Глава 3

Ели мы там же, на кухне. Бригит, не задавая вопросов, накрыла на стол и незаметно ушла. Мне она вообще понравилась, быстрая, спокойная… и за ножи не хватается. И ужин у нас был примечательный. Никаких изысков. Обычный суп, поджаренный хлеб, на который кухарка положила тонко нарезанные сыр и ветчину. Вот прямо как я люблю. Бабушка тоже часто меня так кормила.

— Мой любимый ужин, — словно прочитав мои мысли проговорил Рар.

Не смогла не улыбнуться. Я вообще не могла не улыбаться глядя на него. Только тайна, открыв которую, я создам между нами непреодолимую пропасть, не давала до конца насладиться моментом. А может, я зря боюсь? Может Рар всё поймёт, и мы опять сбежим, вместе? Вот только теперь нам обоим бежать некуда. Мы оба чернокровые, которых не примет ни одно государство и судьба наша навечно быть запертыми в Шаонийском союзе.

— У тебя слезинка, — прошептал Рар, отложив недоеденный хлеб с сыром и ветчиной.

Протянул руку и осторожно смахнул пальцем капельку влаги с моей щеки.

— Не плач, — попросил он напряжённо. — Мне больно, когда ты плачешь.

Всё. Не могу так больше. Мне ведь тоже больно! А он не злился, как лорд-охотник и не ругался, он попросил. А я не смогла исполнить его просьбу, и по щекам скатились уже две слезинки. Какая же я дрянь!

— Прости, больше не буду, — прошептала, остервенело вытирая щёки и глаза. — Ешь, ты же голодный.

— Что-то уже не хочется, — глухо ответил мой блондин. — Она тебя сильно напугала?

— Что? — не поняла я, о чём он.

— Малияна, ты же из-за неё плачешь?

Кивнула, а что мне ещё оставалось? Хотя нет, мне остаётся только одно — рассказать правду. Поэтому отрицательно покачала головой и взмолилась:

— Дай мне того пойла, которым Малияна поила, иначе я просто не смогу всё рассказать.

Раррриэш нахмурился ещё сильнее. И посмотрел на меня так, что желания говорить хоть что-то уже совсем не было. Казалось, каждое моё слово портит ему настроение всё больше и больше. Ну почему всё так сложно! Не готова я к откровенности с ним, вот не готова и всё тут.

— А пошли спать, — брякнула первое, что пришло в голову. Просто во сне же не говорят.

Вот только смысл озвученного предложения начал до меня доходить уже, когда на лице блондина расплылась широкая такая, и весьма предвкушающая улыбочка.

— Эм, в смысле я так устала. Бежала долго, ноги болят, отдохнуть бы, — попыталась исправиться.

Улыбочка померкла, но всего на мгновение, а потом стала ещё шире.

— Я просто обязан оказать тебе помощь, — заявил он более чем уверенно. — После перенапряжения мышцы необходимо размять как следует и ванну принять тоже не помешает.

Вот тебе и друг, Нита!

А Рар, недолго думая, подхватил меня на руки быстро и куда-то понёс. Я невольно вскрикнула и скорость передвижения заметно уменьшилась. Рарриэш нахмурился и прямо спросил:

— Ты меня боишься?

— Нет, — ответила, даже не задумываясь. — Я тебе верю, — признание тоже вырвалось само собой.

Блондин почему-то застонал. Недоумённо взглянула на него.

— Лучше бы боялась, вот честно, — пояснил он. Ну это он, наверное, думал, что пояснил, я же ничего не поняла.

— А мне стоит бояться? — спросила и даже дышать перестала в ожидании ответа.

— Нет, конечно! Мне теперь совесть не позволит, — расстроено и немного возмущённо ответил он.

— Чего не позволит? — решила уточнить на всякий случай.

— Да ничего не позволит!

На секунду показалось, что он сейчас бросит меня прямо на лестницу и уйдёт. Не бросил, донёс до уже знакомой комнаты, вежливо попросил открыть дверь, внёс (закрыла дверь тоже я) и уложил на кровать.

— Лежать и не надумывать себе всякой ерунды, — приказали мне, и Рар ушёл в ванную.

Послышался шум воды, из приоткрытой двери повеяло ароматом королевской гардении и я как-то успокоилась. И чего я, собственно, боюсь? Если уж быть откровенной(иногда полезно побыть откровенной с самой собой), то Рарриэшу я доверяла намного больше, чем лорду-охотнику, и при взгляде на него мне становилось так тепло на душе, так спокойно и радостно. И это было несравнимо с той потерей контроля при взгляде не охотника. И самым главным было то, что за чувства, возникающие при взгляде на принца, мне совершенно не было стыдно. А вот за реакцию на похитителя было действительно стыдно, противно и грязной себя чувствовала.

