Глава 3. Снежана

- Хочу тебя!

- Трахни меня, детка!

И руки под футболку.

Погано сидеть рядом с двумя озабоченными мартышками, сосущимися каждую секунду.

- Мои нервы уже на пределе, - простонала Зараза, косясь на наших голубков. Но Михе с Русей по ходу по барабану, где тискаться. Им что темная лавочка, что крыльцо универа.

Прошло две тухлых недели, прежде чем я получила вольную от предков. Теперь я могу дышать свежим воздухом, пялиться на мир сквозь темные очки и носить за раз не больше одной Jack Daniels. Моя сумочка по завязку забита каплями, которые нужно заливать в глаза четыре раза в день. Иначе, блин, роговица потемнеет, и начинай все сначала.

- У меня месяц не было секса, - Зараза пробуравила плотоядным взглядом проходящих мимо студентов. – Целый гребаный месяц! Я уже чувствую, как выпала из процесса.

- Не наш формат, - сгримасничала я проходящим мимо громилам.

- А по-моему, наш! – Зараза довольно захихикала, разглядывая тугие бицепсы под обтягивающей футболкой.

- Да ну, тупые качки, - поморщилась я. – Больше мышцы, меньше член.

- Раньше тебе все нравилось, - покосилась на меня Зараза. – Вспомни Тоху. А Серый? Сплошной протеин. Но как ты с ним зажигала, а подруга? – она заржала, пытаясь вывести меня на эмоции.

- Глупая была, - посмотрела на сплошные куски мяса, состоящие из груды мышц, и меня передернуло. - Они, небось, потеют, как свиньи.

- Вот сейчас и проверим! – Зараза сорвалась с места и, перескочив через несколько ступенек, притормозила возле качков. Защебетала, увлекая студентов в здание Alma mater.

Руся с Михой продолжали свое эротическое представление, и я посмотрела по сторонам. Середина июня. У студентов вовсю экзамены, только одна я бездельничаю.

А вот и кое-что интересное! Заметила подходящего к зданию универа Змея и нацепила на лицо милую улыбку.

- Привет, Матвей! – помахала рукой, когда препод поравнялся с нашей компанией.

- Доброе утро, Ростовцева! – на лице не дрогнул ни один мускул. Григорьев прошел мимои я, схватив сумку, последовала за ним.

- Не жарко в пиджаке? – я потрогала его руку выше локтя. Не железные бицепсы, но мне понравилось.

- Нет.

- Может, снимешь? – пошутила. – Жара сорок градусов.

- Может, и сниму, - Змей резко затормозил и исподлобья зыркнул на меня. – Вы что-то хотели, Ростовцева?

- Тебя! – выпалила, почувствовав себя ужасно смелой.

Змей хмыкнул. Его лицо смягчилось, но через мгновение профессор опять нахмурился.

- Это от безделья, Ростовцева, - он двинулся дальше. – Слышал, вы освобождены от экзаменов.

- И?- не поняла, к чему он клонит.

- Я не удивлен. – Змей что, ехидничает?– Может, через год диплом экстерном получите.

Это прозвучало обидно, но я списала ершистость профессора на недавнюю пикантную ситуацию.

- Тебя это злит?

- Нет, - Матвей пожал плечами. – Просто удивляет позиция нашего руководства по отношению к богатеньким студентам, - он скептически изучил мою персону, – и студенткам.

Вдвоем мы вошли внутрь здания и поднялись на второй этаж.

- У тебя консультация? – я заметила в конце коридора толпящихся второкурсников.

- Вам какое до этого дело, Ростовцева? – Змей начал терять терпение. – У вас все лето впереди. Гуляйте, веселитесь, только от меня держитесь подальше.

- А если не могу? – я прильнула к его руке неоднозначным жестом. Змей попытался вывернуться, но я вцепилась мертвой хваткой.

- Отпустите меня, - не освободившись, он затащил меня в пустую профессорскую. – Снежана Игоревна! – Григорьев посмотрел на меня с укоризной. – Вы взрослая девушка.

- Именно. Взрослая, - подтвердила я и, отпустив руку Змея, сослепу наткнулась на стул. Тот незамедлил рухнуть на пол с жутким грохотом.

- Снимите же их, в конце концов! – возмутился Матвей, возвращая стул на место. – Завели моду в здании университета разгуливать в солнечных очках!

