ГЛАВА 25

Валерий Максимович дожидался хозяина особняка в компании двух охранников. Таким дерганым и нервным я видела его только тогда, когда к нам в офис нагрянула его жена «с проверкой». Она тогда подозревала мужа в измене с секретаршей и перевернула весь офис в поисках доказательств, опросила всех служащих, пока не убедилась — муж кристально чист. После этого шеф ходил еще несколько дней под впечатлением, а те сотрудники, что не смогли сразу же забыть этот постыдный случай и обсуждали его в кулуарах, были незамедлительно уволены.

А между тем охранники тут же слились с дальней стеной, делая вид, что испарились, но в то же время готовые в любую минуту к действиям. Начальник сбивчиво обменялся с нами приветствиями, и так как я хорошо знала своего босса, видела — емуне терпелось перейти к делу.

— Станислав, — последовала заминка в словах шефа, словно он не знал, как обращаться к Суворову теперь, после смены его статуса: только по имени или еще и по отчеству. — Соболезную еще раз.

Стас кивнул, так же, как и я, ожидая продолжения.

Валерий повернулся ко мне с видимым чувством облегчения. Будто бы, наконец, церемонии закончены, и он может вести себя чуть попроще:

— Слава Богу, ты здесь! А то я уже не знал, где тебя найти. Тот мужчина, — босс покачал головой и потер нос. Воспоминания о Тимуре были явно у него не в разделе самых приятных в жизни. Но он вернулся к делу, словно решив, что не стоит касаться этой темы сейчас:

— Завтра в офис фирмы нагрянет проверка… — начав говорить, он перевел взгляд на Стаса. — И я хотел бы украсть у Вас Елену на денек, — просьбы давались ему трудно, особенно если приходилось обращаться к молодому поколению. Но обстоятельства вынуждали его быть более гибким: — Готов даже выплатить неустойку, но без нее мне не разобраться.

Признать это стоило для него многого. А мне было приятно услышать столь лестную оценку моей работы. Он и правда последнее время настолько привык полагаться на меня в некоторых вещах, что сейчас я понимала его растерянность. У меня разработана своя система хранения рабочих данных, в которой любой другой ногу сломит, прежде чем поймет, что к чему. Это возможно, но только не тогда, когда на пороге стоит инспекция. Эту работу делала только я, не было даже заместителя, который бы мог быстро подхватить ситуацию. Помнится, босс, когда понял, что я могу работать за троих, уволил одну девушку, которая значилась в моих помощницах, и повысил мне зарплату вдвое. Так мы и работали.

А тут вот оно что… проверка. Представляю, как сейчас трусит весь офис!

Стас не спешил с ответом, явно прикидывая что-то в голове. А я так соскучилась по своей работе и коллективу, что уже загорелась идеей побыть там хоть денек. Привычная рабочая атмосфера, знакомые лица вокруг. И главное — ни одного оборотня. Тем более, я так быстрее скоротаю время до приезда Тимура…

Суворов посмотрел на выражение моего лица, и в нем ясно чувствовалась внутренняя борьба. Он не хотел меня отпускать — я видела это по его глазам, поджатым губам, морщинке на лбу. Но сомневался, глядя на меня.

— Хорошо, — наконец выдавил он из себя. — Но ее привезут к Вам и отвезут обратно мои люди.

— Станислав, не принимайте на свой счет, но в здание я пустить их не могу. В любой другой день, но не сегодня и завтра… — говоря это, Валерий не смотрел в глаза волку. Куда угодно, но только не в лицо.

Блондин, задумавшись, не сводил взгляда с моего шефа. Прикидывал, обдумывал, просчитывал варианты.

— Мы же говорим об одном дне.

Валерий Максимович замялся:

— Сегодня Ленина помощь мне нужна позарез. Но и завтра, когда по нашим кабинетам будут рыскать «ревизоры», я бы не отказался от ее участия.

— Одного дня хватит, а дальше Вы уж как-нибудь справитесь без нее. И да, я скажу ребятам. В здание они не зайдут, — мужчины пожали друг другу руки, а я улыбнулась.

