Глава 11
– Итак, моя дорогая подруга, начинай.
Выдохнув, я покачала головой и отвернулась. И какой черт дернул за язык сообщить Дарине о ночных приключениях? Сидела бы дальше дома в одиночестве, мыла полы, пыль протирала. Надо вон еще в шкафу порядок навести, вещи перебрать. Все-таки зима не за горами, вдруг мальчишкам что-то понадобится новенькое. А тут мой болтливый язык и неугомонная подружка, примчавшаяся ровно через пятнадцать минут, как я ей сообщила про встречу с Робертом.
– Ты бы так собиралась когда надо, – пробурчала усмехнувшись.
Обычно Дарина грешила опозданиями. Привычка тянулась еще со школьной скамьи и до сих пор преследовала подругу. Впрочем, подобная погрешность ее мало беспокоила. А на работе так и вовсе был свободный график. В этом ей, конечно же, повезло, иначе Дарину давно бы уволили…
– Маш, ты от темы-то не уходи. Давай вещай. Я вся внимание.
Обернувшись через плечо, увидела, как Дарина сложила руки перед собой, проигнорировав чашку чая, которую я перед ней поставила и чуть ли не слюной капала, сосредоточившись исключительно на мне.
Весь мир подождет.
Хмыкнув, вернулась к грязным тарелкам, которые ждать не будут и заговорила, понимая, что с Дариной спорить бесполезно. Если добровольно не расскажу, она пытать начнет.
– Как я уже и рассказала по телефону, пошла в магазин, ну в «Сударушку». Молоко закончилось…
– Это пропускаем, – нетерпеливо вклинилась Дарина, перебив меня.
Я выдохнула. Ну да, подробно, но не про молоко и макароны.
– Иду я обратно. Вижу: кто-то на моем пути появился, высокий и огромный. Испугалась и хотела убежать, пока не разглядела его.
– И какой он? В живую-то? – томно выдохнула Дарина.
На моих губах заиграла улыбка. Кажется, кто-то тоже шерстил сайты и искал информацию о Роберте. А ведь я прошлой ночью с трудом уснула, и то под утро. И чуть не проспала, меня Антон разбудил. Дети остались без каши, но объелись йогуртами и печеньем, а мне достались темные от недосыпа круги под глазами. Еще Дарина, которая сверлила в затылке дыру. И во всем виноват Роберт. Ну вот зачем ему приспичило идти через наши дворы? Что он там вообще забыл?
– Такой, Дарин, такой. Нам не по зубам.
– Ой да ладно, Маш! Тебе он точно по зубам. И судя по тому, что тебя аж до квартиры проводили и пакет донесли, ты его зацепила, подружка. Голову на отсечение, если не так.
– Ложись на стол, – кровожадно усмехнулась и обернулась с ножом в руках. – Отсекать будем.
Дарина скривилась и отмахнулась. Мой ножичек для масла нужного эффекта на нее не произвел.
– Тебе шутки шутить, а я правду говорю. Небось, еще под окнами тебя караулил.
– Ага, и серенады пел. А я такая плохая в магазин утопала. Дарин, спускайся на землю. Хватит в облаках летать, фантазерка. Мы просто случайно столкнулись. Это случайность, – последнее слово я произнесла по слогам. Но Дарина, неугомонная ее душа, энергично качала головой из стороны в сторону и отказывалась принимать мои аргументы. Да и аргументами вряд ли можно назвать мои догадки, ведь у подруги были свои мыслишки по поводу «совпадения».
– Это судьба, подружка. Прям охренительная такая случайность!
Энтузиазм из Дарины так и пёр. Ее энергию использовать бы вместо батарейки, на электричестве можно экономить. Да она вообще светилась и чуть ли в ладошки хлопала, слушая волшебную (по ее мнению) историю. Для меня же полуночная вылазка обернулась беспокойной ночью и ворохом мыслей, в которых под утро я как раз и запуталась.
– Ты не успокоишься?
– Нет! – Рассмеявшись, Дарина откинулась назад и зажмурилась. Глянув на нее, и я засмеялась, бросая недомытую посуду и возвращаясь к столу. – Так, дальше? Что потом-то было?