Пока размышляла блондин вернулся из ванной. Встретила я его доверчивой и очень радостной улыбкой. Он на мгновение замер, а потом стремительно подошёл к кровати, присел рядом со мной и… смотрел. Он просто смотрел на меня, долго и неотрывно. И что-то было в этом взгляде, что-то трепетное и таинственное. А может и правда выйти за него замуж?

— Расслабься и не шевелись, — попросил Рарриэш и начал разувать меня.

У меня даже мысли возразить не появилось. Очень осторожно и бережно с моих усталых ножек сняли туфельки, потом с видимым сомнением приподняли юбку, следя за моей реакцией, и стянули чулки, не заметив возражений.

— Ты мне сердце рвёшь, — хрипло признался Рар. — Ну как можно быть такой доверчивой?

— Ты же сам сказал, что тебе можно верить, — ответила полушёпотом.

— И уже жалею об этом, — признался блондин, но подол платья поправил и даже отсел подальше.

— А я не жалею, — тоже решила признаться.

Рарриэш глубоко вздохнул, посидел немного глядя в никуда, и начал разминать мои ноющие от усталости ножки. Нежные и завораживающие прикосновения сначала облагодетельствовали ступни, потом щиколотки, перебрались к икрам и я блаженно застонала. Так хорошо было, и усталость уходила, будто его пальцы впитывали её без остатка.

— Всё, я больше не могу! — заявил Рар и… подхватил меня на руки.

А я блаженствовала, истосковавшись по заботе, и совсем, нисколечко не боялась. Ну как можно бояться вот такого нежного и родного блондина? Меня принесли в ванную, поставили на ноги и растерянно уставились на воду.

— Ну, я, пожалуй, тут сама справлюсь, — предложила решение проблемы.

— Действительно, — быстро согласился мой спаситель. — А я пока схожу, напряжение что ли сниму.

— Не уходи далеко, пожалуйста, — попросила, вдруг испугавшись, что мы опять расстанемся. — Побудь за дверью, поговори со мной.

— Хорошо, — сквозь зубы прошипел Рарриэш.

— Я не настаиваю, если хочешь, иди, — попыталась улыбнуться. Но это его заявление о снятии напряжения мне почему-то очень не понравилось. Даже злиться отчего-то начала.

— Да нет уж, подожду за дверью, — напряжённо ответил блондин, выдавив скупую улыбку. А потом улыбнулся как-то иначе, уже искренне и без напряжения: — Мне очень приятно, что ты не хочешь делить меня с другими.

О чём это он? Что значит делить с другими? Признаваться себе, что непонимание притворное не хотелось. И вообще ситуация начала действительно напрягать. Я наедине с посторонним в сущности мужчиной, и он намекает… в общем, намекает. И вот разобраться во всём, определиться с тем, кто мы друг другу, а мне почему-то не хочется. По крайней мере, сейчас. Неловкое молчание затягивалось. Ситуацию спас Рар, спешно покинув ванную, уже из-за двери произнёс:

— Я здесь, рядом. И буду ждать столько, сколько потребуется.

Ну и могла ли я после такого заявления не поторопиться? Разделась и помылась буквально минуты за три. Разговаривать уже не хотелось. Вытершись огромным пушистым полотенцем, немного растерянно осмотрелась и поняла, что кажется, придётся опять надевать белое платье. А оно припылённое после побега, пропитанное потом и вообще… с лордом-охотником ассоциируется.

— Рар, — позвала неуверенно, сомневаясь, что он действительно остался под дверью.

— Я здесь, — незамедлительно ответил блондин. Какой же он всё-таки замечательный! Пообещал, что не уйдёт и не ушёл же ведь.

— А можно мне какую-нибудь одежду? — спросила застенчиво.

— Эээ, сейчас что-нибудь придумаем, — ответили из-за двери, и наступила тишина.

Но ждать долго не пришлось. Дверь приоткрылась, в щель просунулась рука, сжимающая нечто нежно-голубое, невесомое и полупрозрачное.

— Извини, ничего более… приемлемого у них не было, — несколько напряжённо произнёс Рарчиик.

Я взяла предложенное, но надевать это как-то не очень хотелось.

— Вот, — в дверь просунулась та же рука и мне предложили чёрный шёлковый халат, явно мужской.

