Глава 17

После той ночи в хостеле прошла неделя.

Дмитрий уехал — но Егор знал: это не конец. Такие, как он, не уходят просто так. Они возвращаются. С новыми силами, с новыми идеями, с новой ненавистью.

— Ты слишком много думаешь, — сказала Ксения, когда они сидели на диване и она перебирала его волосы. — Это вредно для вампиров.

— Мы не можем умереть от стресса, — усмехнулся он.

— Нет, но можем сойти с ума. А это почти то же самое.

Он поймал её руку, поцеловал ледяные пальцы.

— Я не сойду. У меня есть ты.

— Это не панацея, — она покачала головой. — Но приятно.

Они замолчали, слушая тишину. За окнами шумела Москва — вечная, бессонная, равнодушная. И где-то в этой Москве, в каком-то подвале или офисе, дядя Дмитрия строил планы.

— Илья звонил, — сказал Егор. — Говорит, дядя — полковник. Служба внутренней безопасности. У него доступ к секретным базам, к оружию, к людям.

— Это плохо.

— Очень плохо. Он не оставит попыток. Теперь он знает про нас. И про то, что мы не дали убить его племянника.

— Значит, он придёт за нами, — Ксения села прямее. — Нужно уходить.

— Куда? — Егор покачал головой. — Он везде найдёт. У него ресурсы.

— Тогда будем защищаться.

— Или договариваться, — он посмотрел на неё. — Я не хочу войны, Ксения.

— А я не хочу тебя хоронить, — ответила она. — Война уже началась. Просто мы ещё не знаем об этом.

***

Они узнали через два дня.

Егор проснулся вечером от странной тишины. Ксения не сидела в кресле у окна, не читала книгу, не листала пластинки. Её не было в квартире.

Сначала он подумал — ушла за кровью. Потом заметил: её телефон лежал на столе, термос с кровью — в холодильнике. Она не взяла ничего.

Сердце (которое уже не билось) сжалось.

Он проверил квартиру — пусто. Выбежал во двор — пусто. Оббежал соседние дворы, подъезды — ничего. Только запах, чужой запах — табака, пороха, мужской одеколон.

И записка, приклеенная к дверному косяку снаружи.

«Егор.

Твоя девушка у меня. Если хочешь увидеть её живой — приходи один. Завод «Красный богатырь», третий цех. В полночь. Без полиции, без охотников. Иначе — труп.

Полковник Смирнов».

Егор сжал бумагу в кулаке, чувствуя, как внутри закипает холодная, белая ярость.

***

Звонок Илье.

— Он взял Ксению, — сказал Егор без предисловий.

— Чёрт, — выдохнул охотник. — Я знал, что он сумасшедший, но чтобы так…

— Ты поможешь?

— Чем? Он сказал — без охотников.

— Тогда найди мне Дмитрия, — потребовал Егор. — Пусть он поговорит с дядей.

— Дмитрий уехал. Я не знаю, где он.

— А я знаю, — Егор достал телефон, открыл соцсети. — Он не удалил свою страницу. Вчера выложил фото — он в Подмосковье, в доме у родителей. Это час езды от города.

— Если я привезу его, ты не тронешь его?

— Слово, — сказал Егор. — Я не убийца. В отличие от его дяди.

— Буду через два часа, — Илья дал отбой.

***

Егор ждал, как зверь в клетке.

Он не мог сидеть на месте — ходил по квартире, проверял оружие, смотрел на часы. Каждые пять минут звонил на телефон Ксении — абонент был недоступен.

«Держись, — мысленно говорил он ей. — Я приду. Я тебя вытащу».

Илья приехал через полтора часа. С ним был Дмитрий — бледный, взъерошенный, в помятой одежде.

— Я не знал, — сказал он с порога. — Дядя сказал, что мы уезжаем, что охота отменяется. А он… он обманул меня.

— Ты поможешь его остановить? — спросил Егор.

— Я не могу пойти против дяди. Он меня воспитал, он меня всему научил…

— Тогда скажи, где у него тайники, какое оружие, сколько людей, — Егор взял его за плечи. — Ты можешь спасти Ксению. И себя.

— Себя?

— Если она умрёт, я убью его. А потом, возможно, и тебя, — жёстко сказал Егор. — Если ты поможешь, я отпущу вас обоих. Живыми.

Дмитрий смотрел на него долгим взглядом, потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Я помогу.

***

План был простым — до безумия.

Дмитрий звонит дяде, говорит, что хочет участвовать в поимке «главного вампира». Полковник, обрадованный, даёт ему зелёный свет. Егор незаметно проникает на завод под видом подкрепления. Илья ждёт снаружи на случай, если что‑то пойдёт не так.

— Если он узнает, что вы работаете с охотником, — сказал Дмитрий, глядя на Илью. — Он убьёт сначала Ксению, потом вас.

— Не узнает, — ответил Егор. — Илья будет держаться в стороне.

— А если вы не успеете?

— Успею, — твёрдо сказал Егор. — Я успею.

***

Завод «Красный богатырь» встретил их темнотой и запахом ржавчины.

Егор шёл по цехам, ведомый Дмитрием. Тот знал каждый угол, каждый проход, каждую лазейку. Они двигались бесшумно — вампирская скорость и человеческая осторожность.

— Дядя в третьем цехе, — прошептал Дмитрий. — С ней двое бойцов. Серебряные пули, арбалеты. Будь осторожен.

— Я буду, — кивнул Егор. — А ты жди здесь.

— Нет, — Дмитрий покачал головой. — Я пойду с тобой.

— Зачем?

— Чтобы он не стрелял в тебя сразу, — ответил молодой охотник. — Увидит меня — задумается. А думать он будет долго. Этого времени хватит.

