ГЛАВА 20
— А последствия? Правду говорят о дальнейшей привязанности? — оборотень постарался спросить тихо, но стоял достаточно близко, чтобы я услышала все дословно.
— Тим, я не хочу тебя обнадеживать. Ты и без меня знаешь, как такие случае редки и непредсказуемы…
— Я стану сумасшедшей? — я чувствовала, что обязана спросить. Просто должна. Вера в слова хирурга растаяла, как только я узнала, что он чуть не свел меня в могилу, и я была этому рада. Потому что у меня опять появился шанс, что сказанное тем ненавистником оборотней — неправда. Хотя бы отчасти…
— С чего ты взяла? — повернулся ко мне Митяй и совсем невежливо посветил мне в глаза фонариком, раскрывая веки пальцами. — Прости, забыл проверить. — Поняв, что полез проверять рефлексы совсем не к месту, он отступил на шаг назад и объяснил: — Тут понимаешь, какое дело… Подобные случаи малоизучены. А те, о которых мы знаем, не похожи между собой.
— Но как же… Я помню, что тот хирург говорил о страхах, которые начинают оживать. И они оживали!
— Ну, разве что галлюцинации. Но это первая стадия, — пожал большими плечами Митяй.
— А какая вторая? — затаив дыхание, спросила я.
— А какая она будет у тебя — вот вопрос!
— Но подожди! Хирург тогда сказал мне, что если я не залью рану кровью поранившего меня, то сойду с ума! И какая разница в стадиях, если итог один?!
— Да в том-то все и дело, что не один. Но вряд ли какой-то тебе понравится! — пока «личный врач» меня разубеждал, оборотень громко переставлял предметы на столе. Хмурый, явно пребывающий в грозовом настроении.
— И что, так и не расскажете? Тогда я точно сойду с ума от предположений! — от моего восклицания, вырвавшегося из глубины души, мужчины переглянулись.
Тяжелый взгляд Тимура немного смягчился. Он кивнул Митяю, и тот сжалился надо мной:
— Я знаю несколько случаев. Двое мужчин и три женщины. И только двоих удалось спасти. Один же мужчина, и правда, свихнулся. Он везде стал видеть духов, шел за ними, а потом шагнул с крыши… И две женщины: у одной развилось маниакальное желание есть, в конец концов, она получила заворот кишок; у второй история была не менее трагичной — она перестала ходить, стала постоянно бегать, все никак не могла остановиться. И участь была незавидней других — физическое истощение. Не знаю, что попадает в человеческую кровь при этом, но повадки… ой, прости, привычки меняются. Появляются мании или пристрастия, и они достигают просто гигантских масштабов. Поэтому я не удивлен, что этот, так называемый, хирург сказал, что они сошли с ума. Такое поведение сложно назвать нормальным. Но все же это не так.
— Почему не смогли вылечить тех людей? — я спросила, но, казалось, сама знаю ответ наперед.
— Потому что те, кто их поранил, по тем или иным причинам не стали их спасать. Но все эти истории я знаю вскользь, поэтому большего тебе сказать не могу. Но одно точно — чем больше будете медлить, тем будет хуже.
— Но Юрий…
— Есть еще Стас, — выразительно повернулся Митяй к Тимуру, и тот скривился, словно съел лимон.
— Есть Полина! — настойчиво пресек открывшего было рот друга оборотень.
— Она женщина! — местный эскулап посмотрел на него, как на дурака.
— Одна кровь! — упорствовал Тимур, делая шаг к мужчине в халате. Он словно хотел доказать языком тела, что прав, что это поможет. Но даже меня одолевали большие сомнения…
— Но сила другая! Тут и так не нужный нам донор! — Митяй ничуть не стушевался, в ответ приближаясь. На секунду мне показалось, что они могут столкнуться лбами, но они как-то одновременно в один миг расслабились и прервали зрительный контакт.
— Еще привязанности не хватало!
— Слушай, раз ты такой умный, то давай! Полей своей кровью!
Да это была чистейшей воды провокация! Я протестую!
