Глава 16. Обед из трех блюд

Гудки в трубке были долгими, но наконец в ней раздался сонный голос Матвея. Вот же наглое существо! Полдень на дворе, а он преспокойно дрыхнет! И это после всего, что он устроил вчера!

— Спишь? — вкрадчиво уточнила я, хотя в мыслях желала проораться в телефон, чтоб у Матвея волосы дыбом встали. На языке крутились всякие непристойные слова, и сдерживало меня лишь присутствие рядом Егора. Все-таки девушка, ругающаяся матом, не самое привлекательное зрелище.

— Чего тебе? — грубо отозвался бывший. — Или извиниться решила?

Извиниться? Вот же..! Вот же..! Чудак на букву «м»!

— Нет, — я сделала голос елейным. — Просто хотела передать тебе привет из Каптухово. От хозяйки дома номер восемь по улице Красноармейской. Той самой вдовы, мужа которой я сбила. Знаешь, мы очень мило с ней поболтали, чайку попили. И я узнала много интересного о том дне. Так вот, хочу сказать, что те три тысячи долларов по-любому выйдут тебе боком, и лучше бы тебе было их сберечь себе на памятник, козел! — и все-таки я не выдержала. Сорвалась. Но какое же облегчение, ей-богу! На том конце провода слышалось злобно-растерянное сопение, и я отпустила тормоза: — Значит так, завтра ты забираешь все свои документы и вещи из «Каролины», слышишь? Но при этом делаешь это так, чтобы не попасться мне на глаза, иначе точно отправишься в полицию! А потом ты исчезаешь из моей жизни навсегда! Слышишь? НА-ВСЕГ-ДА! Понял? Или повторить?

— Тварь… — прошипел тот.

— Еще одно оскорбление, — процедила сквозь зубы, — и от суда тебе не отвертеться. Пойдешь под него не только из-за кражи, но и за шантаж, — сказала и первая отключилась. — Фух…

— Можно было бы и пойти в полицию, — заметил Егор, украдкой улыбаясь. — И те три тысячи долларов стребовать назад.

— Согласна, — вздохнула я. — Но, признаться честно, я просто этого человека больше не хочу ни видеть, ни знать. А суд, возврат долга — все это задержит его в моей жизни еще на какое-то время, я же мечтаю, чтобы он испарился из нее как можно быстрее. Да и нервы дороже. Пусть все останется на его совести.

— Ты слишком добрая, — отозвался Егор уже без улыбки.

— Ты хотел сказать — слабохарактерная? — переспросила я. — Так я и это знаю… Но что поделаешь…

— Я сказал ровно то, что сказал, — усмехнулся Егор. — Остальное — твои личные домыслы.

— Ладно, — я кашлянула и сменила тему, правда, не на более приятную мне: — Где будем готовить обед? У меня? У тебя?

— Ты, — с нажимом отозвался он, — будешь готовить обед у меня, — и последнее слово вновь выделено интонацией.

— То есть, приглашаешь меня в гости? — я поерзала на сидении.

— Ну да. С ответным визитом. Завтрак я готовил у тебя дома? Готовил. Теперь твоя очередь.

— Сравнил омлет с… Целым обедом, — хмыкнула я.

— А никто не обещал, что будет легко, — мне подмигнули с многозначительной улыбкой.

— Ладно… — кивнула я. — Что с продуктами?

— Заезжаем в ближайший супермаркет, — отозвался Егор, — покупаем все, что тебе надо. Так уж и быть, я спонсирую.

Хм… «Что тебе надо». Легко сказать. А что мне надо? Что готовить? Три блюда. Целых. Три. Блюда.

— Вижу, меня сегодня опять ждут щи, — с иронией проговорил Егор, когда в тележку опустился кочан капусты и два болгарских перца.

— А я и не обещала разнообразия, — парировала ему я, с деловитым видом отправляя туда же несколько помидоров. — Теперь мне нужна курица… И говядина на косточке.

На самом деле я волновалась. Очень. Но всячески пыталась скрывать это, чтобы давать Егору ка к можно меньше поводов потешаться надо мной. А то, что для него это было очередной забавой, я не сомневалась.

— М-м-м, — скептически протянул Егор, когда я скомандовала поворачивать тележку к кассе. — Первое блюдо вижу, второе тоже… А что на третье?

Я достала из горы продуктов пакет замороженной вишни и продемонстрировала ему:

— А на третье — компот.

— Нет, — Егор поморщился. — Это не пойдет. Я хочу нормальный десерт.

Десерт ему подавай! А если я не умею его готовить? От слова «вообще».

— Шоколад любишь? — спросила, стараясь не выдать паники.

— Люблю, — охотно подтвердил он.

— Прекрасно, — я повернулась к стойке с шоколадками. — Берем две.

