Глава 12. Случайности не случайны?.

Вернувшись с утренней прогулки с Моней, я застала брата за уже привычным занятием: приготовлением омлета. С того самого дня, как Егор учил Влада готовить это блюдо, наш завтрак был представлен только им. Когда же я пыталась хоть как-то разнообразить меню, брат становился в позу и даже обижался, сетуя, какая у него нечуткая сестра: не дает ему практиковаться в создании совершенного омлета. На мой взгляд, его омлет по вкусовым качествам уже давно достиг должного уровня, что даже вызывало во мне легкую зависть, однако Влад, похоже, заразился от Егора перфекционизмом и не желал отступать. Никогда не думала, что у этих двоих найдется столько общего. Да что там! Я даже предположить не могла, что кулинария так увлечет моего братца! Впрочем, без зазнобы Маши тут тоже, конечно, не обошлось…

— Во сколько начало соревнований? — спросил Влад, увидев меня на пороге кухни.

— В одиннадцать, как и прошлый раз, — я прошла к шкафчику с посудой и достала две тарелки. — Но мне придется выйти пораньше и успеть заехать в ресторан, нужно решить один срочный вопрос. Буду потом добираться своим ходом, ведь Егор с Сержем поедут отдельно. Боюсь, могу опоздать…

Это, действительно, меня огорчало: меньше всего хотелось пропустить момент, когда Егор будет готовить. Хорошо, если он попадет во вторую группу, а если его отправят участвовать в первом раунде? Тогда я могу и не успеть. Что ж, положимся на судьбу…

— Жаль, что я опять пропускаю соревнование, — расстроено отозвался Влад. — А я бы так хотел посмотреть на Егора… И зачем эти консультации поставили именно на сегодня? Я и по ресторану уже соскучился…

— Ты не работаешь всего три дня и уже соскучился, — я усмехнулась. — Неужели так работать понравилось? Или просто хочешь увильнуть от учебы?

— Ничего я не увиливаю, — насупился тут же Влад. — Просто соскучился… — и добавил: — Скорей бы суббота… Там уж точно никакой учебы… Хоть поработаю немного.

Я снова с улыбкой покачала головой и поинтересовалась о готовности омлета, напомнив, что тороплюсь.

Позавтракала быстро и так же мгновенно оделась. Ну почему фотограф, что собирался делать снимки «Каролины» для одного тематического каталога, решил навестить нас именно сегодня? И как я не пыталась, не смогла перенести встречу на другое время: рабочий день фотографов и журналистов этого весьма солидного издания был расписан по минутам, поэтому приходилось подстраиваться под них, а не наоборот. Правда, фотосессию обещали провести максимум за час, поэтому у меня все же оставалась надежда успеть к началу соревнований.

Фотограф, как назло, задержался. Приехал не за полчаса до открытия, как договаривались, а почти впритык. Он едва успел сделать первые снимки, как уже начали собираться работники. У Матвея, к счастью, сегодня был выходной, поэтому я могла не переживать за его подозрительные делишки во время моего отсутствия. К тому же Леша должен был завтра вернуться из отпуска, а значит, сладкая парочка Роман-Матвей уже не будут так часто вместе. И да, надо не забыть поговорить с Лешей: пусть изучит накладные и прочую документацию, что проходила через бар, пока он отсутствовал. Вдруг разглядит какие нестыковки.

Непривычно тихую Женю я заметила не сразу. Лишь когда она, уже переодевшись в форму, вышла в зал, обратила внимание на ее нездоровую бледность. Впрочем, напомнила себе потом, она же беременная, возможно, токсикозом мучается или чем там еще страдают женщины в положении? Сразу же, точно муть со дна озера, всколыхнулось непроизвольное раздражение с привкусом горечи. Я отвернулась от Жени и попыталась отвлечься от мыслей о ней же и ее ребенке, переключившись на фотографа, который как раз собрался делать снимки снаружи, у входа.

Минутные стрелки часов все быстрее неслись по циферблату, приближая время начала второго соревнования, я же никак не могла отделаться от «важного» гостя. Мои надежды оказаться в ВДНХ в срок таяли на глазах. А тут еще и Серж стал названивать и нервно интересоваться, скоро ли я освобожусь.

