Глава 18. Вот, новый поворот…

Вторая половина июня выдалась сумбурной. Оформление документов к поездке, сборы в дорогу да еще и аврал в ресторане (три масштабных свадьбы за две недели — это, скажу вам, совсем не весело) — от всего этого просто голова шла кругом, я постоянно находилась в цейтноте, боялась опоздать, подвести себя и других… И когда наконец наступил день отлета, просто не верила своему счастью. Чемодан собирала пританцовывая и напевая песню, чем раздражала братца, для которого сейчас наступила самая жаркая пора: послезавтра начинались вступительные экзамены. Теперь Влад не вылезал из учебников и ходил постоянно взвинченным и недовольным.

— Скоро ты уже отчалишь? — донесся из-за закрытой двери его ворчливый голос, когда я уже который раз, вспомнив об очередной забытой вещи, пробегала мимо комнаты, где он занимался. — Мешаешь!

— Потерпи еще два часа — и забудешь обо мне на ближайшую неделю, — ответила я ему миролюбиво. Сейчас я пребывала в хорошем настроении, поэтому не было никакого желания с ним препираться.

— Сомневаюсь… — отозвался Влад. — Небось, будешь звонить по пять раз на дню, чтобы проконтролировать.

— Буду, — я заглянула к нему в комнату и прислонилась плечом к косяку двери. — Тебя без контроля оставлять нельзя. Сам же ни за то не позвонишь, даже чтобы сказать, как сдал экзамен!

— Да сдам я твой экзамен, — беззлобно огрызнулся брат.

— О, нет, милый, это не «мой» экзамен, — засмеялась я. — Это «твой» экзамен. И твое будущее.

— Которое вы выбрали для меня с мамой, — Влад сказал это тихо, но я все равно услышала.

Вздохнула и покачала удрученно головой: он так и не отказался от мечты стать поваром и злился на меня, что я не одобряю его внезапно изменившиеся планы. Обидно, что даже Егор не хочет поддержать меня, лишь посмеивается и говорит, что ничего в этом желании страшного нет. Себя в пример приводит. Да, но таких поваров как Егор — единицы! И устраиваются хорошо далеко не все! А еще пока дослужишься до шефа, пройдешь семь кругов ада. И опять же, одно другому не мешает. Пусть вначале отучится там, куда год готовился, а потом и в кулинарный свой идет… И не стоит забывать о маме. Вот кого удар хватит, если Влад пойдет учиться не туда, куда она думала. А я снова окажусь меж двух огней.

— Ладно, — я подошла к нему и обняла, — не ворчи… Хотя бы попробуй поступить. Что ты, зря на курсах столько отучился? Тебе-то самому не жалко потраченного времени? А вдруг ты бросишь все, пойдешь учиться в кулинарный, а через полгода поймешь, что это все-таки не твое? Ведь сам себя винить будешь, что сглупил и пошел на поводу своих временных порывов. Сейчас тобой движут чувства, а надо еще иногда слушать разум. Понимаешь?

— Понимаю, — нехотя произнес он, но из моих объятий высвобождаться не спешил, лишь когда чмокнула его в щеку, поморщился с напускным недовольством. — Может, тебя проводить в аэропорт? — буркнул потом.

— Зачем? Я же с Егором, — усмехнулась я и еще разочек крепко обняла его, а потом наконец отпустила.

— «Я с Егором», «я с Егором», — уже весело перекривлял меня Влад. — Так, может, вы с Егором меня скоро дядей сделаете?

— Да ну тебя, скажешь тоже! — я в шутку хлопнула его по плечу. — Да и рано тебе еще дядей становиться. Вон, учись вначале давай… Моим детям такой дядя-бестолочь не нужен.

— А давай тогда ты хотя бы к Егору жить переедешь насовсем, — предложил он, ухмыляясь. — Я тогда один в этой квартире останусь… Как хозяин.

— Закатай губу, — хмыкнула я. — Хозяином он останется в моей квартире. И с какой такой стати я должна к Егору переезжать?

— Так ты ведь там и так уже почти каждый день ночуешь, вот и переселяйся… — улыбочка на лице брата стала ехидной и с явным неприличным намеком.

Безусловно, Влад уже давно понял, что наши отношения с Егором вышли далеко за рамки служебных. Впрочем, мы особо это и не скрывали, хотя и не объявляли себя официально парой. Но то, что я в последнее время почти поселилась у Егора, было правдой. Даже Моню с собой забирала, чтобы не скучала без меня. Там же ее тоже ждал новый друг — Лукас. Да и Владу от такого положения дел была выгода: во-первых, я не стояла у него над душой с учебой, во-вторых, он мог без стеснения приводить Машу к нам домой. Об этом брат мне, конечно, не рассказывал, но я-то не слепая и прекрасно видела, что в мое отсутствие кто-то у нас гостил.