— И что это за десерт? — Егор с недоверчивым видом положил плитки шоколада в тележку.

— Узнаешь потом, — загадочно ответила я. — Сюрприз…

Ага, сюрприз. Поломаю шоколадку на квадратики, вот и десерт тебе. Или растоплю и намажу на батон. А что? Не десерт, разве? Десерт. Сладко? Сладко. Да, не тарталетки с лимонным йогуртом, простите, но с чаем сойдет. Только Егору это знать пока не следует, иначе мы еще нескоро выйдем из магазина, и он будет дальше мучить меня своими провокациями.

— Но учти, — предупредила я, когда продукты были погружены в машину, — обеда придется подождать. Щи будут вариться не меньше двух часов. Курица запекается — полтора.

— А десерт?

— Десерт? Десерт тоже долго! — уверенно кивнула я.

— Ничего, я терпеливый, — Егор не сдавался.

В квартиру Егора я ступала осторожно, чувствуя некий трепет в груди. Пожалуй, это было еще волнительней, чем когда он приходил ко мне в гости. В первую минуту пришлось уделить внимание Лукасу, который выбежал нас встречать, и только потом удалось оглядеться. Квартира большая, хоть и однокомнатая. Я бы даже сказала, огромная. Скорее всего, такое ощущение пространства возникало из-за того, что между жилой частью и кухней не было перегородок. Квартира-студия. Да, именно так называется подобная планировка. Когда я покупала свою двушку, мне тоже предлагали разбить стены, но я отказалась: почему-то всегда комфортней себя чувствовала, если комнат несколько и каждая имеет свое назначение. Однако у Егора обстановка тоже оказалась неожиданно приятной, и отсутствие стен не лишало дом уюта. Сразу в глаза бросался большой угловой диван из светлой кожи, а на нем — несколько подушек в тон и мягкий плед в яркую клетку. Рядом стоял овальный кофейный столик из темного дерева. Пол из сосны покрывал шоколадный ковер с густым ворсом. У кресла — торшер с белым плафоном. На бежевых стенах — пару картин-абстракций, в укромном углу, между окном и диваном — подстилка Лукаса с забавным рисунком.

— Чувствуй себя как дома, — Егор показал в сторону кухни.

Он прошел вперед и стал показывать и рассказывать:

— Плита, духовка. Управление простое. Холодильник. Здесь кастрюли и сковороды. В этом шкафчике тарелки и миски. Вилки, ложки, набор ножей… Соковыжималка. Полотенце, прихваты. Фартук нужен? — он достал передник, на котором была изображена голая девица. Но заметив отвращение в моем взгляде, поспешил оправдаться: — Приятели подарили несколько лет назад. В качестве шутки. Дурацкой. Сам я его никогда не надевал. Я, вообще, не люблю фартуки…

— Я тоже не люблю, — сказала я, слегка скривившись. — Буду готовить без него.

— Тогда вперед! — Егор взмахнул рукой, приглашая. — Кухня в твоем распоряжении.

Он поставил передо мной пакеты из магазина и направился к дивану. Вальяжно развалился на нем и включил телевизор. Лукас тут же примостился рядом с хозяином, без стеснения вытягиваясь прямо на подушках и занимая своей немаленькой тушкой оставшуюся часть дивана.

Значит, помогать мне все же никто не собирается… Ладно, сами с усами. Справимся. Я взглянула на продукты. Ну что, Алена, приступим?..

Первым делом нужно поставить варить бульон. На удивление, я быстро разобралась с управлением плиты, хотя у меня дома она самая была куда проще и дешевле. Пока мясо на косточке варилось, я решила заняться курочкой. Ее предельно простой рецепт я когда-то случайно увидела в одном женском журнале и сразу не поверила, что у меня это тоже может получиться. И все же чудо свершилось! Курица запеклась отменно и вышла очень вкусной, и это несмотря на мою патологическую криворукость! Из специй я взяла только смесь трав и по чуть-чуть горчицы и сметаны. Можно было добавить еще карри, аджику, лимонный сок, а сметану заменить майонезом, но мне нравился именно такой вариант. Если бы было побольше времени, то я дала бы курице промариноваться часик-другой, но раз меня поставили в определенные рамки, придется ограничиться минутами пятнадцатью.

Егор хоть и делал вид, что смотрит телевизор, все же нет-нет, да и бросит любопытный взгляд в мою сторону. Когда же я достала пачку соли и высыпала ее почти всю в форму для запекания, даже не стал скрывать интереса и внимательно воззрился на меня.

— Не поверю, что ты не знаешь такого способа готовки, — сказала я ему.

— На соли? — усмехнулся он. — У меня так мама готовит. И получается довольно вкусно.

