16

Неделя прошла как в тумане.

Все это время я не вставала с постели, периодически возвращаясь в суровую реальность, в которой меня ждали лишь боль и смерть.

Татуировка на моей спине жгла кожу, отравляла кровь и приносила страдания, что не прекращались ни на секунду, а мысль о смерти Грейс разрывала душу на куски. В какой-то момент захотелось умереть самой...

Но тут пришел Ник.

Я боялась потерять и его, поэтому не позволяла приблизиться, отступая к стене. Но когда он подошел и сгреб меня в охапку, не смогла сопротивляться.

«– Мне очень жаль», – искренне произнес он, нежно гладя меня по спутанным волосам, и это стало спусковым крючком.

Я разрыдалась у него на груди.

Мне было так больно, одиноко и страшно, а его объятия дарили покой и утешение. Он был нужен мне сейчас как никогда, только он...

Его голос, запах, горячее дыхание и сильные руки, что крепко держали меня и не давали упасть.

«– Ты должна быть сильной. Грейс бы этого хотела!» – я повторяла про себя его слова словно мантру и из последних сил пыталась вновь не впасть в отчаянье.

Ради Грейс.

Помню, как Ник отнес меня в ванну, а после заменил постельное белье и отмыл кровь со стен. Это стало такой неожиданностью, что, когда я вышла из ванной комнаты и вдохнула запах чистоты, остановилась на месте.

Тот, кто пытался меня уничтожить, теперь спасал...

А тот, кто являлся моим мужем, продолжал свои пытки.

Блэйк часто приходил, грубо вырывал меня из бессознательного состояния и кормил через силу, снова причиняя боль, поскольку я отказывалась есть из его рук.

Два зверя, два чудовища.

Вот только объятия одного дарили страсть, а прикосновение другого – боль!

Татуировка на спине жгла раскаленным металлом, словно в напоминание...

«Я могу потерять и его».

Нику нельзя здесь оставаться.

Он не догадывался, что два года назад я специально пошла на это, пытаясь его спасти. Он не знал...

И никогда не узнает!

Я стояла возле камина в гостиной и мучительно размышляла, вглядываясь в яркое пламя.

Спина горела огнем, яд делал меня слабее, но я старалась быть сильной и намеренно надела платье с открытой спиной.

Все смотрели, разглядывали мою татуировку, что на самом деле была клеймом.

Волки понимали это. Они оглядывались, едва заметно принюхивались, но я вела себя так, будто ничего не чувствовала. Я показывала свою силу, стойкость.

Блэйку это, конечно, не понравилось, но он ничего не сказал.

Сейчас его волновало другое.

Я обернулась и увидела, как Ник, Блэйк и их гость присаживаются на диваны, явно намереваясь обсудить сделку.

Вот он – самый важный момент этого вечера.

Поскорее бы уже все закончилось. Я чувствовала себя некомфортно, несмотря на то, что никто не подходил и не пытался заговорить со мной, прекрасная зная нрав моего мужа.

О, луна...

Как же я ненавижу его!

Внезапно дверь в гостиную открылась и внутрь вошла любовница Ника. Внутри что-то неприятно екнуло, и я взяла бокал вина с камина.

Он спал с ней. Эта девушка наверняка для него что-то значила.

Стало еще больней.

Брюнетка пошатнулась на высоких каблуках, огляделась по сторонам и сразу же направилась ко мне.

Только этого не хватало...

Я чувствовала себя плохо и старалась не привлекать внимание, но у Жаклин, судя по всему, были другие планы.

Она подошла, и я почувствовала резкий запах алкоголя и дорогих духов.

– Ну что, довольна? – ехидно произнесла она, облокотившись о стойку камина.

– О чем ты? – ответила я, окинув ее небрежным взглядом.

Я не боялась ее, но начинала нервничать.

Кто знает, что у нее в голове?

– Думаешь, я не понимаю, что здесь происходит? – начала она, и я отвернулась, улыбнувшись мимо проходящим гостям.

– Не смей от меня отворачиваться, дрянь! – она внезапно выхватила мой бокал из рук и разбила его вдребезги у наших ног.

Я замерла, не зная, что делать дальше. Разговоры вокруг стихли. Все смотрели на нас, пока музыка продолжала играть, заполняя эту неловкую паузу.

– Не устраивай сцен.

– А ты не притворяйся прилежной женой!

– Не понимаю, о чем ты...

– Нет, не смей себя так вести, – перебила она меня, нахмурившись. – Ты прекрасно знаешь, о чем я!

Проклятье.

Я повернула голову и увидела, как Ник уже направляется к нам, а взгляд Блэйка прожигает меня насквозь.

Нужно как-то угомонить ее, пока она не взболтнула лишнего.

– Жаклин, успокойся. Между нами ничего...

– Ты сильно пожалеешь, если не отстанешь от него. Он только мой, поняла? Я ни за что его тебе не отдам!

Ник подошел и тут же схватил разъяренную брюнетку за локоть, уводя ее из зала, а я продолжила неподвижно стоять и ощущать на себе подозрительный взгляд мужа.

Что он слышал?

Еще одного наказания я не выдержу. Серебро отравляло, слабость сковывала тела. Я едва стояла на ногах и пыталась выглядеть сильно, но лишь одной луне было известно, чего мне это стоило.

Физическая боль перекликалась с душевной, одно отвлекало от другого, но страх никуда не делался...

Парализующий, ледяной.

Я взяла новый стакан вина с подноса официанта, которые были на каждом шагу, и увидела, как ко мне направляется Блэйк в компании своего гостя.

О, боже.

– Позвольте представить мою жену, Афелия Блэйк, – ровным голосом произнес он, и я очаровательно улыбнулась.

