32

Здесь, в мире духов, фамилиары очевидно были намного сильнее, чем в Академии; та же Персик, прямо скажем, внушала. Она рыла копытом землю, демонстрируя серьёзность своих намерений, и полыхала потусторонней зеленью глаз.

Анати на её спине не сильно изменилась, но тоже хороша. Вся эта боевая аура вокруг неё шла ей неимоверно, и я был вынужден признать: девчонка — красавица, когда занимается тем, что ей действительно нравится. Бывают такие люди, которые просто созданы для драк и вызовов, а не для разговоров.

— Ну! — рявкнула она. — Что ты там копаешься? Написал, что украл Ванину и вызываешь на бой чести, бла-бла. Во имя какой-то там справедливости. Ну вот я здесь! Давай сюда свою справедливость!

Парень поморщился.

— Я жду не тебя…

— А я, значит, рожей не вышла! — возмутилась Анати. — Или это потому, что я — девушка?!

Бедняга похититель выглядел так, как будто в целом уже готов рвать на себе волосы.

— При чём тут… Какая разница, кто ты, если ты не Гэвин Фронн?! С ним у нас незаконченный разговор!

Анати фыркнула.

— У, это звучит как очень интересная история… Ну, у меня для тебя несколько новостей. Первая: прости, но Гэвин Фронн, которым ты так одержим, нынче внезапно в тюрьме для магов. Если ты спросишь меня, то это радость для всех и давно пора было. Так что ваше свидание не состоится, и в славной битве буду я вместо него!

Что?!

— Что?!

Ну, хоть в чём-то у нас с мини-властелинчиком солидарность. Гэвина арестовали?! Хотя…

Если так подумать, парнишка же изначально был на срыве, и Ке-Ша всё время говорил, что контракт пора заканчивать. В случае с такого рода контрактами, финал всегда один, пусть не по форме, но по сути.

И вопрос на самом деле такой: жив ли ещё Гэвин, и если да, то почему?..

— Вот как, — сказал Пищуха задумчиво. — Возможно ты был прав, в конце концов.

Я не стал разочаровывать его и говорить, что правы преимущественно были всё же корни, которые всё это время прорастали сквозь меня. В мире реальном этот процесс не был заметен, но здесь он ощущался ясно и явно: Лес переделывал меня исподволь, и не то чтобы мне хотелось ему сопротивляться.

Думалось только: это так чувствует себя Шийни, пропуская сквозь себя нити?..

Пока я думал о Шийни (и справлялся со смесью чувств, которые всколыхнуло воспоминание о ней), Анати с мини-властелинчиком продолжили разборки на тему “а будет ли у нас бессмертный бой”.

Властелинчик, разочарованный тем, что его братец не явился, пытался от боя откреститься; Анати ему такого шанса не давала.

— ..Я, между прочим, вторая в группе, — сказала она. — Ты заявил, что хочешь драться. Я требую драться!

— Мы требуем драться! — подтвердила Персик, взрыхлив копытом землю и выпустив огонь из ноздрей.

— Веселятся детки, — заметил Пищуха.

Я фыркнул, но ответить не успел: в подземелье у Ван-Ван наметились изменения, и я снова сложил сознание воедино, возвращаясь к своей подопечной.

Там, не так уж и внезапно, народу тоже прибыло.

И да, никто явно не ждал увидеть Белинду.

— А ты что тут делаешь?! — возмутилась соболедева. Сущность в чёрном плаще, тихой тенью плывущая по воздуху за ней, помедлила и плавно склонила голову набок, будто оценивая добычу.

Могущественный демон, кстати, из высшей некро-классификации. Неудивительно, что дева так хороша в проникновении и заметании следов.

— Нас похитили вместе, — быстро ответила Ван-Ван, перебивая набравшую в грудь воздуха и готовую броситься грудью на амбразуры Белинду. — Вы… пришли нас спасать?

— Тебя, — бросила соболедева чуть раздражённо. — Тебе же сказано было: боевики своих не бросают.

Судя по взгляду, которым она одарила Белинду, у правила могли быть исключения, узнай соболедева заранее о присутствии соперницы.

