Глава 33

Я сделала несколько вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, потому что моя магия начинала бурлить от нарастающих эмоций. Браслет нагревался, как и амулет, словно я находилась под воздействием очень мощной магии. Но казалось, будто никакие браслеты и амулеты не помогут сохранить магию под контролем, если я не успокоюсь самостоятельно.

Поэтому я сосредоточилась на своих ощущениях. Пусть сейчас что-то происходит вокруг меня, но пока нет прямой угрозы – мне нужно оставаться спокойной.

– На карте есть ещё несколько выходов… – до меня, словно издалека, донёсся голос Алронда.

Он звучал ровно, дракону тоже требовалось держать эмоции в узде. Я вдруг задумалась, что же держит его в спокойствии – собственная выдержка или ответственность за нас и перед ректором? Наверное, и то и другое. Сосредоточившись, я попробовала подражать его настроению. Как и в зале с нестабильной руной, меня охладило осознание, сколько всего зависит от меня.

Мы пришли сюда, чтобы восстановить защитные барьеры Академии. Если миссия провалится… Тёмные силы наверняка только и ждут, что мы не справимся. Может, уже готовы планы вторжения, ведь защита так нестабильна… Да и, спускаясь сюда, я даже и не подозревала, что это пропитанное магией место, уже живёт своей жизнью, не подчиняясь никому.

И получается, что все, кто сейчас находится в Академии, в опасности. Моё воображение невольно нарисовало разрушенные стены, магические поля, поглощающие всё живое, взрывы, проносящиеся по коридорам, и лица друзей и наставников, которые наверху даже не догадываются о том, что угроза находится под ними. Академия, которую я так люблю, это место, ставшее домом для нас всех, может быть уничтожена, если мы не справимся.

– Ты понимаешь, что они могут закрыться перед нашим носом?! – истерично воскликнула Ирия.

– Пока мы не проверим – не узнаем. Если что-то произойдёт, мы будем разбираться с последствиями.

– Это всё из-за вас двоих, – голос Ирии опустился до шипения, и я открыла, наконец, глаза.

Они стояли друг напротив друга недалеко от свежезапечатанного прохода. Взгляд Ирии метал молнии, Алронд, скрестив руки на груди, напротив, олицетворял собой спокойствие и умиротворение.

– Что ты хочешь сказать?

Я хранила молчание, чувствуя, как напряжение среди нас нарастает до предела. Стены зала, словно поджидая этого момента, казались более тесными, а тени – более живыми, пока Ирия отчитывала нас ледяным голосом. От её слов, пропитанных презрением и скрытой горечью, зал едва ли не резонировал, отражая и усиливая её ярость.

– Я не понимаю, зачем отправили вас вдвоём. Ваша мощная магия, ваша истинная связь, – она выплюнула последнее слово, словно оно было чем-то мерзким, – Этот старый дурак, что, не мог просчитать, к чему это приведёт? Зачем он послал вас сюда?

Что-то внутри меня вспыхнуло ярче факелов в наших руках, и я шагнула вперёд, сжав кулаки.

– Не смейте так говорить про ректора Каэла, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Ирия повернулась ко мне, в её глазах застыл шок, а рот открылся так, что губы сложились в идеальную букву О.

– Что? Как ты со мной разговариваешь?!

Я подошла к ней почти вплотную, не отрывая взгляда от её ярких голубых глаз, и повторила:

– Я сказала, не смейте так говорить про ректора Каэла. Сейчас наибольшую опасность здесь представляете именно вы со своими истериками. Если мы все не будем сохранять спокойствие, отсюда не выйдет никто. Мы и так уже лишились Калеба. Поэтому давайте держать себя в руках.

Ирия чуть не задохнулась от возмущения, её грудь то поднималась, то опадала, но её взгляд сказал всё – ярость, злоба, уязвлённая гордость. Я почувствовала неожиданное, мощное волнение внутри себя, словно сила самого зала проникла в меня. Это было как внутренний поток – древняя, густая энергия, едва ли не сама магия этого места. Моя магия, казалось, замерцала в унисон с этой силой. Но мне пришлось снова напомнить себе, что на мне лежит ответственность не только за мою безопасность, но и за безопасность остальных. Наше задание приобретало совершенно иной масштаб, и я должна была держать себя в руках.

