Глава 2

Шёл уже третий день с момента посещения принцем Рарриэшем резиденции лорда-похитителя. Я безвылазно сидела в своей комнате, не имея возможности даже увидеть солнечный свет. Сам хозяин дома отсутствовал столько же. Из путанных и немногословных объяснений Аритьяны(единственной из слуг, кто осмелился заговорить со мной вопреки запрету господина) я поняла следующее: наследный принц Рарриэш Дархо Шаони объявил начало ежегодных состязаний главенствующих раньше на два месяца, и теперь все главы родов и приближённые должны безвыездно находиться при дворе, чтобы не пропустить свою очередь в жеребьёвке на сражения. Всё это время я безрезультатно пыталась дозваться Рара, а на третьи сутки уже просто взвыла от тоски и скуки.

— Аритьяна, миленькая, ну хоть во двор меня выведи. Нет больше мочи сидеть в четырёх стенах, — взмолилась, когда служанка принесла обед.

— Не могу, Ниточка, — расстроено ответила она, — хозяин строго настрого наказал никуда не выпускать.

— Ну Аритьяночка, ты же понимаешь, что для ведьмы трое суток вдали от природы смерти подобно, — попыталась воззвать к её ведьминскому сознанию. Пусть она уже и не ведьма, но была же когда-то ею.

— Так-то оно так, но жизнь вдали от силы лучше смерти в силе, — прошептала бывшая ведьма.

И я только сейчас задалась вопросом — а как Аритьяна лишилась ведьминских сил? Определённо к этому приложил руку лорд-охотник, но как именно ему удалось отделить от женщины практически часть её сути? И каким образом ей удалось выжить после такого надругательства?

— Аритьяна, а как ты стала… человеком? — спросила не подумав. — Прости-прости, не хотела обидеть, но я честно не понимаю, как такое вообще возможно, — поспешно добавила, виновато отведя взгляд.

Женщина не обиделась, медленно подошла к кровати, присела на краешек и начала говорить. А я слушала и не замечала стекающие по щекам слёзы, вполне обычные слёзы сострадания, а не огненные капли силы.

— Это произошло на северной границе Эльтийской империи и союза. Я, молодая и ведомая идеалами ведьмочка, помогала уставшей от гнёта демонов нечисти пересечь границу. И так увлеклась, что не заметила их приближение. Их было трое, патрулирующих границу демонопоклонников. Они не видели нечисть, я скрыла её природными стихиями, а вот о себе позабыла. Они увидели не ведьму, а юную беззащитную перед их чёрными силами преступницу. Я даже опомниться не успела, как нечисть разбежалась, оставив меня одну против троих чернокровых лордов. И для них я была грязной преступницей, посмевшей приподнять граничную завесу. Через эту прореху они и перетянули меня на свою сторону. Но я была ещё и привлекательной, полной сил девушкой… Это длилось более двух суток. Они делали со мной… — Аритьяна запнулась и смолкла, утирая слёзы. А я не решалась даже пошевелиться, не то, что сказать слова поддержки. Да и что тут скажешь? Про жестокость и похотливость демонопоклонников все знают.

Женщина судорожно вздохнула и продолжила:

— Я уже молила силы земли о смерти, когда появился он, лорд Тарриэр Рширхо. Он раскидал насильников, как провинившихся котят. Поднял меня на руки и унёс в свою палатку. Он руководил сопровождающим Эльтийских переговорщиков отрядом, и каким-то образом почувствовал мой зов смерти. Господин вызвал лекарей, но они ничем не могли мне помочь, ведьминская, жаждущая справедливости суть восстала против сотворённого со мной и я умирала. И тогда лорд Рширхо лишил меня силы, вынув из груди искру дара. Уж не знаю, как ему это удалось, но тело моё начало поддаваться целительной магии и я выжила. Тех троих господин лично казнил у меня на глазах, но душа навеки покинула моё тело, вместе с ведьминским духом.

