Глава 13. 6+1

— Кто сегодня на бульонах и супах? Карина, ты? Почему еще не начала делать заготовки из овощей? Сегодня пятница, скоро пойдут клиенты, и каждая минута их ожидания будет стоить ресторану денег. И эти убытки, угадай, с кого будут вычтены? Правильно, с тебя, — Егор с самого утра был в ударе и гонял поваров так, что у тех пятки пылали.

Он не кричал, но лишь его громкий строгий голос был слышен из кухни. Проходя мимо, я невольно улыбнулась. Вспомнила, как вчера угощала его своими щами и сколько раз успела сгореть со стыда, пока он медленно их ел, притом с таким непроницаемым лицом, что невозможно было угадать его истинные мысли. И как же счастливо подпрыгнуло сердце, когда услышала от него:

— Вкусно!

Потом, правда, быстро поумерила радость, решив, что он просто не хочет меня обижать. Но Егор, уловив перемену в моем настроении, повторил:

— Щи действительно вкусные. Честно, — и добавил с хитрой улыбкой: — Иначе я бы не упустил возможности отомстить тебе и сказал бы про них просто «нормально».

— Да, щи — одно из немногих, что умеет готовить моя сестра, — Влад был бы не Владом, если бы не вставил свой пятак.

И все равно слышать такое было приятно, я даже засмущалась, отчего засуетилась и, убирая посуду со стола, чуть не разбила тарелку.

Потом мы пили чай с вишневым вареньем моей мамы, болтали о всякой ерунде, и я вдруг поймала себя на мысли, что мне давно не было так легко и хорошо. Когда же Егор засобирался домой, а Влад увязался за ним в надежде увидеть свою Машу, внутри будто что-то оборвалось. Я ведь в глубине души надеялась еще хоть немного побыть с Егором наедине. Наш несостоявшийся поцелуй терзал мне сердце своей неопределенностью… И случился бы он, если бы брат нам не помешал? Изменил бы он что-то в наших отношениях с Егором или остался просто сиюминутным порывом?

Но Егор ушел, больше ни взглядом, ни словом не дав понять, что думает и чувствует на самом деле. И уже к вечеру мне начало казаться, что все это случилось лишь в моей фантазии, и никто на самом деле не пытался меня поцеловать. Просто игра воображения, не больше…

Сегодня же Егор пришел на работу раньше меня и сразу исчез в своей кухне. Мы увиделись лишь мельком, обменявшись короткими кивками в качестве приветствия. Полдня я маялась в одиночестве в своем кабинете, не зная, чем себя занять. Настроение было совсем нерабочим, и я то и дело впадала в прострацию, поэтому приходилось постоянно себя одергивать и возвращать в реальность.

Немного взбодрилась, когда ко мне заглянул Леша.

— Уже вернулся из отпуска? — обрадовалась ему я.

— Завтра выхожу на работу, — подтвердил он. — Забежал принять дела у Ромы.

Я сразу помрачнела.

— Леша… — я не знала, как деликатней объяснить свои подозрения насчет его сменщика. — Ты не мог бы провести ревизию своего бара? Сверить накладные и реальное наличие напитков? Я, конечно, могла бы поручить это бухгалтеру или же сделать сама, однако, думаю, ты лучше разберешься в своем хозяйстве, если можно так выразиться…

— Что-то случилось? — Леша нахмурился.

— Пока нет. Но есть кое-какие моменты, которые хотелось бы уточнить, — обтекаемо ответила я. — Ты просто вначале проверь все, и если вдруг увидишь какие-то нестыковки или другие странности, сообщи сразу мне, ладно? И да… Присмотрись к Матвею… — я смущенно потерла переносицу. — Так, на всякий случай…

— Хорошо, — кивнул Леша, больше не задавая никаких вопросов. — Сделаю, как ты просишь.

— Спасибо, — я одарила его благодарной улыбкой.

И тут, стоило помянуть точно черта, объявился Матвей. При виде Леши он как-то нервно дернулся, словно испугался, но после напустил на себя прежний невозмутимый вид и окинул его ироничным взглядом:

— Как отдохнул?

— Нормально, — отозвался Леша, правда, без особого дружелюбия. И поспешил к двери: — Ну я пойду, до завтра… — бросил он уже мне.

— Завтра меня может и не быть, — торопливо предупредила его. — Но я на тебя надеюсь.

