Глава 7. Трещина

Пятница встретила меня тишиной.

Дождь, ливший всю неделю, наконец иссяк, оставив после себя лужи и влажный запах прелой листвы. Я проснулась рано — слишком рано, — и долго лежала, глядя в потолок. Сегодня мне предстояло сделать то, чего я не делала ни разу за всю новую жизнь: сознательно открыть часть правды.

Кейран назначил встречу в Архивном Ярусе после занятий. За ночь он наверняка прочитал книгу. Наверняка обдумал каждое слово. И теперь у него есть вопросы, на которые я не смогу ответить уклончиво.

Метка на груди тихо теплилась. Богиня молчала — но я знала, что она следит. Ей нравилось, что дракон втягивается в мою игру. Или, может быть, это я втягивалась в её.

Я встала, оделась и пошла на занятия. Весь день прошёл как в тумане. Лекции сливались в монотонный гул. На тренировке у Торвальда я дважды пропустила удары от Рейны, и она, нахмурившись, спросила, всё ли в порядке. Я соврала, что не выспалась.

К вечеру я спустилась в библиотеку.

Архивный Ярус встретил меня привычным запахом пыли и старого пергамента. Кейран уже был там. Он сидел за столом в дальнем углу, раскрыв перед собой книгу — ту самую, из запретной секции. Рядом лежали какие-то свитки и карта, наспех набросанная от руки.

— Ты рано, — сказала я, садясь напротив.

— Я не спал, — ответил он коротко. Под глазами у него залегли тени. — Читал.

— И что надумал?

Кейран отодвинул книгу и посмотрел на меня. В золотых глазах не было прежнего сопротивления — только усталая, выжженная сосредоточенность.

— Я проверил кое-что, — сказал он. — Кое-что из того, что ты говорила. Инесса действительно ищет Источник Хаоса. Она говорила со мной об этом — вскользь, как о теории для диплома. Но теперь я вижу, что это не теория.

— Ты говорил с ней?

— Нет. — Он покачал головой. — Я просмотрел её записи. Она держит их в общей гостиной Высшей Магии, не прячет. Там координаты, расчёты, старые карты подземелий Ноксхейма. Она ищет место, где Источник выходит ближе всего к поверхности.

Я молчала. Он сделал шаг навстречу — шаг, которого я не ожидала так скоро.

— Ты была права, — продолжил он глухо. — Она что-то планирует. И это что-то — не дипломный проект.

— Но ты всё ещё сомневаешься, — сказала я тихо.

— Да. Потому что между поиском источника и убийством есть разница. — Он откинулся на спинку стула и потёр переносицу. — Я знаю Инессу много лет. Она жестокая. Хитрая. Но она не убийца.

— Ты уверен? Или просто хочешь в это верить?

— Второе, — признал он неожиданно честно. — Я хочу в это верить. Потому что иначе выходит, что я все эти годы был слеп. Что я был помолвлен с чудовищем и не замечал.

Я опустила глаза. Мне вдруг стало почти жаль его. Он, как и я в прошлой жизни, был обманут. Разница лишь в том, что он не умер от этого.

— Ты спрашивал, откуда я знаю, — произнесла я медленно. — Я не могу рассказать всего. Пока не могу. Но я могу сказать тебе правду об Инессе. О том, что она сделает. И о том, кого она выберет жертвой.

Кейран подался вперёд.

— Кого?

— Девушку, отмеченную богиней Хаоса. Ту, что носит метку. — Я подняла на него глаза и выдержала его взгляд. — Инесса найдёт её. Потому что метка уже проявилась.

Он замер. В воздухе повисло напряжение — густое, почти осязаемое. Я видела, как в его голове складывается картинка. Мои перемены. Моя аура. Мои слова.

— Ты знаешь, кто это, — сказал он не спрашивая.

— Знаю.

— Это ты?

Я не ответила. И моё молчание было громче любых слов.

Кейран медленно выдохнул и отвёл взгляд.

— Я должен был догадаться, — сказал он тихо. — Твой магический фон. Твоя внезапная сила. То, как ты изменилась за одно лето.

— И что ты теперь будешь делать? — спросила я. — Расскажешь Инессе?

— Нет. — Он произнёс это резко, почти зло. — Я сказал, что не расскажу.

— Почему?

Он поднял на меня глаза — и в них горело что-то, чего я не могла назвать. Не гнев. Не любопытство. Что-то глубже.

— Потому что я не отдам тебя ей.

Повисла пауза. Я забыла, как дышать.

— Ты сам сказал, что ещё не веришь мне до конца, — напомнила я.

