Глава 7

После той встречи с господином Вилордом Морея словно затаилась в ожидании чего-то непонятного мне. Шли дни, но никаких распоряжений от госпожи не поступало. Все, что мне оставалось, — это по утрам докучать лекарю, в обеденное время бесцельно бродить по зимнему саду, а с заходом солнца, дождавшись окончания уроков Нэрийи, общаться с сестренкой.

Когда же твое терпение иссякнет, и ты наконец захочешь узнать, на что способна сила «иной»? — думала я, расхаживая по комнате.

На рассвете, едва город начал просыпаться, я спустилась вниз и вышла за дверь. Любопытство подтолкнуло меня проверить, что случится, если я нарушу границы дозволенного. Весь день я бродила по городу, подвергая опасности свое и без того слабое здоровье. И, что странно, никто не бросился меня искать. На площадях не висели объявления с моим портретом и надписью «разыскивается». Правоохранительные органы, узнав о моем желании покинуть столицу, даже любезно подсказали, где можно недорого взять лошадь. Мое понимание происходящего рушилось, рассыпаясь на мелкие осколки.

С наступлением сумерек я вернулась.

— Ты вовремя. Сейчас подадут ужин, — радушно поприветствовала меня Морея. Она сидела напротив зеркального трюмо, заставленного баночками с кремами для лица и тела, ароматическими маслами, лосьонами и прочими коробочками с неизвестным мне содержимым. Жестом она отослала служанку, которая делала ей прическу, и, протянув мне изящную шпильку, усыпанную драгоценными камнями, сказала:

— Помоги мне приколоть эту брошь. Сегодня господин Вилорд лично доставил ее мне… вместе с картиной. Я пыталась заплатить, но он сказал, что это подарок. Не хочешь ничего мне рассказать?

Отражение в зеркале смотрело на меня с искренним недоумением, смешанным с живым любопытством.

Я молча взяла шпильку с длинным острым шипом, способным пронзить сердце, и вонзила ее в красиво уложенные волосы на голове.

— Идеально! — прошептали алые губы Мореи. Она изящно склонила голову, разглядывая свое отражение в зеркале, совершенно игнорируя мой настороженный взгляд. — Идем, нас ждет увлекательный ужин.

Стол был заставлен отборными дарами моря. В окружении солений, соусов и маринадов стояли рис, политый ароматным маслом и обжаренный с кусочками рыбы, теплый салат из овощей и морепродуктов, салат из морских водорослей и жареные моллюски. Морея возблагодарила богов и приступила к трапезе. Насытившись, она заявила, что ей понадобится моя помощь для реализации ее пугающе дерзкого плана.

— Ты слышала о мистическом клинке «Эстер»? — вдруг спросила она.

Я отложила столовые приборы, промокнула губы платком и выжидающе уставилась на госпожу.

— Давным-давно девять сильнейших магов объединили энергию своих универсумов и создали мистическое оружие, с помощью которого открыли вход в низшую сферу Вселенной. С тех пор наш мир напоминает огромную кровоточащую рану. Я хочу исцелить ее. Навсегда запечатать Повелительницу Тьмы и ее приспешников в низшей сфере.

«Совсем спятила», — мелькнуло у меня в голове.

— А я тебе зачем? — спросила я.

— Чтобы создать оружие, равное по силе мистическому клинку, — ответила она и, заметив мой непонимающий взгляд, пояснила: — Только эфир может соединить разнонаправленные силы и объединить их в одну.

Мне стало не до смеха. Перед глазами всплыл узкий балкон башни, БегГар Шампус и артефакты, наполненные колоссальной магической энергией, которую я когда-то впустила в себя. Эта энергия чуть не уничтожила меня. Повторить нечто подобное?..

— Что с тобой? Тебе плохо? — обеспокоенно спросила Морея.

— Все в порядке. Просто закружилась голова, — ответила я бледным голосом.

— Говоришь, голова закружилась. Тогда зачем ты схватилась за грудь?

Я опустила глаза и невидящим взглядом уставилась на руку, прижатую к груди, где скрывался длинный уродливый шрам.

Нужно быть полной дурой, чтобы добровольно пойти на такое. Нет, я этого не сделаю!

Я встала и посмотрела на Морею ледяным взглядом. В этот момент дверь в обеденный зал с шумом распахнулась, и вбежала Нэрийи.

Небесные старцы, я совсем забыла про Нэрийи!

Девочка остановилась возле Мореи, быстро изобразила поклон и взволнованно проговорила:

— Госпожа Морея, вы хотели меня видеть?

— Человеческая жизнь так хрупка, а внешний мир так жесток, — глубокомысленно произнесла Морея. Она протянула руку к девочке и подчеркнуто медленно провела ладонью по ее волосам. — Страшно представить, что случится с этой милой девочкой, если она лишится моего покровительства. Я даже не уверена, что она сможет выжить.

В тот момент мне захотелось прижать Нэрийи к своей груди и сделать все, чтобы это маленькое создание никогда не знало горя и слез.

Морея посмотрела на меня в упор.

— Ее будущее зависит от тебя. Ты ведь любишь ее как сестру, а значит, не позволишь ей…

Умереть⁈

— Я сделаю все необходимое, — перебила я, не дав ей закончить. — Я помогу тебе… покорить этот мир.

— Как ты можешь?.. — наигранно возмутилась Морея. — Я всего лишь хочу добром истребить зло.