Тимур резко повернул голову ко мне, пронзил острым взглядом, а потом моргнул.
— Без этого обойдусь, — ножницы, которые он крутил в руках, с громким звоном ударились о металлический столик.
— Не теряй время! Просто так девчонку промучаешь!
Я наблюдала за ними, даже не успевая встрять, вставить слово. Ощущая, что, попробуй я это сделать, меня сотрут в порошок и даже не заметят. А потом уж будут пропускать его сквозь пальцы, сожалея об утрате. И то… недолго.
— Кровь Полины может подойти! Ты сам говоришь, что случаи малоизучены!
— Дурак! — в сердцах сказал Митяй, разорвал халат на себе пополам, скомкал и бросил на пол. — Иди! Пробуй! Но потом не приходи ко мне с ней на руках, когда будет уже поздно!
Сожаление на секунду вспыхнуло в глазах Тимура, но быстро погасло. Он схватил меня за руку, бросил «спасибо, брат» и потянул на выход.
Двигался мужчина подобно роботу, скованно, напряженно, словно половину мышц в его теле свело. И я не стала приставать к нему с вопросами. Я и так поняла, что мы отправимся к Суворовым.
***
Глубокопогруженный в свои думы, Тимур вел машину и словно не замечал меня. Ни разу не повернулся, не сказал ни слова, лишь сидел, и я ожидала, как из грозовой тучи «Оборотень», наконец, ударит молния.
— Не вовремя мы приедем, — выдавил он из себя.
Я поняла, что он говорит о смерти Суворова старшего, и решила уточнить:
— А когда он…?
— Когда? Да как только Стас стаю повел за нами в погоню. Закон преемственности власти суров, но это закон, — в словах мужчины чувствовалось уважение.
Значит, когда я слышала тот вой… Мурашки, и совсем не от холода, побежали по коже.
— Тут не стоит расстраиваться. Это давно должно было произойти, а младший все комедию ломал!
— Он не ломал! Он переживал из-за своего недостатка! — потребность защитить Стаса взяла вверх.
— Да какой, к херам, недостаток? Он — преемник! Бегать от обязательств, когда твой отец мучается, не имея возможности уйти, разрывается от отчаяния! Когда стая распадается, потому что у вожака не хватает сил для сплочения! Это, по-твоему, нормально, Лена?
Жутко разозлившись на него за нравоучения, пусть он в чем-то и был прав, я парировала:
— По-моему, все, что со мной происходит за последнюю неделю — ненормально! Лисы, волки, медведи! — я посмотрела на него. — ТЫ!
— Я? — от удивления мужчина сбавил скорость. — Да по сравнению с ними я самый нормальный из всех! И кстати, прошу оценить — у меня нет никаких обязательств перед стаями, и я не вою на луну, как полоумный!
— Да? Ну хоть чем-то порадовал! — всплеснула руками. — А что ты делаешь тогда? Роешь норы? Лазаешь по деревьям?
— Соблазняю девственниц! — передразнил мое выражение лица Тимур, а я воскликнула:
— Смотри на дорогу!
Препираться с ним было легко. И, признаться, мне даже понравилось. Этакое чувство морального удовлетворения. Обстановка в машине как-то разом перестала быть напряженной. Наверное, нам обоим надо было вспылить как следует, чтобы выплеснуть раздражение последних часов.
Прокрутив в голове еще раз его ответы, я поняла:
— Значит, ты не относишь себя ни к волкам, ни к медведям, ни к лисам. Тогда кто ты?
— Увидишь.
— Если ты не хомячок, то не стоит, — я замотала головой.
— Тебе понравится!
— Сомневаюсь! Мне бы понравилось, если бы ты был человеком. Сильным, пусть и объевшимся… предположим, плутония, но человеком!
— Вот этим я тебя порадовать не могу! — он замолчал, казалось, недовольный моими словами. Но я не хотела врать, что его, например, лохматая шкурка порадует мой глаз.
Я выросла среди людей! Обычных, ничем не примечательных, не превращающихся в животных людей!