— Аленушка, давай скорее, ты же знаешь, как нам с Егором нужна твоя поддержка, — умолял он, мне же оставалось лишь признаваться в своей беспомощности.

Наконец фотограф объявил, что закончил и стал складывать свое оборудование, мое же нетерпение только возросло: ну что так медленно? В этот момент снова позвонил Серж, сказать, что Егор попал во вторую группу, а значит, мои шансы успеть возрастали.

Я уже почти на крыльях летела из своего кабинета к выходу, когда услышала пронзительный крик из туалета:

— Помогите! Сюда, пожалуйста…

Голос был похож на Катин, а в следующий миг она уже сама, испуганная и взъерошенная, выскочила из дамской комнаты.

— Что случилось? — я тут же ринулась к ней.

— Женя… Там Женя… — она вцепилась мне в руку. — Ей плохо… Помоги…

— Да что случилось?

Я распахнула дверь туалета и на несколько секунд застыла в замешательстве: Женя сидела на полу, еще бледнее прежнего, и зажимала между ног подол юбки, который почти весь был пропитан кровью.

— Скорую вызвали? — отмерла наконец я, взволнованно глянув на Катю.

— Нет… Еще не успели… Телефон в раздевалке… — залепетала та, дрожа всем телом. Она выглядела еще более напуганной и дезориентированной, чем сама Женя.

Я присела около Жени, одновременно пытаясь отыскать свой телефон в сумочке.

— Как ты? Что болит?

— Живот… — простонала та, шумно сглатывая. — И поясница…

— Она беременная, — выпалила Катя.

— Ну зачем ты…? — Женя глянула на нее с укоризной, но тут же зажмурилась от боли.

— Да что уже скрывать? — всхлипнула Катя и перевела взгляд на меня: — Ей уже второй день плохо, а к врачу она идти не хотела… А тут вон пошла в туалет, и из нее кровь хлынула… Хоть бы не выкидыш…

— Значит, не судьба, — криво усмехнулась Женя, прикрывая глаза.

— Да прекратите вы о таком думать! — прикрикнула на них я, вмиг забыв о своей еще недавней неприязни к Жене. Даже стало немного стыдно за свои нехорошие мысли в ее адрес. — Все будет хорошо!

Я, наконец отыскав телефон, принялась набирать номер скорой.

— Ты можешь встать? — спросила Женю, когда вызов был принят. — Может, ко мне в кабинет перейдем? А тот тут пол холодный… И сквозняк…

— Думаешь, я сейчас больше всего боюсь простудиться? — съязвила та в ответ. Но тут же поправилась, удрученно мотнув головой: — Извини… Думаю, встать не получится. Боюсь даже двинуться с места, из меня и без этого хлыщет… И болит… Ужасно…

Она поежилась, точно от озноба, а на лбу проступили капли пота. Я сняла с себя кофточку, что прихватила утром от ветра, и накинула ее на Женю, пытаясь хоть немного ее согреть.

— Спасибо, — через силу улыбнулась она и, снова прикрыв глаза, прижалась спиной и затылком к стене.

Скорая приехала на удивление быстро, не прошло и двадцати минут. Меня сразу оттеснили и стали осматривать Женю. И в этот самый момент вновь раздался звонок от Сержа:

— Ну где ты? Осталось совсем немного до того, как Егор начнет готовить!

— Серж, не ждите меня, — откликнулась я, напряженно наблюдая за манипуляциями врачей. — Тут у нас ЧП в ресторане.

— Что стряслось? Проверяющие? Пожар? — тут же завалил меня вопросами босс.

— Нет, с самим рестораном все в порядке, — я почти не слушала его. — Проблемы у одного нашего сотрудника…

— Давайте на носилки ее! — командовал между тем врач.

— Потом объясню, — бросила я в трубку и отключалась первая.

— Может, я поеду с ней? — робко спросила меня Катя.