Сжав в руках платок, я опустилась на стул.

— В таком случае, я помогу тебе уничтожить зло… если ты пообещаешь заботиться о Нэрийи и защищать ее.

— В случае успеха Нэрийи ждет долгая и счастливая жизнь, — пропела Морея своим мелодичным голосом. Улыбнувшись девочке, она велела подать бисквит.

* * *

Лекарь ушел, а я уткнулась носом в подушку и какое-то время слушала, как затихают звуки его шагов.

Оторвав голову от подушки, я изобразила на лице гримасу вселенского страдания и хриплым голосом, подражая лекарю, проговорила:

— Я делаю все, что могу, но болезнь в ее теле продолжает развиваться… Конец близок… Год, от силы два, если судьба будет к ней милостива.

На последних словах я не выдержала и громко расхохоталась.

Слышал бы он себя! Это звучало так смешно! И так глупо! Смерть с самого рождения стоит у меня за спиной, и если верить предчувствию, то в этот раз мы точно встретимся.

Дверь распахнулась, и в мою комнату вошли служанки. Это были две миловидные девушки с большими преданными глазами и причудливыми спиралями локонов, перетянутых серой лентой.

— Что привело вас ко мне в столь ранний час? — спросила я, подпирая голову руками.

— Мы за вами. Госпожа Морея просила проводить вас.

В малом зале было весьма оживленно. Здесь собрались самые сильные представители различных школ магии: три представителя стихий, маг света и заклинатель тьмы, друид и медиум; и во главе этого разношерстного отряда стояла Морея, наделенная неизлечимой жаждой власти. Облаченная в легкое струящееся платье из фиолетового шелка с высоким воротником и длинным подолом, стелющимся по полу, она выглядела пугающе красивой.

— Господа, мы ждем еще двоих, — кивнув мне в знак приветствия, сказала Морея, и гул голосов тут же стих.

— Кого именно? — полюбопытствовал женский голос.

— Разве это не очевидно⁉ Огненного мага и некроманта, — сказала я.

— В компанию магов с совершенной силой затесалась полумертвая воздушница, — глядя на меня, не без ехидства произнес медиум — парень в светлых широких штанах и удлиненной куртке, стоявший у спинки кресла, в котором сидела сухопарая леди.

— Такая же серая, как мой костюм, — невозмутимо сказала леди, не выпуская сигару изо рта.

— Девочка, каждый из нас обладает уникальной силой. Наши возможности поражают воображение. Позволь спросить, чем ты можешь быть нам полезна? — самодовольно поинтересовался маг света. Он стоял напротив окна, и за его спиной весело колыхались полупрозрачные занавески.

— Ты уже получила разрешение на практику? — спокойно поинтересовался маг земли.

— Прошу прощения! — воскликнула я и, склонившись в картинно глубоком поклоне, сказала: — Обещаю, что буду усердно практиковаться и достигну высоких результатов!

Зал взорвался смехом. Даже на губах заклинателя тьмы, который все это время молча подпирал стену, появилось подобие улыбки.

— Кретины, — пробурчала я, отворачиваясь. — Вас что, выбрали только за красивое личико?

— А за какие заслуги выбрали тебя? — леди затянулась и, слегка запрокинув голову, выпустила кольцо сизого дыма.

Ответить я не успела. Дверь распахнулась, и передо мной предстал во всем своем великолепии господин Вилорд, который не имел никакого отношения ни к магии огня, ни к мертвому знанию. С изящной учтивостью он поцеловал мне руку и, осведомившись о моем здоровье, вручил перевязанную золотой лентой коробочку леденцов. Его повышенное внимание ко мне не осталось незамеченным и вызвало недоумение на лицах всех присутствующих.

Следом вошел некромант, похожий на нелепую ошибку природы: среднего роста, с большой головой, слегка откинутой назад, и резко выступающим кадыком, с посеребренными сединой висками и красными глазами, наполненными усталостью. Если говорить о его силе, то до сегодняшнего дня я не встречала никого сильнее.

— Она и есть «иная»? — спросил некромант.

Он протянул руку и, коснувшись моего лба двумя пальцами, намеренно «поделился» со мной невесомым сгустком вредоносной энергии, который я тут же растворила, открыв сердце эфиру.

«Ну и что мне делать с этой сволочью?» — подумала я и вдруг неожиданно легко шагнула ему навстречу.

Обжигая его губы горячим и яростным поцелуем, я обрушилась на него первозданной чистой и дикой энергией эфира — некромант не был готов к такому повороту событий.

Должно быть, ощущения, которые он испытал, были новыми. Он словно оказался в эпицентре взрыва самых опасных и невыносимо ярких эмоций, пульсирующих в его венах разрушительной силой эфира, с которой он даже попытался бороться. Он творил заклинания, я разрушала их — выжигала прежде, чем их структура успевала уплотниться и причинить мне хоть какой-то вред. Он ставил ловушки, я обращала их в ничто прежде, чем они успевали связать и обездвижить мое сознание.

Мне было весело и очень жарко, и этот жар я отдавала некроманту вместе со своим дыханием, пока он не упал передо мной на колени. Запрокинув голову и забыв, как дышать, он смотрел на меня безумным взглядом.

— Вы правы, — выдохнула я, разрывая поцелуй. — Во мне нет ничего особенного.