— Смотри, чтобы пока я буду в Италии, ты меня тетей не сделал, — решила вернуть Владу его же шутку, в которой, как водится, вполне могла быть доля правды. Кто же знает, как далеко они с Машей зашли? И если далеко, то помнят ли о возможных последствиях? — А то вместо беззаботной студенческой жизни будешь нянчить ребенка. Хотя, плюс один все же есть: получишь очередную отсрочку от армии.

— Да ну тебя, — отмахнулся Влад, но все же покраснел. — Не надо мне отсрочка таким способом… И детей нам с Машей пока не нужно. На ноги вначале надо встать.

— Наконец-то слышу разумные слова от своего братика. Надеюсь, они не разойдутся с твоими поступками, — я взъерошила ему волосы на макушке. — Ладно, пошла собираться дальше, а то Егор вот-вот приедет.

— Оставляю Влада с неспокойным сердцем, — поделилась я уже с Егором, когда села в его машину. — Жаль, что эти соревнования попали как раз на его вступительные экзамены. Нет чтобы на недельку раньше или позже!

— Не волнуйся, я попросил Машу за ним посмотреть, — подбодрил меня Егор. — Она сейчас сама занята поступлением, вот и будут готовится вместе…

— А вот это мне тоже не нравится, — нахмурилась я. — Как бы они не переборщили с подготовкой…

— Хватит строить из себя мамочку, — пожурил меня Егор. — Влад уже здоровый лоб, самостоятельный парень. Отпусти его от своей юбки.

— Это синдром старшей сестры, — со вздохом согласилась я. — Головой понимаю, а ничего поделать с собой не могу. Еще и перед мамой чувствую ответственность за него.

— Да, теперь я вижу, что такое, когда мама учительница, — усмехнулся Егор. — В тебе до сих пор живет школьница, которая боится порицания.

— Есть такое, — я криво улыбнулась.

Он попал в самую точку, впрочем, как и всегда. Удивительно, как Егору удавалось понимать меня без слов. Иногда мне даже казалось, что он умеет читать мысли. Бывало, я еще не успела подумать о чем-то, а он уже озвучивает это вслух. Прямо колдун какой-то! Что в кухне, что в жизни…

— Так, оставляем балласт в виде школьниц и сестер в Москве и летим в Италию наслаждаться взрослой самостоятельной жизнью без них, — Егор глянул в зеркало заднего вида, а затем быстро притянул к себе и поцеловал.

— Сумасшедший, ты же за рулем! — я возмущенно оттолкнула его, но заметив, как он довольно ухмыляется, не удержалась от улыбки сама. И повторила тихо: — Сумасшедший…

Впрочем, с ума сходил не только Егор, но и я. Сходила с ума, когда оказывалась рядом с ним, и еще больше — когда приходилось расстаться хоть на несколько часов. Я постоянно спрашивала себя: как ты допустила, чтобы он стал необходим тебе как воздух? Позволила завладеть своими мыслями, снами, чувствами? В какой момент это произошло и почему так быстро? Мы вместе каких-то две недели, а мне кажется — целую жизнь. Ведь должна же быть какая-то притирка, узнавание и прощупывание друг друга… Желание казаться лучше, чем ты есть. Нужно скрывать свои недостатки. Обдумывать каждое слово и каждый поступок в страхе, что можешь разочаровать свою новую половинку. Но только все это не про нас. У меня с Егором ничего подобного не было. Более того, я впервые чувствовала себя настолько свободной в выражении своих эмоций, мыслей, желаний. Не боялась казаться смешной и нелепой, не стеснялась смеяться в голос, дурачиться, делиться мечтами. Нам не нужно было привыкать друг к другу. Облекать свои чувства в слова. Да и зачем, если для этого есть прикосновения? Взгляды. Мелкие знаки внимания. Мы с ним как две части пазла, которые странным образом подошли друг другу. Да, это было действительно странно. И немного страшно, потому что все слишком… Слишком хорошо. Разве так бывает? И может ли длиться вечно?

— Боишься летать? — отвлек меня от размышлений Егор.

— Вроде, нет, — я с усмешкой пожала плечами. — Я летала на самолете всего раз, вернее, два, туда и обратно. Три года назад приятельница уговорила отдохнуть недельку в Египте.

— Понравилось в Египте?

— Разве что пирамиды, — призналась я. — А так я не очень люблю жару, валяться без дела на пляже… Нет, это не мое. Я лучше бы по экскурсиям поездила.

— Я тоже не люблю пляжи, — улыбнулся Егор, а после произнес с досадой: — Надо было нам билеты назад брать на несколько дней позже. Поездили бы тогда еще немного по Италии. Там что ни город, то достопримечательность.

