Глава 18. Лиля

Лиля

- Мам…, - позвала меня Зарина.

- Пришла?- я открыла глаза и улыбнулась. Меня второй день, как перевели из реанимации в палату.

- Угу…, - Зарина залезла с ногами в кресло, что стояло возле мой кровати. Такая она сейчас казалась мне маленькой, беззащитной и в тоже время взрослой. Лес изменил не только меня видимо. Он на всех нас наложил отпечаток.

- Я сок принесла. Твой любимый и яблоки.

- Спасибо, дочь, – я снова улыбнулась ей.

Вчера, когда меня привезли из реанимации, Зарина уже ждала в палате. Рыдая, икая и всхлипывая она просила прощения, говорила что там, в лесу, очень боялась потерять. На совсем потерять. Я слушала, не успокаивая, как обычно, а давая возможность выплеснуть всю боль и страх.

- Я простила, дочь. – когда рыдания стихли, сказала я, тихонько поглаживая её по голове. Широкая больничная кровать легко вместила нас двоих и мы лежали с ней тесно прижавшись, как в детстве. – И ты меня прости, – покаялась я. – За то, что не защитила от неё. За то что позволила ей растоптать все то светлое, что между нами было.

Я действительно чувствовала себя виноватой перед дочерью. За то, что позволила этой токсичной женщине отравить мою дочь сомнениями и неуверенностью. Я виновата в том, что видя насколько моя свекровь гнилая женщина я не защитила от неё свою дочь.

- Мама! Ты что? Что ты говоришь такое? – Зарина замотала головой. – Это я виновата. Я! Знала бы ты, как мне стыдно! – она снова всхлипнула, а я прижала её к себе.

- Все хорошо. Я простила тебя. Не забыла. Наверно мне нужно больше времени чтобы забыть… ,- я тяжело вздохнула. – Прости меня.

После этого разговора мне словно бы даже дышать легче стало. Всё- таки Зарина моя дочь. Моя кровь. И да я не забыла про её предательство, потому что забыть такое невозможно, но я скинула с плеч груз обиды.

- Мам?- снова позвала Зарина. – Ты не слушала меня, да?

- Угу…,- я виновато улыбнулась. – Увлеклась своими мыслями.

- Мам…, в общем, - она снова помедлила и сказала. - Папа в больнице.

Я покачала головой и открыла было рот, чтобы сказать, что мне это не интересно, как Зарина выпалила. – У него был инсульт.

- Инсульт? У Тимура? – я удивлённо вскинула брови. – Но как?

Зарина пожала плечами. – Доктор сказал, что у него давление высокое.

Я хмыкнула недовольно, - Давление. Нечего было скакать козликом, глядишь и давление не мучало бы.

- Он не помнит мам про…, - она запнулась и почти прошептала,- про Лену. И вообще… он все время спрашивает, как у меня дела в школе!

Её подбородок задрожал, выдавая сильнейшее переживание.

- Иди ко мне!- я призывно протянула к ней руку. – Иди.

Она скользнула ко мне и устроилась на кровати, прижимаясь.

Бедный мой ребёнок! Как много на неё свалилось в последнее время! И наш развод и болезнь отца и моя пропажа… Её жизнь, в принципе, достаточно сытая и спокойная вмиг разрушилась, поставив все с ног на голову. Как же тяжело и больно пришлось ей повзрослеть. Моё сердце наполнилось острой жалостью к дочери.

- Расскажи мне об этом?- попросила я чувствуя, что ей необходимо выговориться.

- Мне позвонила бабушка и сказала что папа потерял сознание. – Я приехала туда, а там уже скорая. Я вызвала, пока туда ехала. – она снова всхлипнула. – Бабуля даже этого не сделала. Она вообще какая-то странная стала с того… - она чуть запнулась и сильнее прижалась ко мне,- с того дня.

«Странная… это ещё мягко сказано», усмехнулась я про себя.

- Наверно ей просто стало не зачем держать маску…,- произнесла я вслух. – Вот она и стала для нас, какой-то странной.

- Врач сказал, что я успела вовремя. Иначе было бы хуже. Но куда хуже то, мам? – она снова всхлипнула. – Он же как ребёнок! Смотрит на меня и отчитывает, как в детстве. Словно мне лет тринадцать. И тебя зовёт. Все время тебя требует. Ему сказали, что ты в больнице, а он ругается.