Следя за дорогой, я стараясь не соприкасаться больным плечом с сидением. Из приоткрытого окна воздух холодил кожу, и изредка по ней бегали мурашки. Но я не обращала на них внимания. Мы практически пересекли весь город, оставив центр далеко позади, и въехали в зеленую зону.
Знакомая местность или нет? Вроде бы мелькали узнаваемые силуэты, но если это и правда дорога к волкам, то неудивительно. Не больно-то в темноте и в суматохе запомнишь!
Я до сих пор сомневалась, привезет ли он меня к ним или повременит из-за похорон. Но когда мы свернули на дорогу к дому Суворовых, я поняла — все-таки к нему можно быть менее категоричной.
Повернувшись к Тимуру, я хотела было поблагодарить его, понимая, чего ему стоило вот так сюда заявиться после ночной стычки и всей истории с разрабатываемым приложением, но натолкнулась на горящий взгляд разноцветных глаз. И мигом растеряла все слова благодарности.
— Полина, — выдавил он из себя.
— Что — Полина? — мы еле ползли по дороге к особняку.
— Только кровь Полины.
— А с чего ты взял, что они помогут? — да, я боялась, что меня даже не пустят на порог… А не то чтобы еще и помочь…
— Помогут. Не зря же Стас полгорода в твоих поисках перевернул…
***
Знакомо ли вам чувство неудобства? Неловкости? Да-да, оно самое, которое, словно камешек в ботинке, мешается. От него некомфортно и хочется побыстрее избавиться…
Вот именно оно овладело мной в полной мере…
Искал… Зачем? Неужели?
Ой, дура! Он тебя как предательницу искал, наверное, а сейчас только рад будет, что ты зараженная!
— Я не пойду! — решила я, когда машина остановилась у ворот и посигналила.
— Это еще почему?
— Они точно решили, что я — троянский конь. Не хочу унижаться просьбами…
— Из тебя конь, как из меня — библиотекарь! — он посмотрел на меня со смешинками во взгляде. — И запомни: когда ты со мной, можешь ни о чем не переживать.
— А ты не бог? Нет? — уточнила я, не скрывая иронии. А на самом деле, мне было чертовски приятно услышать это от мужчины. Девушки, да кому из нас не будет? Вот то-то и оно!
— Не замечал за собой! — Тимур напрягся, увидев, как из калитки выходит пара охранников с оружием. — Посиди тут.
Выйдя из машины, он долго разговаривал с ними, а они настороженно косились на меня взглядами. Этих мужчин я не помнила. Да и что удивляться, я знала всего троих — охранников Полины.
Вдруг моей двери просто не стало. А вместо нее красовался пустой проем, в котором уже через секунду появился Стас, напугав меня до безобразия.
Тимур дернулся ко мне, но на него налетели двое охранников. Завязалась потасовка, но оборотень легко раскидал этих двоих, откинув их стволы в стороны, словно игрушки. Все это я замечала краем сознания, а потом мне стало трудно дышать, потому что Стас меня так крепко прижал к себе, что чуть не раздавил ребра.
Кто-то взревел! Мой инстинкт самосохранения вопил, что надо бежать! Что тут опасно!
Но оказалось, что этот страшный звук издает Тимур, на которого со всех сторон посыпались мужчины. Откуда они только взялись? Или видели, что мы подъезжаем?
— Ты в порядке? — Стас сжал мое лицо руками, а потом извинился: — Прости, не рассчитал силу, — он слегка поморщился. А потом как очнулся, быстро сгреб меня в охапку и понес мимо потасовки в сторону открытой калитки.
— Опусти ее на землю, блохастый! — раздраконенный Тимур представлял из себя завораживающее зрелище. Горящие глаза, бугрящиеся под одеждой мышцы… Да вот только не дали мне толком рассмотреть все — Стас занес меня на территорию и захлопнул калитку.
А там только самое интересное началось! Тимура начинала окутывать дымка… Он вот-вот бы превратился, и я узнала, что же это он за зверь! Но нет…
— Его потреплют немного, не переживай так. Война никому не нужна, — Стас остановился, дождался, пока я взгляну в его глаза. И пошел дальше. Создалось ощущение, что он хотел что-то сказать, но передумал. Кусал губы, а потом вдруг перехватил меня, да так неудачно, что задел мою рану.