Егор посмотрел на него — и впервые увидел не врага, а запутанного, сломанного парня, который пытался выбраться из тени своего дяди.

— Идём, — сказал он.

***

Третий цех был огромным — высокие потолки, разбитые окна, лужи на полу.

В центре, на стуле, сидела Ксения. Руки её были связаны серебряной цепью — он видел, как дымится кожа на запястьях. Лицо было бледным, но спокойным. Она подняла голову, когда они вошли, и в глазах её зажглась искра — не страх, не надежда, а гнев.

— Егор, — сказала она. — Я же просила не приходить.

— Я не умею выполнять просьбы, — ответил он, не сводя глаз с полковника.

Смирнов стоял за её спиной. Высокий, седой, в чёрной тактической форме. В руке — арбалет с серебряным болтом.

— А, мальчик, — усмехнулся он. — Пришёл умирать?

— Пришёл забирать свою девушку, — спокойно ответил Егор.

— Самонадеянно, — полковник перевёл арбалет на него. — Ты знаешь, сколько серебра у меня на складах? Хватит, чтобы уничтожить всю вашу нечисть в Москве.

— Зачем? — спросил Егор. — Мы не трогаем людей.

— Вы уже трогаете, — Смирнов кивнул на Ксению. — Она — человек? Нет. Она — паразит. И ты — такой же.

— Дядя, — вмешался Дмитрий, выходя из тени. — Хватит.

— Дима? — полковник удивился. — Ты что здесь делаешь?

— Я пытаюсь тебя остановить, — ответил племянник. — Этот вампир не убивал людей. Он убил только того, кто убивал. Велеслава. Того самого, который напал на твоего напарника.

— Откуда ты…

— Я проверил, — Дмитрий подошёл ближе. — Велеслав был в Москве в тот год. Он убил троих полицейских, включая напарника. Ты искал не тех.

Полковник замер. Арбалет дрогнул.

— Ты врёшь, — прошептал он.

— Я проверил по базам, — настаивал Дмитрий. — По тем, к которым ты дал мне доступ. Совпадение по времени, по месту, по способу убийства. Это был Велеслав. И Егор его уничтожил.

— Зачем ему это?

— Затем, что Велеслав был монстром, — сказал Егор, делая шаг вперёд. — Он убивал людей. Он убил вашего друга. Я сделал то, что должна была сделать ваша полиция, но не смогла.

— Ты не человек, — полковник повысил голос. — Ты не имеешь права…

— Я имею право защищать тех, кого люблю, — перебил Егор. — Как и вы. Я понимаю вашу ненависть. Я бы тоже ненавидел, если бы у меня убили друга. Но вы ненавидите не тех. Ваш враг мёртв. Моими руками.

Смирнов молчал, сжимая арбалет.

— Дядя, опусти оружие, — попросил Дмитрий. — Пожалуйста. Хватит крови.

— Если я опущу, они нас убьют.

— Я не убью, — сказал Егор. — Слово.

— Слово вампира? — усмехнулся полковник.

— Слово человека, который стал вампиром, — ответил Егор. — И который не хочет войны.

***

Тишина длилась вечность.

Потом Смирнов медленно опустил арбалет, положил его на пол. Бойцы за его спиной переглянулись — и тоже опустили оружие.

— Развяжите её, — сказал Егор.

— Развяжите, — повторил полковник.

Ксения встала, потирая запястья. Кожа на них почернела от серебра, но уже начинала заживать.

— Ты пришёл, — сказала она, глядя на Егора.

— Я всегда приду, — ответил он.

Она подошла, прижалась к нему. Он обнял её, чувствуя, как дрожит её тело — не от страха, от напряжения.

— Всё кончено, — прошептал он.

— Кончено, — эхом отозвалась она.

***

В ту же ночь полковника Смирнова арестовали свои же.

Илья вызвал спецназ — тех, кто был в курсе дела и давно ждал команды. Полковник не сопротивлялся. Он вышел на улицу с поднятыми руками, и в его глазах было не отчаяние — облегчение.

— Прости, Дима, — сказал он, когда его сажали в машину.

— Прощаю, — ответил племянник. — Но больше не возвращайся.

***

Дмитрий уехал в другой город — начинать новую жизнь. Егор и Ксения остались в Москве.

— Ты рисковал, — сказала она, когда они вернулись домой.

— Знал.

— Ты мог погибнуть.

— Но не погиб, — он взял её за руку. — Потому что у меня есть ради кого жить.

Она смотрела на него долгим взглядом, и в глазах её стояли слёзы — чёрные, нечеловеческие, но такие родные.

— Я люблю тебя, Егор Тихомиров.

— И я тебя, Ксения Демникова, — ответил он. — Больше жизни.

— Больше смерти, — добавила она.

— Больше всего.

***

Прошёл месяц.

Илья позвонил, сказал, что Смирнов дал признательные показания, назвал всех, кто помогал ему в незаконной охоте. Сеть охотников-одиночек развалилась. Оставшиеся заключили новый договор с Советом — честный, прозрачный.

— Ты изменил мир, — сказала Ксения, когда они узнали эту новость.

— Мы изменили, — поправил он. — Вместе.

Они сидели на крыше высотки, глядя на закат. Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо в алый и золотой — цвета крови и надежды.

— Знаешь, — сказала Ксения, — я никогда не думала, что доживу до такого.

— До чего?

— До мира. До покоя. До человека, который смотрит на меня не как на чудовище, а как на любимую.

— Ты не чудовище, — сказал он. — Ты — моя жизнь.

— Ты же знаешь, что я мёртвая, — усмехнулась она.

— А я чувствую тебя живой, — ответил он. — Каждую секунду.

Она ничего не сказала, только сжала его руку крепче.

Им предстояла вечность. Но вечность с любимым — это не наказание. Это дар.

И они были готовы его принять.