было столько всего написано. Триумф и предвкушение прежде всего. Он поимеет эту косую дурынду, и сам не вспомнит толком.

Дети, мать их.

Недолго думая, я просто вытащил из такси сначала его, а потом Левицкую. Пацан что-то мямлил, даже пытался меня ударить, но был настолько невменяем, что самоликвидировался в итоге.

Вряд ли он завтра вспомнит что-то. Домой доедет и то счастье.

Я подхватил Маргариту и повел к машине.

- Какой же ты охреневший, Тойфель, - бормотала она злобно, теряя всякое уважение. - Катился бы уже…

- Сейчас покатимся вместе, грубиянка, - ответил я, нащупывая брелок от сигналки.

Машина встретила нас приветственным писком, и я сам усадил Маргариту на переднее сидение, пристегнул.

Ох, только бы ее не стошнило.

- Выдрал свою силиконовую соску, м? Чего ко мне тогда привязался?

- А черт знает, - честно ответил я. - Но вот совсем не хочется, чтобы ты завтра проснулась не пойми с кем и не пойми где.5ebdbc

- Тебе-то какое дело, с кем я сплю? И где.

- Считай, это входит в обязанности куратора. Я забочусь о своих студентах.

- Балабол, - всхлипнула она.

Плачет что ли? Вот же дерьмо. Влип. Как же я влип, господи. Слава богу, до дома Маргариты было не так далеко. Я собирался утешить ее как только приедем. Да и она притихла, глядя в окно. Я думал, смотрит на огни, а оказалось, что задремала. Нет, даже не задремала, а заснула. Крепко. Это я обнаружил, когда припарковался.

Попытки разбудить не увенчались успехом. Я потряс ее и даже по щекам похлопал. Маргарита не реагировала, только забормотала что-то, отталкивая мои руки.

Приплыли.

И чего мне делать?

На заднем сидении валялась ее сумочка. Я порылся в ней и нашел паспорт. Прописка совпала с местом проживания. Я мог выволочь Марго из машины, поставить у двери и позвонить в звонок. Родители ей, конечно, устроят.

Я поморщился, вспоминая, как меня пилила мать за подобное. Девчонке достанется и того больше. Нет, не надо ей домой. Убрав обратно паспорт, я достал ее мобильный, нашел в контактах номер матери и написал смс.

Останусь у подруги. Не волнуйся.

Выруливая обратно на шоссе, я уверял себя, что это нормально. Как иначе? Не мог я ее оставить в таком состоянии, просто не мог. А куда везти? Не к подружке же. Где я ее найду? Да и не особенно питаю доверия к этой компашке филологов. Пусть у меня выспится, а завтра утром едет домой.

На светофоре я разложил ее кресло, чтобы было удобнее, невольно залюбовался. Все же она совсем другая, когда надевает платье. В кедах и джинсах тоже миленькая, но эти открытые ноги просто с ума сводят. Я едва сдержался, чтобы не погладить коленку или лучше бедро.

Притормаживай, Матвей. Не хватало еще облапать спящую пьяную девственницу. Это для Азарова нормально, а мне уж точно не к лицу и не по возрасту домогаться бессознательной особы. Вот очнется и…

И ничего не будет, тут же возразил я сам себе. Домой поедет. Лучше даже отвезу, чтобы точно без приключений.

Но эти самые приключения застали нас у меня в квартире. Сначала все шло нормально. Я втащил Маргариту в лифт, потом домой, уложил на кровать, но она тут же резко села, прижав ладонь ко рту.

- Туалет… - разобрал я ее сдавленный голос через пальцы.

Пришлось снова хватать и тащить в уборную. Не очень успели. Большую часть доблестно принял на себя унитаз, но она перепачкала руку и даже на платье попало. Меня бог миловал, но впечатлений хватило с лихвой. Бросить Марго я не мог. Не в ее состоянии. Стоял рядом, держал волосы, гладил по спине.

Едва содержимое желудка было отправлено в канализацию, она снова начала оседать. Сто процентов, отрубилась бы на кафеле, если бы я не поднял. Пришлось держать над раковиной, помогать смыть руки, лицо.

- Какая же жопа, - промямлила Маргарита. - Больше никогда не буду пить.

- Зачет вам автоматом за такое открытие, Левицкая, - не сдержался я.

Вряд ли она меня слышала.

Представив, что было бы, не вмешайся я у клуба, стало дурно. Вряд ли Марат был бы в состоянии ей помочь.

От Марго пахло рвотой, и я принял волевое решение снять с нее платье. Это было нелегко, но я справился. Перестать глазеть на ее грудь, ножки и то место, которое прикрывали минималистичные трусики - то еще испытание. Я справился и с ним. Отыскав в чистом белье черную майку, нарядил в нее свою внезапную гостью.

Решение спать рядом продиктовано здравым смыслом, разумеется. Ее же опять может тошнить. В таких случаях, кажется, ставят тазик у кровати. Тазика у меня не было, но нашлось ведро. Пристроив его на полу, я прилег рядом, соблюдая дистанцию.

Поразительно, но даже после всей этой вакханалии я с трудом держался на расстоянии. Пространство между нами казалось мне пропастью, мучительным препятствием. Я лежал без сна, стараясь совладать с собой. Беспокойный сон, наконец, настиг, но очень скоро я проснулся, понимая, что прижимаюсь к Маргарите, и мой член сладко ноет, требуя более тесного контакта.

Воевать с ним и собой у меня не было сил. Я приказал себе спать, зная, что утром стояк будет просто адским. Но у меня же есть верное средство - утренняя прохлада и пробежка.