— Нет, иди работай, — быстро приняв решение, отозвалась я. — С Женей в больницу поеду я…

Пока ждала в приемном покое результатов осмотра Жени, в мыслях был полный хаос, а все нутро сковало от напряжения. Я сама не понимала, зачем отправилась за Женей в больницу. В конце концов, можно было просто позвонить ее родным и сказать, где ту искать, а самой поехать в ВДНХ, вот только… Только настроение присутствовать на конкурсе вдруг пропало, как и желание видеть Егора. Да, наверное, глупо, но я ничего не могла поделать со своими чувствами, и даже не была способна дать им четкого определения, боялась искать истоки и первопричины. Когда же Женю перевели в палату и позволили ее увидеть, не сразу решилась зайти. Стояла еще некоторое время в коридоре и думала, что ей говорить и как себя вести. Мне уже сообщили, что беременность все-таки прервалась, а значит, я должна была выказать Жене некое сочувствие и поддержку. Но с другой стороны, как она сама к этому отнеслась? Ведь я помню ее сетования, когда она увидела две полоски на тесте. Вдруг для Жени этот выкидыш стал освобождением?.. Впрочем… Она же собиралась с помощью ребенка обратить на себя внимание его отца, теперь же ее план сорвался.

Я наконец нажала на ручку двери и вошла. Женя неожиданно встретила меня не очень приветливо.

— Как ты? — осторожно спросила я.

И получила раздраженный ответ:

— Здорова почти как корова. На работу выйду через неделю, так что не волнуйся. И в декретный тоже не уйду.

— Вообще-то, меня это волнует меньше всего, — я даже стушевалась от такой резкости. — Я только хотела поинтересоваться, как ты себя чувствуешь. Но если все в порядке, тогда я, наверное, пойду… Тебе надо отдыхать. Выздоравливай.

— Алена, — окликнула меня Женя, когда я уже развернулась к выходу. — Можно попросить тебя никому не рассказывать в ресторане, что я была беременная? Придумай что-нибудь. Не хочу, чтобы мне кости перемывали.

— У меня и в мыслях не было с кем-то это обсуждать, — ответила, глянув на нее через плечо.

Хотела еще добавить, что меня ее личная жизнь не касается, но тут у Жени зазвонил телефон, и она сразу же схватила его с тумбочки.

— Да, Кать, живая… — заговорила она в трубку. — Почистили меня, все…

Я взмахнула ей на прощание рукой и, не дожидаясь ответа, покинула палату.

— Нет, теперь уже не хочу ему говорить… — огорченный голос Жени все еще хорошо был слышен даже из-за закрытой двери. — Да и занят он сейчас. И, вообще, не хочу, чтобы он сюда приезжал и видел меня такую страшную… Нет, Кать, нет… Не буду… Ты же помнишь, что он сказал, когда я намекнула ему о ребенке? Что дети сейчас в его планы не входят… У него карьера, перспективы… Ладно, если бы я еще была беременная, но сейчас… Все бесполезно, Кать… И выкидышем ему на жалость подавить не удастся… Вдруг это еще больше отвернет его от меня? Нет, просто буду делать вид, что никакого ребенка не было… Забыли и проехали…

Забыли и проехали…

Я медленно побрела к выходу. В голове вдруг стало пусто, как и в душе. Надо бы, наверное, вернуться в ресторан, но ноги мои туда просто отказывались идти, и голова разболелась, прямо мушки перед глазами запрыгали. Нет, пойду домой… Позвоню Оле, скажу, что приболела. Один день она справится без меня, да и ничего масштабного на сегодняшний вечер не планировалась, так что, уверена, все будет в порядке.

Уже подъезжая к дому, отстраненно вспомнила, что соревнования давно должны были закончиться, а мне никто так и не отзвонился, чтобы сообщить результаты. Но оказалось, что у меня попросту разрядился телефон. Ну и пусть… Потом узнаю.

Время на часах было обеденное, но есть совершенно не хотелось. Я приняла таблетку от мигрени, легла на диван, натянув на себя плед, и попыталась забыться сном. Я уже пребывала в полудреме, когда тишину квартиры всколыхнул звонок в дверь. Неужели, Влад на этот раз потерял ключи? Вот растяпа, и как его заставить быть более собранным и ответственным?

