36

Олег 2 месяца спустя – Ну что, ты готов, чемпион? – Папа, а нам обязательно сегодня куда-то идти? Может, останемся дома с Импалой? – со вселенской тоской и грустью во взгляде произнес Егор, на что я только хмыкнул. Присел на корточки рядом с сыном и почухал котенка, который лежал у него на коленях, за ушком. – С Импалой, – больше никогда не буду смотреть «Сверхъестественное» с Егором, – ничего не случится. Мы уже говорили об этом, помнишь? Папа идет на работу, и ты идешь на работу в сад. Егор вздохнул и кивнул. – Хорошо, только попрощаюсь с Импой. Я вышел из комнаты мелкого и стал ждать его в коридоре, пока он сюсюкался с кошкой. Несколько недель назад, мы возвращались домой от родителей, лил жуткий дождь. Внезапно мы увидели под подъездом котенка. Егор, конечно, не смог пройти мимо, захотел забрать его домой, а я не смог ему отказать. Так в нашей чисто мужской компании появилась кошка. Она была страшненькая, худющая и грязная. Мы ее искупали, и симпатичней она не стала. Но Егорка полюбил ее сразу. И даже перестал спать со мной в кровати, вернулся в свою комнату. Пусть даже двери наши отрыты, это уже прогресс. Да и я, признаться честно, время от времени люблю с ней поиграть. Через несколько минут сын вышел из комнаты и нехотя пошел на выход из квартиры. Мы зашли в лифт и быстро спустились на первый этаж. Поздоровались с охранником и прошли к нашей машине. Я усадил Егора на заднее сиденье и надежно зафиксировал его в кресле с помощью ремней безопасности. Он тут же включил планшет и начал смотреть мультики. Я выехал со двора в сторону сада. Милена уговорила меня отдать туда Егора. По ее словам он очень хороший, туда же ходит и Стас, только в группу помладше. Сад оказался неплохим. Я поговорил с воспитательницей и Егор, на удивление, быстро пошел в группу. Сын соскучился по этому. По живому общению с детьми. Еще немного понаблюдав за ним, я быстро обулся, вышел из садика и поехал на работу… – Доброе утро, Олег Николаевич, – слышалось с разных уголков фирмы. Все как один шокировано это произносили и во все глаза смотрели на меня. Я ни на кого не смотрел, просто время от времени кивал в знак приветствия. Когда подошел к своему кабинету, бросил мимолетный взгляд на Аню, она даже не сказала мне ничего, просто как рыба открывала и закрывала рот. Я зашел внутрь и закрыл за собой дверь. Здесь все так и осталось на своих местах. Все такое безликое. Ни намека на то, что случилось два месяца назад. Подошел к столу и, отодвинув кресло, сел в него. Откинулся назад и меня тут же, словно в центрифугу, засосали воспоминания. Как я сидел за этим столом, просматривал бумаги, когда мне позвонили. Как я в спешке покидал здание и мчал в Склиф. Как зашел в морг и увидел… Черт! Я с силой потер лицо ладонями, стараясь привести в порядок дыхание и отогнать от себя воспоминания. Пару минут посидел с закрытыми глазами, пока не пришел в норму. – Анна, принеси мне документы по «БелИнвесту», – сказал я в коммуникатор, голос был хриплым, будто у меня фарингит. – Олег Николаевич, – спустя несколько секунд промедления послышался ответ, – я не думаю, что Вам… – Вот и молодец, Аня. Тебе и не нужно думать. Просто необходимо выполнять то, что тебе говорят. Спустя некоторое время секретарша зашла в кабинет и положила мне папку на стол. Не глядя на нее, я взял документы и сразу же начал изучать их, мне хотелось погрузиться в работу, чтобы вырубить все мысли и чувства, хотя бы на несколько часов. Чувствовал, что Аня так и осталась в кабинете. Стоит. Смотрит. Ждет чего-то. – Кофе принеси, – сказал, не поднимая головы от бумаг. Услышал какой-то непонятный звук со стороны девушки, то ли вдох, то ли всхлип и поспешное закрывание двери. Кофе мне так и не принесли, зато вскоре ко мне в кабинет буквально влетел Карпов. Весь взлохмаченный и помятый. Я осмотрел его и криво улыбнулся. – Хреново выглядишь, Родя. Мужчина ничего не ответил, просто смотрел на меня. Внимательно. Я знаю, что он высматривал. Его плечи расслабились, и он улыбнулся мне в ответ, подходя к столу и устраиваясь напротив меня. – А ты, смотрю, имидж решил сменить. Бороду отращиваешь. Неужто ты теперь унисекс? – Не унисекс, а метросексуал, – патетично парировал я, – и нет. Жду двадцать третье февраля, пена для бритья закончилась. Мы оба засмеялись, но смех быстро прекратился. Карпов снова посмотрел на меня поверх своих очков. – Нормально все. У нас нормально все, Родя, – ответил я. Понял, что он хочет спросить. Как и все. И для всех один и тот же ответ. Мужчина кивнул в ответ и в следующую секунду переключился на бизнес, я был только за. В обед в кабинет снова зашла Аня, неся в руке кофе. Аллилуйя. Наверное, она ходила пешком в Бразилию и сама лично собирала зерна. Другого логического объяснения у меня нет. Девушка, обойдя стол, поставила кофе прямо передо мной. Я вытянул руку и взял чашку, сделал глоток. И тут же почувствовал ее руки на своих плечах. – Мне так жаль. Не представляю, как ты держишься. Постоянно думаю, что было бы со мной, ну, если бы, например, умер… Я скинул ее руки с себя и повернулся к ней лицом в кресле. Она смотрела на меня сверху вниз, и я прекрасно знал этот ее взгляд. Мне стало противно. – Сейчас выйдешь отсюда и напишешь заявление по собственному. Алла в бухгалтерии тебя рассчитает, – ровно, без эмоций произнес я. – Но… Но Олег! – взвизгнула девушка, – я два года работаю на тебя, ты не можешь меня уволить. Тем более, когда Таня умерла… Я рывком поднялся с кресла и схватил ее за плечи. Знал, что сжимаю слишком сильно и делаю ей больно. Плевать, что останутся отметины. Пусть смотрит на них и вспоминает этот момент. – Закрой свой рот, – видел, как ее глаза расширились от страха. Я никогда прежде не был груб. Приблизил лицо вплотную к ее. – По собственному, ты поняла меня? Или еще раз объяснить? Я крепче сжал захват на ее плечах, и девушка закивала головой. В ее глазах блеснули слезы. Я отпустил ее и сел обратно в кресло. Аня побежала на выход из кабинета. Встал с кресла и открыл окно, подставляя лицо под холодный ветер. Надеясь, что он остудит, уменьшит эту боль. Каждый гребаный вдох без них раздирает меня изнутри. Руки начали мелко дрожать, и я сжал их в кулак. Все в один голос твердят, что со временем станет легче. Они просто врут. Легче не будет.