Поблагодарила и забрала и это подношение. Быстро натянула на ещё влажное тело полупрозрачное нечто, что назвать ночной рубашкой язык не поворачивался. Сверху накинула халат. Рукава пришлось подвернуть, а вот полы волочились по полу. Но это было такой мелочью в сравнении с главным достоинством данного предмета одежды. Халат был совершенно непрозрачным! Волосы я подсушила вторым полотенцем, ещё влажные пряди заплела в свободную косу и отбросила за спину.

— Всё, — известила Рарриэша и дверь тут же распахнулась.

Почему-то стараясь не смотреть на меня, блондин подхватил на руки и отнёс на кровать. Укладывая, он немного дольше, чем следовало бы, задержал руку на моём бедре, но всё же отстранился.

— Спать? — спросил напряжённым голосом.

А мне не нравилось напряжение, появившееся между нами. Блондин больше не улыбался мальчишеской задорной улыбкой, не смотрел на меня с той непосредственной теплотой, которая побудила довериться ему. Я, хоть и безголовая, но не совсем дурра, и понимала, в чём причина этого напряжения. Но становилось как-то тоскливо от осознания, что мы уже не будем просто друзьями, совместно устраивающими семейное счастье местных бандитов. А я сейчас так нуждалась именно в дружеской поддержке.

— Наверное, мне лучше уйти в другую комнату, — предложила едва слышно, отведя взгляд.

— Ну уж нет, — напрягся ещё сильнее Рар. — Больше я тебя из виду не выпущу. Спать!

И меня накрыли покрывалом до самого подбородка. После чего принц быстро скинул рубашку, сапоги и улёгся рядом поверх покрывала.

Я молчала минут десять, на большее меня не хватило. Повернулась на бок, посмотрела на лежащего на спине с закрытыми глазами Рарриэша и прошептала:

— Я должна сказать тебе что-то очень важное.

— А может не стоит торопиться? — глухим голосом предложил он. — Не хочу разрушать иллюзию, а мне кажется, что ничего хорошего ты не поведаешь.

Тут он был совершенно прав. Вздохнула и перевернулась на другой бок. На талию легла тёплая ладонь, но он не пододвинулся ближе, и попыток обнять не делал. Просто положил руку на мой бок и больше не шевелился.

Не знаю, как мне удалось уснуть. Наверное, сказалось напряжение, и переживания последних… нет, не часов, дней. Минуло уже больше недели с того момента, как в мою жизнь ворвался лорд Тарриэр Рширхо и перевернул её с ног на голову. Но только сейчас я почувствовала себя действительно в безопасности. И не было слов, которыми можно было бы описать мою благодарность наследному принцу союза Рарриэшу за это ощущение покоя.

***

— Эль, проснись, — потрясли меня за плечо.

— Мммм, — промычала я раздосадовано и попыталась спрятаться под подушку. Подушки меня лишили.

— Просыпайся, соня, — потребовал несносный блондин.

— Зачем? Я никуда не спешу, — проворчала недовольно. Когда же уже мне дадут выспаться нормально?!

— Зато я спешу, — ответил недовольный голос.

— Куда? — тут же проснулась и резко села на кровати.

Убрала с лица каким-то образом попавшие в рот волосы, выдала раздражённое «тьфу» и требовательно уставилась на принца.

— Ты такая забавная спросонья, — с улыбкой поведал Рар.

Он, к слову, спросонья уже не был. Собранный, в строгом чёрном одеянии, поверх которого серебристо поблёскивали стальные доспехи с витиеватым серебристым узором, и с заплечной перевязью, из которой торчала рукоять меча.

— Это куда же ты собрался? — спросила прищурившись.

— Ну прямо как ревнивая жена, — начал подтрунивать надо мной этот вояка белобрысый.

— Не смешно, — пробурчала недовольно. — Куда так вырядился?

— А поединок у меня сегодня, — посмеиваясь ответил он. — С твоим Тарриэром, кстати. И есть у меня подозрения, что это не случайность. Грубо действовать начал. Подозреваю, узнал, что ты у меня.

— Он не мой, — пробурчала поморщившись. А потом глаза округлились от осознания. У Рара поединок с лордом-охотником! А Аритьяна говорила, что он не бросит вызов принцу, потому что точно победит. Неужели служанка ошиблась? Да не неужели, а точно. Она же идеализирует своего спасителя, он на самом деле совсем не благородный, а очень даже коварный и бесчестный. И он убьёт моего блондина, убьёт из-за меня!

Бросилась к Раррриэшу, обняла его закованного в броню и взмолилась:

— Не ходи, пожалуйста, не ходи туда. Он убьёт тебя, а я без тебя не смогу. Я не переживу этого, у меня больше никого не осталось!

Блондин крепко обнял, а потом резко отстранился и взглянул на меня как-то… обиженно. И спросил тоже не без обиды:

— Ты так уверенна в его победе?

