Глава 23. Закрытый гельштат

— Финальное соревнование обещает быть захватывающим! Сегодня конкурсанты представят на суд свои авторские блюда! — вещал Джастин Оукен, пока участники выбирали нужные им продукты. — Но это еще не все. Условия несколько меняются и усложняются. Закуски сегодня нужно приготовить две, как и два десерта! И только основное блюдо остается в единственном варианте. И, как всегда, порций каждого блюда должно быть десять. Задача не из простых, согласитесь? Но это еще не все. Сегодня блюда будут подаваться по очереди. То есть через полтора часа участники должны представить судьям две закуски. Еще через час — основное блюдо. И час дается на создание десертов. Так что приготовьтесь, уважаемые зрители, нам предстоит наблюдать за жаркой и долгой борьбой. А конкурсантам пожелаем сил, вдохновения и удачи! Время пошло…

Вот это да! По правде говоря, никто не рассчитывал, что нужно будет готовить пять, а не три блюда. Я и так с утра была на взводе, а теперь занервничала до дрожи. Попыталась вглядеться в лицо Егора, но он был сосредоточен и, кажется, спокоен. Это хорошо. Будем надеяться, сегодня его ничто, а главное, — я бросила неприязненный взгляд на Натали — никто не выбьет его из колеи. Но хватит ли три с половиной часа для такого большого количества блюд?..

От волнения я уже почти не видела, что там делает Егор, лишь заметила у него на разделочной доске утиные грудки, затем какие-то овощи… Вскоре утку сменило филе некой красной рыбы… И все это жарилось, запекалось, варилось…

Полтора часа пролетели как пять минут. Кажется, только повара начали готовить, как уже пришла пора сервировать закуски. На кухне происходил настоящий сумбур, все спешили, толкались, пытались довести внешний вид своих блюд до совершенства…

— Стоп! — произнес ведущий. — Прошу участников пройти в зону отдыха. Когда судьи оценят ваши закуски, вы приступите к приготовлению основного блюда.

Закуски судьям выносились в прежней очередности. Блюда Натали предшествовали блюдам Егора, и я с напряженным интересом пыталась рассмотреть, что приготовила она в качестве авторской презентации.

— Первая закуска этого конкурсанта представлена жареной треской с соусом из десертного лайма и салатом из руколы и шпината. Вторая — грудинкой с азиатскими овощами и опятами, — прокомментировал ведущий.

Судьи приступили к дегустации, я же перевела взгляд на табло с оценками. Пока Натали обогнали предыдущие конкурсанты, и она висела на четвертой строчке. Удастся ли ей вернуть свое лидерство? Но нет, после выведения баллов, ее позиция переместилась всего на два пункта вверх. Значит, у нас есть шанс…

— Закуски следующего конкурсанта, — стал объявлять между тем Джастин Оукен блюда Егора. — Океанская форель с зеленым салатом, маслом из зеленого лука и голландским соусом, а также салат из утки и свеклы с гранатом и соусом «винегрет» из красной смородины.

Что ж… У Натали рыба, и у Егора… Там грудинка, тут утка… Вполне равноценные блюда, однако все решит их вкус.

10,8,9,9,9,8,10,10,8,9… — и Егор с восьмой строчки перескакивает на третью. На третью! Это однозначно прорыв! Я спрятала счастливую улыбку: нет, пока еще не время радоваться… Дождемся конца.

После раунда с закусками Егор все же сдвинулся на четвертую строчку, а Натали — на третью. Намечался новый лидер — бразилец Отавиу Мота. Он и в предыдущие дни шел всегда в пятерке лучших, а сегодня и вовсе рванул вперед…

— Господа конкурсанты, переходим к основному блюду! — пригласил поваров назад в кухню ведущий.

И вновь все замельтешило перед глазами, загремела посуда, зашипели сковороды, повалил пар… Егор готовил что-то из говядины, а вот Натали, кажется, решилась на пасту. Даже не представляю, как она собирается готовить такое блюдо на десять персон, ведь макароны должны быть идеальными.

— Паста паппарделле с козьим творогом, хрустящей панчеттой и запеченными грецкими орехами, — объявили ее основное блюдо.