И мой мир перевернулся от боли. Я закричала, до меня донесся жуткий лязг железа… и темнота.
Темнота от боли, но только на одно мгновение. Потому что такой шум и мертвого из могилы поднимет! А у меня-то что? Тьфу! Царапина! Шкуру-то спасать надо!
А все почему? Да потому что один огромный тигр, который снес замок ворот, и теперь они болтались на погнутых петлях, надвигался на нас, пригнувшись к земле. И рычал.
Густой загривок стоял дыбом на спине, а мышцы под шкурой перекатывались при каждом движении. И только разноцветные глаза, янтарный и зеленый, наконец, дали мне подсказку, откуда в здешних местах взялся этот зверь. Тимур!
И эта машина для убийства надвигалась на нас, и мне сложно было уговорить себя, что мне не стоит его бояться. Во только мои трясущиеся поджилки совершенно меня не слушались!
Глаза Стаса заметались от меня к тигру, и я прекрасно понимала его ступор. Он не знал о моей ране и в суматохе, в которой вытаскивал меня из машины, вряд ли заметил ее. Оттого и его растерянный взгляд — он не понял причины моего крика. А тут противник…
Опуская меня на землю, он оценил расстояние до хищника, замершего для прыжка, и спросил:
— Ты ранена? Я чувствую запах крови! — он закрыл меня собой от Тимура, при этом явно принюхиваясь к воздуху.
— Мое плечо. Ты его задел, наверное, корочка оторвалась… — я повернула голову, чтобы посмотреть на плечо.
Стас, до этого следящий за каждым движением тигра, который приподнялся с земли и уже ходил кругами, тоже повернул голову, чтобы посмотреть на мое плечо, и застыл:
— Тебя оцарапал этот урод?
Тимур оскалился и клацнул зубами. А в ответ Стас пригнулся и зарычал.
— Кошмар! — подвела итог увиденной сцены я. — Нет, Стас, меня поцарапал твой отец… — фигура блондина еле заметно дернулась. И я добавила: — Сочувствую.
Теперь Суворов повернулся ко мне, и понимание отразилось в его глазах. Он обратился к тигру:
— Так вот почему ты посмел снова ступить на мою территорию… Привез ее ко мне! — Стас нервно дернул рукой, подошел ко мне сзади и провел рукой рядом с раной. И пока он ругался сквозь зубы, я наблюдала за обратным превращением зверя в Тимура.
Правда, смотрела я ровно до того момента, пока не поняла, что он голый. Полностью голый. И хоть я не была невинной девочкой, но глаза зажмурила. И да, я подглядывала, одним глазом… Но т-ш-ш!
— Закатай губу! Не к тебе! Мне нужна Полина!
— Да? Не много ли тебе моих женщин надо? И прикройся! — Стас стянул с себя футболку и кинул Тимуру. А тот, словно нехотя, прикрыл свое достоинство.
В это время от слов блондина у меня глаза чуть не вылезли из орбит. Что? Моих женщин? Больше глаз я не закрывала…
— Да-а-а? — Тимур игриво мне подмигнул, явно довольный моей реакцией. — А ты посмотри на Леночку, она явно не в курсе…
Стас повернулся и скорчил досадливую гримасу, явно забыл, что я присутствовала при их разговоре. Ну да, какая жалость, что я видела, как они мерились… Да, в общем, неважно, чем они там мерились! Я никому из них не принадлежала.
— Она мой сотрудник, — попытался выкрутится блондин.
— Не твой, а приходящий. По твоему заказу, — с видом «не-а, не проведешь», Тимур стоял, одной рукой прикрывая себя, а второй упирался в бок. Мой взгляд невольно задержался на теле, и я по достоинству оценила его, еле заставив себя перевести взгляд с мускулистых рельефов груди.
— Который ты сорвал и своровал! Да ты и шагу ступать по моей земле не должен! Мы, вроде, ночью расставили все точки над «i»!