В профессорской сумрачно. Высокий раскидистый клен закрывает единственное окно от солнечного света, поэтому я без опасения скинула очки.

- Что с вами? – по лицу Матвея пронеслась целая гамма чувств.

Как тебе мои круги под глазами, Змеюшка? Зрелище не для слабонервных.

- Что думаешь, со мной произошло? – я игриво провела пальцем по пуговицам его рубашки.

- Ростовцева, мне до шуток, - взбеленился профессор. Какой нервный, прямо дрожь берет.

- Мне тоже, - я сократила расстояние между нами до минимума.

А Матвей высокий и ничего так себе, симпатичный. И как я раньше этого не замечала?

- Давай, сегодня начнем как цивилизованные люди: не с траха, а с поцелуя, - промурлыкала я и прикоснулась первым поцелуем к губам профессора.

М-м-м, какие мягкие губы, и какой сладкий поцелуй с привкусом ментола. И ничего, что Матвей застыл, как истукан, и не ответил на поцелуй. Со временем расшевелю. Вдохнула древесный аромат его туалетной воды и меня словно по нервам резануло.

Черт! Возбуждает! Воздух так и пропитан похотью и желанием. Вдыхая этот аромат, хочется заниматься любовью всю ночь напролет.

Какие, однако, странные мысли для обычного поцелуя. Я почувствовала, как щеки заливает румянец.

Вот же хрень! Отродясь не краснела. Даже когда Серый исполнил откровенный танец с демонстрацией своих прелестей, поглядела и не моргнула. А сейчас? Что это со мной?

- Ростовцева, мы же с вами вроде обо всем договорились! – почувствовав мое замешательство, Змей отстранился.

- Сколько тебе лет? – брякнула я, пребывая в ужасе от странных ощущений.

- Тридцать пять, - также быстро выпалил Змей.

- Очешуеть! – я выругалась и всплеснула руками.

Совсем жара мозги расплавила! Нашла о чем париться. Поцелуй с престарелым гуманитарием. Тоже мне событие века!

Я прижала ладонь ко лбу, вдруг это инфекция. А мне болеть никак нельзя.

- Ростовцева, выбирайте выражения! – серый взгляд Матвея метал молнии. – Какой я вам престарелый гуманитарий?

Одуреть! Я произнесла это вслух.

- Я просто вспомнила тебя в прошлый раз и сейчас, - я стыдливо опустила взгляд и снова подняла, заметив, что Матвей смутился. Усмехнулась, отметив про себя, что у Григорьева серые глаза. Хотя какое мне дело до пигмента его радужки.– Тогда ты был настоящим мачо, ураганом…

- Не напоминайте, - Змей сгримасничал.

- А сейчас целуешься как…, - подходящее слово, как назло, не подбиралось.

- Не надо, - прошипел Матвей, и в его голосе послышалась такая ярость и угроза, что я оставила комментарии при себе.

- Поняла! Ухожу! – я подняла руки, демонстрируя полную капитуляцию. – Обнимашки на прощание, - я прижалась к Матвею. Он не оттолкнул. Уже хорошо.

Насвистывая веселую мелодию, быстро сбежала по ступенькам на первый этаж, как вдруг поняла, что забыла очки. А без них на солнышко никак.

Профессорская оказалась закрытой. Пришлось заглянуть в аудиторию. Матвей расхаживал по кафедре, скрестив руки на груди. Пиджак небрежно скинут на спинку стула. Взгляд сосредоточенный. Заметила на столе мои солнечные очки.

- Близко к мифологическому религиозное мировоззрение, - вещал Змей, разбирая экзаменационные вопросы. - Оно апеллирует к фантазии и чувствам, но при этом не смешивает сакральное и земное. Религия - мироощущение и мировоззрение, а также соответствующее поведение, определяемое верой в существование Бога, божества; чувство зависимости, связанности и долженствования по отношению к тайной силе, дающей опору и достойной поклонения. А кто мне ответит, что значит религия по Канту?

Матвей обвел взглядом притихшую аудиторию. Студенты молчали, и профессор нахмурился.

- Фундаментальные основы философии составляют большую часть образовательного процесса и почти половину экзаменационных билетов, - Матвей недовольно покачал головой.

- Религия — это закон, живущий в нас. Мораль, обращенная к познанию Бога, - выпалила я, прежде чем успела подумать.

