Глава 18

Россия, Москва, август 2020 года

Алиса осторожно прошла мимо скамейки, где расположились несколько коренастых ребят в спортивной форме, и остановилась позади мужчины, чей резкий, суровый голос раздавался над тренировочным залом. Улыбнувшись, она сделала ещё один шаг в его сторону.

– Горелов, захват! Захват! – снова прогромыхал мужчина.

Алисе подумалось, что пришла она, должно быть, не вовремя, хотя прежде ей казалось, что время самое подходящее. С завершившейся несколько дней назад летней Олимпиады в Токио сборная России по греко-римской борьбе вернулась с шестью золотыми медалями. Логичным было предположить, что главный тренер пребывает в приподнятом настроении, но он… Хотя он всегда был таким. Наверное, лишь с ней он позволял себе становиться немного мягче.

– Ты у меня из сборной вылетишь, если будешь себе позволять такие вещи! Чтоб тебя!.. – Мужчина, гневно взмахнув руками, развернулся и едва не сбил Алису с ног. – Простите…

Инстинктивно обхватив её плечи, он поднял глаза и без сомнений узнал её. Алиса видела, как глаза его, практически черные, приобретают коричневатый оттенок, а злость, что пылала ещё мгновение назад, сменяется неподдельной радостью.

– Здравствуй, Руслан.

– Здравствуй, Алиса.

Его руки ещё несколько секунд грели её плечи, а после опустились. Взгляд же, оценивающий, заинтересованный, впивался то в лицо, то в шею, то скользил чуть ниже и снова вверх. Сколько они не виделись? Одиннадцать лет прошло. В последнюю их встречу она была девчонкой – худенькой и хрупкой, но даже тогда он прекрасно понимал, насколько сильна её воля. В тот раз она по обыкновению собрала волосы в небрежный хвост и едва мазнула розовым блеском губы. Он хорошо запомнил момент: она, идущая с ним рядом с большой квадратной коробкой в пакете с логотипом фирменного спортивного магазина. За несколько минут до этого он поцеловал её, подарил эту самую коробку с коньками и рассказал о переезде в Казань. Теперь же перед ним, не отводя прямого взгляда уверенного в себе человека, стояла невероятно красивая женщина в легком белом платье, оттеняющим бархатную, загорелую кожу. Она и в юности-то была более чем хорошенькой, сейчас же превратилась в настоящую розу – яркую, прекрасную розу.

– Какими судьбами? – спросил Руслан. Взяв Алису под локоть, он отвёл её чуть дальше, в сторону.

– Ты занят? – Она бросила быстрый взгляд на продолжающих тренировку ребят.

– Для тебя время у меня найдётся всегда.

Достав из кармана мобильный, Руслан набрал номер одного из тренеров центра и попросил заменить его на тренировке. Затем снова обратился к Алисе:

– Здесь на третьем этаже есть хорошая кофейня…

Руслан не мог отвести от Алисы взгляда. Он будто бы впервые видел её – женщину, сидящую перед ним, лёгкую, изящную, красивую какой-то особенной, словно бы пряной красотой. Она не спеша размешивала пенку в только что принесенном официантом капучино и выглядела при этом умиротворённой. Да, именно умиротворённой, обретшей наконец-то своё место в жизни. Ему нравились произошедшие в ней перемены: эта зрелая, осознанная красота, неброский, лишь слегка подчёркивающий прелесть черт макияж, её тонкое белое платье с резинкой под грудью и появившаяся в ней уверенность. Чемпионка…

В то время, как он смотрел на неё, Алиса, не стесняясь, рассматривала его в ответ. Он был из тех мужчин, которым седина лишь прибавляет мужественности и шарма. Несмотря на возраст, он оставался привлекательным и, она ничуть в этом не сомневалась, по-прежнему обращал на себя внимание женщин. Чёткая, даже жёсткая линия рта, квадратный подбородок, пронзительный взгляд чёрных глаз и всё это вкупе с исходящей от него энергией, силой. Сейчас ему за пятьдесят, ей – почти тридцать. Кажется, с их последней встречи прошла уже целая вечность, а она все ещё помнит аромат его одеколона. Руслан всегда старался быть с ней честным. Вот и сейчас он смотрел на неё, не скрывая ни интереса, ни восхищения, и ей нравилось видеть в его взгляде именно это, нравилось, что он смотрит на неё вот так – без утайки, как зрелый самодостаточный мужчина может смотреть на равную себе женщину. Оба они добились поставленных целей, воплотили мечты в жизнь, и ей было приятно, что встреча их произошла именно теперь. Где-то в прошлом осталась девчонка, что он водил в кафешки главным образом для того, чтобы она не загнулась от голода, девчонка, что неловко принимала его подарки, что делила с ним постель для того, чтобы… Алиса коротко выдохнула. Если бы на её жизненном пути тогда не появился он, возможно, не было бы сейчас и её. Такой, на которую он смотрит теперь с восхищением, такой, от которой не может отвести глаз. И она была благодарна ему. Он стал для неё опорой в тот момент, когда у неё самой уже почти закончились силы. Он подарил ей тепло, ощущение надёжного мужского плеча и возможность почувствовать себя женщиной. Большего ей было не нужно…

– Я бы хотела поздравить тебя. – Алиса отложила ложечку на блюдце и достала из сумки небольшую подарочную коробочку размером с ладонь. – Это тебе. Небольшой сувенир.