— Зачем мне воровать ворованное? — скептически поднял брови Тимур. — И ноги моей бы тут не было, если бы Лена могла обойтись без вашей помощи.
Стас, словно очнувшись, вспомнил, что причина нашего появления более чем серьезная. Подошел ко мне, еще раз взглянул на рану, и в его глазах я четко увидела тревогу. Значит, и правда, плохи твои дела, Жнецкая!
— Позови свою сестру! Нам нужна ее помощь! — Тимур как бы невзначай отодвинул Стаса от меня плечом и мягко подтолкнул меня за талию в сторону дома.
— Ты — вон! — Суворов показал на дверь. — Спасибо за то, что доставил ее сюда. Дальше я сам.
— Да скорее я свой хвост съем, чем ее с тобой оставлю! — оборотень с горящими разноцветными глазами начал наступать на блондина. От тигра шли волны ощутимой агрессии, от которой так и хотелось сжаться. Но Стас не шевельнулся.
— Тогда можешь начинать есть! — из открытых ворот, как по команде, показались мужчины. Откуда их столько? Когда я здесь жила, то видела совсем мало людей! Неужели они отсутствовали в целях конспирации? А сейчас, когда Стас понимает, что я знаю их тайну, отпал смысл прятаться?
Поняв, что эти препирания никогда не закончатся, а Тимур готов биться до последнего, я отважилась вмешаться:
— Стас, Тимур мне помог, — я смотрела в прищуренные от злости голубые глаза волка. — Без него я бы не решилась сюда прийти!
— Это еще почему? — не понял он.
— Да потому что я… что вы… — Как бы так ему тактичней сказать-то?
— Что мы — оборотни? — понял меня Стас, продолжив предложение.
— Да, — сказала и ощутила небольшое облегчение. Когда говоришь о своих страхах — становится легче.
— А ты не заметила, кто он? — он пригвоздил Тимура взглядом, но тот сверкал наглой улыбкой. Зараза такой, доволен, что я за него вступилась! Вот коты, хоть и оборотни, такие нахальные! Натуру никуда не денешь! Но ничего, тебе сейчас тоже немного достанется!
— Заметила, — я оценила вид самодовольного оборотня. — И тоже не в восторге, — и стерла улыбку с его лица. Отлично!
Стас выразительносмерил Тимура взглядом, приподняв одну бровь:
— Понял? Шерстка котика ее не впечатлила!
— Да Господи! — психанула в сердцах я. — У нас и так мало времени, а вы тут устроили! Стас, лучше сразу скажи, поможешь или нет.
Суворов подобрался, поравнялся со мной и раскаянно посмотрел в глаза:
— Прости, унесло немного. Конечно помогу. Правда, не знаю, сможет ли моя кровь спасти ситуацию. Ведь если вы здесь, значит, заражение уже началось?
— Суворов! Никакой твоей крови! Разреши, как альфа, это сделать Полине!
Стас упрямо посмотрел на него. А потом обратился ко мне:
— Вот смотри, кого ты защищаешь! Он готов ради своих интересов рисковать своей жизнью!
— Да? — Тимур хмыкнул. — Ну тогда договаривай сразу, что будет, если ты капнешь туда своей кровью!
В это время я как раз посмотрела на руки блондина и увидела, как он сжал их в кулаки.
— Что, волчара? — явно провоцируя, наслаждаясь тем, что подловил противника, спросил Тимур. — Молчишь? Тогда я скажу, — мужчина посмотрел прямо на меня. — Станешь его комнатной собачкой!
— Не поняла, — протянула я.
— А что тут непонятного? — пожал широкими плечами мужчина, и я засмотрелась на игру грудных мышц.
Вот же женская натура! Тут о таких серьезных вещах разговор, а я все туда же!
— Не факт, что это случится! Не слушай его, Лена, — возразил блондин.
— Тогда ты скажи! — оставаться в неведении я больше не хотела.
— Да что тут говорить. У нас нет других вариантов. Кровь Полины намного слабее. Моя, и то, может не спасти.
