Глава 4

А я смотрела на него во все глаза и в голове крутилась только одна мысль — что-то есть в этом лице такое… ненавязчивое, но, тем не менее, очевидное сходство с папой. Неужели и правда дедушка? Первым порывом была радость — это же мой родственник и он обязательно заступится за меня! Но потом пришло понимание, что кем бы он мне ни приходился, это прежде всего демон. Враг, тот, кто попытается использовать меня в своих целях.

— Ты не глупая девочка, но совершенно не умеешь скрывать свои мысли, — уведомил меня новообретённый родственник.

— И? — спросила, невольно отступая на шаг. Отступила и поняла, что тем самым спряталась за угол. Нет, так не годится. Нужно узнать, чего ждать от дедули. Вышла из укрытия и смело встретила заинтересованный взгляд непроницаемо чёрных глаз.

— Я искал тебя, Эльтианита, — неожиданно признался лорд. — Как только узнал о твоём похищении, бросил все силы на поиски, но молодое поколение научилось быть бесчестными и изворотливыми. Предательство твоей бабушки дорого ей обошлось, девочка. Но она оказалась не столь прогнившей, как я думал, рассказала, кому тебя продала, — последнее слово дед произнёс с явной неохотой. Даже поморщился раздражённо.

— Бабушка? Продала? — прошептала недоверчиво. — Она не могла!

— Должно быть ты подумала о другой бабушке, я же имел в виду Трэллинэль из рода лесных, продажную жаждущую власти эльфийку. Когда-то и меня она смогла убедить в своих искренних чувствах. Оказывается, даже… такие как я, иногда жалеют почувствовать себя любимыми и желанными, — лорд говорил тихо и с затаённой грустью.

И у меня не было повода не верить ему. Стоило признаться себе, что я всегда опасалась бабушку Маэсто. Было в её холодном взгляде что-то такое, жестокое и вызывающее безотчётный страх.

— Вопреки моим предупреждениям она осмелилась вступить в сговор с владыкой Таршияном, когда почувствовала в тебе силу чёрной крови, — меж тем продолжал откровенничать дедушка. — О предварительном брачном соглашении я узнал уже постфактум. Его заключили почти сразу же после того, как проснулась твоя огненная кровь.

Я медленно, на негнущихся ногах прошла к одному из диванчиков и обессилено опустилась на него. Из меня будто весь воздух вышибли, и теперь он со свистом вновь заполнял лёгкие. Я никогда особо не любила бабушку Нэль, но принять её предательство было так… больно. И самым главным потрясением стало то, что я сразу же поверила едва знакомому лорду. Значит, сомнения всегда были в моей душе, но я даже себе не осмеливалась признаться.

— Как же так? Она же… а папа? Как же это? — шептала мгновенно пересохшими губами.

— Нет, сын не очернил себя предательством крови. Твой отец всегда радовал меня, — ответил на мои сбивчивые причитания дед. — Он никогда бы не признал меня, но я следил всегда незримо присутствовал в его жизни.

— Не хочу, ничего не хочу слышать. И верить вам не хочу, — проговорила, опустив голову.

— Не хочешь, но чувствуешь правду. Мы всегда её чувствуем, — тихо произнёс дедушка. — Но, это не место для семейных откровений, а обсудить нам предстоит многое, — добавил он и схватив меня за плечо, резко поднял.

Я даже не пыталась сопротивляться. Какой смысл? Если уж даже какой-то там лорд-охотник со мной справился, то этому демону мне противопоставить вообще нечего. И я почему-то была уверена, что дед сильнее охотника, сильнее Рара и даже владыки. Я чувствовала это… кровью. А ещё чувствовала, что он не хочет использовать меня, не желает причинить вред. Он был просто дедом, который чувствовал ответственность за свою внучку.

В образовавшуюся прорезь в пространстве шагнула без сомнений. А вышла в маленькой уютной комнатке с горящим камином и разбросанными по столику у него книгами. Здесь же обнаружилось кресло, всего одно.