Совоюноша тоже не выглядел осчастливленным встречей со своей “невестой” — по его лицу проскользнула тень раздражения, которая, впрочем, тут же испарилась, как не было.

Однажды, пусть не через день или два, этот мальчик станет весьма и весьма опасным… Я задумчиво посмотрел на леди Серебро, что стояла за его спиной. Она здесь тоже воспользовалась шансом обрести человеческую форму, и оказалась прекрасной девой, сотканной из лунного света. Её облик был прекрасен, но неверен.

— Мы никого не бросаем, — сказал совоюноша с мягкой улыбкой. — Хорошо, что у нашей Ленточки была компания. Ты в порядке, Белинда?

Белинда тут же радостно закивала.

— Да! Я смогла познакомиться со своим фамилиаром. Смотри, это Бао-Ко, и он самый лучший!..

Лицо соболедевы дрогнуло.

Я мысленно вздохнул, прикидывая, стоит ли поговорить с Белиндой на этот счёт: ей совершенно точно не стоит связываться с совоюношей.

— Не время ни с кем знакомиться, — отрезала соболедева. — Анати, конечно, устроит там так много шума, как возможно, но она не даст нам всего времени на свете; пока она там соблазняет похитителя то ли на драку, то ли на ещё что — с ней никогда не угадаешь, честно, — нам лучше убираться отсюда подобру-поздорову.

— Согласен, — хмыкнул совоюноша. — Пока мы здесь, фамилиары могут нести людей. Плохо, что наш единственный природный дух — Персик, моя Серебро лунный дух, что близко, но не то. Сами мы не сможем пройтись по этим тропам…

..Лично я вполне мог бы пройтись по этим тропам и их провести, благо лес мне по какой-то причине благоволил. То же самое, подозреваю, с Бао-Ко: как верный помощник Моррида он, природный там дух или нет, явно может бродить по этим тропам взад и вперёд, как заблагорассудится. Да и могущества у него, если присмотреться, ой как немало; всё это время, глядя на полосатого забавного зверька, я забывал, что этот “забавный” дрался с тварями из Бездны Безумия рука об руку с Морридом. Какие бы обстоятельства ни привели его в своё время в империю и в этот лес, Бао-Ко явно не был самым простым камушком в этой сокровищнице.

Это заставляет ещё раз подумать, что и у Белинды может быть потенциал…

Теоретически. Может быть. Когда она поумнеет.

Хотя опять же, судя по взглядам, которые изредка бросают друг на друга эти двое, в данном случае парочка “маг-фамилиар” была выбрана из других соображений… Но, даже если так, этим двоим в любом случае предстоит долгая дорога вперёд.

В любом случае, ни я, ни Бао-Ко не спешили признать, что мы можем стать проводниками. Потому мы тихой сапой “сбежали” (корни не очень убедительно помогали нашим подопечным лезть вверх) и выпрыгнули в окно хижины, дабы обойти её с другой стороны (я вполне уверен, что, будь мы нежеланными гостями, едва ли смогли бы выпрыгнуть живыми — и вопрос ещё, куда мы попали).

Но лес был к нам дружелюбен, что облегчение; так-то я слегка опасался того, как пищуха отреагирует на несколько новых свидетелей, которые почти наверняка побегут к кураторам рассказывать о непонятном маге, похищающем людей в лесу… Тут ведь вот какое дело: понятно, что Ван-Ван не расскажет, и Белинде теперь Бао-Ко запретит. Гэвина отпускать и вовсе вряд ли планировали, но теперь, когда вместо него пришла толпа юных талантов… Эх.

Когда мы подоспели туда, где велась великая битва, оная как раз была в самом разгаре. Анати с Персик нападали, их противник защищался, не спеша переходить в контратаку, и все были при деле.

Я прикинул, как прямо сейчас всех отсюда тихонечко увести, но не учёл одной переменной, которая всегда умела меня удивлять.

Тут вот какое дело: битва и правда вышла красивая, я засмотрелся, отметив, что двое отлично дополняют друг друга. Опять же, поскольку вокруг было огромное количество энергии хтонического типа, я не отслеживал мелейших их движений… Потому, когда моя подопечная укуталась в тьму, как в плащ, раскинула руки и направила поток спелтённой, как вязаная ткань, энергии проклятия в сторону мини-властелинчика, я не успел среагировать.

