Глава 14
Кенна
Босыми ногами я ощутила сухой и теплый песок, который приятно щекотал между пальцами. Черная дымка вокруг нас развеялась, открывая вид на бескрайние воды. От искрящейся разноцветной глади исходили приятное тепло и легкое свечение. Так и хочется подойти и попробовать, какова эта жидкость на ощупь.
– Лучше не трогай, – словно угадывая мои намерения, предупредил меня Нергал. – Обожжешься.
– Что это? – Да, такой красоты я никогда не видела. Даже на картинках. От восхищения рот не закрывался, наверное, оставляя на моем лице глупое выражение восторга.
– Океан душ. Пойдем, посмотришь поближе.
Куда ближе? И так стоим на самом берегу! Я оборачиваюсь к Нергалу, и от удивления челюсть отвисает только сильнее.
– У тебя крылья! – Мне кажется, в интонации все восхищение передать мне не удалось.
– Ты уже видела демонов, почти у всех есть крылья, – почти с упреком ответил Нергал, будто сомневаясь в моей искренности. Я уловила похолодевший взгляд, чуть сдвинутые брови. В памяти всплыло слово «уродец», так его назвал Алек. Неужели поэтому Нергал не верил мне сейчас? Возможно ли быть древним могучим творцом целого мира и оставаться закомплексованным юношей?
– Но твои-то пернатые! – Вот как этим древним важным снобам объяснить, что простому человеку это все в диковинку. До того как мужчина мог бы попытаться меня остановить, я проскользнула к нему за спину, погружая пальцы в его черные густые перья. По спине Нергала прошла судорога, он чуть застонал, стараясь вывернуться. Но куда там! Он-то меня руками где только можно и нельзя уже трогал, а тут такая красота…
– Ты же ангел! – Не знаю, насколько удачно сравнение с животными, но, вспомнив, что никто не любит, чтоб их против шерсти чесали, я поменяла направление движения своих ладоней, теперь осторожно приглаживая оперение.
– Любовь моя, если ты надеешься сегодня еще что-нибудь увидеть, кроме нашей постели, лучше остановись, – вкрадчиво произнес мужчина, видимо, убедившись в искренности моего восхищения.
Ой. Так этот стон был от возбуждения? Остановиться сразу все равно не получилось, я еще раз провела рукой по перьям. Они казались такими мягкими и жесткими одновременно. Приятно ласкали кожу, напоминая бархат. А стержни у перьев оказались крепкими настолько, что я несколько раз успела уколоться.
– На Земле и так называли. Ан-гел. – Я уже успела заметить у Жнеца привычку растянуть иное слово, как будто он пробовал его на вкус, принимая для себя решение – будет ли он впредь его использовать. С его склонностью держаться за все старое – древние одежды, бывшая жена – большая удача, что со мной он вообще снисходит до разговора на русском языке, а не на каком-нибудь арамейском.
– У остальных демонов крылья не такие. – Нужно же хоть чуть эрудиции проявить. А то мы с моим… кхм… мы с Нергалом за последнее время едва ли обменялись и парой фраз. Меня и так достает, что он упорно зовет меня чужим именем, еще не хватало, чтобы недалекой считал. Как это делал Верс…
– Жнецы – особый вид. У нас нет хвоста и рогов, зато есть перья. Отличная защита от повреждений, кстати. А теперь иди сюда. – Не дожидаясь моих действий, Нергал обхватил меня руками, расправил свои мощные крылья и с легкостью оторвался от земли, сделав всего несколько взмахов.
Мне оставалось только сильнее вцепиться в его руки, боясь, что меня уронят.
– Не уроню, – в очередной раз угадывая мои мысли, пообещал Нергал. Может, он все-таки мысли читать умеет? Или это я настолько предсказуемая? – Никогда не ронял, моя Эрешкигаль. И нет, мысли я читать не способен. Просто я знаю тебя очень много лет, даже в этом воплощении я следил за тобой с рождения. Несложно представить, что происходит сейчас в твоей голове, моя Эрешкигаль.
Ну вот опять! Бесит. Как бы ему объяснить, что я не она?
– А куда летим?
Летели мы, кстати, с приличной скоростью. От океана поднимался раскаленный воздух, который позволял Нергалу спокойно планировать, практически не работая крыльями. От такого жара я моментально взмокла, словно посетила сауну, и сейчас была безумно рада прохладной коже демона.
– Смотри вперед внимательно.