— Не верю. Но я и ей уже не верю. И из двух зол... — он не закончил фразу. Вместо этого он пододвинул ко мне книгу. — Расскажи всё, что можешь. Я слушаю.

И я рассказала. Не всё — не о прошлой жизни, не о ритуале, в котором он стоял и смотрел, — но достаточно. Я рассказала, что Инесса ищет отмеченную, чтобы провести ритуал подчинения богини. Что Источник Хаоса скрыт где-то под Академией. Что у неё есть сообщники — Ливви, Тамира, возможно, кто-то ещё. И что времени осталось меньше года.

Кейран слушал молча. Иногда задавал вопросы — острые, цепкие, — и я отвечала так честно, как могла. Когда я закончила, он долго сидел, глядя в стену.

— Ты понимаешь, что это безумие? — сказал он наконец. — Подчинить богиню Хаоса. Это невозможно.

— Инесса считает иначе. И у неё есть книга, в которой описан ритуал.

— Книга могла быть подделкой. Или она могла неверно её истолковать.

— Могло. Но ты готов рискнуть?

Он посмотрел на меня — долго, тяжело, — и я увидела, как в его глазах ломается что-то. Та самая броня, которую он носил годами.

— Нет, — сказал он тихо. — Не готов.

Мы договорились, что пока не будем действовать открыто. Кейран продолжит изображать жениха Инессы — это даст ему доступ к её разговорам, к её записям, к её планам. Я продолжу свои поиски. А когда у нас будет достаточно доказательств, мы вместе пойдём к Морвусу.

— Я не обещаю, что стану тебе другом, — сказал он, поднимаясь из-за стола. — Но я не дам ей тебя убить.

— Этого достаточно, — ответила я.

Он ушёл. А я осталась сидеть в Архивном Ярусе, глядя на закрытую дверь и чувствуя, как внутри что-то медленно, неохотно оттаивает.

Впервые за долгое время у меня появился союзник. Пусть шаткий, пусть не до конца убеждённый — но союзник. И это меняло всё.

---

Я вышла из библиотеки, когда солнце уже клонилось к закату. Коридоры были пусты, и только редкие магические светильники разгоняли сумерки. Я шла к общежитию, прокручивая в голове разговор с Кейраном, когда на полпути меня остановил знакомый голос.

— Эрида, дорогая!

Я обернулась. Инесса стояла в нише у окна, залитая оранжевым светом заката. Она была одна — без Ливви, без Тамиры, без свиты. Просто Инесса в кремовом платье, с идеальной укладкой и с улыбкой, которая не касалась глаз.

— Ты сегодня долго сидела в библиотеке, — пропела она, делая шаг навстречу. — Я уж думала, ты там ночуешь.

— Работаю, — ответила я ровно, не замедляя шага.

— Ах да, твоя маленькая подработка. — Она поравнялась со мной и пошла рядом. — Знаешь, я всё думала о нашем разговоре в трактире. Ты была так... резка. И я решила, что, наверное, была к тебе несправедлива.

Я остановилась и посмотрела на неё. В её глазах плясало что-то — нечто знакомое, что я слишком хорошо помнила по прошлой жизни.

— К чему ты клонишь, Инесса?

— Ни к чему, — она улыбнулась шире и вдруг шагнула ближе, оказавшись в полушаге от меня. — Просто хочу извиниться. По-настоящему.

И прежде чем я успела отшагнуть, её ладонь коснулась моего виска.

Холод. Липкий, вязкий холод, просачивающийся под кожу, ползущий к сознанию, как змея. В прошлой жизни я знала это ощущение слишком хорошо. Инесса пользовалась им много раз — когда ей нужно было, чтобы я «случайно» проговорилась, «добровольно» согласилась или «сама» отдала то, что ей было нужно. Ментальное воздействие. Её коронный приём.

Раньше я не могла сопротивляться. Раньше мой разум открывался ей, как цветок открывается солнцу, и я верила всему, что она внушала.

Но сейчас...

Метка на груди вспыхнула жаром. Хаос внутри меня вскинулся, как разбуженный зверь, и я почувствовала, как чужая магия натыкается на невидимую стену. Ледяной холод разбился о неё, как волна о скалу, и рассыпался искрами.

Инесса замерла. Её глаза расширились — на долю секунды, не больше, — но я увидела. Увидела шок. Увидела растерянность. Увидела, как она впервые не понимает, что происходит.

— Что ты делаешь? — спросила я спокойно, глядя ей прямо в глаза.

Она отдёрнула руку, будто обожглась. На мгновение маска сползла с её лица, и под ней проступило что-то хищное и злое.

— Ничего, — сказала она, но голос дрогнул. — Просто... проверяла кое-что.