— Не волнуйся, все будет сделано, — Леша подмигнул мне, затем мазнул бесстрастным взглядом по Матвею и вышел.

— И что у вас за секреты? — поинтересовался Матвей, бесцеремонно разваливаясь в кресле Егора.

— Слушай, — я усмехнулась его наглости, — ты вообще какие-то рамки приличия не пробовал соблюдать? По-моему, ты уже совсем не различаешь никаких границ. Ведешь себя как последний…

— Кто? — Матвей, ухмыляясь, поиграл бровями. — Хам? Мерзавец? Шантажист?.. Ну, говори же… Кто я?

— Тот, по ком плачет выговор и дисциплинарное взыскание за уклонение от должностных обязанностей, — ровно прозвучал голос Егора. Сам он стоял в дверях и с холодным любопытством взирал на Матвея. — И сейчас вы находитесь явно не на своем рабочем месте, молодой человек… Простите, не помню, как вас звать.

Меня же, при появлении Егора, обуяло двоякое чувство: радость и одновременно страх. Я принялась покусывать губы, напряженно наблюдая за противостоянием мужчин.

— Ой, извините, шеф, — Матвей ничуть не стушевался, но из-за стола поднялся, продолжая при этом гнусно ухмыляться. — Я просто зашел поинтересоваться, что с Женей? Как она себя чувствует?

— По-моему, вы перепутали. Здесь не справочная больницы, — Егор, отодвинув Матвея в сторону, сел к себе за стол.

— С Женей все в порядке, — чувствуя, как накаляется обстановка, вставила я. — Но если хочешь знать подробности, можешь и сам ей позвонить… Или спросить у Кати. Уверена, она знает куда больше нас с Егором… Витальевичем.

— Да? А я думал, как раз Егор Витальевич в курсе, — Матвей вальяжной походкой направился к двери. — Вроде как он с ней «дружил»… Ну, нет, так нет…

Егор молча проводил его глазами, а затем посмотрел на меня. Я же в ответ бросила на него многозначительный взгляд: видишь, не только мне казалось, что между вами с Женей существует «дружба».

— Что слышно по поводу завтра? — Егор быстро перевел тему. — Время начала не поменялось?

— Вроде, нет, — я на всякий случай открыла файл с расписанием конкурсных дней. — В одиннадцать…

— Хорошо… Заехать за тобой?

— Можно. Только…

— Что? — Егор смотрел на меня напряженно, не отрывая глаз.

— Влад очень хотел тоже поприсутствовать на конкурсе, — осторожно призналась я. — Ты не против, если он поедет с нами?

— Влад? — озабоченные морщинки на лбу Егора сразу разгладились, и он, кажется, даже выдохнул с облегчением. — Нет, конечно, не против, пусть едет.

— Спасибо, он будет очень рад, — я улыбнулась ему с благодарностью. — Тогда ждем тебя в десять…

Егор кивнул и улыбнулся мне в ответ.

Счастью Влада не было предела, когда утром обнаружилось, что Егор взял с собой на конкурс еще и Машу. Я же наконец смогла увидеть ту, из-за кого моего младшего братца будто подменили: хрупкая брюнетка с большими карими глазами как у олененка. Милая девочка, вежливая и стеснительная. Маме бы понравилась такая невестка.

Маша с Владом заняли заднее сидение и всю дорогу о чем-то тихо переговаривались, время от времени бросая смущенные взгляды в нашу с Егором сторону. Понятное дело, наше присутствие не давало им насладиться обществом друг друга в полной мере, и я почему-то уверена, что возвращаться с ВДНХ мы с Егором будем уже без них.

В преддверии финала напряжение просто витало в воздухе: взволнованы были не только конкурсанты и их группы поддержки, но и судьи. Серж в ожидании начала грыз ногти и комкал шейный платок вспотевшими ладонями. Мое сердце тоже гулко билось, отсчитывая вместе с часами секунды до открытия последнего соревнования. Финалистов осталось всего три и, судя по рассказам Сержа, соперники они весьма достойные. Одним из них был все тот же Антон Лебедев из Новосибирска, что лидировал еще в первом испытании, второй же конкурент Егора — шеф-повар «Террасы» — одного из самых элитных заведений Санкт-Петербурга, Максим Горелый. И если вспомнить, что один из судей явно не испытывает симпатий к Егору, то шансы на победу не так уж велики. Нет, я верила в нашего шефа, но не верила в порядочность Макарова, и от этого моя надежда имела легкий привкус горечи.

