Глава 23

На следующее утро мы собрались в гостиной.

Господин Вилорд и Морея расположились в мягких креслах. Сайрос и Лика сидели на деревянном полу возле камина. Лика вложила свою ладонь в ладонь Сайроса, их пальцы мягко переплелись. Этот простой жест говорил о доверии и любви, прошедших через множество испытаний и нашедших в тишине гостиной свое тихое, но мощное выражение.

Я подошла к окну и отодвинула светлую занавеску, аккуратно подколотую бронзовым держателем. Снаружи, в саду, маг воздуха весело играл с Нэрийи. Легкие потоки воздуха кружили вокруг нее, поднимая мелкие листья и травинки, словно окружая девочку танцем природы. В утреннем свете этот момент выглядел почти волшебным, пробуждая на моем лице тихую улыбку.

Мысли невольно скользнули в знакомое русло: я давно бы избавилась от этого мага, если бы не одно «но» — его сеть заклинаний. Она, словно невидимый купол, окружала наш дом, делая его неприступным. Ни одно живое существо не могло подслушать нас или проникнуть внутрь без нашего ведома. Именно это позволяло Арнасу оставаться в нашей команде.

Я прошла через комнату и села на широкий диван с высокой спинкой, обитый темной бархатистой тканью.

— У нас в команде не хватает мага земли, заклинателя духов, друида и черного мага, — сказала Морея, глядя на меня.

На последнем я невольно поморщилась. Образы из прошлого пронеслись перед глазами: БегГар Шампус и долгие, выматывающие месяцы, проведенные в его зловещем дворце.

— Маг земли уже дал свое согласие, — сказала Морея. — С друидом тоже все идет гладко. Осталось лишь уладить несколько деталей.

— Хорошо, — коротко ответила я. — Что с остальными?

— С остальными… — Морея замолчала. Эта неуверенная пауза, едва уловимая тень напряжения в ее взгляде, заставили меня насторожиться.

Когда она продолжила, я уже понимала: найти этих двоих будет совсем не просто. Но даже с этой мыслью я не была готова к тому, что услышала дальше.

— Медиума нужно искать в южных озерах. А вот с магом тьмы… — она на мгновение отвела взгляд.

Я с трудом удержала себя от вопросов, позволяя ей говорить дальше.

— Он погиб несколько дней назад. Попал в одну из стычек с магами. Это значит, у нас остается только один вариант, — продолжила она после короткой паузы. — БегГар Шампус.

Имя прозвучало спокойно, но с таким весом, что в комнате словно стало темнее. Взгляд Мореи оставался твердым, а мой… я почувствовала, как теряю почву под ногами. Холод прошел по спине, а сердце болезненно сжалось.

Я знала, что Морея смотрит на меня, ожидая реакции, но вместо ответных слов я пыталась подавить нарастающий страх. Я не хотела снова ворошить прошлое. Я не хотела снова сталкиваться с этим магом. Шампус был воплощением тьмы, и я знала, что, если мы встретимся снова, он непременно меня убьет. И сделает это без тени сомнений и сожалений.

БегГар Шампус правил столетиями, вершил судьбы, ломал волю тех, кто осмеливался ему противостоять. Его сила, его власть казались нерушимыми. Но я разрушила все это в одно мгновение и изменила его жизнь навсегда.

«Нет, он меня не пощадит», — подумала я, ощущая, как сдавливает грудь.

Шрам на солнечном сплетении начал жечь, будто его оживили воспоминания о тех днях. Я рефлекторно прижала руку к груди, пальцы чуть сжались на ткани, как будто это могло унять боль. Но ощущение только усиливалось, перерастая в жгучую, пульсирующую боль.

— После падения Шампуса гнев магического сообщества обрушивается на всех, кто принадлежит к тьме. Маги уничтожают темных без суда и разбора, — сказала Морея и тут же добавила:

— Элин, другого выхода нет. И ты это знаешь.

Моя голова опустилась, и я на мгновение прикрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. Мысль о том, что теперь у нас не остается другого выбора, пробуждала не только страх, но и ощущение горькой неизбежности.

Шампус был не просто фигурой из прошлого. Он был тем, кто оставил неизгладимый след в моей душе, и теперь мне предстояло снова встретиться с ним лицом к лицу.

