Глава 9

Ника

Ни одного заказа. Ни единого! Хоть вчера она разослала штук двадцать визиток, а то и больше. Всем отправила, кого удалось выискать в интернете. Сидела до ночи, рассчитывая хоть на какой-то улов. А сейчас вот чувствовала себя невидимкой, да к тому же немой. Она словно стояла на оживленном перекрестке, мимо сновали люди, она кричала им, а ее никто не видел и не слышал.

Что же делать? Ника уронила голову на руки, понимая, что близка к отчаянию. Можно попробовать обзвонить потенциальных заказчиков, ну тех у кого в контактах указан телефон хотя бы. Вот только нальет себе кофе. Кофе всегда помогал ей думать и сосредотачиваться на главном.

Вернувшись из кухни с дымящейся чашкой, Ника набрала первый номер. Искали декоратора для украшения танцевального зала, в котором планировали проводить конкурс танцев. Такая работа всегда хорошо оплачивалась спонсорами конкурсов. И времени она занимала не много.

— Здравствуйте! Вас беспокоит Вероника Багрянцева — флорист. Вчера я отправляла вам заявку на декорирование…

— Вакансия закрыта, — не самым вежливым образом не дали ей даже договорить.

— Как закрыта? Но она же всего пару дней, как была опубликована.

— И что? Другой флорист подсуетился раньше вас, — в женском голосе послышалась насмешка.

— А могу я узнать, кто?

— Вообще-то, мы не даем справок… Но не думаю, что информация эта секретная, — тут же смягчилась собеседница. — Одну минуту… — повисла пауза, но совсем короткая. — Мы наняли фирму «Соцветие».

Но это же… «Соцветием» владела Ангелина. Получается, опять она опередила Нику?

— А когда?

— Да вот только что. Владелица фирмы сделала нам хорошую скидку…

Не то чтобы Ника не верила в совпадения. Нет, конечно. В жизни чего только не случается. Но два раза подряд — наталкивало на подозрения.

В большинстве вакансий не было телефона для обратной связи. Но по трем все же Ника еще смогла дозвониться. Две вакансии оказались аннулированными, а вот третья тоже утекла у нее из-под носа и снова к Ангелине. Вот тут Ника поняла, что ее преследует злой рок, или это какие-то проделки лукавого. Во взлом она тоже не верила, да и рабочий файл хранила в облаке, а его не взломать, насколько она знала. Тогда, что же происходит, почему у нее утекают заказы? Причем, буквально из-под носа!

Ника уже давно избавилась от иллюзий и знала, что деньги можно только заработать упорным и добросовестным трудом. И она их зарабатывала уже несколько лет в достаточном для жизни в столице количестве. В чудо не верила и не ждала его. До сегодняшнего дня, когда это чудо ей стало жизненно необходимо.

А еще она отвыкла сидеть дома. Даже по выходным частенько работала. И сейчас поняла, что стены буквально давят на нее, и в замкнутом пространстве этой квартиры она задыхается. Лучше уж идти, куда глаза глядят, чем сидеть дома.

Бабье лето все продолжало баловать теплом, и Ника даже смогла забыться, бредя через парк и шурша разноцветной осенней листвой, что устилала дорожки. А миновав парк, как-то самом собой свернула к свадебному салону, где работала ее однокурсница в студенческую бытность, и с которой она поддерживала отношения.

— Привет, Ник! Давненько тебя не было видно. Все пашешь? — такими словами встретила ее Оля.

Она не только работала в салоне, но и владела им. И все время жаловалась на бешеную конкуренцию в этой области торговли. «Невест, как собак нерезаных, а салонов еще больше», — примерно так выражалась Оля. Как собак нерезаных… Эта фраза всегда коробила Нику. Во-первых, потому что она любила собак, а во-вторых, не понимала смысла фразеологизма. Это же значит много, а с чего вдруг? Она даже искала информацию об этой фразе, но так ничего путевого и не нашла.

— Если бы, — опустилась Ника на небольшой диван.

В эти утренние часы салон пустовал. Д и в часы пик посетителей в нем было не так и много. Что и понятно, учитывая, сколько стоит даже самое простое свадебное платье. А в свой магазин Оля заказывала товар исключительно из Италии.

— Что так? — присела рядом с ней Оля. — А хочешь кофе?

— Нет, спасибо! Я уже пила.

— Так что у тебя случилось? Вижу же, что что-то серьезное.