Я почти не слушала болтовню ведущего, когда тот снова представлял судей и финалистов, между делом козыряя своим искрометным юмором. Смотрела лишь на Егора, который с отрешенным видом стоял, опираясь ладонями на разделочный стол. О чем он сейчас думает? Неужели снова не волнуется? Или же это спокойствие лишь маска, скрывающая истинные чувства? Егор вдруг поднял голову, посмотрел в зал и встретился со мной взглядом, отчего у меня в груди что-то полыхнуло, бросило в жар и опалило щеки. Но в следующий миг я уже злилась на себя: ну что за странная реакция?

— Итак, уважаемые шефы, — я все же попыталась сосредоточиться на словах ведущего, — прошу внимания. На приготовление десерта у вас будет час. А его главным ингредиентом должен стать… греческий йогурт. Вы можете использовать его в любых вариантах и сочетаниях, однако в блюде вкус йогурта должен быть отчетливо слышен. Ну что ж… Отсчет времени начался!

Секунды на электронном таймере побежали вспять, а повара устремились к холодильникам.

— Йогурт… — тем временем продолжил свое выступление ведущий. — По древней легенде самые просты рецепты из этого вкусного, а главное, полезного продукта, изобрели путешественники, пересекающие пустыню. Жители жарких стран первыми обнаружили, что из скисшего молока получается приятный на вкус, освежающий напиток. Более того, его стали считать эликсиром здоровья и долголетия. Что касается греческого йогурта, то он имеет более плотную консистенцию по сравнению с привычным нам йогуртом. В нем почти нет сыворотки, и полностью отсутствует лактоза и сахар, что делает его идеальным продуктом для различных диет. Кроме этого греческий йогурт обладает интересным, богатым вкусом, за счет чего весьма популярен в кулинарии. Его можно использовать в любых блюдах: от закусок и супов до горячего и маринада. Кстати, шашлык, замаринованный в йогурте — просто пальчики оближешь! Ну и, конечно же, из него готовят великолепные десерты любой сложности. В чем мы сегодня сможем убедиться сами. А давайте спросим у наших финалистов, чем они собираются поразить сегодня наших судей?

И уже через мгновение ведущий оказался рядом с Антоном Лебедевым. Новосибирский шеф-повар был уже немолод и несколько грузен, однако обладал потрясающей харизмой и искрящимися веселыми глазами, и, наблюдая за его живой мимикой, тоже сразу хотелось улыбаться.

— Киви, бананы, клубника, миндаль… Антон, расскажите, что вы нам собираетесь представить? — поинтересовался у него ведущий.

— Конечно же, торт, — усмехнулся шеф, раскатывая пласт теста. — Разве может что-то быть более «десертом» чем торт?

Я глянула на Егора и немного занервничала: тот тоже замешивал тесто. Если у них с Лебедевым будут похожие десерты, не окажется ли преимущество на стороне более опытного повара?

— И справитесь за час? — уточнил ведущий, хитро прищурившись.

— А вы сомневаетесь? — парировал ему в той же манере Лебедев.

— Ну что ж, посмотрим… — широко улыбнулся ведущий и перешел к следующему участнику. — Максим… Что у вас тут интересного и… вкусного?

— Вкусно все, — серьезно отвечал тот.

Горелый, пожалуй, был самым молодым финалистом, во всяком случае, на вид ему не дашь больше тридцати, зато самым самоуверенным. По-моему, даже Егор не так амбициозен.

— Как я вижу, у вас, в отличие от соперников, точно не выпечка. Теста, например, я не наблюдаю…

— Все верно. Это будут груши, припущенные в портвейне с клюквенным соусом и йогуртовым кремом… — растягивая слова, отозвался шеф из Питера.

— О, звучит очень изысканно, — ведущий приподнял одну бровь.

— Да, это авторское блюдо… — прозвучал весьма нескромный ответ.

— Что ж, удачи, Максим, — ведущий одарил его шаблонной улыбкой и наконец очутился около Егора.

Наш шеф за это время успел раскатать свое тесто, разделить и поместить его в маленькие круглые формочки, и отправить выпекаться.

— Егор… — улыбнулся ему ведущий.