— У тебя есть время смириться с этой мыслью, пока мы будем его искать, — сказала Морея. Она поднялась, давая понять, что разговор окончен.

— Я знаю, как его найти, — сказала я, поднимая взгляд на нее.

Морея застыла, обернувшись. Ее молчание красноречивее любых слов говорило, что она ждет объяснений, и я их дала.

— Я и БегГар Шампус… мы связаны узами брака, — сказала я, избегая смотреть на господина Вилорда, чьи глаза горели зеленым блеском. — Я не знаю, как это работает, но, если жена Шампуса решает покончить с собой, эти узы переносят ее прямо в его объятия.

Тишина была оглушающей. Я видела, как лица присутствующих исказились смесью шока и недоверия.

— Жена? — переспросил господин Вилорд. В это мгновение его глаза больше напоминали темные бездны, на дне которых горел зловещий зеленый свет.

— Мне пришлось подменить Ликерию Ригхест на брачном ритуале, — ответила я, ударяя по чувствам того, кто смотрел на меня чужими глазами.

Губы господина Вилорда дернулись в холодной усмешке.

Тут Морея вдруг поняла, что Лика и есть та самая Ликерия Ригхест. Ее глаза расширились от удивления, и она резко обернулась к девушке, которая все это время молча сидела на полу рядом с Сайросом.

— Значит, это ты должна была стать королевой, — произнесла Морея почти утвердительно.

Ликерия молча кивнула в ответ.

Морея перевела взгляд на меня:

— Королевой должна была стать она. Но ты подменила ее и связала себя узами брака с монархом, — она едва заметно растянула губы в улыбке и проговорила: — Как удачно все складывается.

— Не спеши радоваться. Найти БегГара Шампуса для меня действительно не проблема. Проблема будет в другом: он убьет меня, как только я появлюсь перед ним.

Сделав глубокий вдох, я продолжила уже более ровным голосом:

— Я — причина его падения и заточения. Это из-за меня его королевство сейчас раздирают на части посвященные Совета. И, в конце концов, именно мое вмешательство позволило некроманту захватить власть над северными землями и превратить их в обитель мертвых. Он прекрасно знает, что все это произошло по моей вине. Поэтому, как только я окажусь перед ним, он сделает все, чтобы отомстить.

Мои слова повисли в напряженной тишине, словно треск расколовшегося льда. Никто не спешил задавать вопросы — все понимали, насколько серьезна эта ситуация.

Входная дверь с громким стуком захлопнулась, и в комнату вошел запыхавшийся водник. Он быстро окинул нас взглядом, уловил тяжелую атмосферу и сразу насторожился:

— У нас кто-то умер? — спросил он.

— Да. Надежда, — сказала я, не чувствуя ни малейшего желания втягивать Яспера в подробности нашего разговора.

Водник, заметив мое настроение, непонимающе нахмурился, но лишних вопросов задавать не стал.

В этот момент в комнату вошла старушка Апала. Ее взгляд быстро скользнул по обеспокоенным лицам.

— Обед готов, — сказала она неожиданно жизнерадостным голосом. — Прошу к столу.

Слова Апалы нарушили напряженное молчание, вернув нас обратно в бытовую реальность. Водник, растерянно почесав затылок, отступил в сторону, освобождая проход, а я облегченно выдохнула — по крайней мере, у меня появилось время перевести дух и обдумать все, что только что случилось.

После обеда я укрылась от всех в небольшой беседке, увитой густыми зелеными листьями дикого винограда. Она стояла чуть в стороне от дома, и в ее полумраке можно было ненадолго спрятаться и от навязчивых взглядов, и от ненужных вопросов. В голове у меня крутилась одна-единственная мысль: я знала, как найти БегГара Шампуса, но должна была придумать, как заставить его хотя бы выслушать меня, прежде чем он попытается меня убить.

Я сидела на кованой скамье, уставившись в пустоту, когда вдруг услышала тихие шаги. Обернувшись, я увидела господина Вилорда, вернее некроманта, который сейчас управлял его телом.

— Как ты?

Он задал, казалось бы, простой вопрос. Но вместо короткого ответа меня словно прорвало, и я начала рассказывать ему свою историю.