— Мне просто говорили, что он сильнейший в империи, — призналась неохотно. — Не ходи, умоляю.

И попыталась опять обнять Рара. Он не позволил, перехватил руки, прижал вдоль тела и жёстко пообещал:

— Я вернусь к вечеру. На территории дома ты в безопасности, здесь Эр не сможет отследить даже по запаху. Да и некогда ему будет.

Последнюю фразу принц сопроводил кровожадной, предвкушающей ухмылочкой. Вот таким он мне совсем не нравился. Даже зябко как-то стало от повеявшего от блондина холода.

— Не переживай, — прошептал он, мгновенно потеплев, мимолётно коснулся губ лёгким поцелуем и шагнул назад, провалившись в разрез в пространстве.

Ровные края прорезанного демонической магией мироздания мгновенно срослись, и я осталась одна. Наедине со своими страхами и переживаниями. Но боялась я теперь не за себя, меня терзал страх, что лорд-охотник причинит вред Рарриэшу. Это даже не было страхом, это был ужас на грани паники. И я опять была бессильна повлиять на грядущее. Бессилие злило, собственная слабость заставляла почти ненавидеть себя, а выхода я не видела. Оставалось только ждать, и безропотно принять то, чему суждено свершиться.

Дом опять был погружён в тишину и покой. Похоже, мы проспали всё веселье, а сейчас ночные труженицы изволили отдыхать. И это было единственным, что почти порадовало меня. Но маленькая радость окружающей тишине была несоизмерима с беспокойством за друга, который, кажется, стал мне больше чем другом.

И переживать в одиночестве я была не в силах. Поплотнее закуталась в чёрный халат и пошла на кухню, в надежде застать там Бригит. Быть может она сумеет развеять мои опасения. В душе ещё теплилась надежда, что Аритьяна ошиблась в своих суждениях не только по поводу благородства хозяина, и Рарриэш сильнее Тарриэра. Да что за имена у них? Язык можно сломать!

Кухарка оказалась на своём рабочем месте. Она споро разгребала завалы грязной посуды, преимущественно бокалов и стаканов.

— Проснулись, леди… невеста? — с доброй улыбкой спросила она.

— Эльтианита. Можно просто Эль. Мне даже приятнее будет, — тоже улыбнулась в ответ.

— Проходи…те, Эль, я сейчас быстренько разберусь с посудой и покормлю вас, — заверила Бригит.

— На «ты», пожалуйста, — попросила, проходя к тому самому столу, за которым мы с Раром ужинали.

— Хорошая ты, не злобивая и не высокомерная, — неожиданно проговорила кухарка. — Такая нашему владыке и нужна.

— Владыке? — напряглась я. — Он же ещё не владыка.

— Это для них не владыка, а простой люд только его и знает, — просто ответила Бригит. — Только его мы и видим, он наши проблемы и нужды решает. Владыка Таршиян всё больше лордов привечает, а от простых жителей союза совсем отмахнулся в последнее время. Поговаривают, совсем умом повредился на чистоте крови чёрной. Да нам от него ничего и не надо, у нас принц Рарриэш есть, ему и служим, его и признаём.

Вот значит как. Поспешил ты, охотник, в своих властьимущих планах! Не примут тебя жители Шаонийского союза, хоть сотню наследников предоставь. У них уже есть правитель, и не в пример тебе, справедливый, заботливый и любимый. Да как такого и не полюбить-то?!

— А он, в смысле принц Рарриэш, он сильнее лорда Тарииэра…? — спросила осторожно. Полное имя охотника не вспомнила, но кухарка меня, кажется, поняла. Напряглась резко, даже бокал из рук выронила. Посуда с глухим «хлюп» потонула в пенной воде.

— Уж не первую ли руку владыки жребий для нашего господина в соперники выбрал? — тихо спросила она.

Я так поняла, что первая рука владыки это и есть ненавистный мною лорд-похититель и слабо кивнула, опустив голову. Уж слишком говорящей была реакция тучной женщины. Аритьяна не ошиблась, охотник сильнее, и все это понимают. Только мой блондин обиделся, что я не поверила в его силы, и… пошёл на верную смерть. Или не смерть?

— А какие правила на этих состязаниях? — спросила хриплым шёпотом.

Бригит помолчала задумчиво, пожевала пухлую нижнюю губу и ответила:

— Так пока противник поражение не признает, и не останавливаются. Бывало и до смерти доходило, если особо гордые проигрывали.

— Мамочки, это крах, — простонала я, уронив голову на стол. — Он так на меня посмотрел, когда я попросила не ходить на поединок. Точно не сдастся до последнего.