— Филипп… — усмехнулся в ответ тот, я же, пожалуй, впервые обратила внимание на имя ведущего. Возможно, потому что его произнес Егор? А ведь раньше оно постоянно проскакивало мимо моих ушей… Я мысленно улыбнулась: ну хоть под конец узнаю, как его точно зовут.

— Как называется ваш десерт?

— Йогуртово-лимонные тарталетки с розмарином, — ответил Егор, не переставая усмехаться.

— О… — протянул ведущий Филипп удивленно. — С розмарином? Пикантно…

— Его там немного, уверяю. Лишь для придания особого аромата, — объяснил Егор.

— И сейчас, как я понимаю, вы готовите начинку? — ведущий вытянул шею, заглядывая в миску, где Егор смешивал йогурт, коричневый сахар, яйца, лимонный сок и цедру.

— Именно, — Егор включил миксер, и следующие слова Филиппа потонули в его шуме.

Тогда ведущий направил свой энтузиазм на судей, допытываясь, есть ли у тех любимое блюдо из йогурта.

— Как думаешь, будет вкусно? — услышала я сзади шепот Маши.

— Уверен, — отвечал ей мой брат. — У Егора все вкусно получается…

— Молодец, ему нужно выделиться, — раздалось уже с другой стороны от меня: Серж нервно покусывал губы и безотрывно следил за действиями своего шеф-повара.

Я не сдержала обеспокоенного вздоха. Выделиться… Понятное дело, Егор хочет проявить индивидуальность, но как бы она не вышла ему боком… Любое отклонение от привычного — риск. Но разве для него это аргумент?..

— Внимание, господа шефы, у вас осталось пять минут, — провозгласил спустя время ведущий.

Пять минут. Уже совсем скоро узнаем исход этой битвы. Я сцепила пальца и молитвенно прижала ладони к груди: только бы все было хорошо…

— Вижу-вижу, наши шефы уже сервируют свои шедевры, — ведущий стал прохаживаться перед поварами. — Антон, какое яркое оформление: зеленый киви, желтый банан, красная клубника… Просто взрыв красок! Максим… Очень элегантно… Егор… У вашего десерта аромат просто потрясающий… Лимон, ваниль, мята… Но почему порций семь? Ведь судей всего шесть… Или… Неужели вы приготовили седьмую для меня? — он забавно округлил глаза.

— Сожалею, Филипп, но не для вас, — с усмешкой ответил Егор.

— Тогда для кого же? — тот едва скрыл разочарование.

— Секрет.

— Но вы же нам расскажете его потом?

— Возможно… В случае моей победы, — снова усмехнулся Егор.

— Ловлю на слове, — поднял указательный палец Филипп и перевел взгляд на часы: — А у нас уже пошла последняя минута…

— Думаю, седьмая тарталетка для меня, — умиленно хлопнув в ладоши, проговорил Серж. — В знак благодарности своему боссу…

Я же и вовсе ничего на этот счет не думала, сейчас все мои мысли были о вердикте судей, которые уже приступили к дегустации. На этот раз они остались сидеть за своими столами, а конкурсанты сами подносили им свои блюда.

— Очень нежно… — доносились до нас слова судей, делившихся между собой мнениями по поводу торта Антона Лебедева.

— Десерт на все времена…

— Согласен, отличное сочетание вкусов…

— Прекрасная подача, — получило одобрение уже блюдо Максима Горелого.

— Соус из клюквы хорош… Аромат богатый…

— Мне кажется, грушам не хватило чуть времени, чтобы получить нужную мягкость… Надо было дольше поварить их в сиропе…

— Но пропитались они прекрасно…

— По мне, это блюдо проще в технике приготовления, чем предыдущее… Хоть и более современное…

Когда же перед ними появились тарталетки Егора, все в нашей группе поддержки затаили дыхание.

— Свежо…

— Неожиданные нотки розмарина, но приятно гармонируют со вкусом лимона, — кажется, это сказал критик Невольский. — И йогуртовая начинка хороша…

Далее я заметила, как Гарц со Стоуном одобрительно переглянулись.

— Неплохо, — а это выдал Макаров, и я мысленно сомкнула пальцы на его шее, желая придушить.

— А я бы съел еще одну порцию, — оповестил Причудный и улыбнулся. — И за это блюдо бы точно заплатил в ресторане…

— Согласна, очень вкусно, — тоже улыбнулась Наталья Кишкун.