Панчетта… А ведь это та же грудинка. Как бы судьи не восприняли ее как повтор. Да, похоже, Натали прогадала с горячим, и баллы жюри это подтвердили. Среди них оказалось даже две «пятерки», самой же высокой оценкой оказалась «восьмерка». Вот так-то… Но не могу сказать, что результат меня расстроил, и особенно то, что Натали даже не смогла сдвинуться со своего текущего места.

— Говяжье филе с грибной начинкой дюксель, картофельным гратеном, стручковой фасолью и соусом на основе портвейна…

Это было уже блюдо Егора, и я затаила дыхание.

8,9,7,9,9,9,9,8,9,9… Егор взлетает на вторую строчку! Только бы удержался там, только бы удержался… Да! Раунд окончен, и Егор занимает второе место в рейтинге. На первом — по-прежнему Отавиу Мота.

Во время приготовления десерта Натали уже не улыбалась. Меж ее бровей залегла озабоченная морщинка, а рука с остервенением взбивала крем. Похоже, ее уверенность в себе пошатнулась. Зато Егор все делал легко и непринужденно, точно у него открылось второе дыхание. Было приятно смотреть на него такого, особенно после того, как он остро переживал неудачу прошлого конкурсного дня. Шоколад, орехи, фрукты… М-м-м, я хочу попробовать все и побольше!

К сожалению, я не могла видеть эмоции участников, когда они ожидали своей участи в зоне отдыха, но бьюсь об заклад, напряжение там зашкаливало. Впрочем, мое состояние тоже трудно было передать словами: вот-вот мы узнаем имя победителя. Когда вынесли десерты Натали, я выпрямилась в кресле и замерла.

— Заварной крем с апельсином и мини-чизкейк с лавандой, черникой и медовыми сотами…

О… Похоже, что-то вкусное…

Однако оценки жюри были неоднозначны: кто-то пришел в восторг и поставил 10, а кому-то десерт мало понравился и был вознагражден всего лишь «шестеркой». Вот так. Даже в этом случае поговорка о вкусе и цвете оказалась верна. Ну а в сумме… Нет, Натали лишь на третьем месте. А ведь впереди еще половина участников, и ее могут еще больше потеснить. Да, представляю, что творится сейчас у нее в душе.

Но для меня куда важней был результат Егора, поэтому, когда его десерты появились перед судьями, я и вовсе забыла, как дышать.

— Трехслойный шоколадный чизкейк…

Нет, ну надо же! Тоже чизкейк! Они что, думают с Натали одинаково? Вот уж точно: муж и жена — одна сатана… Теперь будет соревнование между чизкейками.

— …и крем-брюле с фисташками, белым шоколадом и миндальным печеньем с малиновым соусом.

А вот и крем… Я удрученно усмехнулась. Ну? И кто кого?

Однако первые баллы, появившиеся на экране, заставили меня забыть о глупой ревности: 10, 10, 9… Я чуть не взвизгнула от радости и вцепилась пальцами в сумочку. 9,9, 9, 10, 10… И еще две девятки! Теперь Егор был первым! Первым! Я не знала, куда себя деть от распирающих эмоций. Но стоило все же поумерить восторги, ведь еще не проходил судейство блюда бразильца-лидера…

Десерты Отавиу Мота завершали конкурсную дегустацию, и в этом случае произошло нечто невероятное: все судьи единодушно поставили десятки. Я со слезами на глазах смотрела на то, как имя Егора снова сдвинулась на вторую строчку, первую же, с отрывом всего в два балла занял повар из Бразилии. Разочарование было безмерным. Не получилось… Все же не получилось…

Чествование победителя прошло для меня как в тумане. Я ждала, когда освободится Егор, и не находила себе места. Как он принял финальное поражение? Ведь столько сил положил, чтобы показать себя… А между тем конкурсантов и судей обступили журналисты, сверкали вспышки фотоаппаратов, у одних брали интервью, вторые позировали перед камерами. Я едва различала в этой толпе Егора, зато Натали стояла с краю и с наклеенной улыбкой отвечала на вопросы какого-то журналиста. Похоже, шестая строчка в рейтинге все же задела ее самолюбие, и смех, которым она сопровождала каждый свой ответ, был натянутым и неискренним. Я даже немного позлорадствовала: а нечего было праздновать победу раньше времени! Все в этой жизни возвращается бумерангом…

Я не слышала, как Егор подошел ко мне сзади, поняла это, лишь когда он обнял меня.