Я была в шоке! Да я просто не верила, что Аритьяна говорит о том же лорде Тарриэре, которого знала я.

— Вижу, не веришь, — грустно улыбнулась служанка. — А зря. Он только после твоего появления стал таким вспыльчивым и непримиримым, а раньше был спокойным, справедливым и благородным. Неправда всё, что нам про жителей союза рассказывали. Только страха нагоняли. Не все они прогнившие и бездушные.

— Это он-то благородный?! — возмутилась я. — Да он меня… да он мне… он меня ударил!

Аритьяна только молча улыбалась, а я вдруг задумалась. А ведь и правда, если по справедливости, мне лорда-охотника и обвинить не в чем, кроме того удара по лицу. Ну да, похитил, так выполнял приказ владыки и вёл себя вполне вежливо. И потом не проявлял жестокости… пока обнюхивать не начал. Так и я была не лучше, сама едва не бросалась на него, и при ментальном контакте… Да и в бассейне не особо сопротивлялась. Но ударил же! И очень больно, между прочим.

— И всё же он меня ударил, — проговорила тихо.

— А зачем, ты не задумывалась? — улыбаясь спросила Аритьяна.

— Чтобы Рарриэш меня не узнал и не забрал, — была вынуждена ответить я.

Женщина погладила меня по руке и принялась объяснять, как маленькой:

— Понимаешь, лорд Рширхо, он сильнейший в союзе, но против наследного принца в открытую выступить не может, честь и долг не позволяют. Но и тебя ему отдать не смог, вот и ударил. Пара вы, Нита, истинная пара. Кровь ваша за вас решила, сутью самой жизненной потянулись друг к другу, а против этого никто не устоит. Быть вам вместе и господин теперь на всё пойдёт, чтобы ты его была. Вызов принцу он не бросит, потому как знает, что победит. А ребёночек всё решит. Если ты от него понесёшь, то по крови и по роду его станешь. Тут уж ни принц, ни сам владыка оспорить не смогут. Сила крови для демонов на первом месте. У них всё на этой крови и держится.

И всё-то она правильно говорила, и всё-то складно, да вот только я не видела в лорде того благородства, которое Аритьяна расписывала. И чести не видела. Только жестокость, коварство и бесчестность. А уж эти его тронозахватнические планы… Ненавижу!

— Ну так что, Аритьяночка, выведешь меня на прогулку? — спросила со слезами на глазах. — Обещаю, буду вести себя хорошо и даже не подумаю о плохом.

Служанка сокрушённо покачала головой, да и поверила.

— Ладно уже, жалко мне тебя, страдаешь тут из-за правил их жёстких. Пошли, по саду погуляем, что ли, — сдалась она.

— Спасибо, миленькая, спасибо, моя хорошая, — бросилась я обнимать служанку.

Через десять минут, прихватив с собой корзинку с таки и не съеденным обедом, мы уже гуляли по саду. Как же я истосковалась по свежему воздуху, игривому ветерку и яркому солнышку!

Аритьяна расстелила скатерть и выгрузила на неё содержимое корзинки.

— А пить же чего? — растерянно спросила я, самолично отодвинувшая графин с соком в сторонку, когда составляла обед со стола в корзинку, пока женщина бегала за скатёркой.

Аритьяна внимательно на меня посмотрела, но не увидела лукавства в моих глазах и прямо спросила:

— Забыла или что задумала?

- Забыла, — «честно» призналась я. — И захвати для себя, вместе поедим. Надоело мне одной есть.

— Хорошо, — согласилась бывшая ведьма и поспешила по тропинке в сторону дома.

Как только она скрылась из виду, я побежала к забору и приложила руки к крайнему дереву. Пусть меня и не выпускали из комнаты всё это время, но свежие фрукты и овощи-то с едой приносили. Вот на них я и натренировалась худо-бедно управлять эльфийской силой.