Что там, даже Пищуха, который уже стоял на крыше в обличье рогатого оленемедведеворона (звучит дико, но я понятия не имею, как это ещё описать) и наблюдал за битвой издали, каким-то образом всё проморгал…

Хотя он и не моргал, по правде, только и делал, что смотрел на мою подопечную широко распахнутыми, полными тьмы глазами.

Мини-властелинчик под напором тьмы рухнул, как подкошенный.

…

Ну да, господа и дамы, вот она, типичная Ван-Ван. Я же правильно понимаю, что всё это время она сидела со спицами и формировала себе тихонечко структуру чар?..

Я вздохнул и мрачно посмотрел на валяющегося на земле парня. Что будет с Пищухой, если он умрёт? Хотя пока что вроде жив…

В наступившей неловкой тишине владыка Моррид одним лёгким движением спрыгнул с крыши и оказался перед Ван-Ван.

Остальные ребята напряглись, но очевидное было буквально написано на их лицах: они ощущали исходящую от Моррида силу и понимали, насколько бессмысленно в данном случае сопротивляться.

Моррид, впрочем, смотрел только на Ван-Ван, да так, как будто в ней внезапно обнаружилось что-то невозможное, но бесценное. Не буду врать, что я совсем не догадывался, почему.

— ..Откуда ты знаешь это проклятие? — уточнил он тихо.

Моя подопечная моргнула, но потом упрямо подняла подбородок.

— Узнала от учителя! Это если тебе действительно интересно. Что с того?

— Какого именно учителя? — не отставал пищуха, и я уже понял, что мои подозрения не были ошибочными в конце концов.

— Самого лучшего! — отрезала Ван-Ван. — И теперь, когда твой хозяин заблудился в царстве снов и проживает там своё наказание, ты нас не победишь!

..

Ну тут я, вообще, не был бы настолько уверен.

Возможно, Моррид уже больше не та впечатляющая громадина, но он явно восстановил часть своих сил и не зависит от хозяина так сильно, как вначале: в конечном итоге, при желании вся сила этих лесов — в его распоряжении.

Другой вопрос, что я почти уверен: он не собирается драться с Ван-Ван.

— Расскажи мне о своём учителе.

— ..Он был странником, помогающим людям там и тут. Он работал учителем чаще всего, или лекарем, или просто рассказывал истории на площадях. Он лечил людей и помогал тем, кто заблудился, найти свой путь, и тем, кто имеет дар, найти путь в магию. Мой первый учитель — великий человек.

— Что ещё ты можешь рассказать о нём? Имя, внешность?

Моя подопечная раздражённо покачала головой:

— Зачем тебе знать?

— Возможно, я знал его. Однажды. Или того, кто обучал его… Его мыши любили кататься на моих рогах.

— О… — Ван-Ван моргнула. — “Беги, мышонок, и не плачь. Даже если твой друг с оленьими рогами остался позади, и никому не вернуться в то детство, что вы разделили, — это останется в твоём сердце, как тень старого ясеня, как шаги на снегу…”

Владыка Моррид выглядел так, как будто его кто-то с размаху огрел тем самым громадным ясенем.

— Даже… — сказал он тихо. — Тебе кто-то сказал эти слова?

Ван-Ван растеряла свою подозрительность по отношению к Морриду и теперь смотрела на него, как на друга; очевидно, суждениям своего первого учителя она доверяла безоговорочно — неудивительно, ведь, если я правильно понимаю, это был единственный психически вменяемый взрослый в жизни Ван-Ван… Ну из тех, кому не было на неё наплевать.

Если я хоть что-то понимаю в жизни, то за то, что Ван-Ван не превратилась к своим восемнадцати во вполне полноценную психопатку или полностью сломанную куклу, нужно во многом благодарить именно её первого учителя. Также без него, скорее всего, она не сумела бы начать учиться на мага. Что в сумме…

Я бы сказал, что это куда больше, чем долг жизни.

— О нет, они из детской книги, “Мышь Монти и драконы”, — сказала Ван-Ван. — Она довольно популярная, на самом деле.