— И как результаты?

Она смотрела на меня, и я видела, как в её голове лихорадочно крутятся мысли. Она не могла понять. Её ментальная магия всегда действовала на меня безотказно. Всегда. Шесть лет я была её ручной мышкой, и вдруг — стена. Глухая, непроницаемая стена там, где раньше была открытая дверь.

— Интересно, — произнесла она наконец, и её голос снова стал сладким, но в нём звенела сталь. — Очень интересно. Ты изменилась, Эрида. Не только в поведении.

— Ты тоже это заметила, — сказала я с лёгкой усмешкой. — Удивительно, как много людей вокруг замечают мои перемены. Может, дело не во мне, а в том, что я раньше просто позволяла себя не замечать?

Она поджала губы. Пауза затянулась.

— Что ж, — сказала Инесса, отступая на шаг, — я рада, что ты стала... сильнее. Нам, девушкам, нужно держаться вместе. Особенно теперь, когда впереди выпускной год.

— Конечно, — я склонила голову набок, копируя её жест. — Будем держаться вместе. Как всегда.

Она улыбнулась — фальшиво, натужно — и развернулась, чтобы уйти. Но у самого поворота задержалась.

— Я слежу за тобой, Эрида, — бросила она через плечо. — Мне интересно, что ещё ты скрываешь.

— Взаимно, Инесса, — ответила я тихо, но она уже скрылась за углом.

Я осталась в коридоре одна. Прислонилась спиной к холодной стене и выдохнула. Сердце колотилось где-то в горле. Она пыталась прощупать меня ментально — и не смогла. Метка богини защитила меня. Но теперь Инесса знает, что я больше не пустышка. Знает, что я могу сопротивляться. И это сделает её опаснее.

Плохо. И хорошо. Потому что теперь она будет осторожнее. А осторожный враг совершает меньше ошибок — но его ошибки становятся фатальными.

Я отлепилась от стены и пошла к общежитию. Внутри бурлила странная смесь страха и торжества. Я впервые встретилась с Инессой на её поле — и выстояла. Она пыталась внушить мне подчинение, но наткнулась на Хаос.

---

Утро субботы началось с солнца. Редкое явление для осеннего Ноксхейма — небо очистилось, и сквозь витражи столовой лился золотистый свет. Настроение было странным: тревога после вчерашней стычки с Инессой ещё не улеглась, но где-то внутри тлело спокойное удовлетворение. Я выстояла. Она не смогла пробить мою защиту.

Я взяла поднос и направилась к столу, где уже сидели мои друзья. Финн что-то темпераментно рассказывал, размахивая ложкой. Лотти закатывала глаза. Брам слушал с видом человека, который давно принял окружающее безумие как данность.

— Доброе утро, — я поставила поднос и села.

— О, Эрида! — Финн просиял. — Ты как раз вовремя. Скажи Лотти, что дракон в ипостаси ящера может переварить гвозди!

— Не может, — ответила я машинально, вспомнив что-то из лекций.

— Вот! — торжествующе ткнул пальцем Финн. — Она согласна со мной!

— Она сказала «не может», — поправил Брам.

— Это одно и то же!

Я улыбнулась и потянулась за чаем. Но не успела сделать глоток, как рядом со столом возникла фигура.

— Леди Вэллфорд?

Я подняла голову. Передо мной стоял высокий темноволосый парень с приятным, располагающим лицом. Черты тонкие, аристократические, но без надменности — скорее, с лёгкой, почти дружелюбной улыбкой. На мантии — эмблема Высшей Магии.

— Да, — ответила я. — А вы...

— Лорд Эллар Ноктис, — он поклонился — не студенческим кивком, а полноценным светским поклоном. — Кузен Кейрана. Мы не были представлены, но я много о вас слышал.

Я замерла. Ноктис. Ещё один Ноктис.

— И что же вы слышали? — спросила я осторожно.

— Что вы произвели впечатление на магистра Торвальда. А это удаётся немногим. — Он выпрямился и посмотрел на меня с интересом, который казался почти искренним. — Я перевёлся в Ноксхейм только в этом году и пока осматриваюсь. Решил, что будет правильно познакомиться с теми, о ком говорят.

Финн поперхнулся чаем. Лотти бросила на меня быстрый взгляд — вопросительный, настороженный. Брам просто ждал.

— Приятно познакомиться, лорд Ноктис, — сказала я ровно. — Это мои друзья: Финн, Лотти, Брам.

Эллар кивнул каждому, но его серебристо-серые глаза быстро вернулись ко мне.

