Глава 4

Дом Маршаллов представлял собой нечто среднее между городской достопримечательностью и местной страшной сказкой. В такие, пропитанные нехорошей славой, дома залезают на спор подростки, в том случае, если они пустуют. И в таком доме жил Валентин.

Два этажа, толстые стены, тяжелая дубовая дверь, над которой вьется одичавший уже плющ.

Иногда Вэл думал, что все это слишком гротескно, и неплохо было бы что-то здесь поменять, убрать хотя бы растения, но очень быстро ему становилось все равно. История четырехлетней давности странным образом поблекла в человеческой памяти, хотя соседи и предпочитали обходить дом по противоположной стороне улицы.

В общем-то, все думали об одном и том же: если слишком долго заигрывать со смертью, однажды она ответит. Все получили то, что заслужили.

К слову о повальной толерантности…

В любом случае, на него смотрели со скрытой опаской, и Маршалла это вполне устраивало.

Домой Вэл вернулся, когда солнце уже садилось, голодный и уставший, но вполне удовлетворенный. Он закончил, наконец, частное дело, которым занимался в последнюю неделю, и теперь вяло прокручивал в голове планы на вечер.

Заказать пиццу, послушать полицейскую радиочастоту, зарядить телефон и позвонить, наконец, детективу-чертову-Батлеру в тщетной надежде, что тот окажется достаточно вменяем для разговора.

Выброшенные системой на обочину копы — дело хлопотное и, как правило, неблагодарное, да и ниточка, вероятнее всего, никуда не выведет, но со свойственным ему упорством, Валентин был твердо намерен попытаться.

Сворачивая на подъездную дорожку, он зацепился взглядом за припаркованную у обочины машину. Высокая девица с собранными в хвост волосами, — очевидно, водитель, — курила, присев на капот, и Вэл почти улыбнулся.

Не местная. Местные у его дома старались не парковаться.

Наверное, следовало попросить отогнать машину, но Вэл не стал. Тем более, что это вполне могло быть по его душу, хотя такой расклад и нравился медиуму меньше всего. Работая над убийствами, он не брал частных заказов, сколько бы те ни стоили, и зачастую это вызывало у потенциальных клиентов агрессивное непонимание.

Он взял из машины сигареты и бесполезный пока телефон и даже успел сделать шаг к дому, когда его окликнули:

— Мистер Маршалл?

Спокойный, негромкий голос, словно человек и мысли не допускает о том, что ее могут не услышать.

Ну, разумеется. Начавшийся так день просто не может закончиться тихо и без приключений.

— Извините, я сейчас не работаю, — заговорил Валентин еще раньше, чем повернулся.

— А мне сказали, что как раз наоборот, — девица, наконец, подошла к нему и протянула руку. — Линдси Батлер, ваш новый напарник.

— Кто? — на протянутую руку Вэл уставился с известной долей подозрительности.

С ним не здоровались за руку, так просто повелось. Будто все Управление разом опасалось подцепить через него от жертв какую-то заразу.

Первая мысль детектива Батлер, когда она увидела, с кем придется работать, была о том, что все плохо. Медиум действительно выглядел старше, чем на фотографии, приложенной к досье, вовсе не был наполовину седым, только одна широкая прядь, и ростом был Линдси примерно по ухо.

Батлер была прекрасно осведомлена, о том, скольких убийц взяли благодаря этому мальчишке, но с имеющимся образом это еще предстояло соотнести.

Маршалл отвечать на рукопожатие не спешил, и Линдси убрала протянутую ладонь, опустила руку в карман пиджака.

— Вас не предупредили?

— Нет, — медиум, будто спохватившись, кивнул. — Просто я полагал, что знакомство будет более официальным.

Так не бывает…

Это мог бы сказать кто угодно, но Валентин как раз таки как никто другой, знал, что бывает все.

Ещё он мог бы хотя бы мысленно назвать себя одуревшим от недосыпа идиотом. Потому что был уверен, что детектив Линдс, — Линдел? — Батлер мужчина.

— Я решила сэкономить нам обоим время, — Линдси пожала плечами, озвучивая, вроде бы, вполне очевидное, и Вэл понял, что все сложилось как надо.

Даже если бы он позвонил утром, даже если бы эта женщина согласилась на встречу, она не стала бы отвечать ни на какие вопросы. Просто потому что не стала бы.

— Я слышал, что вы в отпуске.