— Садись, — предложил дед. — Я обычно не принимаю гостей, но, похоже, придётся изменить привычкам.

И в его голосе не было недовольства, только какая-то древняя, тщательно скрываемая тоска, которую я почувствовала… тоже кровью. Я вообще испытывала странные ощущения находясь рядом с этим лордом. Какой-то навязчивый зуд, требующий общения с ним.

— Вижу, кровь не даёт покоя. Мне это тоже в новинку, — улыбнулся дед. — Ты спрашивай, расскажу всё. А знаю я гораздо больше, чем ты даже можешь себе представить.

Я бы задала много, очень много вопросов, но почему-то мысли разбегались и ухватить хоть одну из них не получалось. Вскинула голову и замерла. Это было действительно необычно — большое окно над камином. Это вообще как такое возможно — окно над камином? Но ещё большее внимание привлекло солнце, которое перевалило за полдень.

— Обед, — прошептала едва слышно.

Но дед расслышал.

— Ты голодна? — спросил он.

А я вдруг вспомнила, что после обеда состоится поединок между Раром и Тарриэтом.

— Нет, — почти прокричала. — Но мне просто необходимо попасть на сражение между первой рукой и принцем. Пожалуйста!

Я была даже на колени встать готова, но этого не потребовалось.

— Ах да, мне сразу стоило бы догадаться, что ты не случайно из дома первого сбежала именно в то сладкое местечко, — протянул дед. — Неужели твоё сердечко выбрало именно его, отринувшего демоническую суть, восставшего против устоев союза принца?

Я и И что я могла ответить? Правильно, ничего. Я и промолчала.

— Вижу, что твой выбор пал на него, и говорить ничего не надо, — усмехнулся дед. — Ну что ж, я и так собирался представить тебя ко двору. А официальное представление аннулирует все договорённости, достигнутые ранее между владыкой и твоей бабкой. Задумайся над этим. Теперь ты свободна, и вольна сама решать, какой будет твоя дальнейшая жизнь… в союзе.

И мне опять нечего было сказать. Разве что протянуть растерянно и ошарашено «Ааааа».

— Я тоже рад знакомству, внученька, — усмехнулся дедушка. — А сейчас быстро переодеваться, если хочешь поспеть к эпическому сражению за твою благосклонность. Вот для мальчиков сюрприз будет.

Последнее дедуля произнёс с явным ехидством. Но это его обращение по отношению к наследному принцу и первой руке владыки «мальчики» меня сильно удивило. Сколько же тебе лет, дедушка?

Спросить я не успела, открылась дверь, меня легонько подтолкнули к двум румяным женщинам в светло-серых платьях.

— Приготовьте мою внучку к представлению ко двору, девочки, — напутствовал дед.

Не приказал, а именно попросил, и это его ласковое «девочки» по отношению к пожилым женщинам и явно служанкам меня несколько дезориентировало. Хотя, я и так чувствовала себя плывущей по волнам веточкой и словно со стороны смотрела на происходящее. И никак не могла понять — радоваться мне или паниковать? С одной стороны, дедуля был верхом мечтаний, такой понятливый и покладистый, а с другой — кто его знает, чего от него ждать?

Но сейчас мне оставалось только продолжать притворяться веточкой и плыть по течению. Против грести уж точно не стоит. Ведь течение принесёт меня к Рарчику, а там видно будет.

Улыбчивые служанки утянули меня по сумрачному коридору, провели по лестнице и втолкнули в комнату, наполненную светом. Здесь были чёрные стены, пол и потолок, но окна занимали целую стену, вернее это была даже не стена, а сплошное окно. И света в комнате было столько, что я на мгновение почувствовала себя дома.

— Вы только не мешайте нам, леди… внучка господина, и мы быстро управимся, — заверила меня одна из женщин.

— Нита я, — пробурчала растерянно.

— Вот и чудненько, — уведомили меня и начали раздевать.