Отвернувшись, я начала осторожно осматривать зал. Он был огромен, настолько, что верхний край стен исчезал в густой, неподвижной темноте, где не видно было ни потолка, ни единой поддерживающей балки. Стены были гладкими, словно вырубленными магией, и от их ровных, холодных поверхностей веяло древней мощью. И хотя я не ощущала непосредственной угрозы, магия здесь была напряжённой, как тетива, готовая выпустить стрелу. Я понимала, что, прежде чем активировать барьеры, нужно удостовериться, что моя магия не вступит с этим местом в опасный резонанс.

– Ирия, она… права. Нам надо работать дальше и подумать, как отсюда выбраться. Пожалуйста, давай отложим эмоции на потом, – спокойно вмешался Алронд. Я услышала в его голосе и приказ и мольбу одновременно.

Ирия, заметив его взгляд, заскрежетала зубами, но, похоже, была вынуждена признать правоту его слов. Её глаза потемнели, она с силой сцепила руки перед собой, словно это помогало ей сдерживаться, и бесцветным голосом проговорила:

– Осмотрим зал. Держите барьеры наготове, но не активируйте их преждевременно, чтобы не вызвать новый всплеск.

Мы начали обследовать каждый угол, выискивая скрытые магические аномалии или ловушки. Я прощупала пространство вокруг себя, пытаясь уловить магическую энергию, но никакие всполохи силы не нарушали мрачной пустоты зала. Тем не менее напряжение не отпускало, и где-то на подсознательном уровне я ощущала слабую дрожь страха – чувство, что на нас может обрушиться что-то невидимое.

Когда мы осмотрели каждый угол зала и восстановили старые руны, создавая устойчивую барьерную сеть, Алронд, сдержанно кивнув, предложил сделать привал. Нужно было подпитать запасы нашей энергии – и физической, и магической. Помимо напряжённых событий последнего дня, само присутствие в месте, полном старой и неясной магии, забирало последние силы.

– Здесь, под землёй, трудно понять, сколько времени прошло. Но мои часы показывают, что уже практически время ужина. А мы не обедали, – проговорил Алронд, обводя нас серьёзным взглядом, и мы, осознавая, что он прав, опустились на холодный каменный пол.

Сразу после того, как Алронд объявил привал, мы приступили к магической подготовке лагеря. Обстановка была напряжённой, и каждый из нас, казалось, ощущал, как тени в глубине зала становятся всё гуще и ближе. Чтобы создать ощущение безопасности, требовалось больше, чем просто опереться на стены.

Мы с Ирией начали с защиты периметра. Пока я расставляла по периметру магические камни, Ирия аккуратно начертила рунный круг прямо на полу, сопровождая это тихим, сосредоточенным шёпотом заклинаний, усиливающих защиту. В конце она поставила несколько мелких магических ловушек, срабатывающих на движение. Алронд, поставил дополнительный барьер, усиливающий наши руны. Едва уловимая энергия барьера мягко колыхалась в воздухе, словно магический щит обнял нас со всех сторон, оставляя ощущение безопасности.

Пока они с Ирией закрепляли защитные чары, я вытащила из своего рюкзака необходимые вещи: несколько небольших пологов, одеяла, и маленький горшок для костра. Алронд отыскал щепотку порошка для поддержания пламени без дыма и едва заметно улыбнулся, глядя, как я обустраиваю лагерь. Он разжёг костёр, и его мягкий свет заполнил зал, придавая этому мрачному месту хоть какое-то подобие уюта.

Мы сели вокруг костерка и принялись за еду. В этой атмосфере каждый звук был почти осязаем, и даже тихий треск костра, казалось, отдавался эхом от стен. Ужин был скромным – порции хлеба, сушёного мяса и воды из походных фляг.

Закончив трапезу, я разложила спальные места вокруг костра. Мы договорились поочерёдно дежурить, чтобы кто-то всегда следил за обстановкой, пока остальные будут отдыхать. На первом дежурстве остался Алронд, и, благодарно кивнув ему, мы с Ирией устроились спать. Уложившись под одеяло, я почувствовала, как сон медленно захватывает моё сознание.

Посреди ночи я внезапно проснулась, как будто какая-то неясная тревога выдернула меня из сна. Приподнявшись, я поняла, что слышу шёпот – это Ирия говорила с Алрондом. Они сидели на некотором расстоянии от костра, и её голос был глухим, но в нём звучала отчётливая напряжённость.

– Ей опасно продолжать продвигаться, – тихо говорила Ирия, глядя на Алронда, – Следующие коридоры ничем не безопаснее этих, а ты видел, как они реагируют на её магию. Если мы пойдём с ней дальше…

– В этом зале ничего не произошло. Давай надеяться, что всё так и останется. Она сильная, она справится. И я рядом.