Ну и Ника рассказала ей все как на духу. И про Ангелину не смолчала.

— Знаю я эту проныру. Не удивлюсь, если она специально тебе дорогу переходит, — вынесла вердикт Оля.

— А зачем ей это?

— Ну как зачем? Ты же ее прямой конкурент. Вот и хочет устранить.

— Может быть… Только, мне-то что делать? Работа нужна позарез!

— Слушай, ну может ты пока на меня поработаешь, а? А то сама я ничего не успеваю. Конечно, золотых гор не обещаю, но на жизнь хватит.

— А что делать нужно?

Хоть и спрашивала, но заранее была согласна на любую работу.

— То, что ты умеешь делать лучше всех, — загадочно отозвалась Оля. — Свадебные букеты! Знаешь, у меня их заказывают куда как лучше, чем покупают наряды, — грустно закончила.

Ника и забыла, что в салоне Оли и такая услуга оказывалась. И букеты Оля мастерила сама.

— Соглашайся. Работа не пыльная. Часа за три будешь управляться со всеми заказами. Ну и я тебе буду платить приличный процент.

— Я согласна, — недолго думая, отозвалась Ника.

Домой возвращалась в более приподнятом настроении. С завтрашнего дня у нее есть работа. Ну а в свободное от работы время будет возвращать свой бизнес в прежнее русло.

На парковочной площадке двора выстроились три джипа-внедорожника, похожих как братья близнецы. Любопытная ребятня уже ходила вокруг них кругами. И только два амбала, застывшие возле джипов, мешали пацанам приблизиться и рассмотреть их более детально.

Что-то это Нике напомнило. Да понятно, что — время, проведенное у мамы. Вернее, пару дней из тех двух недель. А еще Михаила… Она о нем вспоминала, хоть и совершенно не желала этого делать. А однажды он ей даже приснился — будто бы он заявился к ней домой с огромным букетом роз. Дальше она сон не запомнила, но после него какое-то время испытывала приятное послевкусие. Неужели во сне у них что-то было? То, чего в жизни просто быть не могло. И еще она вспоминала те минуты близости, что случились между ними пару раз, как и поцелуи Михаила. Себе и сейчас она могла признаться, что это было волнительно и очень необычно.

***

Михаил

— Двое со мной, остальным оставаться в машинах, — распорядился Михаил, когда выбрался из автомобиля.

И здесь она живет? Какое-то время он рассматривал десятиэтажку с обшарпанным фасадом. Представляет, какие тут квартиры — сто лет без капремонта, наверное. Да и сам район оставляет желать лучшего, как и находится он далековато от центра. А когда вошел в подъезд, подтвердились худшие опасения — грязь и запах кошачьей мочи царили здесь повсеместно. Интересно, как часто тут убираются, и куда смотрит ЖКХ?

В дребезжащем лифте Михаил и двое охранников поднялись на десятый этаж. А потом еще в лабиринтах коридоров ему пришлось искать нужную квартиру. Ну и ожидаемо на его звонок никто не открыл дверь. Почему-то он заранее предвидел, что Ники не окажется дома. Ничего, не беда, он ее терпеливо подождет. Если верить Гучкову, то работы у нее сейчас нет, а это значит, что вышла она куда-то ненадолго.

Удалось даже выискать чистый подоконник, и окно выходило как раз во двор, хоть с такой высоты практически ничего не было видно. Однако, Нику он разглядел сразу же, как только она завернула во двор. И сразу же в душе что-то шевельнулось, а сердце забилось учащенно. Все же, скучал он по ней куда как сильнее, чем даже сам думал.

Окно находилось как раз возле лифта. Мелькнула мысль, что Ника испугается, когда выйдет, но ничего предпринимать Михаил не стал, как и убирать парней, что замерли с двух сторон от лифта. Она должна принимать его таким, какой он есть. Он же ведет себя соответственно своему положению. И перво-наперво ему нужно наладить с этой строптивой девушкой контакт. Теперь на его территории.

Лифт противно скрипнул, дернулся и остановился на десятом этаже. Двери плавно разъехались в стороны, и Ника сначала вышла из лифта, а только потом заметила его и стала как вкопанная. До этого она что-то искала в сумке, по всей видимости, ключи. И сейчас сумка так и болталась на ее плече распахнутая.