опомниться не успела, как была облачена в голубое платье с довольно откровенным декольте, открытыми плечами, но длинными широкими рукавами и тонким серебряным пояском. Подол платья ниспадал до самого пола, искрясь серебристой вышивкой по голубой полупрозрачной ткани. Нижняя юбка была всего одна, и никаких обручей, что не могло не радовать. В таком платье даже бегать удобно будет, если подол придерживать. Туфельки тоже порадовали совсем маленьким каблучком и удобством, словно их шили по моей ноге. С волосами служанки быстро сотворили нечто невообразимое, превратив непослушнее длинные пряди в высокую причёску со струящимися по плечам и спине локонами. Губы подкрасили, придирчиво осмотрели и стёрли краску.

— Вы невероятно свежи и прекрасны без косметики, — заверили меня и поволокли из комнаты.

У подножия лестницы уже ждал дедушка в строгом чёрном костюме.

— Девочки, вы как всегда выше всех похвал. Отдыхайте, — проговорил он. И взглянув на меня: — Ты чУдно выглядишь, Эльтианита. Я бы даже сказал, слишком привлекательно, как бы проблем не возникло.

— Так уже, — припомнив притязания лорда-охотника ответила я.

— Мы не будем спешить, к началу поединка всё равно успеем, — ответил дед, предложив мне руку.

Положила ладонь на его локоть и приготовилась… к чему угодно, если быть откровенной. Потому, что всё ещё не знала, чего можно ждать от родственника.

— Поедем во дворец обычным способом, — поведал мне дедушка, и вывел из дома.

У крыльца нас ждал открытый экипаж. А почему бы и нет? Покатаемся, значит. Только нужно как следует запомнить дорогу… на всякий случай.

Дед помог мне взобраться в повозку, усадил на мягкое сиденье, сам расположился напротив и приказал кучеру: — Трогай.

И мы поехали. Я же только сейчас обратила внимание, откуда мы отъезжаем. И это был шок! Огромный, величественный замок, пожалуй, не уступающий по размерам и величию дворцу владыки, возвышался на холме, который мы сейчас покидали. И этот замок не был ни чёрным, как дворец, ни белым с голубоватым сиянием, как городские строения — это был именно каменный, светло-серый замок. Сказочный и величественный, с балконами, башенками и даже подвесным мостом между ними. И вполне обычный, традиционный серый камень смотрелся намного более волшебным и чарующим, чем магические изыски столицы союза. Да кто же такой мой неожиданно обретённый дедушка?

— Какое же счастье, что я решил заглянуть в «Жаркий дом госпожи Малияны», чтобы немного отвлечься от переживаний за пропавшую внучку, — словно прочитав мои мысли проговорил дедушка.

— Эээм, — протянула я. Такое заявление вообще как-то не сочеталось с образом почтенного старца.

— Извини, не подумал, — произнёс дед, смущения абсолютно не чувствуя.

— Да ладно, не моё дело, — попыталась закрыть тему.

— Почему же, — усмехнулся дедушка. — Пожалуй, пора открыть тебе глаза на реалии новой жизни.

Едва не завопила «Ой, не надо», потому, что страшно было услышать ещё хоть что-то о своих перспективах. Неприятной и грязной рукой опасение начало дотрагиваться до воспоминаний о родителях, бабушке Дариянне и брате. Только не они, не переживу, если и они меня предали.

Но противиться жажде знаний сил не нашлось. Потому и попросила затравленным шёпотом:

— Рассказывайте уже.

— Ну что ж, время у нас есть, — кивнул дед, взглянув на дорогу, по которой медленно продвигался запряжённый двумя лошадями экипаж. — Начну, пожалуй, с истоков. Века назад, чуть больше восьми столетий, если быть точным, в Маальтин прибыли чужаки. Их было две группы. Представители расы демониров — воины, преследующие беглых преступников. И саламандры — преступники, бежавшие сквозь миры и пространства. Саламандры изначально могли существовать только в симбиозе с духами огня. Но порой духи были слишком сильны и сводили с ума своих носителей. Вот такие безумные и бежали, объединившись в группу. Демониры пришли по их следу и начали поиски. Но саламандры умудрились добиться доверия местных жителей и противостояние затянулось на годы. Демониры были всё же мужчинами и не смогли устоять перед местными женщинами, как следствие — у них появились дети. Но и саламандры оставили потомство. Борьба была долгой и жестокой, но воинам удалось пленить преступников, и они покинули Маальтин. Однако, остались их потомки. Одни получили название «демоны», другие — «огненные лорды». Так и началась многовековая война потомков пришельцев.

