Глава 38

– Эрик здесь! – всхлипывает Василиса в трубку. Прослушав голосовое, смотрю на часы. За пять минут должен успеть. И Савва уже где-то поблизости.

Может, мы без шейхи Мунисы обойдемся? Не хочу ее ни о чем просить. Она, конечно, с удовольствием поможет. Но внутри меня все еще колпашит от застарелой обиды.

Вчера на семейном обеде удалось сдержаться. И посидели как в старые добрые времена всей семьей, но кто бы знал, чего мне это стоило!

И в глазах матери нет-нет, да и мелькала вина. Значит, сама понимает наша драгоценная шейха, что натворила! Красиво пожила, чего уж…

Личный телефон снова взрывается трелью.

Номер незнакомый. Но я подхватываю трубку.

– Да, Зорин, – рычу, выворачивая на родные улицы.

– Слышь, Зорро, – тихо шепчет знакомый голос. Митька Палинов, не иначе! – Ты куда влип, брателла? Тут тебя целая стая товарищей поджидает. С автоматами и в брониках. Ниндзя-черепашки, блин. Домой лучше не соваться. Я проходил, они совещались, как тебя брать будут. Заныкайся пока. Есть где?

– Да, спасибо, братан! – выдыхаю порывисто. – Выручил ты меня!

– Да не за что! – тянет Митька изумленно. – Что за фигня, Борька?

– Нормально все, Митяй! Разберемся, – скрежещу зубами. Лихо сработали узбеки. Уже домой приехали меня брать. Ну не на того нарвались, гады…

– Эй, подожди! – вскрикивает Митька. – Чуть не забыл! Наш план сработал. Сейчас тебе вышлю запись. Или уже не до того?

– Нормально все, – повторяю устало. – Присылай, конечно! Я – твой должник по гроб жизни.

– Да ладно, проехали! Свои люди, – небрежно бросает Митяй и отключается.

А я заруливаю на крытую парковку торгового центра и оттуда звоню матери. Делать нечего. Мне без нее точно не справиться.

– Что-то срочное, сыночек? Я на приеме, – воркует она в трубку. Голос нежный, веселый, расслабленный.

Так и хочется заорать от отчаяния. Нахамить и оборвать вызов. Сдерживаюсь. Моя мать, все-таки. По-любому, она не заслужила. Если не она, так кто поможет?

– Мама, очень срочно! Помоги! – прошу я хрипло. Пересиливаю себя. Подбираю слова, чтобы не ругнуться. – У Василисы хотят отобрать сына, – коротко ввожу в курс дела. – И пришли мне парней с мерседесом. Пусть подхватят, – называю знакомый магазинчик у нас за углом.

– Хорошо, Боря. Хорошо. Сейчас все сделаем, – коротко и четко заверяет мать. Настоящая восточная женщина. Ни одного вопроса, ни слез, ни глупой болтовни.

Спускаюсь вниз. Отправляю локацию. И затесавшись в толпу на остановке, жду людей брата. Они приезжают минут через пять. Серьезные и очень сосредоточенные.

С почтением открывают мне дверь, как особе из королевской семьи.

– Сам поведу, – мотаю головой. – Быстрее будет.

Прыгаю за руль, резко перестраиваюсь в левый ряд. Пру по знакомым с детства улицам. Вот только сейчас смотрю на них по-новому. Скорее всего, долго их не увижу. А Василиса? Дождется меня? Сколько мы вместе? Слишком короткий срок для верности и ожидания.

«Хорошо же все начиналось, – сжимаю руль так, что белеют костяшки пальцев. В висках стучит от ярости. Но одно я знаю точно.

Нельзя заморачиваться на всякой фигне. Сейчас главное, спасти Василису и Степку. А с узбеками порешаем потом. Даже если задержат… Ну что мне могут предъявить? Кравцова я не бил. Просто потрусил немного. И на ноги поставил.

А то, что он не удержался и об стену ударился, то я здесь при чем? Сам виноват. Плохая физическая подготовка. Максимум – из органов меня попрут. Так я переживу. Лишь бы Василиса была рядом…

Подъезжаю к поликлинике одновременно с Саввой. А за ним уже паркуется автобус с тяжелыми. С ОМОНом то есть.

Не договариваясь, вместе с Климом влетаем в здание. За нами уже топочут бойцы.

– Где ты? – ору в трубку.

– Боря, мы здесь! – кричит она. И голос отдается стереоэффектом. Где-то рядом они!

– На второй этаж! – киваю Савве. И первым несусь по лестнице.

И кажется, успеваю вовремя.

Около поломанной туалетной двери стоит группа людей. Моя мать, Василиса, Степан и еще какая-то пожилая женщина в белом халате. А на полу лежит Ларсанов с руками, заложенными за голову. И вдоль стеночки две толстые тетки бледные стоят. Весь коридор контролируют мамины орлы в традиционной военной форме королевства. Каждый не ниже полковника.

Я бы многое отдал, чтоб посмотреть, как брали Ларсана. Но не успел, глядь!

– А вот и Боренька! – как дебила-переростка представляет меня мама. – Узнал, сынок? Педиатр наш, Ольга Валерьевна.

– Всем оставаться на своих местах! – орет, вбегая, Климов. – Внимание! Следственный комитет проводит спецоперацию по борьбе с коррупцией, – зычно провозглашает на весь этаж.