Повинуясь моему приказу ветви дерева обвили мою талию, сильнее, чем хотелось бы, но потерплю, и подняли над высоким каменным забором. На расстоянии вытянутой руки сверкал защитный купол, более плотный и сложный, чем тот, который отрезал крышу центральной части дома от всей остальной территории владений лорда Тарриэра Рширхо. Теперь пришёл черёд проверить на практике натренированные в ванной, на горячей воде умения. Мне не сразу удалось почувствовать демоническую магию в воде, но грела её именно чернокровая сила. И на то, чтобы подчинить эту силу ушло две ночи. Вот сейчас и посмотрим, стоило ли не спать по ночам, просиживая над ванной по нескольку часов.

Протянула руки и приложила подрагивающие от напряжения ладони к куполу. Сначала вообще ничего не почувствовала и испугалась. Неужели всё было зря? Но потом ладони начало покалывать, а по венам потекла сила. И это была не моя сила, я будто втягивала питающую защитный купол энергию. Напряглась и вернула всю эту энергию обратно, вместе с посылом создать прореху в силовой стене. И у меня получилось! По округе разнёсся мелодичный звон тысячи хрустальных подвесок, а передо мной появилась дыра в куполе. Повинуясь беззвучному приказу ветви перенесли меня через эту дыру, опустили на землю за стеной и втянулись обратно. Купол вновь стал монолитным и звон стих.

Но радоваться было рано! Следовало бежать и очень быстро. И бежать туда, откуда я смогу связаться с Раром. Я продумывала этот путь наверное сотни раз, но оказавшись за стенами владений Тарриэра растерялась. Куда же мне бежать? В какой стороне неблагополучный район? Закрыла глаза, глубоко вдохнула, задержала дыхание и представила дорогу, по которой бежала в прошлый раз. Если я не ошибаюсь, ворота, из которых мы тогда вышли с лордом, находились прямо за углом, значит, нужно пройти немного влево и свернуть в узкий проулок.

За стеной послышался крик. Аритьяна бродила по саду и звала меня. Открыла глаза и побежала. Только не думать о том, что сделает с бывшей ведьмой охотник, когда узнает, что я сбежала по её вине…

На прохожих я тоже не обращала внимания, но ощущала на себе их цепкие удивлённые взгляды. Должно быть не каждый день по улицам столицы носятся девицы в белых летящих платьях и с развевающейся за спиной длинной перевитой белой же лентой косой. И это я ещё обула мягкие бежевые домашние туфельки. Остальные были на каблучке, и тоже белые. И весь кой гардероб тоже был белым. Оказалось, у демонического лорда пунктик по поводу белого цвета. Весь его дом соответствовал моде союза, а вот спальня была оформлена в светлых тонах. Ну и меня он решил оформит, чтобы сочеталась со спальней.

Сердце билось где-то в районе висков, мысли метались как загнанные звери, а я неслась по улицам и переулочкам. И теперь мне было гораздо проще. Не то, чтобы я не уставала, но хотя бы не было желания выплюнуть лёгкие, а это уже немало.

В грязный квартал, как, помнится, называл его лорд-охотник, я ворвалась как полоумная невеста — вся в белом и с ошалелым взглядом. Ворвалась и замерла. Здесь было тихо. Будто вымерли все, пустая широкая улица, мусор, гонимый знойным ветром по дороге и никого. Хотя, сейчас же день, а здесь жизнь кипит ночью. Уж не знаю, как мне удалось найти это злачное место, а тот факт, что пришла я сюда через тот же переулок — вообще чудо. Но чудо имело место быть и я сразу же узнала заветный балкончик, на который меня и втянул в прошлый раз Рар. Даже при свете дня мне не удалось найти вход в здание, а балкончик, хоть и был низким, не имел крепкой мужской руки, чтобы поднять меня. Постояла под ним, задрав голову, подпрыгнула пару раз, понимая, что это просто глупо и допрыгнуть всё равно не смогу. А даже если бы и смогла, ни за что не подтянусь на руках, чтобы взобраться. Подошла к стене под балконом, прислонилась к ней спиной и решила немного передохнуть в тени. Всего пару минут, чтобы опять сорваться на бег, в поисках переулка на другую сторону улицы, где уж наверняка будет вход в дом женского тела. Подобное заведение без входа, это вообще бессмысленно. Да и вообще любое здание без входа было бы как-то не логично.