– Меня зовут Фредерик Боум. Должен сказать, я никогда прежде не видел столь прекрасной девушки.

– Она волчица, – поправил его Алан, и глаза у гостя загорелись еще большим интересом. – А точнее белая волчица - гордость нашего клана!

– Все бы отдал, чтобы на это посмотреть.

Я невольно напряглась.

– Это можно устроить, если мы слегка подкорректируем сумму сделки, – неожиданно произнес Блэйк, и я застыла от пронзившего меня ужаса.

Я не ослышалась?

Они торговались? Мной?!

Сердце стучало, как ненормальное. Я неотрывно смотрела в зеленые глаза Фредерика Боума и боялась услышать его ответ.

Я стояла и ошеломленно смотрела на двух мужчин передо мной.

– Ради такой красоты я готов убрать один ноль... – невозмутимо произнес гость, и Блэйк довольно усмехнулся.

– Это более чем достойная цена, – ответил он, озвучив мой приговор.

Голова слегка закружилась.

Я пошатнулась, и пара капель вина пролились из моего бокала на пол.

– Афелия, с вами все в порядке? – поинтересовался Боум, окинув меня ироничным взглядом.

Он прекрасно знал, что его требование смутило меня, но даже вида не подал.

Расчетливый, хладнокровный, жестокий бизнесмен, а не политик!

– Все в порядке, – улыбнулась я и взглянула на Блэйка. – Вино немного дало в голову.

– И не только вам... – двусмысленно ответил гость, явно намекая на Жаклин и всех присутствующих гостей, что стали вести себя гораздо раскрепощённей.

Захотелось сбежать и навсегда оставить это место.

– Вечер только начался, – многообещающе произнес Блэйк, и у меня мурашки пробежали вдоль позвоночника.

Муж стоял напротив, деловито сложив руки в карманы брюк. Он, несомненно, был рад тому, что ему вновь удалось обернуть сделку в свою пользу. Впрочем, для этого я и была ему нужна...

Подонок!

Ник неожиданно вернулся, и я заметила тень беспокойства на его, казалось бы, непроницаемом лице.

Что-то случилось? Это как-то связано с Жаклин?!

Почему-то сейчас меня это волновало не меньше договоренности Блэйка и Боума, касающийся лично меня.

– Ты быстро, – подметил Фредерик и вновь перевел на меня испытующий взгляд. – Мы уже все решили.

– Успели договориться? – Ник удивленно вскинул бровь.

– О, да... – красноречиво ответил гость, а затем взял мою руку и поднес к своим губам, запечатлев на ней поцелуй.

Внутри все похолодело. В ушах раздался звон.

Я боялась пошевелиться, испуганно глядя в глаза Алана Блэйка, что стоял напротив и самодовольно улыбался.

Не может быть...

Он никому и никогда не позволял меня коснуться, а теперь просто стоял и смотрел?!

Я потрясенно моргнула.

– Давайте пройдем в другую комнату? – предложил он, и Боум, не выпуская моей руки, повел меня за ним через весь зал.

Уму не постижимо!

Жар усиливался. Капля пота медленно стекала вниз по шеи.

Я чувствовала всепоглощающую слабость и страх, парализующий изнутри. Но не могла развернуться и уйти...

У меня не было выбора. Все решили за меня.

Я размеренно шла за Фредериком, чувствуя на себе его хватку и всеобщие взгляды окружающих, что удивленно смотрели на нас.

Они знали, что будет.

Ник тоже последовал за нами, не отступая ни на шаг. По его напряженному виду было понятно, ему не нравится то, что происходит. Но он ничего не мог сделать, как и я.

Мы прошли в соседнюю комнату, в которой будет проходить продолжение вечера, и за нами закрыли массивную дверь.

Фредерик Боум подошел к панорамному окну, после грациозно развернул меня ко всем присутствующим лицом.

Я стояла и смотрела, как Блэйк удобно усаживается в кресло, а Ник мрачной тенью встает у двери.

Рид делал вид, что все в порядке, но я видела, как его пальцы сжимались в кулаки, а на запястьях проступали вены.

Он злился...

В любом случае, я бы не хотела, чтобы он был здесь и все это видел.

Пульс стучал в висках. Напряжение росло. Свет луны отражался в зеркалах и серебряных подсвечниках, создавая особую атмосферу.

Алан Блэйк сидел расслаблено в кресле на правах хозяина и испытывающее смотрел на меня, пока усмешка не сходила с его губ.

– Приступай, – скомандовал он, и я подчинилась.

Сперва, я аккуратно сняла с себя босоножки. Затем грациозно выпрямилась и медленно скользнула руками по своей шеи, коснувшись пуговицы на платье сзади.

Верх моего наряда тут же спал на талию, полностью обнажив грудь, а после синее шелковое платье окончательно упало к моим ногам, оставляя на мне лишь кулон в виде луны и серьги из бриллиантов.

Взгляды трех мужчин стали выразительнее. Они внимательно смотрели на меня, следя за каждым моим движением, пока воздух наполнялся запахом возбуждения.

Невыносимо. Унизительно.

– Теперь серьги и кулон, – велел Блэйк, наверняка, чтобы продлить удовольствие гостю.

Я последовательно сняла серьги, кинув их на пол, и гордо расправила плечи, оставив на себе лишь кулон Грейс.

Его я снимать не собиралась.

Блэйк вскинул подбородок, явно недовольный моим поступком, но ничего не сказал.

И в следующую секунду я обратилась в волчицу, отчего эмоции слегка притупились.

– Потрясающе! – раздался восхищенный возглас Фредерика Боума, и я услышала собственный приглушенный рык.