Ну да, вывернутая на изнанку сказочка о том, что демоны хорошие, а все остальные плохие. И я должна в это поверить?

— Это вы сейчас на что намекаете? — решила полюбопытствовать.

Д- Я не намекаю, я рассказываю историю, свидетелем которой довелось стать, — улыбнулся дедушка.

— В смысле? — спросила, вообще потеряв нить его рассуждений.

— В смысле я сын одного из демониров. Один из первых потомков, — ехидно ответил дед.

— Да ну! — не поверила я.

— Ну да. Мне более восьмисот лет, деточка, — язвительно подтвердил дед.

— Неплохо сохранились, — протянула потрясённо.

Я не то, чтобы сразу же поверила ему, но это чувство, что он такой же как я и ему стоит верить, не отпускало.

— Сама подумай, почему именно тебя выбрали в качестве будущей жены наследника союза? Твоя кровь пробудилась всего лишь через поколение, а сейчас мало осталось тех, у кого кровь не разбавлена веками жизни с местными, — голос деда стал тихим и усталым. — Я говорил Таршияну, что воскресить кровь предков невозможно, но он загорелся идеей, что, если свести двух обладателей доминирующей наследственности, то появится чистокровный демон. Мальчишка даже и не знает, что он уже не демон. И весь союз ввёл в заблуждение своей идеей. Он просто не ведает, что наши предки были подогнаны под местные религии и со временем нас стали отождествлять с мифическими монстрами.

— Так я не демон? — ну да, вывод сугубо субъективный и основанный на личных переживаниях.

— Да не существует демонов вообще, девочка моя, — рассмеялся дедушка. — И лорды огненные ваши всего лишь потомки обезумевших саламандров. И всё это противостояние высосано из пальца. Власть, вот единственное, что движет враждующими державами. И даже силы равны. Только предрассудки и сдерживают от открытых военных действий.

— И что теперь? — спросила шёпотом, почему-то поверив деду и растерявшись. Это же получается, что всё, абсолютно всё, чему нас учили, ложь. И все страхи, и предрассудки… и Рарриэш совсем не демон. И я не демон!

— Стоп! — выкрикнула, сама не ожидая такой реакции. — А зачем же мы тогда едем во дворец владыки? И вообще всё это зачем?

— А всё просто, каждый верит в то, что ему выгодно, девочка моя. Владыка не пожелал поверить правде. Он грезит чистокровными наследниками. И ты, как моя прямая наследница, по его мнению, должна родить чистого демона, — пояснил дед.

— А я не рожу? — спросила внезапно охрипшим голосом.

— Ты моя внучка, я один из первых, а это что-то да значит. Так что, тебе решать от кого рожать, — рассмеялся дедушка. — Но я уже вижу, что ты всё для себя решила. Так пусть владыка потешит себя надеждами. Его разочарование будет бальзамом на мою старческую душу.

— Это чего я решила? — возмутилась неподдельно. — И ничего я не решила! Мне вообще во всех этих играх участвовать не хочется.

— Да как скажешь, внученька, — совсем уж ехидно заявил дедушка, которому я не дала бы больше сорока пяти лет. Действительно, хорошо сохранился старичок.

Дальше мы ехали молча, дед молчал загадочно, я настороженно. Появившийся в поле зрения чёрный дворец владыки придал уверенности… в том, что я таки успею к поединку между моим блондином и лордом-охотником. И ребром встал вопрос — а как же я смогу этот поединок остановить?