— Если не подойдет Полинина, найдем другие пути! — отрезал Тимур.
— Да? Изобретешь что-то новенькое? У тебя, случайно, в подвале гении не сидят, нет? — опять между ними завязалась перепалка. Эти двое просто не могли нормально разговаривать. Однако они так мне и не сказали, что же случится, если в рану попадет кровь Стаса.
— Стас! — оборвала я разговор. — Если ты мне не говоришь, говорит Тимур. И он представит все в явно невыгодном свете.
Брюнет сложил руки на груди и многозначительно кивнул. При этом полностью открывая весь низ, который закрывал футболкой Суворова.
— Я тебя сейчас вышвырну! — разозлился на его поведение Стас, а Тимур медленно прикрылся. Он его дразнил, выводил из себя, и, скажу, у мужчины это прекрасно получалось.
Вся охрана как-то незаметно рассредоточилась по территории, но я заметила, что они окружили наше трио, пусть и на расстоянии. Были начеку, да это и понятно.
— Что за шум, а клочья в стороны не летят? — донесся до меня голос Полины. А потом, когда она увидела нас, то замерла, ошарашенно переводя взгляд с меня, а потом с одного голого торса на другой. — Ого! Я даже не знаю, с чего начать!
— Полина, иди в дом! — почти рыкнул Стас. А я удивилась, как же на него повлияло то, что он теперь возглавляет стаю. В нем появилась какая-то безапелляционность.
— Братец, хватит тиранить! Ты меня для этого дома «закрыл»? И Лену нашел! И еще вора! А хочешь, чтобы я опять все пропустила?!
Глаза блондинки жадно прошлись по телу Тимура, и внутри меня что-то неприятно кольнуло. Я пристально посмотрела на брюнета, но он как стоял со скучающей улыбкой, так и продолжал. Ждал, когда Полина посмотрит на его лицо, а потом решил идти на таран.
— Госпожа Суворова, Лене нужна Ваша помощь.
— Да? — разочарованно спросила Полина, а потом, когда до нее дошел смысл сказанного, с обеспокоенностью посмотрела на меня. — Лен, что случилось?
Стас не стал дожидаться ответа, молча повернул меня спиной к сестре и многозначительно посмотрел на нее.
— Отец поранил…
— Тогда что вы тут стоите? — тут же подключилась она. Чувствовалось, что долгое время она привыкла решать за всех. — Лена, плюнула ты бы на этих двоих, да пошла в дом. Тебе не дурно?
Мужчины с тревогой посмотрели на меня, вспомнив, что совсем забыли о моем состоянии со всеми этими своими выяснениями отношений.
— Нет, сейчас уже нормально. Это когда синева на ране была — вот тогда, и правда, было дурно, — я с удовольствием приняла ее руку, как руку друга.
— Что??? — хором спросили Суворовы, а я почувствовала, что просто не в силах сейчас пересказывать все. И с просьбой во взгляде посмотрела на Тимура. Тот скривил губы, но сказал:
— Я бы рассказал, да тут в дом не пускают… 152e1bc
— Котяру в дом… — Стас покачал головой, а потом кивнул, приняв решения. — Пошли. Все равно от тебя не отделаешься! Тебя в дверь — ты в окно!
— Так я еще через трубы могу! — Тимур выразительно посмотрел на дом, а блондин закатил глаза.
— Рассказывай! — словно откинув все лишнее, он смог собраться и перейти к делу. Казалось, и брюнету порядком надоело это препинание.
— Я сейчас попрошу найти тебе какую-нибудь одежду.
— Э, нет. Твоей футболки мне более чем достаточно. Это волчье шмотье не для меня. Я сейчас до машины смотаюсь и вернусь. И скажи своим, чтобы пропустили…
Тимур, не дожидаясь ответа, развернулся, и я засмотрелась на загорелую задницу. Он что, голым загорает?
— Да я бы и не пропустил, но ты же не отстанешь, — сам себе сказал Стас, а потом посмотрел на меня тяжелым взглядом, поймав с поличным.
А я что? Я больная, мне можно!