Я уже не чувствовала себя птицей в клетке. Что-то изменилось после моего возвращения, и этому немало поспособствовал Стас. И я не брала в голову, что меня отпрашивали, словно маленькую девочку у отца. Эти оборотни были со своим заморочками. А для меня сейчас было важнее, что я попаду в привычную обстановку офиса, встречусь с коллегами.

Стас повернулся ко мне с выражением сожаления на лице:

— Я бы сам тебя отвез, но у меня встреча… Я отправлю с тобой лучших ребят.

— Не бери в голову, — я улыбнулась, а потом обратилась к шефу: — Когда нужно быть готовой?

— У нас много дел. Сможешь собраться сейчас, а я тебя подожду?

— Конечно, — я кинула, пряча улыбку. — Пойду переоденусь. Дайте мне пятнадцать минут.

Стас проводил меня тяжелым взглядом. А я отправилась в свою комнату, чтобы переодеться и привести себя в порядок. А еще я хотела взять телефон, надеясь, что за территорией особняка он будет работать. Да вот только не смогла найти его в комнате.

Потратив почти все время на его поиски, я наспех одела подходящую для офиса одежду и спустилась вниз. Куда он мог деться? И когда я его видела последний раз?

По-моему, как раз перед моим побегом, если мне не изменяет память… Могли ли его забрать волки? Или при уборке комнаты переложили так, что я теперь не могу найти? Надо будет потом спросить у персонала. Узнавать у Суворовых о судьбе моего телефона я буду в последнюю очередь.

К офису мы с шефом ехали в разных машинах. Компанию мне составляли двое неизменных охранников, к которым я уже успела привыкнуть, и водитель. Полная тишина в машине меня не смущала, я смотрела в окно и думала над тем, удалось ли Тимуру отстоять свою территорию. Не пострадал ли он? Все ли в порядке?

Но тут же ругала себя за сомнения. Как там Стас говорил — он же тигр. Да и сам Тимур не сомневался, что справится. Так какое право имею это делать я?

Волки, как и обещали, остались снаружи. Но проводили меня до двери, и я видела, как один из них остался у стеклянных дверей, всматриваясь внутрь. Наверное, следил, не сбегу ли я отсюда сразу. Ну или что еще, кто его знает…

Охранник Миша даже не ответил на мое приветствие, молча проводив меня круглыми глазами. И оттаял только тогда, когда я поднималась в компании Валерия Максимовича по лестнице:

— Здравствуйте!

Я обернулась и кивнула, не став кричать. А шеф хмыкнул, не повернувшись. И когда мы поднялись на второй этаж, где находились основные кабинеты служащих фирмы, он ободряюще мне улыбнулся:

— Добро пожаловать снова, пусть и на время. Вообще, Лен, тяжело без тебя было… Вот зачем я только на это все согласился? — мужчина остановился, преследуемый муками совести. — И тебя втянул в это по полной программе…

Он опустил голову, а потом взглянул на меня с раскаянием:

— Прости меня. У меня не было выбора.

Я с удивлением посмотрела на мужчину, но укол в шею все объяснил, кроме его мотивов:

— За что?

— Они забрали мою жену, — по губам прочитала я, оседая на пол.

***

— Эгей! Наливай еще!

— Да тебя разорвет!

— Ничего подобного! Я только вошел в раж!

— Смотри, потом не говори, что я не предупреждал!

— Хватит болтать! Наливай! А то горло пересохнет, пока ты тут языком мелешь!

Звук льющейся воды, и я открываю глаза. О боже!

Бар. Настоящий, наполненный людским гомоном, мужским тестостероном и запахом алкоголя. Я сижу в закутке, притесненная двумя громилами в угол дивана, а они хлебают пиво из огромных стеклянных кружек. Пена стекает через край, льется на стол. Пиво попадает мимо рта, на футболки, но мужчины, кажется, этого даже не замечают.