Впереди показался столб света, вертикальный, выходящий прямо из океана и исчезающий где-то высоко в небе. Вокруг столба собирались темные густые тучи, так что его конца видно не было.
– Что это?
– Возрождение, – кратко ответили мне, будто после этого стало что-то ясно. Я не успела возмутиться вслух, как с тяжелым вздохом Нергал пустился в объяснения: – В мой мир попадают все души остальных миров. За редким исключением, конечно, но это лишь малая часть. Реками души стекаются в единый океан. И когда течения доносят души до этого места, они отправляются в новую жизнь. Возрождение.
У меня слов не нашлось. Получается, буддисты оказались правы. И все мы раз за разом будем возрождаться вновь и вновь…
– Можно подлететь ближе?
– Прости, нет, любимая. Пока ты в этой хрупкой оболочке, не выдержишь. Ты уже перегреваешься, а там будет еще жарче. Все-таки чистая энергия…
Развернувшись в воздухе, мы направились обратно к берегу.
– Я показал тебе это, чтобы ты не печалилась из-за смертей нолов. Меня так трогает твоя сентиментальность, тебе пошла на пользу жизнь среди людей. Нолы помогли мне. И каждый из них получит свою новую жизнь, а я сделаю так, чтобы это произошло как можно быстрее.
– Ты и меня так оживлял?
– Не совсем. За тобой я следил лично, так что твоя душа оказывалась сразу в нашей пещере, Эрешкигаль.
Вот честно, я уже кипеть начинаю. И не только от жара океана. Надо взять себя в руки.
– Но… я вижу, насколько ты силен. Если ты следил за мной все это время, почему давал другим причинять мне вред? Убивать меня?
– Но после смерти мы же встречались с тобой, любовь моя! – восторженно произнес Нергал, будто сообщил мне очевидную и самую приятную в жизни истину. Странные у демонов представления о романтике и ухаживаниях, если честно.
– Ты мог быть со мной на Земле, – напомнила я, чувствуя, что мое негодование только крепнет в душе. – И мне бы не пришлось проходить через все это…
– Ты все равно ничего не помнишь, – словно в укор ответил Нергал. А мне начинает казаться, что не только инкуб никогда не считал нужным общаться с женщиной. Судя по всему, это норма для всех жителей Хаоса. Ничего, если я с этим застряла надолго, а то и на всю жизнь, перевоспитаем. Научу родину-мать любить. Со временем. А пока, как я могу судить по затянувшемуся молчанию Жнеца, он свою мысль изложил полностью и дополнять аргументами в свое оправдание не собирался.
– Скажи, а сколько мы уже дней здесь? Я ни разу не видела восхода. Или здесь длинные ночи?
Нергал улыбнулся, мы как раз добрались до берега, и меня осторожно поставили на ноги. Сам Жнец еще сделал небольшой круг надо мной и тоже опустился. Его крылья черной дымкой растворились в воздухе. Он подошел ко мне, опуская свои ладони на мои плечи, затем скользя ими по шее к моему лицу.
– Длинные. Вечные, любовь моя.
– То есть как?
Как же здесь все живут? Черт, и что я спрашиваю. Это же гребаное царство мертвых, население – один Жнец. Теперь еще и я…
– Этому миру не нужны солнце и его тепло. Океан душ и так излучает достаточно, чтобы в мире держалась приемлемая температура.
Хотела спросить про растения и животных, но вопрос отпал сам собой, стоило еще раз взглянуть на мертвые пустыни вокруг.
– Как ты здесь живешь? Неужели не хочется разнообразия? Здесь все такое черное и мрачное.
– Мне все равно, Эрешкигаль. Я создал этот мир для нас с тобой. Но я не художник, чтобы вдохнуть в эти земли краски. Ты моя Истинная и можешь менять его как угодно. Но тебя никогда не волновала местная обстановка.
В очередной раз дурацкая Эрешкигаль. Дизайнер во мне плачет кровавыми слезами, глядя на унылые черные пейзажи. Я более чем уверена, что кем бы я ни была во всех своих прошлых воплощениях, не могла я удовлетвориться этими однотонными мертвыми песками и скалами.