— Что ж ты творишь, девочка? Это ж надо такое учудить! Да как только посмела усомниться в силе-то жениха своего? — начала причитать кухарка. — Он же теперь, чтобы доказать тебе, безголовой, ни перед чем не остановится!

— И даже перед смертью? — спросила затравленным шёпотом.

— Ох и натворила ты, Эль, ох и принесла погибель владыке нашему, — тоже прошептала женщина, устало опускаясь на стул рядом со мной.

— Я должна его остановить! — вскрикнула, резко поднимаясь из-за стола. — Когда поединок начинается?

Только не говори, что он уже начался, только не это — взмолилась мысленно. Я понятия не имела, как остановлю смертельное для Рара сражение, но остановлю непременно.

— Так по регламенту, через два часа после обеденного отдыха, — растерянно ответила Бригит.

— Мне срочно нужно попасть на эти состязания. Поможешь? — и с мольбой уставилась на кухарку.

Послышался перезвон колокольчиков, похожий на звон прорываемого защитного купола, но немного иной, более спокойный и тихий.

— И кого же это в такую рань принесло? — всплеснула руками женщина. — Сиди тут, не хватало ещё, чтобы невесту владыки в доме страсти застали. Мы-то простые, всё понимаем, да клиенты у нас в основном из лордов, от сплетен и пересудов не отмоешься.

И Бригит убежала встречать раннего клиента. Вот мужчине сюрприз будет! Вместо притягательной, изысканной Малияны его встретит тучная, вспотевшая тётка в местами мокром переднике. Мда, развлечение на грани.

Не удержалась от соблазна лицезреть эпическую встречу и крадучись направилась к двери. На цыпочках прошла по короткому коридору и выглянула в главный зал. Бригит низко кланялась перед импозантным мужчиной на вид лет сорока пяти и беспрестанно извинялась за «неготовность принять столь почтенного лорда».

— Я слишком устал и зол, чтобы уйти ни с чем, — раздражённо ответил лорд. — Поднимай лучших и приготовь мне горячего гаригори, женщина.

Я с интересом разглядывала посетителя и не могла отделаться от чувства, что где-то его видела. Это было именно чувство, причём обманчивое, потому, что видеть этого конкретного лорда я точно нигде не могла. Однако, это не мешало ощущению, что он мне знаком. И вот зря я, наверное, так пристально его разглядывала, потому что лорд почувствовал мой взгляд, резко вскинул голову и уставился прямо на меня.

Попыталась скрыться в коридоре, но не смогла. Так и замерла высунув любопытную бедовую голову из-за угла. И даже взгляд отвести не смогла. Так мы и смотрели друг на друга, как два упрямых барана. Минуты две точно.

— Отменяется, не надо никого поднимать. Исчезни, — приказал лорд кухарке и медленно двинулся ко мне.

— Уж простите почтенный лорд господин, но это не служительница дома. Не подчинённая она, свободная леди, — начала сбивчиво лепетать Бригит, с ужасом переводя взгляд с лорда не меня.

— Уйди, женщина, — угрожающе повторил лорд.

Бригит меня удивила. Да что там, она и лорда этого удивила! Своим тучным телом кухарка преградила путь посетителю и заявила:

— Нельзя, служебные помещения!

Лорд смерил её снисходительным взглядом и приказал… мне:

— Эльтианита, подойди сюда.

Настал черёд удивляться кухарке, ну и я за компанию с ней ещё раз удивилась. И откуда этот дядечка моё имя знает?

— Подойди, я сказал, — в голосе послышался звон металла. И я не посмела ослушаться. Почему? А сама не знаю, но было что-то в этом пожилом лорде, что не позволило мне перечить ему.

— Что ты здесь делаешь? — вполне дружелюбно, но с явной неприязнью глядя… на Бригит спросил лорд. Спросил у меня, хоть и не отрывал взгляда от кухарки. 1439f7c

— А… эм… а вы кто, вообще? — растерянно спросила я.

— Твой дед, — ошарашил меня ответим… «дедушка».

— Эммм, простите, я своего дедушку знаю. И это не вы, — попыталась быть вежливой я.

А Бригит всё же сбежала, предательница.

— А я другой дедушка, — тоже предельно вежливо ответил собеседник.

И до меня наконец начало доходить. Дедушка-демон, тот самый который таинственный папин отец! Я же о нём вообще ничего не знала до недавнего времени. И только неосмотрительно сказанные странными лекарями слова позволили сделать выводы относительно происхождения моего неведомого предка.

— Ой, — и это было всё, что я смогла произнести.

— Я бы выразился более ёмко, — усмехнулся… дедушка.