Я поведала о том, как меня должны были казнить на городской площади. Тогда командор, отец Ликерии Ригхест, вмешался и помог мне спастись. Взамен он потребовал дать клятву в храме Змеерога. По этой клятве я обязалась вместо Ликерии встать перед алтарем и выйти замуж за БегГара Шампуса.

Так я стала супругой темного монарха. В тот же день я призналась ему, что обладаю иной магией. Он был готов оберегать мою тайну, и какое-то время во дворце царило относительное спокойствие. Но вскоре я совершила ошибку — попробовала собрать эфир с его артефактов, и эта дикая энергия едва не разорвала меня на части. Шампус спас меня, но я потеряла сознание, а вместе с ним и контроль над иллюзией.

Дворец узнал, что я «иная». Слухи достигли Совета Судеб, и он вмешался в дела королевства, требуя выдать им «иную».

Тогда мне не оставалось ничего другого, кроме как обратиться к Легу и провести кровавый ритуал призыва. Это позволило мне не только бежать от Шампуса, но и покинуть королевство. В итоге я оказалась в Империи, где и познакомилась с Мореей.

Слова, тяжелые и болезненные, слетали с моих губ. Я признавалась ему во всем, и с каждым словом, что вырывалось из груди, у меня становилось все меньше сил.

Я настолько погрузилась в воспоминания, что не заметила, как господин Вилорд присел рядом. Не говоря ни слова, он провел пальцами по моей щеке. Медленно его губы коснулись моих.

В этом прикосновении не было ни торопливости, ни грубой страсти — лишь безмолвное обещание: он не позволит ничему в этом мире причинить мне боль. Я чувствовала, как в этом поцелуе сплелись клятва защищать и готовность отдать все, лишь бы уберечь меня от любых опасностей.

Мир за пределами этой беседки будто растворился, оставив лишь нас двоих и тихий шепот листвы над головой.

Когда мы отстранились, я увидела в его глазах непоколебимую решимость. Он знал, что я принадлежу только ему, и был готов стереть с лица земли любого, кто осмелится причинить мне страдание. Я ощутила, как волна облегчения прокатывается по всему телу: рядом с ним я была в безопасности. И этот поцелуй стал для меня самым лучшим обещанием из всех, что можно было дать.

Какое-то время он просто сидел рядом и крепко прижимал меня к себе. Я уткнулась лицом в его грудь, стараясь не думать о том, что будет дальше.

Затем он медленно провел рукой по моим волосам и тихо произнес:

— Солнце, мне пора.

Я еще на мгновение задержалась в его объятиях, не в силах отпустить. Когда же я наконец отстранилась, то увидела, как в глазах господина Вилорда гаснет уже ставший привычным зеленоватый блеск, а на его месте появляется мертвая пустота, которая сменяется растерянностью.

Он посмотрел по сторонам, будто пытался понять, где находится, потом перевел взгляд на меня и, спотыкаясь на словах, извинился. Он неуверенно поднялся и скрылся из виду, оставив меня в одиночестве с гулкими отголосками собственных переживаний.

Недолго думая, я направилась к Морее. Разговор оказался коротким и деловым: я сообщила, что она может начинать приготовления. Мы едем в замок БегГара Шампуса — именно там я собиралась повторить свой прыжок с башни.

— … и мне потребуется маг воздуха на случай, если заклинание Шампуса утратило силу. Иначе есть риск, что я просто разобьюсь об камни. Поэтому нужен кто-то, способный подхватить меня потоком воздуха, — закончила я.

Морея наклонила голову чуть вбок, обдумывая мои слова:

— Хорошо. Но объясни, почему ты хочешь начать именно с Шампуса, а не с медиума? Разве не логичнее вначале отправиться к южным озерам?

— Потому что медиумы живут среди духов, — коротко пояснила я. — А духи могут быть крайне опасны для чужаков. К тому же Шампус уже бывал в тех местах. С ним у нас куда больше шансов на успех.

— Поняла, — кивнула она.

— И еще кое-что… Морея, мне нужна будет повозка. В седле я просто не выдержу такой долгий путь.

Она посмотрела на меня, явно оценивая мое состояние, а затем коротко кивнула:

— Хорошо, я позабочусь об этом.

Я почувствовала облегчение. Теперь хотя бы дорога не станет для меня дополнительным испытанием.