— Кто? — вдруг спросил кто-то у самого уха.

Вздрогнула и отпрянула от стены. На меня с явным неодобрением посмотрели… глаза. Глаза на стене. А почему бы и нет? Если в притон разврата ломится «невеста», то почему бы на его стене не вырасти глазам?

— Кто, говорю? И зачем? — потребовали ответа глаза. И чем только говорят?

— А рот где? — спросила вслух.

— Ага, дай вам рот, пихаете чего ни попадя, — ответили глаза.

Я покраснела как роза.

— И чего забыла здесь такая стеснительная? — задали следующий вопрос глаза.

— Малияну позови, я от Рара, — пробурчала, продолжая краснеть.

В следующее мгновение от стены отделились руки и загребли меня, втягивая в белую каменную поверхность. Я завизжала и упала… на пушистый ковёр. Руки, теперь уже вытянувшиеся из драпированной бордовой тканью стены, подхватили за талию и подняли, продолжая удерживать, чтобы не шаталась. А по лестнице быстро спускалась Малияна.

— Эль? — удивлённо воскликнула он. — Что ты тут делаешь?

— О… о-о-оно меня лапает, — прошептала, чувствуя на боках стенные руки.

— Тортон, отпустить, — приказала Малияна.

— Вот так всегда, всем можно трогать, а мне нельзя, — проворчала… стена, но руки убрала.

— Мали, мне срочно нужен Рар! — потребовала я, почувствовав себя намного увереннее после того, как стена перестала распускать руки.

— Ты что тут делаешь? — совсем не дружелюбно поинтересовалась хозяйка притона разврата. И взгляд у неё при этом был такой совсем не добрый, я бы даже сказала, злой взгляд был.

— Я к Рару, — ответила уже не столь уверенно.

— Ты что здесь, зараза бессовестная, делаешь?! — сорвалась на крик добрая и приветливая на первый взгляд женщина. — Мой мальчик после тебя сутки в себя приходил. Не ел, не спал, на девочек даже не смотрел. А только немного отошёл, так опять как вскрикнет «Эль, это ты? Где ты? Покажи, я вытащу» и сорвался куда-то. Так и не вернулся. И теперь ты ещё имеешь наглость заявляться сюда? Вертихвостка бессердечная! Да у моих девочек чести больше, чем у тебя.

Я ошарашено смотрела на Малияну, не зная, что сказать. И вообще не знала, как себя вести. Но Рар-то мне нужен.

— Ладно, — неожиданно успокоилась Мали. — Иди за мной.

— А как же Рар? — спросила, затравленно озираясь.

— Я, конечно, отправлю посыльного, но у него сейчас состязания, так что вряд ли вырвется, развела руками женщина. — Да и затеял-то эти игры мужиков — кто сильнее, наверняка, чтобы тебя забыть.

— Если бы, — пробурчала, подозревая, что состязания были затеяны с целью отвлечь лорда Тарриэра от меня. И ведь сработало же!

— А давай-ка мы посидим, настоечки успокоительной выпьем, поговорим, — неожиданно вконец подобрела Малияна, приобнимая меня за плечи.

А я так устала, так испереживалась, что не удержалась, положила голову ей на плечо и всхлипнула. Меня погладили по головке. Хорошо-то как, спокойно.

Потом заботливо усадили на мягкий удобный диванчик, заставили взять в руки огромный бокал, почти доверху наполненный коричневым, с терпким травяным запахом напитком, и ласково так попросили:

— Рассказывай.

— Да нечего рассказывать, — пожала плечами. — Сбежать не получилось, нужно с Раром поговорить.

— Попей, губы пересохли вон совсем, — посоветовала Малияна.