— Как ты? — спросила осторожно.

— Нормально, — я уловила в его голосе усмешку и немного расслабилась.

— Это же не конец света, да? — торопливый заговорила я. — Второе место тоже хорошо. И, в конце концов, будут еще конкурсы и…

Завершить фразу мне не дал быстрый поцелуй в губы.

— Это не конец света, — подтвердил Егор с улыбкой и еще раз поцеловал. — Второе место — это тоже очень хорошо.

«И Натали обогнал», — подумала я уже про себя. И, по всей видимости, для Егора это было важнее реальной победы. Они соперничали на кухне всю свою юность и все годы брака. Оба амбициозные и горящие своим делом. Когда-то Натали поймала удачу за хвост, теперь у Егора появился шанс взять над ней реванш, и он его не упустил. Надеюсь, теперь он закрыл свой гельштат.

— Месье Фролов? — около нас остановился худощавый мужчина в светлом льняном костюме. — Я Жак Бошан, владелец сети ресторанов «Mon Adele».

— Очень приятно, — они пожали друг другу руку.

— Вы же говорите по-английски? — поинтересовался Бошан.

— Да, и по-французски тоже, — кивнул Егор.

— Замечательно! — француз улыбнулся и перешел на свой язык.

Какое-то время я слушала французскую речь и по мимике Егора и его собеседника безуспешно пыталась понять, о чем они говорят. Егор же выглядел каким-то удивленным и даже ошеломленным, при этом улыбка не сходила с его лица, улыбался и месье Бошан.

— Что он хотел? — спросила я сразу же, как только француз покинул нас.

— Он предлагал мне должность шеф-повара в его парижском ресторане.

— Правда? — в этот момент я испытывала смешанные чувства: и радость за Егора, но и одновременно страх перед возможными переменами. — И что ты сказал?

— Мы договорились поужинать сегодня вечером и обсудить детали. Ты же пойдешь туда со мной? — Егор глянул на меня с надеждой.

— Конечно, — улыбнулась я, чувствуя, как к горлу против воли подступает ком.

— Это очень известный ресторатор, — рассказывал Егор уже по пути в отель. — Я много о нем слышал, но никогда не встречался. У него около десяти ресторанов: несколько во Франции, есть в Мюнхене, Праге, Нью-Йорке и даже Сеуле… Часть из них имеют звезду Мишлена, а парижский даже две… Он сказал, что наблюдал за мной с самого первого конкурса, представляешь?

— Видишь, как здорово, — я пыталась радоваться вместе с ним, но некая тяжесть, внезапно возникшая на сердце, не давала мне это делать со всей искренностью. — И это, может, даже лучше первого места… Тебя оценил такой человек! И как? — мой голос чуть завибрировал, пытаясь изобразить веселье. — Ты собираешься дать согласие?

— Даже не знаю, — Егор взъерошил себе волосы на макушке. — Так все неожиданно! А ты поедешь со мной, если я решусь?

— В Париж? — я растерялась. — Но что я там буду делать? Я даже языка не знаю…

— Выучишь, и работу тебе найдем, — легко отозвался Егор.

— Мне надо подумать…

Нет, к такому повороту в своей жизни я готова не была. Жить в Париже… Вместе с Егором… С одной стороны, так заманчиво, а с другой… Над этим действительно нужно было серьезно подумать.

Я хотела провести время до ужина с Егором наедине, однако удалось это едва ли. Мы даже не успели дойти до отеля, как его телефон стал разрываться от звонков, а с ними и посыпался дождь из предложений о сотрудничестве.

— Откуда они узнали твой номер? — недоумевала я.

— Наверное, у организатора, — Егор улыбался ошалело. — Не думал, что буду так популярен со своим вторым местом. Не представляю даже, что творится у победителя. Наверное, его на куски разрывают.