Она подвинула к нему коробку. Руслан, улыбнувшись, открыл её и усмехнулся.

– Статуя Свободы… – Он вытащил хрустальную фигурку с маленьким, очень похожим на настоящий, факелом, внутри которого переливался алый камушек, покрутил и поставил рядом с собой на стол. – Символично. Спасибо.

– Подумала, что тебе понравится.

– Это ведь не простая статуэтка? – Он всё так же смотрел на неё, и Алиса, улыбнувшись, качнула головой.

– Их выпустили очень маленькой партией. Всего несколько штук. Дизайнер – мой хороший знакомый, так что вот… – Взгляд Алисы упал на его правую руку, и Руслан, почувствовав это, сказал:

– Мы развелись лет пять назад.

– Дочка, наверное, большая уже.

– Соньке четырнадцать, – с чуть грустной, направленной словно в глубину себя улыбкой, коснувшейся лишь уголка рта, ответил он. – После того, как мы с её матерью развелись, они вернулись в Ставрополь. Приезжает ко мне на каникулы… – в голосе его просквозила грусть, Руслан сжал ладонь в кулак и снова взглянул на Алису.

– Ты даже прекраснее, чем на фотографиях, Алиса Решетникова.

– Спасибо, Руслан. Ты тоже ничего.

Он, хмыкнув, провел по черным, едва тронутым сединой волосам.

– Я очень рад, что у тебя всё сложилось, – вмиг став серьёзным, заговорил он. – Пусть для этого тебе и пришлось сменить страну. Ты не потерялась, и это главное. Я всегда знал, что ты особенная, Лиска, и знал, что, оставив тебя, могу не переживать за то, как сложится твоя жизнь. Ты сильная. Сильнее тех мужиков, которых я тренирую.

Алиса отпила ароматный кофе и вернула чашку на блюдце. Красивый зрелый мужчина, сидящий напротив неё, сыграл в её жизни огромную роль, и она была рада этой встрече. Ей действительно хотелось увидеть его, хотелось сказать ему спасибо. Она слышала его слова, смотрела на него, встречалась взглядом, и грудь её наполняло чувство ностальгии и благодарности. Их времени, в сущности, никогда и не было, и всё же оно было важным, определяющим. Переплетение судеб, лишь подтвердившее для неё, семнадцатилетней девочки, не идеальность этого мира и её самой в нём, переплетение судеб, позволившее ей сделать шаг вперёд. Коснувшись руки Руслана, она тихонько сжала его ладонь, заглянула в глаза и негромко произнесла:

– Если бы не те коньки, что ты мне подарил на прощанье, всего этого уже не было бы. Я стала такой благодаря тебе, Руслан, и за это спасибо. Спасибо.

– Ты стала такой, потому что тебя невозможно согнуть, Лиска. Знаешь, есть люди, которых гнешь-гнешь, а они все равно поднимаются? Так вот, ты другая. В тебе стальной стержень, в тебе – невероятная сила, тебя даже согнуть ни у кого не получилось, не то чтобы сломать. Ты сама строишь свою жизнь, решаешь, что для тебя хорошо, а что плохо. И я рад, что встретил тебя тогда, что смог хоть как-то помочь тебе.

– Руслан… – Алиса закусила нижнюю губу, чтобы не дать себе расчувствоваться. Не хватало только прослезиться при человеке, который только что рассказывал ей, какая она сильная. Хотя… Вряд ли он мог воспринять слёзы за проявление слабости. И в прошлые-то времена он смотрел куда глубже того, что лежит на поверхности, а минувшие годы сделали его ещё более опытным, прибавили мудрости и знания жизни.

– Я рад, что мы увиделись.

– Я тоже, – губы Алисы расплылись в тёплой улыбке. Она отпила кофе и вновь, опустив чашку на блюдечко, заговорила с ним о прошедшей Олимпиаде.

Да, ей необходимо было встретиться с ним. Он всегда умел вселить в неё уверенность в завтрашнем дне. Там, в прошлом, именно он был её допингом, был тем, на чьей груди она могла хоть на секунду выдохнуть, хоть ненадолго забыть о проблемах, о трудностях, о переживаниях, наполняющих её жизнь. Теперь же… Она завершила круг. Кофе, неторопливый разговор… Алиса чувствовала себя спокойно. Так же спокойно, как и находясь рядом с ним прежде. Но спокойствие это было уже другим – они встретились на равных, самодостаточные, повзрослевшие, с оставленными за плечами победами и поражениями, они оба прошли трудные дороги и оба обрели себя.