— А как же ресторан? Серж бы нам не простил такого длительного внеочередного отпуска, — засмеялась я. — Он и так злится и переживает, что не мог полететь с нами. Вон, видеокамеру мне вручил, чтобы я снимала для него ваши соревнования…

— Мы бы сказали, что решили еще устроить небольшой гастротур по Италии. Для расширения меню «Каролины», так сказать. Тут бы он возразить ничего не смог, — отозвался Егор тоже со смехом. — Как и проверить…

Перелет прошел комфортно и быстро, каких-то три часа — и мы уже в Италии. А там — жарко, душно, и на небе ни облачка. Хорошо, что я с собой взяла только легкие вещи. Судя по прогнозу, ни дождей, ни похолодания в Болонье не предвидится.

— Надеюсь, там, где будет устраиваться конкурс, не забудут установить кондиционеры, — все дорогу до отеля я обмахивалась журналом, что купила в аэропорту.

— Не должны, все-таки мероприятие мирового масштаба. Да и готовить на жаре тяжело: продукты портятся, тают, меняют форму и вкус. Организаторы не могут это не учесть. Хотя… Сами итальянцы весьма экономны, особенно, что касается отопления и кондиционеров, — усмехнулся Егор.

Потом же его отвлек водитель такси, и они почти до самого отеля о чем-то болтали на итальянском.

— Откуда ты так хорошо знаешь язык? — с легкой завистью поинтересовалась уже в номере. Сама-то я владела только английским, пусть и на приличном уровне. — Ты специально его учил?

— Да, пришлось. Я же год стажировался в Милане. А потом еще жил и работал в Марселе и Париже, — ответил Егор обыденным тоном.

— Значит, и французский знаешь?

— Да, есть немного, — он обнял меня сзади и поцеловал в плечо. — Какие наши ближайшие планы?

— Вначале принять душ, а то мне уже дурно от жары, переодеться и пойти куда-нибудь перекусить, — озвученные мною планы, похоже, пошли несколько вразрез с планами Егора, что весьма красноречиво отразилось в его взгляде. — И прогуляться по городу. Ты же тоже любишь экскурсии? — невинно уточнила я. — А времени у нас мало…

— Ладно, — со вздохом согласился он. — Но раз времени мало, чтобы его сэкономить, душ принимаем вместе.

Ну и как с этим поспорить?

Номер мы покинули, когда за окном стали сгущаться сумерки. С одной стороны, это было не так уж плохо: к вечеру наступила желанная прохлада. Но с другой же, я сетовала на то, что погулять долго не получится, и мы мало что увидим. А завтра уже начнутся соревнования, и кто знает, как сложатся обстоятельства и будет ли в перерывах достаточно времени, чтобы побродить по улочкам города и в полной мере насладиться его чудесной атмосферой.

Пока спускались на лифте, Егор попытался меня развеселить. Удалось ему это без особого труда, и в холл мы выходили уже смеясь и подтрунивая друг на другом. Задержались ненадолго у ресепшена, чтобы отдать ключ, и, безусловно, не обратили никакого внимания на группку вновь прибывших постояльцев, что расположились со своими чемоданами там же, у стойки.

— Егор? — вдруг от этой компании отделилась женщина, молодая, загорелая, с темными волосами, подстриженными под короткое каре.

Пока удивление во взгляде Егора сменялось узнаванием, она, широко улыбаясь, спешила к нам.

— Это, правда, ты? — она говорила по-русски, но с заметным акцентом и характерным для французов гортанным «р». — Не верю своим глазам!

Егор, похоже, тоже не верил своим глазам, но при этом не испытывал столь бурного восторга от встречи с брюнеткой. Улыбка его вышла вымученной и застыла на лице как маска.

— Натали, а ты что здесь делаешь? — наконец произнес он. И сразу напрягся, когда женщина повисла на его шее, обнимая, но потом все же нехотя сомкнул ответные объятия.

— Участвую в Международном кулинарном конкурсе. От Франции, — сообщила та непринужденно, будто бы не замечая скованности Егора. — А ты что здесь делаешь?

Он же, услышав это, вовсе посерел, и я даже заволновалась. Что вообще происходит? Кто эта женщина?

— Я тоже участвую в конкурсе, — Егор все-таки вернул себе самообладание и улыбнулся уже более любезно. — От России.

— Правда? — карие глаза Натали искрились радостью. — Значит, мы соперники? — она хитро улыбнулась и подмигнула ему. — Тогда держись! Тебе придется попотеть, чтобы забрать у меня победу!

— И ты не расслабляйся, — усмехнулся Егор. — Я тоже сдаваться не собираюсь.

— Ох, чувствую, будет весело, — засмеялась брюнетка.

— Ладно, нам надо идти, — Егор поспешил завершить разговор первым и демонстративно взял меня за руку. — Извини. Увидимся завтра на соревнованиях.

— О ревуар! — Натали помахала ручкой, Егор же, больше на нее не глядя, потянул меня к выходу.

— Кто это? — решилась спросить я уже на улице.

Он ответил не сразу, будто собирался духом. Но то, что я услышала после, мне тоже совсем не понравилось.

— Это Натали. Моя бывшая жена.