Я неохотно сделала глоток. Ох, как же вкусненько-то! Сама не заметила, как выпила половину содержимого большого бокала.

— А вот теперь рассказывай, — елейным голоском вновь попросила Мали.

И я, сама не знаю почему, выложила ей абсолютно всё! Начиная с момента похищения и заканчивая появлением Рара на пороге и ударом по злобной Тарриэровской морде. Даже про планы лорда-охотника на мою беременность рассказала. Только произошедшее в бассейне поведать смелости не набралась. Но это было бы уже слишком. Такое я даже бабушке родной не рассказала бы.

— Что-то ты не договариваешь, — подозрительно сощурилась Малияна… и до меня дошло, что я только что тут наговорила!

Взгляд на бокал, на довольно улыбающуюся владелицу притона, опять на бокал.

— Да как вы могли?! — выкрикнула, отшвырнув бокал с остатками пойла и вскочив с дивана.

— Тихо, девочка, успокойся. Я тебе не враг, — совершенно спокойно ответила Малияна. — И я никогда не сделаю ничего, что навредило бы моему мальчику. А ты, я же вижу, тоже за него переживаешь.

— Но это бесчестно, — пролепетала, устало опускаясь на диван. — Я вам верила, а вы…

— Маленькая наивная леди из империи, — покачала головой женщина. — Нельзя быть такой доверчивой. А если бы на моём месте были враги союза? Они бы непременно воспользовались тобой, чтобы уничтожить Рарриэша. — Задумалась на минуту и прошептала: — И ведь воспользуются, непременно воспользуются. А ты такая доверчивая, что даже не поймёшь, что несёшь погибель моему мальчику. Прости, Эль, но у меня просто нет другого выхода.

И вот тут мне стало очень страшно. Очень уж взгляд у Мали был говорящий, и говорил он о моей скорой и безвременной гибели.

Встала и попятилась, с ужасом глядя на выражение угрюмой решимости на немолодом, но ещё таком красивом лице той, кто кажется только что приняла решение убить меня. Да что там кажется! Кинжал, появившийся в её руке, говорил сам за себя. А я пятилась и не знала, что делать. Так и врезалась спиной в стену.

— Тортон, держать, — коротко приказала кровожадная тётка. И совсем она не красивая!

Из стены мгновенно выросли руки, целых четыре. Две зафиксировали мои запястья, одна обвилась вокруг талии, а последняя схватила за шею.

— Ой, мамочкаааа! — завопила я. В глазах потемнело от страха. А потом как-то само вырвалось: — Рарчик, родной, спасааааай! Рар, я у Малияны, помогииии!

Малияна к тому моменту уже подошла довольно близко и примерялась кинжалом к моей груди. Руки её заметно подрагивали и лезвие кинжала ходило ходуном. Сразу видно, что в убийствах опыта не имеет. Однако, мне от этого было не легче, помереть от опытной руки или от неопытной — разницы вообще никакой. Итог-то один.

И вот я наблюдаю, как взгляд Мали становится решительным, рука с кинжалом взмывает вверх и… тётка отлетает в противоположную сторону зала. Там она и затихла, свалившись за диванчик бесчувственным телом. Ещё бы, так-то приложиться о стену.

А меня бережно и очень нежно обнимают, невзначай сломав две из рук, удерживающих. Остальные успели втянуться в стену.

— Как же я скучал, — прошептал блондин, прижимая меня к себе, словно фарфоровую куклу, осторожно, но так крепко.

А потом меня начали ругать.

- Ты почему не пересекла границу, безголовая? Я же тебя почти до рубежа довёл! — возмущался Рар. — Хоть и разозлился, но всё равно проследил, насколько было возможно. Я же думал, что ты теперь в безопасности, далеко от него, а ты… Совести у тебя нет, Элька!

— Эльтианита, — почему-то решила представиться я. Запоздало вспомнила, что Рарриэш может знать имя своей нежеланной невесты, но он, кажется, не знал, потому что улыбнулся и тоже представился:

— Рарриэш.