Алиса поежилась и, остановившись, надела джинсовку. Уже вечерело, и хоть днем погода всё ещё стояла жаркая, вечер и тем более ночь приносили прохладу. Перекинув сумочку через плечо, она проводила взглядом речной трамвайчик и снова пошла по набережной. После встречи с Русланом у неё оставалось не так много времени, чтобы успеть на электричку до родительской деревни, и она, наученная горьким опытом, решила остановиться в гостинице. Тем более, что сегодня ей хотелось побыть одной, подумать, разложить по полочкам все свои мысли, все свои чувства и желания. Руслан был её прошлым. Макс… Несомненно тоже. Когда-то он был частью её жизни. Важной её частью, и, она знала, несмотря ни на что, он всегда будет занимать уголок в её сердце. Но она не скучала по нему так же, как не скучала и по Руслану.

Расставаясь с Русланом в дверях Центра подготовки, она пообещала прийти как-нибудь на соревнования его подопечных и собиралась сдержать слово. В обещании этом, равно как и в его приглашении, не скрывалось никаких подтекстов, и оба они это знали. Просто давние знакомые, просто люди, испытывающие друг к другу искреннюю симпатию и уважение, люди, ценящие тот отрезок жизни, что им довелось пройти вместе и благодарные за то, что всё сложилось именно так.

Остановившись, Алиса посмотрела на золотящиеся в заходящем солнце купола Храма Христа Спасителя и пошла дальше. Стефан… Ей так хотелось, чтобы в эту минуту, по этой набережной, он шёл рядом с ней. В один из прекрасных дней, проведённых у её родителей, они всё-таки обменялись контактами и созванивались теперь едва ли ни каждый вечер. Он говорил, говорил, говорил… Рассказывал ей о том, как прошел его день, о людях, с которыми повстречался, о придуманных им деталях программ, новых интересных заходах, поддержках, о выбранной музыке и местах, где она тоже бывала или хотела бы побывать. Она слушала его молча, не в силах признаться, что скучает по нему. Разлука давалась ей тяжелее, чем она думала. Признаваться в этом ему она, конечно же, не собиралась, и всё же, такая сильная и независимая… Сильная и независимая, ждала вечернего звонка, чтобы услышать его голос. Ей нравился мягкий тембр, нравился его смех, нравилось, когда он называл её по имени. Порой она просила говорить с ней по-французски, и он переходил на родной язык своего деда по отцовской линии… Она практически ничего не понимала, но голос его, звучащие в нём мягкие, чувственные нотки, пробуждали в ней нечто волнующее. Его голос будоражил её, возбуждал. Она слушала его, а тело её наполнялось теплом, кожа становилась чувствительной, внизу живота скручивалось самое простое и чудесное в этой простоте желание. Она желала его, желала его ласк, губ, прикосновений и присутствия рядом с такой силой, что готова была сорваться и приехать к нему. В другой момент она, вероятно, так бы и поступила, но что-то останавливало её. Сейчас, с ним, это не было одним лишь желанием, мимолётным влечением, простой тягой, и она понимала – всё слишком серьёзно. По крайней мере, для неё. Вероятно, именно это понимание и не давало ей кинуться в омут с головой. Если она безвозвратно откроется ему, доверится, оголит свои чувства, позволит себе сейчас, когда отношения их ещё настолько зыбки, ощутить себя безоговорочно счастливой, пути назад уже не будет. Нет… Она дождётся его, а уж потом…

Снова остановившись, Алиса чуть перегнулась через каменные перила. Поднявшийся ветер забрался в её волосы и распушил их. Будто пробуждаясь от дневной дрёмы, Москва загоралась миллионами огоньков и неоновых вывесок. Наслаждаясь летним вечером, вдоль воды прогуливались влюблённые парочки. Они то и дело останавливались, чтобы сфотографироваться на фоне блестящей ленты реки, касались друг друга быстрыми поцелуями и, взявшись за руки, вновь шли вперёд, но чувства зависти Алиса не испытывала. Какой смысл завидовать чьей-то чужой истории, какому-то другому счастью? У каждого оно абсолютно особенное, своё, не заточенное под кого-то другого. Она уже прошла самый центр, мимо Кремлёвской стены и места, где когда-то находился концертный зал «Россия». Можно было перейти дорогу и, свернув к сталинской высотке, подняться выше, к Таганской площади, но она решила пойти дальше. Как же давно она не гуляла просто так, свободная, предоставленная собственным мыслям…

Алиса достала из куртки новенький айфон и улыбнулась, взглянув на часы. Двадцать часов – пятьдесят девять минут. Её швейцарец был педантичен и точен, словно швейцарские часы. Минута неспешно потекла вперёд и, едва она успела подумать, что теперь-то точно пора, раздался звонок.

– Привет. – Она улыбнулась шире, услышав французское приветствие. – У нас, кажется, сегодня будет дождь… Только что светило солнце, а теперь тучи… Я хочу, чтобы ты скорее приехал… Да, послезавтра. Мы увидимся послезавтра…