Похоже, десерт Егора впечатлил всех, кроме Макарова, что, впрочем, вполне ожидаемо. Но станет ли его оценка решающей?..

Те десять минут, которые совещались между собой судьи, показались вечностью. Я так и простояла с прижатыми к груди руками и еле дыша, босс же, наоборот, постоянно подпрыгивал в нетерпении и шептал себе под нос то ли молитву, то ли проклятия, а может и все сразу.

— Ну вот и пришел момент истины, друзья! — сообщил ведущий. — Судьи уже выставили свои оценки, и мы можем увидеть результат. Покажите нам баллы, что получил первый финалист — Антон Лебедев, — и Филипп обернулся к экрану, на котором одна за другой стали появляться цифры. — 9, 9, 9, 9, 10, 9. Итого пятьдесят пять баллов из шестидесяти! Прекрасный результат!

Действительно, прекрасный результат. Лебедев, конечно, мастер высокого класса. Я даже несколько упала духом: и как сражаться с таким сильным соперником?

— Посмотрим теперь оценки Максима Горелого: 8, 9, 9, 8, 9, 9. В сумме пятьдесят два балла. Тоже отличный результат, однако, уже понятно, что, к сожалению, Максим не занимает первого места… Но теперь главная интрига… Сколько баллов заработал наш третий финалист Егор Фролов? Пожалуйста, покажите нам результаты… 10…

Сердце радостно дернулось.

— Ого, еще одна десятка!

Неужели?..

— Теперь девять!

Серж восторженно пискнул.

— Невероятно! Следующая тоже десятка!

О, боже…

— А вот это неожиданно… — тон ведущего изменился. — Кто-то из судей поставил всего семь баллов…

Сердце теперь куда-то рухнуло. Кто-то? Мы уж все точно знаем кто…

— Теперь все зависит от последней оценки, друзья! Сможет ли Егор вырваться вперед? Барабанная дробь…Смотрим…

— Я сейчас упаду в обморок, — закатывая глаза, пробормотал Серж.

— И это… снова десятка! Невероятно, просто невероятно! — Филипп сиял. — Пятьдесят шесть баллов! А это значит, что всего на один балл Егор Фролов опередил Антона Лебедева и стал победителем! Невероятно!

— Ура! — хором закричали Влада и Маша.

— Да! Да! Да! — вторил им Серж.

Я же, наоборот, не могла вымолвить и слова, лишь зажала рот ладонью, пряча счастливую улыбку. У него получилось… У Егора все получилось…

Между тем уже вовсю шло чествование победителя. Егору вручили сертификат и официальное приглашение на Международный конкурс, затем его стали поздравлять судьи и остальные финалисты. Когда же первая волна ажиотажа спала, ведущий вновь взял микрофон и подошел к Егору:

— Что сейчас чувствуете?

— Удовлетворение и, безусловно, радость. А еще усталость, — тот улыбнулся и провел ладонью по лицу.

— Ну а теперь можете открыть нам секрет — для кого же вон та последняя порция десерта? — Филипп показал на стол, где стояло блюдо с тарталеткой.

— Могу, — кивнул с прежней усмешкой Егор и внезапно посмотрел на меня. — Для девушки, которая очень любит йогурт… И мне интересно узнать ее мнение насчет этого десерта. Она, знаете ли, очень суровый критик…

Вам когда-нибудь хотелось одновременно провалиться сквозь землю и взлететь к небесам? Вот именно это я и испытала, услышав слова Егора. А затем даже не поняла, как уже стояла около него и перед всеми зрителями, включая судей, а настырный Филипп протягивал мне тарелку с десертом.

— Ну же, пробуйте. Мы тоже хоти знать ваше мнение, — говорил он, сверкая улыбкой.

Я растерянно глянула на Егора.

— Неужели не попробуешь? — спросил он, все так же усмехаясь.

Я молча взяла тарталетку прямо в руки и откусила кусочек. И даже в таком взволнованно-взбудораженном состоянии смогла понять, насколько это вкусно. Егор и на этот раз смог достичь совершенства.

— Ну как? Вкусно? — он смотрел на меня с затаенным беспокойством и… надеждой.

Да к черту эти дурацкие принципы и такую же гордость!

Я подняла на него глаза и совершенно искренне ответила:

— Очень вкусно…