Михаил смотрел на нее во все глаза, хоть и пытался напустить на себя холодности и незаинтересованности. Она изменилась. Хотя, наверное, так она выглядит на своей территории, где все ей привычно. Стильно, пусть и довольно просто одета. Наверное, даже излишне строго. Ему она больше нравилась в джинсах и растянутом джемпере, нежели в этой узенькой юбочке и приталенном жакете. И кроссовки ей идут больше этих лодочек на каблуке. А гладко расчесанные волосы Ники ему сразу же захотелось растрепать.

— Что ты тут делаешь? — справилась она с испугом, а потом и с удивлением, что друг за другом промелькнули в ее глазах. А по глазам Михаил уже давно научился считывать эмоции. Ну и Ника их просто не умела скрывать.

— Привет, Ника. Тебя жду, — улыбнулся Михаил и соскочил с подоконника.

Захотелось отряхнуться, но он сдержался. Да и ноги сами уже понесли его навстречу и поближе к этой девушке.

— Зачем? Ой, привет! — спохватилась она, чем вызвала новую улыбку.

Такая непосредственность и бесхитростность! Эти качества понравились в ней сразу же. И сейчас он снова ей залюбовался, когда личико ее раскраснелось, а взгляд она невольно потупила. Впрочем, смущение длилось недолго, и почти сразу же она снова посмотрела прямо в глаза Михаилу. Он, тем временем, приблизился к ней чуть ли не вплотную, так близко, что уловил знакомый аромат ее духов.

— Соскучился, — ответил он, сдерживая свои руки, чтобы те не тянулись к ней с целью заключить в объятья.

Ей же деваться было некуда. Сейчас она в его ловушке в прямом смысле слова. Сзади дверцы лифта, а по бокам — его бойцы. И да — Михаил нагло этим пользовался, не собираясь давать Нике слабину.

— А я нет. И пропусти меня, уже, пожалуйста, — спокойно попросила она. Видимо спокойно, но он-то замечал ту панику, что плескалась на дне ее глаз. Чего она боится? Или кого? Его или себя?

— Ника, я просто решил тебя навестить, ничего больше, — отступил он все же на шаг. — Не кажется ли тебе приличным предложить мне хотя бы чашечку чая?

— Для этого мне придется пригласить тебя к себе домой, — склонила она голову набок.

— Это проблема? — невольно усмехнулся он.

Она вступила в игру — ему же это нравилось все больше.

— А их ты с собой возьмешь? — кивнула Ника на одного из охранников.

— Думаю, что они могут подождать меня и за дверью. Не станешь же ты метать в меня ножи?

— Даже не знаю… — протянула Ника, а Михаил едва скрыл ликование, когда различил в ее голосе игривые нотки.

И кажется, она лукавила сейчас — может быть она и не скучала по нему, но видеть явно была рада.

— Ладно, пошли, напою тебя чаем, раз уж ты тут… Но учти, дома у меня бардак! И чтобы я от тебя ни слова не услышала по этому поводу! — погрозила она ему пальчиком, который ужасно захотелось облобызать.

Бардак — это мягко сказано. Вот уж не думал, что девичья обитель может выглядеть настолько захламленной. Нет, тут не было грязно, да и квартира показалась ему ужасно тесной — крохотная комнатка, метровый коридор и мизерная кухня. И повсюду царили причиндалы для букетов, по всей видимости. Как она умудрялась что-то нужное во всем этом находить, оставалось только недоумевать.

— Как видишь, я не преувеличивала, — изучающе посмотрела на него Ника.

Интересует его реакция? Или она надеялась этим отпугнуть его? Не тут-то было, дорогая! Он видел бардаки и посерьезнее творческого беспорядка. Да и сам умел такой наводить, хоть и не помнил, когда занимался этим в последний раз. В его доме обычно царил идеальный порядок.

— Вижу, и мне на это плевать, — спокойно отозвался Михаил и без приглашения прошел на кухню.

Точно, не больше четырех метров. Ну что ж, он уже заранее предвидел, как Ника будет нервничать, находясь рядом с ним в столь замкнутом пространстве. А уходить он не собирается, и кажется, кухня в этой квартире — наиболее чистое место. Размышляя таким образом, Михаил и уселся на табурет возле окна. Нике ничего не оставалось, как последовать за ним, а потом и замереть возле него по стойке смирно. В этот момент он снова едва сдержался, чтобы не притянуть ее к себе — ведь дотянуться до нее можно было руками и без труда.

— Вольно, — неожиданно для себя рассмеялся он. — Ну то есть, я хотел сказать, что не стоит так напрягаться в моем присутствии.