- Верно! – Матвей обернулся, смерив меня горящим взглядом. – Видите, даже студентам первого курса известны эти прописные истины.

- А ты умеешь быть милым, - не удержалась от кокетства, когда Григорьев подошел к двери, предупредительно захватив мои очки.

- Слова Канта из ваших уст…

- Звучали соблазнительно? – перебила я и подмигнула.

- Многообещающе.

- Если еще раз поражу, поцелуешь? - прошептала я.

- Снежана Игоревна, прошу прощения, я сейчас занят, - Змей перешел на официальный тон. – Если у вас еще остались вопросы, зададите мне их позже.

И он закрыл передо мной дверь. Вот паршивец!

Вечером следующего дня мы с Русей прогуливались по улицам города. Настроение было хуже некуда. Предки в категоричной форме запретили мне садиться за руль и демонстративно отобрали ключи от машины. Я вспылила, отец тоже. В общем, до конца года я теперь пешеход, а дальше, как пойдет.

- Задрали просто, сил нет! – я шлепнулась на скамейку, не скрывая раздражения. Даже мои любимые драные джинсы сегодня не радовали.

- Они тебе здоровья желают, - подруга села рядом и щелкнула зажигалкой.

- Смерти моей желают. Как я буду без машины? – я прикурила сигарету и закашлялась. Вкус был отвратительный, а от табачного дыма меня едва не вывернуло. – Что за дрянь! – я швырнула сигарету в урну.

- Странная ты какая-то стала, - заметила Руся. – Пиво не пьешь, сигаретами швыряешься. Вчера со Змеем куда-то свинтила, хотя на дух его не переносишь.

- Ничего интересного, - я поморщилась. – По кафедре пошлялись. Я попыталась его поцеловать, он послал меня к черту.

С подругой можно было не корчить из себя ту, которой не являюсь, и говорить на любые темы, даже на самые откровенные.

- А зачем он тебе? – удивилась Руся. - Зачет получила, вот и наплюй. Ты девчонка симпотная, быстро найдешь красавчика для физкультуры.

- Надоела тупая физкультура, - выдохнула я.

- Что и сексом теперь перестанешь заниматься? – вытаращила глаза Руся. – Надо же, как тебя торкнуло!

- Скучно все! Неинтересно! – я обвела взглядом прохожих, неоновые витрины магазинов, где еще совсем недавно могла зависнуть на полдня и уличную кафешку, идти в которую не было настроения.

- Мужика тебе надо. Настоящего. Чтобы трахнул крепко и выбил всю дурь из головы.

- Наверное, - я пожала плечами. В последнее время я сама себя не понимала.

Мимо нас с жутким грохотом урчащих моторов промчались несколько байкеров. Кожаные брюки, черные косухи, ярко-красные молнии на блестящих шлемах. Я на несколько секунд словно выпала из жизни, залипнув на огромных хромированных агрегатах, внушающих страх и благоговение.

- Я также хочу, - кивнула в сторону умчавшихся нарушителей тишины.

- В смысле? Хочешь мотаться в вонючими бородатыми байкерами, пропахшими виски и табаком? Да они же пачками разбиваются, потому что прут, не разбирая дороги и не соблюдая скоростной режим.

Руся квохтала, сгущая краски, словно мамаша над несмышленым цыпленком, пока тишину вечера снова не разорвал рев мотора. Мы одновременно обернулись. Один из байкеров, видимо отставший от своих дружков, застрял на светофоре.

- Это мой шанс, - повинуясь внезапному импульсу, я двинулась в сторону мотоцикла.

- Какой шанс? – Руся дернула меня за руку. – Не дури, подруга.

- Я позвоню, - пробормотала и дальше ее уже не слушала.

Светофор еще горел красным, но время было на исходе. Ускорившись, я в считанные секунды оказалась рядом с мотоциклом. Не спрашивая разрешения, потому что все равно его не получу, лихо перекинула ногу и запрыгнула на высоченный мотоцикл сзади байкера.

Водитель резко обернулся и, уверена, собирался немедленно меня скинуть, но загорелся светофор, и мотор снова взревел.

Мамочки мои! Я изо всех сил вцепилась в его кожаную куртку за секунду до резкого рывка. Уши заложило, глаза заслезились от резкого порыва ветра в лицо. Мир вокруг слился в одно серое грязное пятно.