- Говорит, какая больница? На ней пахать можно? Пусть быстрее вписывается и ко мне идёт?- усмехнувшись спросила я.

- Дааа…, - Зарина аж повернулась ко мне и удивлённо посмотрела. – А как ты догадалась?

- Мы с твоим папой прожили много лет вместе. К сожалению, он всегда был такой. Требовательный к моему вниманию. Вот он меня и требует и все равно ему где я и чем занимаюсь. – я поморщилась. Вспоминать бывшего мужа было не приятно и все ещё больно. Ну а как иначе? Как? Столько лет прожить вместе и потом разом все забыть? Нет, так не получается, к сожалению. Если только как у Тимура. Раз… и память словно чистый лист бумаги.

- Мам, а ты пойдешь к нему?- Зарина с надеждой посмотрела на неё.

- Не знаю…,- честно ответила я ей. - Честно говоря, не хочу. Совсем. Это тебе он папа, а мне… мне теперь чужой человек.

Ну не хочу я идти к Тимуру! К тому же, я вообще-то ещё и сама в больнице. Но это никогда не учитывалось в нашей семье. Болею я, не болею… интересы Тимура превыше всего. Помню, когда после того как потеряла нашего третьего ребёнка, я больше двух недель лежала в больнице. Было очень плохо. Как морально, так и физически. Меня буквально с того света вытащили врачи. К концу второй недели Тимур уже устраивал истерики с требованием чтобы я написала отказ от дальнейшей госпитализации. Потому что ему было некомфортно дома без меня.

- Мам… ,- Зарина снова всхлипнула и села на кровати. - Ну как же чужой? Вы же столько лет были вместе! Он же не помнит что было.

- А я помню, Зарина. Помню! Абсолютно все помню. Особенно последний год. И тот вечер я тоже помню! В мельчайших деталях! Он меня обманывал! Минимум два года! И вместе с матерью обворовал! Я должна это забыть? Простить ему измену? Обман?

Я закашлялась, дышать стало тяжело. Зарина испуганно вскочила,- Мама! Мама! – она схватила кислородную маску что лежала рядом и подала мне.

Отдышавшись, я устало откинулась на подушки. Приступ забрал все силы.

- Прости! – она прижала ладони к щекам. – Прости… Я иногда забываю обо всем этом. Мне не хочется об этом думать.

- И мне не хочется… Но это есть и будет. Скажи отцу правду.

- Что ты не придешь?

- Что я не приду…

Тимур

Я нахмурившись рассматривал свой телефон и не узнавал его. Из моей памяти словно стёрли лет пять жизни. И это правда. А ещё правда в том, что мы с Лилей теперь действительно не муж и жена. Вернее, мы бывшие муж и жена. Я пытался до неё дозвониться несколько раз, но она видимо меня добавила в чёрный список. В немом шоке покачал головой. Такого не может быть. Просто не может! Это не моя Лиля… Просто не моя. Мы поженились, ей едва восемнадцать исполнилось. Я её как увидел, так и залип. Понимал, что она девушка для семьи, а не побаловаться. Поэтому женился. Не мог её упустить. Просто не мог. Если бы я не подсуетился, то увели бы её. Она была такая красивая… Просто девочка мечта. Тонкая, нежная с огромными серыми глазами на пол лица и густые волосы до самой попы.

Мама конечно сразу против была. Уговаривала подождать, угрожала, а потом смирилась. Хотя… нет, не смирилась. Сколько она Лилю колола? То одно, то другое. Я поморщился и не скажешь ничего. Мама же.

Рассматривал галерею фотографий и словно за чужой жизнью подсматривал. Как не я там. Или не я, здесь?

Ощущение беспомощности давило. Я не помнил целый пласт своей жизни! Что то такое, что полностью изменило мою жизнь.

- Не ужели я так и не вспомню ничего? – спросил я доктора.

- Ну почему? Что-то да вспомниться. Поражения мозга у вас нет такие объёмные, основное воспаление мы сняли. Время… просто нужно время. И терпение.

Вот уж чего у него не было так это терпения. Лиля уравновешивала его характер, успокаивая.

«Ну как так может быть, что мы развелись?», в очередной раз задал он себе вопрос. Это просто не укладывалось в голове.