О… Даже так? Ситуация усложнилась. Теперь у меня есть планка в виде курицы его мамы. Как бы не оплошать и не приготовить хуже, ведь теперь уж точно нас будут сравнивать!

— Но, вообще, — продолжал Егор, — мама у меня не очень умеет готовить. Вернее, у нее никогда на это нет времени: она хирург и почти живет на работе, до сих пор, хоть и пенсионерка уже. Поэтому в детстве меня не особо баловали чем-то вкусным, вот и пришлось изобретать что-то самому…

— Ты один ребенок в семье? — спросила с улыбкой. Я впервые задумалась о том, каким Егор был в детстве, какие у него отношения с родителями и что подтолкнула его связать свою жизнь с кулинарией.

— Да. Я же говорю, мама у меня замужем за работой, — Егор тоже улыбался, весело и беспечно. — Удивляюсь, как еще появился я. И не удивлен, что их брак с моим отцом продлился всего пять лет.

— А отец тоже врач?

— Нет, что ты! — хохотнул Егор. — Инженер. Мне только обоих родителей-врачей не хватает!

Я засмеялась в ответ.

— Зато у меня мама учитель. Тоже, скажу тебе, так себе повод для восторга. Особенно если она твой классный руководитель на протяжении всей школы. И самым страшным для меня все годы учебы было не опозорить ее перед педколлективом. Впрочем, сейчас мало что изменилось. Но готовит мама все же хорошо. Не то, что я. Вот только щи и научилась у нее варить. В остальном, как она сама говорит, я безнадежна…

— И замуж точно не выйдешь, — закончил за меня с ухмылкой Егор. — Так?

— Слово в слово, — подтвердила я. — А когда еще и собаку завела… На меня уже махнули рукой. Теперь вся надежда только на Влада.

— Ну, Влад точно будет готовить хорошо, — заметил Егор с иронией.

Не знаю, был ли это камень в мой огород, либо просто шутка без всякой подоплеки, но я постаралась не реагировать на нее, лишь ответила в том же тоне:

— Значит, ты наконец понял, что пошел на серьезный риск, когда пустил меня в свою кухню? Может, стоило вместо меня пригласить Влада?

— Ну, ты еще ничего не спалила и не испортила, поэтому пока не думаю о риске. Только сделай огонь меньше, у тебя суп выкипает, — бесстрастно и почти без перехода произнес Егор.

Я же, заметив возмущенно подпрыгивающую крышку на кастрюли, вскрикнула и ринулась исправлять ситуацию.

— Это ты отвлек меня! — бросила Егору с осуждением. — Теперь больше не мешай мне!

Наконец курица была отправлена в духовку, и я очень надеялась, что хоть с ней все будет в порядке. Соль — отличный проводник и распределитель тепла, именно поэтому птица всегда получается равномерно пропеченной во всех местах и не пригорает. И еще один плюс этого рецепта: чистая духовка и посуда. Весь жир во время запекания попросту впитывается в соль. Поэтому — пусть курочка не подведет меня и в этот раз!

Теперь пора было заняться заправкой для щей. Сразу порежем картошку и забросим в бульон, пусть варится. За это время слегка поджарим лучок, морковку, перец и помидор. Так, еще капусту нашинковать… Потом отправим ее к картошке, а пассированным овощам придется подождать немного… Кстати, пахнет уже вкусно. Аромат тот, что нужен, значит, все идет по плану…

Щи уже вот-вот приготовятся, курица тоже постепенно покрывается румяной корочкой, и можно готовить гарнир. В качестве него я выбрала рис. По-моему, беспроигрышный вариант. Поставив тот вариться, я решила глянуть, как там мое главное блюдо. Только я потянулась к ручке духовки, около меня, тут как тут, оказался Лукас с горящими ожиданием глазками.

— Любишь курицу? — усмехнулась я.

— Да он душу за нее продаст, — отозвался Егор и прикрикнул на собаку: — Лукас, ко мне! Не мешайся под ногами…

Но тот даже не пошевелился, гипнотизируя духовку и облизываясь.

— Осторожно, — пожурила его я, доставая курицу.

Пес послушно замер, я же, боясь задеть его, сделала шаг назад и вдруг поскользнулась. Нога, наступив на что-то, поехала в сторону, я же, пытаясь удержать равновесие и не уронить курицу, прижала горячую посуду к себе. Жар опалил живот даже сквозь майку, и я вскрикнула от боли. Чуть снова не уронила птицу, но тут подоспел Егор, выхватил ее у меня и поставил на стол.

— Обожглась? — в его глазах плескался испуг. — Сильно?

— Немного, — я чуть улыбнулась, хотя кожу на животе ощутимо пекло. — Главное, с курицей все в порядке.