Но скоро жажда приключений и непередаваемый драйв сделали свое. Привыкнув к сумасшедшей скорости, я глазела по сторонам, но свалиться с байка реально боялась. Ветер трепал волосы, которые не подумала заколоть. В следующий раз обязательно уберу их под резинку или надену шлем.

Стоп! Следующий раз? Реально, это я сейчас подумала?

Скоро бешеная гонка закончилась. Выехав на окраину города, мы проехали сквозь толпу таких же байкеров и остановились в стороне. Я слезла с мотоцикла, прокручивая в голове оправдания своему порыву.

- Ты реально нахрен тупая овца? – байкер соскочил на землю следом за мной и снял шлем, превратившись в байкершу. Высокую, темноволосую и накаченную. Байкерша излучала особую харизму, несмотря на мужеподобную внешность и грубую манеру общения.

- Я хотела прокатиться, - смело заявила я.

Что они мне сделают? Подумаешь, развеялась с ветерком! От байка и его водителя не убыло.

- Прокатилась? – женщина скинула куртку, обнажив бицепсы сплошь забитые цветными татухами. – Теперь вали на хрен. До центра километров тридцать. К утру дотащишься.

- А что это за сборище? – я не собиралась сдаваться. – Намечаются гонки или благотворительный рейд?

- Ты совсем ку-ку? – она покрутила у виска. – Вали, я сказала!

- Рит, а кто это с тобой? – к нам подошел невысокий коренастый байкер с голым черепом, затянутым черной банданой, и рыжей окладистой бородой. Изучив мою персону, он довольно прищелкнул языком. В отличие от байкерши, ее дружку я явно пришлась по вкусу.

- Ненормальная на светофоре заскочила, - она смачно сплюнула.

- Реально? – рыжий заржал, взглянув на меня с неподдельным интересом. – На приключения, значит, потянуло? Мой байк и член к твоим услугам. Покатаемся, малышка?

- Исчезни, эта киска моя! –дорогу рыжему преградил громила с внешностью видавшего виды отморозка. Такие личности всегда настораживали, и я невольно отступила обратно к рыжему.

- А ты сообразительная, - бородач не замедлил облапить меня рукой и притянуть к себе. – Вакансия занята, - с апломбом выдал он громиле.

К такому сценарию я была не готова. Одно дело мчаться навстречу ветру и мечте и совсем другое тискаться с потным байкером, не знакомым с элементарными правилами приличия.

- Отвали, Карл! – услышав знакомый голос, я вздрогнула. - Пойдем!

Меня буквально выдернули из объятий рыжего и потащили в сторону.

– Что вы здесь делаете?! – прошипел Матвей каким-то чудом оказавшийся в столь поздний час в этом богом забытом месте. В бешенстве он схватил меня за плечи и потряс как тряпичную куклу.

- Развлекаюсь. А ты? - с появлением Змея тревога ушла, а в сердце поселилось странное спокойствие.

- Ненормальная! – выдохнул он.

- Да, ненормальная и что? – ответила я с вызовом.

- Совсем от безделья крышу снесло?! – раскричался Григорьев.

- Не кричи на меня! - не сдержалась.

- А то что? К папочке побежите? – взбеленился Змей. - Декан перед ним давно на цыпочках ходит, а мне плевать на статус вашего родственника.

Григорьев продолжил бы нравоучения, но нас окликнули.

- Матвей!

Мы обернулись. Бородач махал, призывая вернуться.

- Пойдем, - Змей сжал зубы и взял меня за руку. – Они не тронут, просто решили напугать. Забавлялись. Но лучше держитесь рядом.

- Познакомишь со своей подружкой? – байкерша теперь была более любезна. Она с интересом посмотрела на наши переплетенные пальцы и усмехнулась.

- Снежана, - рука Матвея собственнически опустилась на мою талию, но я была совершенно не против. - Рита, - он кивнул на байкершу, – Карл, Марк, – махнул в сторону рыжего и громилы.

- Ты знакомая Матвея? – поинтересовалась Рита.

- Вроде того, - я прижалась к теплому телу Григорьева. От его манящей близости по коже побежали тысячи электрических импульсов. – Я с ним сплю.

- Что? – переспросила байкерша, решив, видимо, что у нее что-то со слухом.

- Занимаемся физкультурой, сексом, трахаемся. Как ни назови, а суть дела не меняется, - я невозмутимо пожала плечами и улыбнулась, поймав удивленные взгляды окружающих.