Однако на лестничной площадке стоял вовсе не мой братец. Егор. Сердце екнуло, на миг подскочив к горлу. Что он здесь забыл?

— Привет, — произнес он, с некоторым беспокойством глядя на меня. — Кофе не угостишь?..

Я неопределенно пожала плечами, впустила его в квартиру и сразу направилась в кухню. Кофе так кофе…

— Ты не пришла на конкурс, а потом, оказалось, тебя нет и в ресторане. Оля сказала, что ты приболела, — продолжил Егор, следуя за мной попятам. — Все в порядке?

— Вполне, — я принялась засыпать кофе в кофемашину.

— Почему тогда в ВДНХ не приехала? — спросил Егор, прислоняясь плечом к стене и внимательно наблюдая за мной.

— Тебе разве только про меня рассказали? — получилось как-то холодно и с неким упреком. — Жене утром стало плохо, ее увезли прямо из ресторана на скорой, и я поехала в больницу с ней, — я украдкой следила за его реакцией.

Он в ответ лишь нахмурился с легким недоумением:

— А что уже с Женей случилось?

То есть, Егор вот так, почти равнодушно отнесся к тому, что женщину, с которой он был близок еще не так давно, забрали на скорой? Меня вдруг захлестнуло негодование, и следующие слова я выпалила раньше, чем успела подумать:

— Выкидыш у нее был.

Рассчитывала, хоть это проймет Егора, и он проявит наконец беспокойство, догадается, что тоже причастен к этому событию, но нет! Даже мышца ни одна на лице не дрогнула, только бровь изогнулась в удивлении.

— Не знал, что она была беременна.

— Ну конечно, она же ждала, когда закончится конкурс, чтобы сообщить тебе об этом, — с горечью отозвалась я.

Да простит меня Женя за это признание, но не могла я видеть безразличие Егора! Пусть он хоть немного задумается над произошедшим и проявит какую заботу о той, которая только-только потеряла его ребенка.

— Мне? — Егор взглянул на меня с еще большим непониманием. — То есть остальные уже в курсе? Но зачем это говорить лично мне? Еще и окончание конкурса ждать. Я же не ее начальник, чтобы меня ставить в известность о предстоящем декрете. Мне как-то все равно…

Все равно? С ума сойти…

— Все равно? — переспросила я вкрадчиво. — Ты издеваешься? А ничего, если это, возможно, был твой ребенок?

Глаза Егора наконец округлились:

— Хочу задать встречный вопрос: ты издеваешься? Какой «мой» ребенок? Это Женя так сказала?

— Нет, но… — я замялась, понимая, что конкретно имени-то отца ребенка Женя никогда не произносила. — Но это ведь логично. У вас были отношения, а потом я слышала, как она говорила, что скажет о беременности, когда закончится твой конкурс…

— Она точно говорила обо мне? — глаза Егора как-то угрожающе сузились, и он подошел ко мне вплотную. — И какие такие отношения у нас были?

— Слушай, но это не смешно, — я нервно улыбнулась. — Весь ресторан видел, как вы с того корпоратива уезжали вместе… Утром ты пришел в той же одежде, пошел в душ… Женя трещала на каждом углу, что она не успела приготовить тебе завтрак, видишь ли, ты спешил… И потом… Она же ходит к нам в кабинет как к себе домой, и ты это никак не пресекаешь! Все уверены, что у вас отношения. Во всяком случае, были. И сроки беременности совпадают, и… — но под испытующим взглядом Егора я уже начала сомневаться в собственных доводах, и под конец вовсе стушевалась, замолчав.

— Паршивый из тебя Шерлок Холмс, — усмехнулся он. — Ничего у нас с Женей не было, разве что пофлиртовали тогда на празднике. И отвез я ее в тот вечер домой, а сам поехал к себе, потому что позвонила Машка и сказала, что Лукас чем-то сильно отравился. Я тогда всю ночь не спал, в ветеринарку его возил, выхаживал. Только под утро ему полегчало. Вот и не успел ни переодеться, ни принять душ.