– Нергал, послушай… – Была не была. Может, хоть сейчас выслушает, пока на нас еще есть одежда. На всякий случай делаю несколько шагов назад, а то ж я его знаю. Сейчас меня против моей воли опять сгребут в охапку, и очнусь я уже только в кровати. Послушать бы себя со стороны, тоже мне, нашла на что жаловаться. Стоп, куда-то меня опять не в те дали заносит. Сосредоточься, дурочка. – Я понимаю, что ты очень хочешь верить, что я – твоя возрожденная любимая, но это не так. Мне очень нравится то, что мы с тобой делали все это время, ты классный, правда. Но это неправильно. Ты сам себя обманываешь.
– Прекрати, любимая. Я знаю, что это ты, моя Эрешкигаль. У меня было видение, и тебе не о чем волноваться.
– Ты не слышишь меня. Я не она. И если тебе нужна она, то нам лучше прекратить все прямо сейчас. Мы и так слишком далеко зашли.
– Ты так говоришь, потому что не помнишь. Я могу провести ритуал, и все встанет на свои места.
Нергал попытался сократить между нами расстояние, но я только еще больше отпрянула в сторону. Несмотря на близость Океана душ, вокруг повеяло холодом, так что я даже поежилась, обнимая себя за плечи и растирая обнаженную кожу выше локтей.
– Ну, ты сам подумай! Разве ты не чувствуешь, что я другая? Ты же сам говорил, что веду я себя иначе. И то, что ты до сих пор ритуал свой не провел… Мне кажется, ты и сам уже все понял, но боишься себе в этом признаться.
Заботливое и нежное выражение лица Нергала сменилось на убийственно спокойное. Глаза потемнели, становясь похожими на два минерала лабрадора, брови Жнец чуть нахмурил, губы поджаты. Мне стало не по себе. Сейчас ощущение холода вокруг уже не казалось случайным.
Аккуратные ногти Жнеца удлинились, превращаясь в звериные серые когти. Высокие скулы стали еще острее, мышцы на оголенном торсе напряглись. И теперь мне стало действительно страшно, видя растущую ярость на лице Нергала, вызванную каким-то простым высказыванием. Инстинкт самосохранения подсказал мне начать пятиться спиной, небольшими шажками, чтобы оказаться как можно дальше от пугающего создания передо мной.
Думала сказать что-то, как-то успокоить неожиданную вспышку недовольства, но попросту не успела. Мой собеседник растворился в воздухе, оставляя меня стоять на берегу в полном одиночестве.
Алек
Стою и смотрю на все это безобразие. Или безумие. Кажется, Верс совсем двинулся своими мудрейшими мозгами. Встречаясь глазами с его ненаглядной супругой, отправляю ей презрительный взгляд. Впрочем, она отвечает мне тем же самым. Мерзкая баба. Угораздило же Версу связать свою жизнь именно с ней. И вот что тут думать? С одной стороны, ему чертовски повезло, что она осталась жива. А с другой, такими темпами недолго ему осталось вообще радоваться жизни.
И чего меня нелегкая сюда принесла? В кого я такой любопытный?
Нахожусь в стороне от всей толпы Высших, скромно подпирая стеночку, почти в углу. Тридцать сильнейших демонов сидят за длинным столом, выслушивая Версалириона. Внимая ему. А у меня от таких речей волосы на голове шевелиться начинают.
Мало того, что они все провели в своих домах массовые казни, убив десятки тысяч ни в чем не повинных нолов, не согласовав свои действия ни с кем из Верхних. Сейчас Верс вообще предлагает устроить смену власти в Хаосе.
– Убить всех Верхних? – раздался голос разума в толпе напыщенных Высших. Хоть один. Не может не радовать, хотя один работающий мозг на тридцать одного демона – все равно маловато. – Ты с ума сошел!
– Каждый из них сильнее любого из нас.
О, второй адекватный комментарий за вечер. Может, все не так плохо, как мне сначала показалось?
– По отдельности – да. Но, если мы объединимся, им не выстоять, – заверила Найтаниэль.
Женщину смерили недовольными взглядами, но Верс не стал ее одергивать. Совсем на шею села. Неужели он надеется, что подкаблучника в Хаосе станут поддерживать?
– Моя жена права. Мы не можем и дальше терпеть над собой прогнившую власть Верхних. Они не делают для Хаоса ничего, превращая нас в своих рабов и орудия мести. Неделю назад они приказали убить чужую женщину. Завтра прикажут прийти в ваши дома и вырезать ваши семьи. Кто тогда их остановит?
Найтаниэль довольно улыбалась, положив свои цепкие когти на плечи Версалириона. Жалкое зрелище, друг. А ведь когда-то ты был могучим воином. Как же сейчас не видишь, что ты лишь жалкая пешка в чужих руках? А твоя «королева» приведет всех нас в Бездну.