— Фактически уволена, вы хотели сказать? — Батлер невольно усмехнулась, умилившись такой тактичности. — Недалеко от истины. Но, видите ли, на это дело Брэндону был нужен кто-то, — она сделала паузу, подбирая слово, и от формулировки «кого не жалко в случае чего линчевать» решила все же отказаться. — Опытный.

— Опытнее новичка, но мобильнее пенсионера, еще и согласный работать со мной? — Вэл хмыкнул, оценив паузу, вытащил сигареты.

Зажигалку он в кармане не нашел, потом вспомнил, что оставил в машине.

— Дайте закурить.

Батлер медленно, не будучи уверенной в том, как ей могут аукнуться резкие движения, поднесла левую руку к его лицу, на пальце вспыхнуло пламя.

Валентин задержал взгляд на рубце на запястье, а потом прикурил, глядя детективу в лицо. И едва не рассмеялся, затягиваясь, — ну и кто кого сейчас пытался взять на слабо?

— Итак. Насколько последнюю… героиню Управления успели ввести в курс дела?

— Весьма поверхностно, — Линдси не успела осознать, что ей так не понравилось в том, как медиум закуривал, просто убрала в карман и вторую руку.

И отстраненно отметила, что войти ей никто не предложил.

Валентин выдохнул, посмотрел на сигарету, как на личного врага, но не бросил.

— Кто бы это ни сделал, он был осведомлен о том, что к делу привлекут некроманта, убитому вырезали язык.

— Значит, вы ничего не смогли от него получить. И теперь придется либо руководствоваться старой доброй логикой, либо ждать следующего убийства, — Батлер без особого выражения посмотрела на заходящий солнечный диск.

— И какой расклад вам больше по душе?

— Мне? — она снова перевела взгляд на собеседника, будто успела за пару секунд вообще забыть о его существовании. — По-моему, вы видели не меньше убийц, чем я, Валентин. Что вас наводит на мысль о том, что он остановится?

Собственное имя в исполнении детектива подействовало на Маршалла странно. Или дело было в оттенке снисходительности, мелькнувшем в сказанном?..

В любом случае, приходилось признать, что с таким напарником сработать по привычной и удобной схеме, — Валентин Маршалл командует, коп молчит и выполняет, — не получится.

У детектива Батлер зазвонил телефон, и прежде, чем ответить, она посмотрела на экран. Саркастично усмехнулась уголками губ, показала телефон Вэлу.

Звонил Брэндон.

— Добрый вечер, капитан, — левой рукой Линдси поднесла трубку к уху, правой полезла во внутренний карман за сигаретами.

— Батлер, где тебя черти носят⁈ — будучи вынужденным лично подключиться к делу, Джеймс Брэндон почитал крик наиболее эффективным способом взаимодействия с подчинёнными.

Вовремя вспомнившая об этом Линдси чуть отстранила телефон от уха.

Свою работу она действительно любила, и была вполне искренне удовлетворена тем, что капитану пришлось не просто восстановить ее по собственной инициативе, но и сделать это всего лишь после трети положенного срока.

Однако оглохнуть так бесславно она все же не планировала.

— Дежурный звонил Маршаллу, у него выключен телефон. Будь любезна, скажи, что этот говнюк с тобой⁈

На лице Батлер не дрогнул ни один мускул.

— У говнюка хороший слух, капитан. А у меня — громкий динамик.

В трубке наступила пауза, в течение которой Валентин успел глупо вытаращиться на детектива, покоситься с недоверием на телефон, и подавить абсолютно неуместную улыбку.

— У нас новый труп, — продолжил Брэндон уже сдержаннее. — Покойник считает нужным вызвать вас. Адрес высылаю.

И дал отбой, не дожидаясь ответа.

Линдси посмотрела на телефон, ожидая сообщения, потом подняла взгляд на Валентина.

— Звонил капитан Брэндон. Произошло убийство, и Эдвин в ходе осмотра тела пришел к выводу, что вы можете быть полезны на месте.

Короткий мелодичный звук известил о новом сообщении, и Вэл тряхнул головой, отгоняя глупое веселье.

Впрочем, собственная манера выражаться в исполнении детектива Батлер подействовала весьма отрезвляюще.

— Поехали.

Линдси кивнула, и, быстрым движением прикурив, направилась к водительскому месту, однозначно давая понять, что поедут они на ее машине.