— Дедушка, — протянула, взглянув на нового родственника с нескрываемой надеждой. — А мы можем прервать всю эту катавасию со сражениями?

— Извини, девочка, но нет, — ответил дедуля. — Ты не переживай, пусть мужчины сами решат, кто из них достойнее. Обещаю, приму в качестве внука сильнейшего.

И так лукаво улыбнулся, что я для себя решила, из Рара и Тарриэра сильнейшим будет Рар, потому, что я так хочу! Как я это сделаю? А не знаю, но сделаю всё, что смогу… и не смогу тоже!

В дворцовые ворота мы въехали в полной тишине, и я подозревала, что именно мой престарелый дедуля произвёл такое впечатление на присутствующих. Видимо, не часто «старичок» в люди выбирается.

Мы подъехали к самым ступеням, которых было не меньше пятидесяти, да, крыльцо у владыки было высоковатое. Эдакая проверка на прочность, а не крыльцо.

Но мы с дедушкой легко прошли эту проверку. Я в последнее время заметила за собой неожиданную неутомляемость, а дедуля вообще проявил молодецкую прыть. Так и вошли в чёрный дворец бодро шагая под ручку. «Сделаешь всё правильно и не пожалеешь», — прошептал дед, вложив мне в руку маленький мешочек с каким-то порошком. «Кого не хочешь, тому и подсыпь» — добавил с лукавой улыбкой.

А там, в огромном чёрном холле, нас встречал сам владыка! И недобро так встречал, прищурившись и сверля ненавидящим взглядом. Но, помимо владыки, здесь ещё присутствовали десятка два придворных и открыто возразить у правителя не было возможности.

— Позволь представить тебе, сильнейший из ныне правящих, мою внучку, наследницу по крови и роду, леди Эльтианиту Рардинэр Маэсто, — громко произнёс дед, прямо посреди холла.

Я так поняла, это он поторопился, пока владыка свидетелей не разогнал.

— Приятно, весьма приятно видеть, что старейшие не забывают нас, — с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на рык, ответил владыка.

А я с трудом удержалась, чтобы не показать ему язык. Вот тебе, владыка, выкуси! И чему радуюсь? А тому, что наследному принцу меня теперь не навяжут. Если и выберет, то сам. А если не выберет? Ой, что-то мне страшно стало. Стоп, а почему это Рарриэш должен меня выбирать? Это я буду выбирать, я же теперь завидная невеста, и без обязательств!

А владыка буквально побагровел, но в толпе придворных уже начались шёпотки. Меня все увидели и запомнили. И то, чья я внучка, тоже отчётливо слышали. А придворные, они везде одинаковые — к вечеру знать будут все!

— Не будем тянуть время, — предложил владыке дедушка. — Все ждут твоего слова, чтобы начать представление. И моя внучка жаждет присутствовать на состязании. Не откажешь же ты юной леди в этой маленькой слабости, сильнейший?

Это он что, представление по убиению Рара торопит?

— Дедушка, а позволь мне напутствовать героев, — выдала я нечто совершенно невообразимое. Видимо, воспоминания о былинах, рассказанных бабушкой Дариянной, дали о себе знать. Там принцесса всегда напутствовала героя перед рыцарским сражением. Махала платочком и обещала подарить поцелуй победителю.

— А почему бы и нет, — улыбнулся дед. — Ты позволишь, владыка, юной деве поддержать героев?

Вокруг послышались шёпотки и вздохи впечатлительных леди.

— А почему бы и нет, — тоже улыбнулся владыка. Но улыбка эта была сродни звериному оскалу. — Вот, выбирай… те, леди, слева мой сын ждёт выхода на поле сражения, а справа первая рука моя, доверенный брат.

И я пошла направо. Почему, спросите вы? Да и сама не знаю, просто пошла, чтобы помешать сосредоточиться, не дать навредить моему блондину. Ну и в деда вера присутствовала, своя кровь, как никак. Владыке, кстати, мой выбор очень не понравился. Да и присутствующие леди вздохнули с осуждением. И только дедушка понимающе улыбнулся, вот люблю я его уже, хоть и познакомились совсем недавно.