— А кто напрягается-то? — фыркнула она и отошла к раковине. — Что будешь? Чай, кофе?.. Могу еще сделать бутерброды. И у меня есть печенье…

— Давай чай, бутерброды и твое печенье, — приблизился он к ней со спины и обхватил за талию, прижимая к своей груди. — Ты его сама пекла?.. — проговорил на ухо и не выдержал, поцеловал в шею.

Не сдержался — тяга к этой девушке оказалась сильнее той, с какой он еще мог бы справиться. И Ника заметно напряглась в его руках, хоть он и не мог не заметить, что поцелуй его был ей приятен — по коже ее разбежались мелкие мурашки. Захотелось проверить, как отреагировали ее соски на его прикосновения. Он отлично помнил, как те умеют задорно топорщиться… Но коснуться еще и ее груди он уже не посмел, хоть и сгорал от желания не только обхватить грудь, но и заняться с ней любовью прямо вот на этой столешнице.

— Убери руки и отойди, — грозно, но тихо проговорила Ника. — Если не хочешь, чтобы я метнула в тебя нож, — показала она тесак, зажатый в кулаке, который как раз и намывала. — Охрану позвать не успеешь…

— Убрал, — нехотя капитулировал Михаил и вернулся за стол.6dfffc

Как и тогда, в нефтяном поселке, ему захотелось завоевать эту девушку всеми правдами и неправдами, покорить ее. Один раз он уже отступился, да и не время, наверное, было тогда. Теперь на попятную идти не собирается. Он будет не он, если не добьется ее!

— Сиди смирно и не пострадаешь, — погрозила ему Ника ножом, хоть и тоже уже прятала улыбку.

В течение последующих нескольких минут Михаилу ничего не оставалось, как следить за ее передвижениями по кухне, пока она сервировала стол, и держать себя в руках. Ему она заварила чай, себе налила кофе с молоком. От молока в чай он вежливо отказался. Он угадал, и печенье Ника пекла сама. Показалось ему оно безумно вкусным, и он умудрился ополовинить вазочку с печеньем. Только вот, разговор у них ну никак не клеился. На вопросы Ника отвечала хоть и вежливо, но односложно. Интересоваться ее профессиональными делами Михаил не рискнул, чтобы не сыпать соль на рану. Ну а о личном тоже не станешь спрашивать — канули в Лету уже те два дня, что они провели в замкнутом пространстве квартиры, заметенные северным снегом.

Кстати, тогда он ей отправил чек почтой. Как бы там ни было, что бы он ни испытывал к этой девушке, а тогда он предложил ей работу, за которую обязался щедро заплатить. Обязательства свои он выполнил, только вот чек недавно вернулся ему обратно.

— Почему ты не взяла деньги? — спросил он у Ники, вспомнив этот случай.

— Потому что не выполнила обязательства, — пожала она плечами. — Да и непогода продержалась недолго.

— Два дня. Столько ты потратила на меня, — улыбнулся он.

— И за это ты мне ничего не должен. И давай не будем продолжать этот разговор, — быстро добавила Ника.

— Хорошо, — кивнул Михаил. Он и сам понимал, что разговор этот не приведет ни к чему конкретному. Да и у него уже зародилась другая идея. — Ну а встретиться ты со мной тоже откажешься?

— А зачем это? — посмотрела на него Ника в упор. Все-таки, временами она бывает чересчур прямолинейной. — И мы встретились… — обвела она глазами кухню.

— Все верно. И теперь я тебя должен отблагодарить за гостеприимство, чай и вкусные печенья. Хочу вечером пригласить тебя в ресторан.

— Это ни к чему…

— Ника, я не предлагаю тебе переехать ко мне жить. Просто, зову поужинать вместе, — перебил ее Михаил. — Соглашайся, — с улыбкой добавил. — Ни к чему не обязывающий вечер в дорогом ресторане.

— Ключевое слово — дорогой, — кивнула она, но все же улыбнулась ему в ответ.

— Я могу себе это позволить. А ты сегодня будешь моей гостьей.

— Ну хорошо, — отозвалась она после непродолжительного раздумья. — Во сколько?

— Часов в восемь нормально?

— Да.

— Тогда, я за тобой заеду.

Она вышла проводить его в коридор, и Михаил спросил:

— Можно я тебя поцелую?

— Нет! — испуганно вскинула она на него глаза и попятилась.

Ладно. Но он обязательно поцелует ее сегодня — не сейчас, так вечером точно!