Глава 38

Егор – Нет. – Я вгрызаюсь в добрую треть рыбины и жую, не чувствуя вкуса. Что там психологи писали, когда я искал информацию про успокоение? Что еда и вода действуют расслабляюще? Похоже, с оборотнями так не работает. Жую-жую, а все равно рвать и метать хочется. Я дико зол. Меня приводит в ярость одна только мысль, что Лера до сих пор хочет уйти от меня. А я только было подумал, что между нами воцарилась идиллия! – Но я тебя столкнула! – Лера возмущенно смотрит на меня. – Цепная реакция не считается. – Я вгрызаюсь во вторую треть рыбины. – Настолько во мне уверен? Не слышал, что я подделала проценты по «Доборотню»? Я пошла на все это только ради цветочных. Конечно, мне это как ножом по яйцам. Но если она хочет сказать, что плохая девочка, то весь город знает, насколько я плохой мальчик. – Может, поедим? – предлагаю я. Лера бросает на меня быстрый взгляд и начинает есть, откусывая маленькие куски и постоянно поглядывая на меня. Я же держу в руках палку с последней третью рыбины и понимаю, что у меня окончательно пропал аппетит. Когда она доедает, то упрямо возвращается к теме разговора: – Ты обещал… – Сколько там было процентов изначально? – перевожу я тему. Это немного сбивает Леру, и она берет паузу на несколько секунд. – Не знаю, – наконец признается она. – Мы сразу подделали данные. – Знаешь, «Доборотень» делали лучшие спецы. Приложение постоянно совершенствуется. Думаешь, если бы его можно было так легко взломать, сверхи так верили бы в него? – Эд крутой. Он может, – говорит она. И тем самым подписывает для паренька смертный приговор или как минимум билет на другой конец земного шара. – Говоришь при мне о другом мужчине? – Из меня вырывается пораженный смешок. Лера отводит взгляд. – Он для меня не мужчина, а друг. – Видел я, как этот друг на тебя смотрит – совсем не по-дружески. Еще тогда чуть глаза ему не выколол когтями, еле сдержался. – Значит ли это, что ты не собираешься исполнять свое обещание? – снова возвращается к неприятной теме Лера. Она так просто не слезет с этого коня. Хорошо. Хочет играть в эту игру – я приму вызов. – Давай так. Я тебе задам несколько вопросов, отвечай только да или нет. – Хорошо. – Лера недовольно хмурится, словно предчувствует подвох. – Ты сама своими силами столкнула меня со скалы? – Нет. – Ты бы столкнула меня, если бы тебе не помогли? Лера смотрит куда угодно, но только не в мои глаза, отвечает с заминкой: – Да. Врет! Я видел ее глаза, она бы не столкнула. Но я не могу это доказать. – Тогда выходит, что у нас дашь на дашь, – говорю я. Лера внезапно вскидывает подбородок и спрашивает: – Могу я тоже задать тебе вопросы, на которые ты ответишь либо да, либо нет. – Давай, – напряженно киваю я. Контроль уходит из моих рук, и мне это не нравится. – Ты видел, что нас хотят столкнуть? А она соображает! Даже не знаю, хвататься за голову или восхищаться ей. – Да, – говорю я, сжав челюсти. – Ты мог остановить того, кто нас хотел столкнуть, чтобы он этого не делал? Уф-ф-ф! А она знает, что спросить. – Да, – нехотя выдавливаю из себя правду. – Тогда зачем ты так сделал? – очень эмоционально спрашивает Лера, от возмущения чуть не подпрыгивая на месте. – На этот вопрос нельзя ответить да или нет. – Вопросы на да и нет кончились. Ответишь? – Отвечу. Потому что хотел показать тебе свою искренность. – Чуть не умерев? – У меня все рассчитано – на тебе ни царапины. – А на тебе? – А на мне заживает как на собаке. – И не жалко свое тело? – Если нужно для дела – нет. Я бы потратил намного больше времени и сил, убеждая тебя, что оборотни – это не страшно и что проценты по «Доборотню» для меня не имеют значения. – Ты всегда так быстро принимаешь решения? – Всегда. Я бизнесмен, малышка. Я альфа. Я – лидер. – Тогда что, если я скажу тебе нет? – Лера смотрит на меня с вызовом во взгляде. И как же меня бесит эта ситуация! Я сейчас просто взорвусь. Старательно сдерживаясь, я говорю с большими паузами: – Ты пришла ко мне сама на мой день рождения. Обмоталась подарочной лентой. Выдала себя за мою истинную, сделав не семьдесят процентов, а почти сто, разве что без одной десятой… – Я не просила у Эда девяносто девять процентов… – Неважно. Я в этих фактах ничего не упустил? – спрашиваю я. Она настороженно смотрит мне в глаза и молчит. Ладно. Хорошо. Я продолжу. – Я восстановил твои цветочные. Послал к тебе Надю извиниться. Раскрыл перед тобой свою сущность оборотня. Говорю, что долбаные проценты ничего для меня не значат… – Тут я глубоко вдыхаю, потому что едва держусь. – И ты мне говоришь нет? Я срываюсь с места, опрокидываю ее на камни и нависаю над ней. Лера смотрит на меня с открытым ртом, не сразу находится что сказать. Я же жадно изучаю ее лицо, едва держусь, чтобы не поцеловать ее, потому что понимаю, что этим дело не закончится. Стоит мне начать – я не остановлюсь. – Я… Я… Это все из-за того, что по-другому с тобой было не поговорить насчет цветочных. Я изучаю ее глаза, нос, рот, кожу на щеках. Мне нравится она вся. Еще ни одна девушка мне не казалась такой привлекательной. От нее даже пахнет по-особенному, я буквально подсел на ее запах. Пленила меня, а я пленю ее. – Тогда ты понимала, на что идешь, когда даришь себя зверю? Неужели ты рассчитывала, что, сказав мне, что ты моя, сможешь отобрать у меня «конфетку»? – Я просто искала возможность поговорить. – Тогда почему в тот же вечер не сказала мне, что подделала проценты? – Твой дедушка меня украл. – Тогда на следующий день, когда мы покупали швабры для здания, подаренного дедом? – Не представилась такая возможность. – Тогда утром, перед тем как мы попали сюда? – Я как раз это и собиралась сделать, когда ты обернулся в волка. Я вспоминаю наш разговор. Так вот о чем шла речь! Я-то думал, она про оборотней говорит, а она про проценты! Я опускаю голову и прислоняю лоб к ее ключице. Приподнимаю голову и дотрагиваюсь до теплой кожи, которой только что касался лбом, губами. Слышу, как Лера прерывисто дышит, и закрываю глаза. Зверь во мне сходит с ума.