– Ой, мамочки! – охает дама у стенки. – Ты же говорила, Люся, что все под контролем…

Как дурак в театре абсурда стою и ничего не понимаю. Наши бойцы забирают у реджистанцев Ларсанова и задержанных теток.

А мой бывший участковый врач объясняет сбивчиво.

– Ужасная ситуация. Я, как заведующая поликлиникой, никому никаких документов на госпитализацию в тубдиспансер не подписывала. Да и не изолируют таких детей. Дома наблюдают. Правила гигиены соблюдают… Но мальчик здоров. По внешнему виду определить можно.

– Спасибо вам, – улыбается ей мама. – Вы нам очень помогли. Вовремя вмешались. Пойдем? – берет Василису под руку.

– Вали отсюда, Зорро, – тихо выдыхает Климов. – Тут пока все свои. Никто не выдаст. А так… Мало ли кто еще подтянется.

И командир тяжелых кивает.

Дескать, уходи, Борис Николаевич, пока ветер без камней.

– Идем, – подхватываю Степку на руки. Спускаюсь первым. Мама и Василиса следом.

– В моей машине поезжайте, – бросает мама, выходя на улицу. – Там дипломатические номера. Никто не остановит.

– А ты?

– На твоем мерсе…

– Что происходит? Ты мне можешь объяснить? – недоуменно таращится Василиса. На меня, на мамин лимузин и на охрану в традиционных арабских платках и в форме с золотыми эполетами. Цепляется за мой рукав. – Куда мы едем?

– Наверное, в мамину резиденцию, – пожимаю я плечами. Помогаю семье усесться и сам запрыгиваю внутрь. Включаю Степке мультики и открываю бутылку минералки. – Кажется, мы спасены, – наливаю в маленькие стеклянные стаканчики с золотым узором.

– Нина Сергеевна вовремя подоспела, – вздыхает Василиса. Берет воду из моих рук. Делает глоток и морщится. – Холодная…

– Тетя Нина приехала, когда мой бывший папа Эрик дверь поломал! – докладывает звонко Степан. – Мама кричала и плакала, а я ни капельки не испугался. Папа Эрик взял меня за руку, а я его укусил! А тут тетя Нина пришла. И говорит так строго: «Что тут происходит?». А папа Эрик ей сказал нехорошие слова…

– Он назвал Нину старой прошмандовкой и на хер послал, – тихо сообщает мне Василиса.

Сжимаю челюсти, стараясь не заржать. Нет, за свою мать я и сам всеку, но теперь понятно, почему Эрик встретил нас, уткнувшись мордой в ламинат.

– Его тут же обезвредили, – шепчет Васена, положив мне голову на плечо.

Притягиваю к себе любимую женщину. Держу в руках и боюсь отпустить. Слышу, как бьется сердце, смотрю, как пульсирует на шее тонкая венка, и вжимаю в себя, чувствуя всем телом ее, мою Василису. И больше мне ничего не надо. Жить вместе, растить детей, а работа… Улажу как-нибудь.

Тачки прут по левой полосе с большой скоростью. Впереди машина охраны, за ней мой белый мерс, а сзади уже мы на лимузине.

– Никогда еще не ездила с такой помпой, – изумленно произносит Василиса.

– Я тоже, – усмехаюсь криво. Подыскиваю слова, пытаясь объяснить. Но пока решаю, с чего начать, кортеж тормозит полиция.

Из точно такого же, как у меня, мерса выбегает охрана. Но моих коллег интересует именно моя машина. Видимо, уже пробили по базам и объявили план-перехват.

– Они нас ищут? Они сюда не войдут? – вскрикивает в ужасе Васена, прижимаясь ко мне всем телом.

«Меня они ищут», – сцепляю от ярости челюсти так, что желваки ходят. Тоже мне! Нашли преступника!

– Нет, сюда не имеют права, – тихонько успокаиваю Василису. А сам мысленно благодарю мать. Спасибо ей за все! И вовремя вмешалась. Надавила своим ресурсом. И свою тачку крутую отдала. Видимо, услышала наш разговор с Саввой.

Может, действительно любит нас, и оставила не по своей воле? – мелькает странная мысль. Да и кто я такой, чтобы судить. Она выживала, моя замечательная мама. А я…

Гордиться ею должен! Не у всякой там на Востоке получится.

Прыткий капитан распахивает заднюю дверцу белого мерса и застывает как вкопанный. Что-то блеет растерянно и отдает честь.

«Все правильно. В мерсе едет королева», – усмехаюсь мысленно.

– Интересно, что она ему сказала? – кивает на растерянного капитана Василиса.

– Представилась, – пожимаю плечами.

– А Нина Сергеевна кто?

– Шейха Муниса бинт аль-Рашид Хасики и еще чего-то там, – морщусь я.

– Ты прикалываешься? – в голосе Василисы сквозят ужас и сомнение.

– Да если бы! – вздыхаю тяжко и упираюсь взглядом в лицо любимой. Целую бледные щеки и прошу. – Не обращай внимания на всю эту восточную мишуру. Ты за простого майора выходишь замуж.

– И безумно этому рада! – восклицает Василиса, поудобнее устраиваясь у меня в руках. Степа напротив ерзает по сиденью. Переключает каналы и задумчиво интересуется.

– А шейка, кто это?

– Шейха, – поправляет его мать. – Можно еще сказать, принцесса.

– Если папина мама принцесса, тогда я тоже принц! – глубокомысленно выдает Степа, и нас с Васеной накрывает нервный смех.

Принц Зорин! Звучит как проклятие, твою мать.