— О, нет, — засмеялась я. — Хорошо, что у тебя не первое место! Ты мне нужен целый, а не по кусочкам! И что ты теперь будешь делать? Может, уже не пойдем на ужин к Бошану?

— Нет, идем, — ответил Егор неожиданно серьезно, у меня же вновь сжалось сердце от тоскливого предчувствия.

— Рад, что вы пришли, месье Фролов, — приветствовал нас Жак Бошан, на этот раз на английском. По всей видимости, это было сделано из вежливости ко мне. — Мадмуазель… — он галантно поцеловал мне руку и жестом предложил занять места за столиком. — Так как, месье, вы подумали над моим предложением?

— Предложение очень заманчивое, — ответил Егор с улыбкой. — Но я хотел бы узнать подробности.

— Я готов отдать свой парижский ресторан полностью под ваше шефство, а вместо заработной платы — десять процентов от прибыли, — принялся «соблазнять» Бошан. — Ресторан имеет две звезды Мишлена, но, уверен, после того, как вы станете его шефом, не за горами и третья…

Предложение было воистину соблазнительным и, наверное, на месте Егора я не смогла бы устоять, ведь в нем было все, о чем он мечтал и к чему стремился: признание, свобода самовыражения, приличный доход… И по его глазам я видела, что он хочет, очень хочет согласиться.

— Единственное условие, — вновь заговорил француз, — приступить к работе нужно уже на днях. Дело в том, что ресторан простаивает без шеф-повара уже неделю, а для меня это недопустимо. Поэтому, если вы согласны, вылетать в Париж нужно уже завтра, вместе со мной…

Уже завтра? Вот тебе и ложка дегтя… Я посмотрела на Егора: это уточнение его тоже озадачило, даже взгляд как-то потух и погрустнел.

— И позже никак нельзя? — со вздохом поинтересовался он у Бошана.

Тот с сожалением покачал головой:

— Я и так терплю убытки. Шеф-повар мне нужен очень срочно. Однако я не понимаю, что вас сдерживает? У вас же есть французское гражданство, вам даже нет необходимости в оформлении виз и прочих бумаг.

У Егора есть французское гражданство? Надо же, а я и не знала. А я-то, когда оформляла бумаги для конкурса, думала, что у него мультивиза. Впрочем, теперь уже, зная о Натали, не приходится удивляться.

— О, вы и об этом в курсе? — удивился Егор.

— Неужели вы думаете, я не навел о вас справку, прежде чем делать такое серьезное предложение? — усмехнулся ресторатор.

— Но мне нужно решить вопросы с работой в России. И там квартира, собака… — стал перечислять Егор задумчиво.

— Хорошо, через две недели вы сможете слетать в Россию на несколько дней. Тем более часть из этих вопросов можно решить и удаленно.

— Можно мне еще подумать? — Егор выглядел смятенным и потерянным.

— Я буду ждать вашего ответа до завтрашнего утра. Самолет в Париж вылетает ровно в два, имейте в виду. Я зарезервирую для вас билет.

— Хорошо, спасибо…

Конец ужина получился скомканным. Я и вовсе не чувствовала вкуса еды, полностью погрузившись в свои мысли. У меня сейчас было такое чувство, будто у меня выбили почву из-под ног. Если Егор все же решит улететь в Париж, что делать мне? И как разлука скажется на наших отношениях? Одно лишь, в чем была уверена: я позволю ему сделать выбор самому и приму любое его решение. Но вот смогу ли я так легко отправиться следом? Не знаю…

— Я могу объясниться с Сержем, — видя, как Егор терзается, предложила ему позже сама. Говорить такое было больно, но я не могла поступить иначе. — И документы об увольнении перешлю тебе экспресс-службой…

— А ты? — Егор посмотрел на меня с замешательством. — А ты? Не полетишь со мной?

— Как ты себе это представляешь? — печально усмехнулась я. — У меня скоро заканчивается виза, да и дома меня ждут. Не можем же мы не вернуться оба. И вылет в Москву ведь тоже завтра…

— Ну а потом? — Егор не отрывал от меня испытующего взгляда. — Потом прилетишь? Или когда я вернусь для урегулирования вопросов, улетишь назад со мной?