— Вот и познакомились, — улыбнулась я, но улыбка получилась жалкой.

— Прости, — совершенно неожиданно прошептал блондин.

— За что? — честно не поняла я. Вот уж кому, но только не ему прощения просить. Это я перед ним виновата. И за то, что прогнала и за обман… и сейчас не договариваю.

— За всё, — просто ответил Рарриэш. — И за то, что ушёл, послушав тебя безголовую(да сколько же можно меня безголовой называть?), и за то, что не нашёл потом, хоть и пытался. Ворвался в Эру, всю его защиту смёл, а тебя не почувствовал. И за Мали прости.

Последние слова прозвучали едва слышным шёпотом.

— Но ты пришла именно сюда и позвала меня! — это уже был почти крик. — И я тебя услышал.

Тёплые ладони легли на мои щёки и на меня так посмотрели, что я даже на Малияну злиться перестала. Просто Рар был такой, ну такой, прямо слов не было. У меня таких друзей ещё никогда не было! Эм, и друзья вот так ко мне на склонялись. Ну и уж совсем не по-дружески он меня начал целовать. А я почему-то была не против. Это же Рарчик, он такой свой и доверяю я ему…

Послышался стон… Я бы себя заподозрила, хорошо так было с ним, но слишком уж страдальческим этот стон был.

— Стой на месте и не шевелись, — приказал мой блондин и куда-то убежал.

А до меня дошло, что это Малияна стонала и… она же сейчас ему всё расскажет. И он меня тогда возненавидит, наверное. А я не хочу, чтобы он меня ненавидел, и у меня вообще кроме него никого нет.

— Рар! — возопила и побежала следом.

Но я не успела. К тому моменту, как я подбежала к принцу, он уже помог Мали подняться на ноги, прошипел с такой злобой, что я похолодела «Не прощу» и опять швырнул её об стену. Только женщина не ударилась о бордовую поверхность, а будто провалилась сквозь неё. И пропала, вот только что перед нами стояла несчастная, заметно постаревшая женщина и вмиг пропала.

Рарчик перевёл взгляд на испуганную меня, нахмурился и заверил:

— Она жива, я просто запер её. Позже разберусь.

Кивнула, раздумывая над тем, как бы преподнести информацию о том, что я его невеста. Как ни крути, а желательно сделать это до того, как Малияна всё расскажет.

— А пошли ужинать. Я сегодня ещё не ел, — вдруг пожаловался блондин. И другом его назвать уже язык не поворачивался.

— А я не обедала, — призналась в свою очередь.

Он улыбнулся, я невольно тоже. Так улыбаясь мы и пошли… на местную кухню. Здесь обнаружилась тучная пожилая женщина, суетливо вертящаяся между столами и плитой.

— Проголодался, милый? — спросила она, одарив наследного принца такой ласковой и заботливой улыбкой.

Рарриэш улыбаться перестал. Прошёл к столу в дальнем углу кухни, ведя меня за собой за руку. Усадил, сам сел рядом и напряжённо спросил у кухарки:

— Кто сейчас в помощницах у Мали?

— Что…? — тихо спросила женщина. Явно не озвучив вопрос полностью.

— Малияна здесь больше не хозяйка. Бригит, проследи, чтобы дело приняла достойная. И покорми уже нас с… моей невестой, — приказным тоном произнёс блондин.

После последних слов я заметно напряглась, и это не укрылось от Рара. И он явно был не доволен такой реакцией, вот только напряглась я совсем не по той причине, о которой он мог подумать.

— Рар, нам нужно поговорить, — произнесла почти шёпотом, чтобы хлопочущая по кухне Бригит не услышала.

— Не сейчас, — неожиданно резко ответил принц. — Извини, просто не хочу терять это ощущение, что ты моя, как можно дольше, — исправился тут же.

А мне и без того было тошно, теперь же я себя совсем мразью почувствовала. Но улыбку выдавила и согласно кивнуть тоже себя заставила.