— Да к черту курицу! Идем, — Егор быстро выключил все конфорки, гаркнул на Лукас, заставив того, поджав хвост потрусить на свое место, и повел меня к дивану. — Сейчас принесу мазь от ожогов…

— Со мной все хорошо, — попыталась остановить его я. — Не суетись…

Но Егор уже рылся в аптечке в поисках лекарства.

— Если сейчас не помазать, потом будет долго проходить ожог, — сказал он, возвращаясь. — А средство отличное, завтра и следа не останется. Я им всегда пользуюсь.

— Неужели ты тоже можешь обжечься? — пошутила я. — Мне казалось, это только со мной происходит регулярно…

Егор хмыкнул и скомандовал:

— Поднимай майку.

— Э-э-э, — тут же стушевалась я. — Может, я сама? — и, не дожидаясь ответа, забрала у него тюбик.

Мазь оказалась густая, но почти не пахла. Я чуть приподняла футболку и принялась осторожно втирать лекарство в покрасневшее место.

— Ну как ты делаешь? — тюбик вернулся к недовольному Егору. — Больше мажь. Слой должен быть толще, чтобы как можно глубже и быстрей впиталось, — и он не жалея выдавил мазь себе на руку. — Вот так…

Я не успела даже возразить, как ладонь Егора оказалась на моем животе и принялась втирать в него ту самую мазь. Сперва было неловко, но я почему-то не стала перехватывать инициативу обратно. Потом же… Не знаю, в какой момент я забыла о боли и начала замечать лишь его пальцы на своей обнаженной коже. Эти прикосновения, уверенные, но необычайно нежные, волновали и пробуждали совсем иной жар, отдавались приятным покалыванием в каждой клеточки тела, заставляли сердце торопиться и спотыкаться, а мысли — разбегаться в разные стороны. Боясь, что неровное дыхание может выдать меня с головой, я вовсе задержала его. Но Егор вдруг поднял на меня глаза, и я вообще забыла, как это делать — дышать. Его взгляд был полон тех же чувств и желаний, что полыхали сейчас во мне. Рука Егора замедлила свое круговое скольжение, пока совсем не остановилась. Затем еще миг — и его уже губы впиваются в мои, а получив отклик, начинают жадно исследовать их, смаковать, ласкать, завоевывать…

Я не стала возражать, когда меня захотели избавить от футболки. С каждым поцелуем, с каждой лаской, каждым прикосновением — одежда все больше мешала, раздражала, становилось досадным недоразумением. Мы избавлялись от нее впопыхах, точно боялись, что все это может в любой момент закончиться. Тела тянуло друг к другу словно магнитом, губы сладко обжигали кожу, каждое касание вызывало фейерверк ощущений… Не хотелось думать ни о каких приличиях, вспоминать прошлое, гадать о будущем… Было только здесь и сейчас. Были мы, ломающие прежние барьеры. Наша бесстыдная страсть. Опьяняющая нежность. Взаимное, сумасшедшее желание. И непонимание: как мы могли не заметить все это раньше?..

… — Щи! — было первое, что вспомнила я, когда туман в голове рассеялся, а реальность обрела прежние очертания.

— Я выключил все, — продолжительный поцелуй в шею и легкий укус за мочку уха. — Забыла?

— Фух… — я протяжно выдохнула и уткнулась носом в грудь Егора. — А то испугалась, что выкипели… — диван так и остался неразложенным, поэтому, чтобы поместиться на нем, приходилось теснее прижиматься друг к другу, что, впрочем, было не так уж плохо.

— Выкипеть не выкипели, но остыли точно, — Егор изловчился и перевернул меня на спину, а сам навис сверху. Быстро поцеловал в губы, затем спустился ниже и прошелся поцелуями от груди до живота, остановившись на следе от ожога. — Болит? — и уже более осторожный поцелуй в этом месте.

Я отрицательно мотнула головой и улыбнулась. Сейчас мне болело и ныло все тело, но вовсе не от ожога. И как же это было приятно и… сладко!

— Кажется, ты хотел есть, — напомнила я, когда в поцелуях и ласках Егора уловила намек и желание пойти на второй круг.

И тут же мой желудок — вот предатель! — громко заурчал. Позорище…

— Похоже, не один я хочу есть, — усмехнулся Егор, забавляясь моим смущенным видом. — Ладно, пойдем попробуем твой обед из трех блюд.

— Два, — поспешила исправить я. — Блюд будет все-таки два. Десерт я так и не успела сделать, даже сварить компот. И это, между прочим, на твоей совести…

— Ничего, свой десерт я уже получил, — на моих губах запечатлели продолжительный поцелуй. — И лучше его не придумаешь.

— У меня такое впечатление, — я посмотрела на Егора с подозрением, — что ты вообще все подстроил ради… этого «десерта».

— Как знать? — он ухмыльнулся и наконец поднялся. — Пошли уже дегустировать твой обед…