Я не знала, что ответить. Как можно такие решения принимать впопыхах? Да, сердце мое рвалось вслед за Егором, от мыслей о разлуке холодело все внутри, но разум твердил, что все не так просто…

— Посмотрим, — улыбнулась я.

— Ты хочешь, чтобы я остался? — от этих слов перехватило дыхание.

«Да, — желала ответить я. — Останься, пожалуйста. Пусть будет все как раньше…» Но вместо этого произнесла жизнерадостно:

— Это неважно. Я считаю, ты должен туда полететь. Ты заслужил быть там. А я… Я прилечу к тебе позже. Да и, в конце концов, ты же не на край света уезжаешь. Есть интернет, телефон… Мы сможем общаться хоть каждый день! Единственное, что делать с Лукасом? С моим графиком работы я неуверена, что смогу забрать его к себе. Он же — не мелочь по имени Моня, — я усмехнулась.

— Я могу друга попросить присмотреть за Лукасом, пока не вернусь, а потом перевезу его в Париж, — теперь Егор рассуждал так, словно уже принял окончательное решение, у меня же сердце заходилось от боли. Но потом он будто спохватился и взял меня за плечи, заставив смотреть ему прямо в глаза: — Ты не обидишься, если я соглашусь? Не будешь расстраиваться?

— Нет, что ты… — я ласково провела рукой по его груди. — Я очень рада за тебя. Это твой шанс, и ты должен им воспользоваться. А я… Я справлюсь. Тем более, мы скоро снова увидимся…

Я говорила и сама себе не верила. Знала, что это испытание будет нелегким для меня. А еще… Интуиция мне подсказывала, что решение, которое сейчас мы приняли оба, станет роковым для наших чувств. Любовь на расстоянии? К сожалению, это почти всегда тупик.

Ночь я провела без сна. Все думала, думала, думала… Несколько раз порывалась разбудить Егора и все-таки признаться, что не хочу отпускать его, что боюсь потерять, попросить остаться, но все же не смогла поступить так эгоистично. Да, это было бы эгоизмом с моей стороны — забирать у него мечту, а, может, и смысл жизни. Да и никто не даст гарантии, что Егор, пойди он на поводу моих желаний и страхов, не будет спустя время об этом жалеть и винить меня в том, что украла у него шанс добиться чего-то большего. Нет, пусть будет все так, как будет… А там посмотрим.

И все же утро я встретила с тягостным чувством. Ожидание расставания с любимым — разве может быть что-то хуже? Я ненавидела часы, чьи стрелки неслись по циферблату с сумасшедшей скоростью. Ненавидела чемоданы, которые теперь будут погружены в разные самолеты. Ненавидела даже отель, за пределами которого нас ждет расставание. И чуть не расплакалась, слушая разговор Егора с месье Бошан. Но мучительней всего были встревоженные и одновременно виноватые взгляды, которые Егор бросал в мою сторону, и его бесконечные вопросы: «Ты точно в порядке?»

Наши рейсы оказались почти в одно время, с разницей в полчаса. Егор улетал первым. Прощание прошло быстро. Во-первых, чем оно дольше, тем тяжелее, а во-вторых, с нами был месье Бошан, поэтому не хотелось проявлять особых сентиментальностей.

— Пока, — я улыбнулась Егору как можно бодрее.

— Пока, позвони, как долетишь, — он поцеловал меня, но я первая поспешила разорвать поцелуй.

— Да, конечно. Давай уже, иди, — поторопила его я. — Вы и так самые последние… И я пойду, а то мой терминал в другом конце…

Я еще раз улыбнулась и помахала ему рукой. Подхватила свой чемодан и быстрым шагом пошла прочь.

В какой-то момент, всего на короткий миг, мне вдруг показалось, что Егор передумал. Что я сейчас обернусь, а он стоит и ждет меня все так же у своего терминала. Я медленно развернулась. Вздох разочарования: никого… Конечно же, никого.

А между тем табло сообщило, что регистрация на рейс Болонья-Париж только что завершилась, когда же я ждала своей посадки, отрешенно наблюдала в окно, как отрывается от земли и исчезает в небе его самолет…