— Да, я в детстве читал, — подтвердил совоюноша.

— И я! — воспряла духом Анати. — Моя любимая была. Только вот не знаю, куда она потом делась…

Соболедева отвернулась и промолчала. Я подумал, что, учитывая её происхождение, у неё вряд ли была возможность читать популярные книги.

— Вот как, — Моррид насмешливо улыбнулся и покачал головой; у меня сложилось стойкое впечатление, что смеялся он в первую очередь над собой. — Что же, у него всегда было интересное чувство юмора… Вот что, детишки. Спасибо вам за компанию, но я ждал не вас. Оставьте нас с учеником и возвращайтесь

— Вот так просто?

— Да, — пожал плечами Моррид. — У вас нет передо мной долгов. В случае с некоторыми, даже скорее наоборот.

— ..Извините, — сказал совоюноша внезапно, — а не могли бы вы объяснить, о каком долге речь? Вы — лесной дух. Что лес… Не так. Что Лес мог не поделить с Фроннами? Или… речь идёт о старых долгах?

Я с любопытством покосился на совоюношу, потому что не ожидал от него инициативы в разговоре. С другой стороны, тут мне нечего возразить: если у боевого факультета есть мозг, то его зовут Маколм Донн… По крайней мере, если выбирать из видимых мне фигур.

Пищуха приподнял брови, явно выражая своё недоумение.

— И зачем же господину об этом знать?

Маколм прищурился.

— Глава гарнизона Фронн — не слишком хороший человек. Учитывая… самые последние новости, скоро будет решаться его судьба, равно как и судьба его сторонников. Мой отец… весьма заинтересован в том, чтобы очистить эти земли от грязи. Он уже связался с господином ректором, но нам не приходило в голову обратиться также к… свободным лесным духам. Если у вас есть информация, то самое время передать её.

Пищуха прищурился.

— Если так, то то, о чём ты просишь, будет в руках у твоего отца к утру. Мой подопечный здесь был одной из жертв теневого бизнеса, покраываемого Фроннами. Он собрал много интересного.

Белинда тихо ахнула.

Ван-Ван молчала, опустив голову.

Совоюноша выглядел, как зверь, почуявший кровь.

— Это будет отлично, — сказал он мягко.

— И это не упоминая, что младший Фронн принёс в жертву своего фамилиара, чтобы вызвать демона.

— Что?! — ахнула Белинда.

— Это же неправда? — спросила Ван-Ван с тенью безнадёжности: думаю, она и сама прекрасно знала ответ, но упорно не хотела верить.

— Правда-правда, — вздохнула Анати, — это даже доказали. Сумасшедшая тварь сорвалась с поводка, и стало очевидно, что он — демон.

А…

Да вы издеваетесь.

Пищуха приподнял брови, а потом бросил на меня беглый взгляд с лёгкой насмешкой.

Я сидел и мрачно размышлял, кто может стоять за этим конкретным дерьмом: гаремный кошак или Орди. В целом, почерк больше похож на второго, но тут никогда нельзя быть уверенным. Опять же, гаремный кошак планировал утопить всех союзников Рила в этих горах; возможно, он просто решил начать с Фроннов. Это разумный ход.

Опять же, забавно, что это произошло в момент, когда ни меня, ни моей подопечной не было на территории Академии.

Случайные совпадения, вы так случайны, что меня даже почти тошнит.

— Он правда… — Ван-Ван посмотрела на меня и замолчала.

Она всё правильно поняла.

Мне нечего было сказать ей ни в утешение, ни в общем и целом. Гэвин действительно принёс в жертву своего фамилиара, тут не может быть разночтений. Остальные детали могут дополнить картину и по-разному раскрасить её, но не изменят самого факта.

— ..Спасибо за откровенность, — сказал совоюноша, вежливо склонив голову. — С вашего разрешения, мы пойдём.

Пищуха бросил ещё один задумчивый взгляд на нас и махнул рукой, прощаясь.

Я всё ждал, пока он скажет детишкам не упоминать его, но он не стал.

Из этого я мог сделать вывод, что в целом наш разговор прошёл скорее успешно.