— Крошка очнулась! — заревел третий мужчина, подходя. И весь бар заорал в поддержку, и от гула содрогнулись деревянные стены: — За ту, что обеспечит нам победу! — провозгласил он.

Я подобралась, вжалась в спинку дивана и крутила головой по сторонам. Мужчины чокались огромными пивными кружками и орали тосты. За расширение территорий, за козырь в кармане и еще не пойми что, сливавшееся в один сплошной гомон. Да что происходит?! Где я? Зачем? Куда делся шеф?

— Пей! — передо мной поставили стеклянную кружку, до краев заполненную пенным пивом. И несколько пар глаз уставились на меня, подталкивая к действию. Но я отрицательно замотала головой.

— Обижаешь! Мы тебе вон как помогли, а ты? — толкнул меня локтем в бок один из мужчин. Хорошо хоть не сильно, а то бы точно ребра сломал! — Что глазами хлопаешь?

— Да, везучая ты, деваха! Как ни крути — в выигрыше! — другой потрепал меня по волосам, взлохматив. Но я не стала приглаживать их обратно, пугливо смотря на лысого бугая.

— Почему? — тихо выдавила из себя, надеясь, получить хоть крошку информации. Все это никак не вязалось с последними моими воспоминаниями о шефе и уколе в шею.

— Слышите, она еще спрашивает? — мой огромный сосед обвел взглядом друзей, выпучив глаза. Бар взорвался хохотом, а к нам стали подбираться все новые зрители. С удивлением увидела среди них двух крупных женщин в обнимку с мужчинами, и одна из них ободряюще подняла бокал, салютуя мне.

— Ребята, вы уверены, что она нормальная? Какая-то мелкая… — протянула вторая женщина с сомнением, не отпуская шею мужчины.

— Да ты просто среди людей не бываешь, Кира! Там много таких, — меня одарили сочувствующим взглядом. Мужчина продолжил: — Но она не промах! Вон каких двоих захомутала! — после этого меня потрепали по плечу. Да с такой силой, что у меня зубы застучали друг об друга.

— Двоих? Так речь о тигре шла и его владениях… — не понимала женщина моей роли. Да и я, признаться, была с ней полностью солидарна.

— Так нам за нее еще и территорию в пригороде волки предлагают! — лысый торжественно поднял кружку над столом: — Выбирай — не хочу.

На этом месте я чуть не сползла под стол. Сразу вспомнились слова Тимура о чужаках на его территории. Это они? Но зачем им я?

— Вы мной… шантажируете? — уточнила, не придя к другому выходу.

— Ага, — довольно улыбнулся стоящий перед столом мужчина, на секунду оторвавшись от кружки с пивом, а потом припал вновь, как к источнику живительной влаги.

— Но Тимур не променяет свои территории на меня. Это бессмысленно. Мы просто… знакомые. Даже не друзья, — я постаралась убедить их, но они покосились на меня с великим сомнением и вновь расхохотались.

— Расскажи нам сказку, Машенька, — и опять взрыв хохота.

— Я не Маша! — запротестовала я, находя в себе силы. Никто не представлял нож к горлу, пистолет к виску. Оттого и не было страшно. Скорее — странно.

— Да это мы сказку вспомнили. Маша и медведь. Знаешь такую?

— Конечно знаю, но при чем здесь я?

— Да потому что мы — медведи. Будешь Машей! — он хлопнул огромной ладонью-лапищей по столу. И бар опять содрогнулся от смеха. Да-а-а, веселый народ эти косолапые.

Похоже, на судьбе мне написано со всем оборотнями пересечься. У волков была, у лисов была, теперь, вот, у медведей. Как колобок, и даже бок поранили. Теперь главное — чтобы все закончилось хорошо, и меня никто не съел.

— Это вы претендуете на территорию Тимура? — я повернулась к мужчине справа — он больше всех вызывал доверия. По крайней мере из всех присутствующих. И одежда сама приличная на нем, и пива пил не так много…

К нашему столику пододвигали стулья, рассаживались на спинках диванов и даже залезали на барную стойку, чтобы выкрикнуть что-то оттуда. И все разглядывали меня, ожидая чего-то.