– И что ты предлагаешь, Мудрейший Версалирион?
– Раньше в Хаосе всегда был единый правитель. Тот, кто стоял над всеми остальными, стоял над Верхними. Пока эти трусливые крысы будут продолжать грызню между собой за трон Хаоса, делая грязную работу нашими руками, мы сами станем силой. Объединимся против них!
– Выманим по одному из их убежищ и убьем!
– В Бездну ублюдков!
– Мой дом с тобой!
Все, словно послушное стадо баранов, заблеяли хвалебные эпитеты Мудрейшему. Остановите планету, я сойду.
– Мы вернем старый порядок, – обещает Версалирион. – Предатели-нолы больше не будут ослаблять нас. Эти отребья не должны были так долго находиться в нашем мире. Призовите низших демонов в свои дома, возьмите клятвы верности. Вы сильнейшие в Хаосе.
– И ты надеешься, что станешь всеми править? – с плохо скрываемыми язвительными нотками произнес один из Высших. Не помню, как его зовут. Что-то вроде Таред или Бадер… Молодой еще, совсем немногим старше меня. Амбициозный. С хорошей родословной. Он не знает, что такое пробиваться с низов, ему все успели обеспечить родители.
Найт, словно дикая кошка, ощетинилась, демонстрируя клыки, поджимая свои острые ушки. Верс жестом велел ей успокоиться. Отодвинул кресло, которое неприятно скрипнуло о мраморные плиты. Молодой демон тоже поднялся.
Версалирион прошел вдоль стола, ударяя двумя пальцами о спинки каждого из стульев на своем пути, на которых сидели остальные Высшие. То ли считая, то ли отвлекаясь от собственных мыслей. Смотрю на него и пытаюсь предугадать, что сейчас произойдет. Найтаниэль подозрительно довольна. Да и взгляд у черного демона совсем недобрый.
Оказавшись рядом с юным Таредом, Верс выпустил руку вперед, хватая парня за шею. Крепко так, я даже сам сглотнул образовавшийся в горле комок. Не хотел бы я оказаться сейчас на месте этого парнишки. Демонстрация силы у Высших демонов не самое приятное зрелище. Все-таки не зря я столько лет избегаю чьего-либо покровительства.
Верс молчит, оборачиваясь в сторону жены. Влюбленным море по колено, да? Демонесса лениво кивает, и внимание Версалириона возвращается к демону, чья глотка зажата его крепкой хваткой.
То, что произошло дальше, я осознать до конца так и не смог. Версалирион сжал ладонь на горле юного Высшего, когтями прорывая его кожу. Невозможно! В Хаосе любой демон неуязвим. Мы не можем навредить друг другу. Но неприятный хруст трахеи, раздавшийся в зале, заставляет усомниться в вековых устоях.
Зал наполняется едкой аурой страха и волнения, заставляя меня отпрянуть от стены. Сейчас каждому из здесь сидящих не по себе. А Версалирион не останавливается, свободной рукой он с легкостью, будто имеет дело с человеком, пробивает несчастному демону грудную клетку, вырывая еще бьющееся сердце на волю. Глаза Тареда моментально стекленеют, лицо успело приобрести выражение священного ужаса. Бездыханное тело падает на пол, а лужа темной крови начинает растекаться во все стороны, будто пролитое вино.
Повисшая тишина в зале заставляет задуматься, а не оглох ли я от этих противоестественных звуков. Видя глаза остальных демонов, прихожу к выводу, что не я один нахожусь в полной прострации.
Верс небрежно выкидывает сердце куда-то за спину, возвращаясь на свое место во главе стола. Его руки в крови, она оставляет за ним темно-красную дорожку из маленьких капель на полу. Мудрейший опускается в свое кресло как ни в чем не бывало, не обращая внимания на то, что все вокруг него оказывается в кровавых мазках.
Исход этого собрания ясен. Если кто-то и собирался возразить Мудрейшему Версалириону, теперь уже не посмеет. Руки Найтаниэль оказываются вновь на плечах ее супруга. Пожалуй, все-таки придется вести себя посдержаннее относительно ее. Отныне никто из нас не сможет чувствовать себя в безопасности. Может, устроить себе длительные каникулы вне Хаоса? Что-то засиделся я здесь. Все равно тут ничего хорошего не происходит.
А с появлением нового правителя еще неизвестно, как дальше все повернется…