А меж тем коридор вёл меня к крикам толпы и стоящей в тени перехода, чтобы эта толпа не видела, фигуре. Он почувствовал меня раньше, чем я успела подойти шагов на двадцать. Да, обоняние у лорда на высоте. Резко обернулся, повёл носом и с силой втянул воздух. А просто посмотреть не судьба?

— Нита, — прошептал лорд-охотник. — Ты что здесь делаешь?

Я выдержала время, пока не подошла к нему поближе и честно призналась:

— Пришла посмотреть, кто победит.

Его чётко очерченные губы растянулись в довольной улыбке.

— Даже не сомневайся, победителем буду я, — самодовольно ответил он.

Да мне только этого и надо было! В смысле не его победа, а излишняя самоуверенность.

— Да я же разве могла усомниться, — пролепетала, опустив взгляд и залившись «краской смущения».

— Поцелуй будущему победителю? — требовательно вопросил лорд.

Только сделала ещё шаг к нему и замерла в ожидании.

Лорд всё понял правильно и взял инициативу в свои руки. Стремительно подошёл ко мне, обнял за талию и притянул к себе. Я сомкнула руки на его спине, в ладони уже была зажата горсть порошка, быстро растёрла его ладонями и поспешила запустить их в шевелюру лорда-охотник. Не честно, скажете вы? А воровать девушку и принуждать её к тому, против чего вся её душа восстаёт честно? Так что угрызений совести у меня не было. Я жаждала увидеть поражение Тарриэра и с этой жаждой ответила на его поцелуй. Ну и тело опять решило напомнить о репродуктивной функции, которую подавила усилием воли.

— Ты уже моя, — прошептал лорд, прижимая меня ещё крепче. — Мне даже утруждаться не нужно.

— Откажись от сражения, — предложила шёпотом, уткнувшись носом в чёрные стальные пластины на его груди.

— Переживаешь за меня? — изогнул бровь лорд.

— Нет, конечно, — ответила как можно более уверенно. — Просто не вижу смысла терять время, — и опять запустила руки в его волосы, потом прошлась ладонями по шее.

Только бы подействовало, что бы это ни было.

Над дворцом и ареной разнёсся оглушительный звон и лорд-охотник грубо оттолкнул меня.

— Жди здесь, я принесу тебе его кровь на своём мече, — заявил Тарриэр и вышел к ревущей толпе.

А я сжалась от этих слов, как от удара и боялась даже вздохнуть.

— Леди, мне было велено проводить вас в ложу правящих, — несмело проговорил кто-то за спиной.

Обернулась и увидела молодого, даже юного лорда. Он отводил взгляд и заметно смущался.

— Ведите, — благосклонно улыбнулась я.

И он повёл, а где-то вдалеке ревела толпа, и уже начался бой между моим блондином и лордом-охотником. Меня привели к деду, что не могло не порадовать, значит всё же его слово здесь действительно весомо, и он меня защитит. А вот на арену, где происходило сражение, я боялась даже взглянуть. Хотя обозрение из ложи правящих было явно лучшим.

— Не бойся, смотри, — прошептал дедушка, не обращая внимания на сидящего рядом владыку. Да, привели меня на отгороженную от остальных зрителей часть трибуны, где мой дед сидел рядом с владыкой, ещё двумя лордами и сдержанной светловолосой леди, нервно теребящей уже порядком измятый платочек. Мать принца? Вполне возможно, и как же я понимала её волнения.

С трудом заставила себя поднять взгляд и увидела! Рарриэш и Тарриэр были там, внизу, под пристальными взглядами сотен пар глаз. Они словно призраки скользили по песчаной арене и их мечи сверкали, отражая блики солнечных лучей. Взмах, и по предплечью Рара прочерчивается кровавый след, едва уловимое, молниеносное движение, и Тарриэр начинает прихрамывать, а по его бедру обильно течёт крови.