— Так грех не претендовать. Владения-то завидные! А нас много! Да только… оказалось, надо через бабу действовать. Не дается твой тигр так.

Я и не подозревала, какое облегчение испытаю, узнав, что Тимур дал достойный отпор. Я знала, конечно, что у него были зубы и что он не даст себя в обиду. Но слышать это от медведей было вдвойне приятно. Молодец, так держать!

— Но как вы обо мне узнали?

— А главный волчара сказал. Насолил ему твой Тимур. Вот и договорились мы, что он подержит его у себя без связи, чтобы мы успели все провернуть. Но не так все легко оказалось. Недооценили мы полосатика, — ругань в адрес тигра полетела со всех сторон бара. Впервые некоторые завсегдатаи бара нахмурились при мне. Похоже, Тимур успел как следует им попортить жизнь, и я была этому рада.

— Подождите, что-то не сходится, — я же была уверена, что нравлюсь Стасу. Он не мог вот так меня отдать… Или мог? — Вы только что говорили, что волки тоже предлагают территорию…

— Ага, — хором ответили мужчины, сидящие по обе стороны от меня. А потом один разъяснил: — Так у нас же голова есть. Мы, прежде чем согласиться, разузнали все! Причину, что заставила волка сначала приютить у себя такого опасного тигра, как Тимур, а потом постараться лишить его всего.

Я не верила своим ушам, но слушала:

— Но мы-то справедливые, ты не подумай. Мы собрались, да, ребята? — все закивали вокруг, поддерживая, — и решили, что такой друг нам не нужен. Который косит соперников на корню ради женщины. И Максимыч твой помог.

— Вы украли его жену… — вспомнила я слова шефа, обратив внимание на фривольную трактовку отчества.

— А что поделаешь? Мы программку сделали, пары обретаем. Надо расширять территории.

— И какую выберете? — с замиранием сердца спросила я.

— А вот мы выбрать не можем, — подвыпивший молодой мужчина, подсевший с краю, громко разъяснил: — Волки территорию предлагают недалеко от столицы, но небольшую. А у тигра угодья о-го-го! Да далековато! Уединенно там слишком.

— Да, мы решили тебя послушать. Ты к кому хочешь? К тигру? Или к волку?

— А вы меня так им и отдадите? — удивилась, уже поставив на себя крест, думая, как сбежать…

— А что нам еще с тобой делать? Когда оборотни делят территорию — это одно. Почетно, интересно, азартно. А вот когда делят женщину — хуже не придумаешь. Война никому из кланов не нужна! Это вон, кошак может позволить себе задирать, кого хочешь, он одиночка. А у нас женщины, дети. Нам нельзя в такие игры лезть, — все это рассказал самый старший по виду мужчина, с бородой и усами. И как все медведи — крупный. — Тем более, когда только с женщинами дела в гору пошли. А ты уже чужая, прости…

— Вы говорите о программе? Которая по звуку определяет что-то? — я начала догадываться. — И она позволяет выявить пару?

— Не совсем так, — неохотно пояснил мужчина рядом. — Человека, который подходит генетически. Лисы такую вещь разработали!

— И вы у них ее украли?

— Украл для нас Тимур, а мы воспользовались! И не у лисов, а у волков!

— Подождите! — мой мозг кипел. — Как так? Вы же только что говорили, что хотите отнять его территорию?! И в то же время вы с ним уже работали?

— Это дикий мир, детка! — толкнул меня вбок мужчина, и я потерла ребра. Еще один толчок — и будет синяк, это как минимум. — Мы узнали, что он ошивается с волками после заказа. Вдруг бы что зрело? Стали выяснять, наладили связи с новым альфой. А тут такая возможность — предложение, от которого не отказываются. Старейшины решили — игра стоит свеч. И вот, не прогадали!

Я во все глаза смотрела на шумных медведей в обстановке бара и понимала, что это реальность. Это не кошмар, не моя больная фантазия. И Стас правда постарался вывести Тимура из игры. А тигр? Неужели я правильно поняла, и он готов отдать территорию?