— Надеюсь, вы не против, если я иногда буду составлять вам компанию? Я пока не обзавёлся знакомствами, а вы, говорят, знаете Ноксхейм лучше многих.

— Кто говорит? — спросила я прямо.

Он улыбнулся шире, но в этой улыбке не было скользкости — только вежливая светская уклончивость.

— Разные люди.

Я не успела ответить — краем глаза заметила движение у стола Высшей Магии. Кейран.

Он сидел на своём обычном месте, но уже не смотрел в тарелку. Его золотые глаза были прикованы к нашему столу — к Эллару, склонившемуся ко мне в полупоклоне. И в этом взгляде читалось что-то, чего я раньше не видела. Не скука. Не холод. Раздражение — острое, напряжённое, — вспыхнувшее и тут же придавленное. Он смотрел не на меня, а на кузена, будто тот вторгся на его территорию.

Рядом с ним сидела Инесса. Она не смотрела в нашу сторону. Её внимание было занято беседой с Тамирой — или она мастерски делала вид, что занята.

Я перевела взгляд на Эллара.

— Конечно, лорд Ноктис, — сказала я спокойно. — Составляйте компанию. Мы всегда рады новым знакомствам.

Он просиял и сел за наш стол. Финн тут же начал расспрашивать его о столичной Академии, Лотти поджала губы, а Брам молча наблюдал. Я же украдкой посмотрела на стол Высшей Магии ещё раз.

Кейран больше не смотрел на меня. Он сосредоточенно резал мясо, но желваки на скулах ходили туда-сюда. Инесса что-то тихо говорила Тамире, ни разу не обернувшись к нашему столу.

И я задумалась. Что здесь — простое совпадение? Или ниточка, которую кто-то дёрнул, проверяя мою реакцию? И если так — то чья рука её дёрнула?

Эллар говорил о столичных дуэлях, улыбался и казался совершенно искренним. Но я слишком хорошо знала, что в Ноксхейме искренность — самая опасная маска.

Я уткнулась в чай и решила подождать. Время покажет.

---

Когда завтрак закончился и мы разошлись, я двинулась к выходу из столовой. Финн и Лотти ушли вперёд, обсуждая что-то про зимний бал, Брам уткнулся в книгу на ходу. Я задержалась у дверей, поправляя сумку, когда меня догнал знакомый голос.

— Леди Вэллфорд! Постойте!

Я обернулась. Эллар Ноктис спешил ко мне по коридору — высокий, тёмноволосый, с той же приятной улыбкой на лице.

— Лорд Ноктис, — я остановилась. — Что-то случилось?

— Ничего, — он догнал меня и чуть запыхался. — Просто... я в Академии всего несколько дней и до сих пор путаюсь в этих коридорах. Восточное крыло, Западное, какие-то переходы... Я подумал: может, вы согласитесь показать мне Ноксхейм? Не сейчас, разумеется, — когда будет удобно. Говорят, вы знаете здесь каждый угол.

Я помедлила. В его голосе не было скользкости — только лёгкая, почти мальчишеская неловкость. Но я слишком хорошо усвоила уроки прошлой жизни, чтобы доверять первому впечатлению.

— Я работаю в библиотеке по вечерам, — сказала я. — И тренируюсь у Торвальда. Боюсь, я не лучший экскурсовод.

— Значит, вы заняты, — он кивнул с пониманием. — Но, может, хотя бы покажете мне путь к Западному крылу? Я опоздал туда вчера на лекцию и получил выговор от профессора.

Я чуть улыбнулась.

— Западное крыло — в противоположной стороне от того, куда вы шли сейчас.

— Вот видите! — он всплеснул руками. — Я безнадёжен.

Я вздохнула и кивнула в сторону коридора.

— Идёмте. Покажу.

Мы двинулись по галерее. Эллар шагал рядом и, казалось, искренне наслаждался прогулкой. Он задавал вопросы — о горгульях, о старых портретах, о том, правда ли, что академический сад цветёт даже зимой. Я отвечала коротко, но он не навязывался, не давил, и постепенно моё напряжение начало спадать.

У развилки, где коридор раздваивался, я остановилась и указала направление.

— Западное крыло — прямо и налево. Большая дубовая дверь с бронзовой ручкой. Не ошибётесь.

— Благодарю, леди Вэллфорд. — Эллар поклонился — легко, но учтиво. — Надеюсь, мы ещё увидимся. И, возможно, вы всё-таки согласитесь на экскурсию.

— Возможно, — ответила я уклончиво.

Он улыбнулся, развернулся и зашагал к Западному крылу. Я смотрела ему вслед, пока его фигура не скрылась за поворотом.

Я поправила сумку и пошла в библиотеку. День только начинался.