Ирия тяжело вздохнула, будто понимая, что спорить бесполезно.

– Дело ведь не только в ней… Но, раз ты главный, решать тебе. Я вас больше не побеспокою.

У меня слипались глаза и, несмотря на странный тон разговора, я не дослушала даже до ответа Алронда – уснула.

Буквально через мгновение я проснулась от лёгкого толчка, и лицо дракона было первым, что я увидела. Он мягко улыбнулся мне, и я заметила, что под его глазами залегли тени.

– Я бы не будил тебя, но просто засыпаю, – прошептал он. Я скосила взгляд и увидела, что Ирия лежит на боку на своём месте. Спала она или нет – сказать было нельзя.

– Всё в порядке, – зевнула я, садясь на корточки, – Тебе нужно отдохнуть. Я уже выспалась.

– Твой браслет. Он не беспокоит тебя? – ни с того ни с сего спросил Алронд.

Удивлённо покачала головой. Алронд мягко взял мою руку и осмотрел его. Мой амулет, как ни странно, на него не реагировал.

– Всё в порядке, – повторила я, – У тебя какие-то сомнения?

– Будь настороже, Эль, и… Если почувствуешь что-то неладное, сразу скажи мне. Хорошего дежурства.

Я благодарно сжала его руку. Моя магия словно отозвалась на это касание, мягко протянувшись к нему, переплетаясь с его аурой. Мы оба затаили дыхание, глядя друг на друга, и я видела, что Алронд чувствует то же самое.

– Как бы я хотел очутиться с тобой где-нибудь вдвоём… далеко отсюда, – пробормотал он едва слышно.

Я покраснела от его слов. На ум пришли какие-то глупости, заставившие моё сердце забиться чаще, и я, сглотнув скопившуюся слюну, кивнула и встала.

Он даже не стал разворачивать свой спальник – лёг прямо на моё место. Едва заметно прикоснулся носом к моей подушке, потянул её – мой оставшийся – запах и, блаженно улыбнувшись, моментально заснул. Думаю, он даже сам не подозревал, как мило и беззащитно выглядел в этот момент. Мои губы сами собой растянулись в улыбке.

Я подошла ближе к костру. Угли тлели, излучая мягкий, гипнотический свет, переливаясь то ярко-оранжевым, то багрово-красным, словно дышали под слоем пепла. Жар от них согревал, наполняя меня странным спокойствием. Я взяла свой почти пустой рюкзак, села на него и надолго застыла, заворожённая этим зрелищем: танцующие тени всполохов на стенах были единственным движением в этой каменной глуши. В этом пламени мне мерещилось нечто живое, что поддерживало иллюзию тепла и уюта на фоне древних мрачных стен.

Когда шея затекла от долгого наблюдения за костром, я приподняла голову и ощутила, как по спине пробежал холодок. Взгляд невольно притянуло к верхнему уровню зала, к сводам, теряющимся во тьме. Свет костра не доставал до потолка, и эта беспросветная тьма казалась живой, шевелящейся. Сердце забилось быстрее – было ли это просто отблеском углей, или наваждением от нашего неуютного окружения, но мне вдруг почудилось, что в тенях на потолке что-то двинулось, что-то огромное.

Внутреннее беспокойство усилилось. Поддавшись внезапному порыву проверить, как далеко уходят эти своды, я рискнула. Зажгла светлячка и отправила его вверх. Он мягко оторвался от моей ладони и устремился в тёмный простор над головой, разгоняя мрак. Я следила за ним, задержав дыхание: он поднялся до того уровня, где я ожидала увидеть потолок… и продолжил подниматься.

Светлячок летел всё выше, становился крошечной искоркой в бесконечном пространстве над нами и, наконец, затух, исчезнув в полной темноте. Я осталась сидеть, ошеломлённо глядя вверх. Что это за место? Как высоко простирается этот зал? Как такое вообще возможно?

Будто желая ощутить поддержку, вспомнить, что я не одна, я повернулась к спящим позади Алронду и Ирии.

Алронд был на своём месте, спал спокойно, только чуть нахмурившись, но… Ирии не было. Я с трудом подавила испуганный вздох, срываясь на ноги и озираясь вокруг. Её спальник, рюкзак, все её вещи – всё осталось на месте, словно она просто испарилась.