Я вспомнила его последние слова, что свое он никому не отдаст, и впала в ступор.

— Тимур никогда не согласится отдать свою территорию, — пришла к выводу я.

— Уже согласился, — весело хохотнул медведь. И вновь прозвучал тост за победу.

— Но он сам говорил! — я не хотела верить, что он так просто сдался. Это неправда. Или они не так его поняли…

— Малышка, ты забываешь одну вещь, — наклонился ко мне мужчина справа, обдав запахом пива. — Он может считать своей территорией и тебя…

— Так за какую территорию пьем? — спросил меня мужчина в возрасте, возможно, именно он и был одним из старейшин. И я поняла, что сейчас, отбросив все, надо принять решение, пока они в духе и интересуются, кому меня выдать.

— Забирайте территорию волков, — я прикрыла глаза, понимая, что это правильное решение.

О, нет! Оно совсем не означало, что я хотела, чтобы меня отдали в объятия Стаса. Нет! Наоборот! Я хотела его проучить! Утереть нос! Чтобы он потерял то, что желал, чтобы потерял другой! Ну нельзя так! Нельзя!

Я прекрасно помню из рассказов Стаса, что для тигра его угодья — это сама жизнь. И сделаю все возможное, чтобы Тимур не жертвовал своим домом ради меня. Ведь, получается, он собирался отдать самое дорогое, хранимое и ценное, что у него было.

Щемяще сжалось сердце…

Вокруг медведи торжественно заорали, выкрикивая, что территория в области теперь за ними. Даже меня по плечу похлопали за компанию.

— А что дальше? — я решила уточнить дальнейший расклад дел после нескольких минут наблюдения за оборотнями, которые литрами вливали в себя пиво.

- Мы отдохнем, а ребята дозреют, — язык мужчины не заплетался, но взгляд слегка был расфокусированным. — А с утречка обменяемся, — такая открытая улыбка могла быть адресовала лучшему другу. И я нашла хорошее в этой ситуации — если и быть в плену, то у медведей.

— Может, все-таки пиво? — предложил он мне вновь. И я согласилась.

— Вот никак не пойму, — через некоторое время мой язык развязался. — Как вы так быстро программу сделали. Мы уже сколько над ней бьемся! А вы позже начали! — мое рабочее самолюбие было задето.

— Да Тимур — гений! Он посмотрел на все, а потом сказал, что у лисов точно есть более усовершенствованные версии. И более простые. И оказался прав — рыжие всегда совершенствовали сотворенное.

— Так он что, еще у лисов был?

— Как я понял, он уже не раз туда пробирался, — понизив голос до доверительного шепота, сказал мужчина.

Если я сегодня рассчитывала поспать в мягкой кроватке — то могла закатать губу обратно. Потому что медведи «гуляли» всю ночь напролет. Спать пришлось тут же, в уголке дивана. А рядом уже вовсю храпел один из медведей.

— Это наш бар, брат. Наши правила, — сквозь сон слышала я его голос. Он оказался тем еще лунатиком.

Мне было страшно выбираться отсюда, даже в туалет. Но однажды пришлось, и я об этом очень пожалела. Потому что медведи были так рады обретению новых земель, что готовы были расцеловать стены. Нет, меня никто не хватал. Но поддерживать тост обязывали.

Поэтому я вернулась в свой уголок и заснула там, постоянно просыпаясь от очередного взрыва смеха или громкого тоста. У медведей было просто поразительное здоровье. Столько выпить и еще стоять на ногах!

Только один мой сосед храпел, но кто-то объяснил, что он уже несколько суток не спал, вот его и «развезло». Мне не было особенного дела до этого, но я выслушала тогда этого дружелюбного медведя, который зачем-то меня разбудил.

Как оказалось — не просто так. Пришло время идти.

Я обвела взглядом бар и удивилась чистоте и прибранности. Когда они только все это успели? Только веселились до упаду, пили… И сколько, вообще, я проспала?