Нет, ну что я за дура? Сама себе придумала, сама поверила… Мне стало безумно стыдно, и я отвела глаза.

— И больше я с Женей близко не общался. Не знаю, о каком таком конкурсе она говорила и кому собиралась сообщать новость о беременности, но точно не мне. Да мы даже не целовались! — продолжал Егор, все так же усмехаясь. — Да, вижу, конечно, что она хотела бы большего, но мне это не интересно.

— Но ты не даешь ей понять, что тебе это не интересно, — я снова подняла на него глаза. — Не пресекаешь ее откровенные заигрывания с тобой…

— Просто не в моих правилах грубить девушке, все надеялся, что она сама догадается…

— Не в твоих правилах грубить девушке? — уточнила я, ощущая легкий укол обиды. — Тогда я исключение из этих правил? Мне-то пришлось немало от тебя выслушать…

— Наверное, исключение, — голос Егор стал глуше, а от улыбки осталась лишь тень. — Потому что ты-то мне как раз интересна, но никак не хочешь этого понять…

Его пальцы нежно коснулись моей щеки, едва ощутимо прочертили дорожку до краешка губ и замерли. Я тоже замерла и прикрыла глаза, невольно наслаждаясь этими прикосновениями. Затаила дыхание, ожидая, что последует дальше. Сердце бешено застучало, почти с болью отдаваясь в ушах и висках. Ощутив губы Егора совсем близко, не отшатнулась, но и податься навстречу им не спешила. Одинаково хотела и боялась этого поцелуя. Егор тоже медлил, будто сомневался, или же просто испытывал меня, получая удовольствие от поддразнивания. Наши губы уже почти касались друг друга, в груди сладкой щекоткой все больше разгоралось предвкушение поцелуя, барьеры вот-вот должны были рухнуть, как вдруг из прихожей донесся удивленный голос Влада:

— Ален, ты что, дома?

Мы с Егором тут же отпрянули друг от друга, и в его глазах я уловила те же разочарование и досаду, что испытывала в этот момент сама.

— Да, ушла сегодня пораньше, — отозвалась, прижимая ладони к пылающим щекам. — А у тебя уже занятия закончились?

— Вообще-то, они закончились как обычно, — брат заглянул в кухню и, увидев Егора, расплылся в улыбке. — Привет! Вы что, оба ушли пораньше?

— Мы просто после соревнования решили не возвращаться в ресторан, — принял удар на себя Егор. — Серж нас отпустил.

Соревнования! Я же совсем забыла спросить, чем они закончились! Но Влад это сделал за меня:

— О, и как все прошло?

— Прекрасно, — улыбнулся Егор.

— Ты в финале? — засиял брат

— А ты сомневался? — Егор подмигнул ему.

— Правда? Ты в финальной тройке? — теперь уже я не удержалась от радостного возгласа. — Но это же здорово! И даже Макаров не смог помешать?

— Я же говорил, что Артур ничего не сделает, — Егор пытался говорить с бравадой, но я все же заметила, что он не так уж спокоен. Похоже, этот неприятный тип Макаров все же смог потрепать ему нервы сегодня.

— И какой ингредиент был? Что готовил? — с горящими от любопытства глазами стал расспрашивать Влад.

— Ингредиентом был перец чили, — Егор бросил насмешливый взгляд на меня, намекая на наше давнишнее противостояние. — И я приготовил треску с соусом из лайма и зеленого чили.

— Дашь рецепт? — сразу подхватил Влад.

— Дам, — снова усмехнулся Егор.

— Спасибо, — брат довольно улыбнулся и погладил себя по животу. — Сестра, у нас есть что на обед? Я голодный как зверь…

— Кстати, я тоже не отказался бы перекусить, — заявил неожиданно Егор.

— Но у меня только щи… — растерялась я.

Угостить Егора своей стряпней? Мне стало дурно. Нет, щи как раз у меня выходили неплохо, но предлагать их шеф-повару, который даже из омлета способен сотворить шедевр? Лучше провалиться сквозь землю…

— Прекрасно! — тем временем весело отозвался Егор. — Люблю щи!

И я обреченно направилась к холодильнику…