Да, с ней бесполезно спорить, а от продолжения темы вовсе не уйти. Пришлось выдохнуть, набраться терпения и продолжить рассказывать, мысленно ругая себя.
– Он проводил, как я и сказала ранее, до квартиры и ушел. Ничего не было.
Хотелось бы, чтобы на этом мой рассказ закончился, но подруга покачала головой и нахмурила темные брови. Вцепилась в меня взглядом, требуя объяснений.
– Ты что-то не договариваешь. – Ее голос был под стать общей картинке. Не отвертеться мне, не убежать.
– А что мне еще сказать? – Всплеснула руками, чувствуя, как напряжение разрасталось в теле вместе с раздражением. Подруга хотела услышать то, чего не было. – Просто перебросились парой фраз. Дарин, я, если честно, напугана была. Такие совпадения отправят меня в могилу раньше времени. Сердце-то не казенное.
– Значит, боишься его? – Дарина изогнула бровь. Что же, ее мимике можно было позавидовать. У меня же на лице отражались истинные чувства: усталость и раздражение.
– Еще бы! И ты знаешь почему.
– Уф, ладно. Проехали. – Отмахнулась подруга, но я видела, как тяжело ей давалось отступление.
– Тем более он был пьян. Ну, почти пьян. Не сильно, – сдавшись, я поведала о своих умозаключениях.
Впрочем, я не врала. От Роберта действительно исходил слабый аромат алкоголя.
– О как, – потирая ручки, произнесла подруга. – Значит, ночь, он один, в соседнем дворе и немного подшофе? А ты не думала, что он тебя…
– Нет, Дарин, не думала. Наверное, возвращался откуда-нибудь. И вообще, может, нам не стоит лезть в его жизнь?
Подруга покачала головой призадумавшись. Лезть в чью-то жизнь, даже вот так, за столом с чашечкой остывающего чая она могла, умела и практиковала. Иначе, чем еще заниматься двум скучающим дамам тридцати лет от роду.
И пока я размышляла и припоминала о каждом разе, когда мы собирались на кухне и перемывали кому-нибудь косточки, будь это наши бывшие, родители или коллеги, Дарина умудрилась выстроить вполне логичную цепочку событий прошлой ночи.
– Так, если он был один и пьян…
– Дарин, – шикнула я.
Та взмахнула рукой, но поправила себя.
– Ладно, немного пьян… Ах, точно! Здесь же недалеко клуб этот, крутой и до ужаса дорогой. Блин, как его там?
– Хамелеон, – произнесла я, и Дарина щелкнула пальцами кивая.
– Да, он самый. Может, он там был?
– Или в любом другом клубе или баре, – добавила я, сомневаясь, что мы все еще правильно поступаем, разбирая жизнь Роберта по частичкам. А ведь обсуждаем только прошлую ночь. Что будет, если Дарине вздумается полазить опять в сети и обмусолить каждую новость, так или иначе связанную с Робертом.
– Ну, Маш, не в любом. Такой человечек, как этот Громов, только по крутым клубам ходить будет.
Ее умозаключение вызвало желание рассмеяться, но я лишь улыбнулась.
– Вот и я тебе говорю, не по зубам нам такие мужики. Так что хватит строить теории заговоров и фантазировать. И вообще, лучше бы мне про него не думать. А тебе лишний раз не напоминать.
Дарина открыла рот, намереваясь что-то сказать. Однако взглянув на меня, она промолчала. Подруга как никто другой понимала – Роберт Громов в прошлом. То самое прошлое, которое не стоит ворошить.
– Пей чай, а я пойду дальше мыть посуду. Мне еще уборкой заниматься, – проговорила я, поднимаясь со стула. Но стоило мне дойти до раковины и включить воду, как квартиру резко наполнила трель домофона.
Обернувшись, я уставилась в коридор, пытаясь сообразить, кого могло принести так рано в выходные.
– Может, твои? – предположила Дарина, но я покачала головой, сообщив, что у них есть ключи. – Ладно, мой посуду. Пойду, гляну. Наверное, опять рекламу разносят. У меня весь ящик уже забит бумажками, – ворча, Дарина поднялась со стула.
– Да, ладно. Не открывай…
Но подруга уже не слушала. Подскочила и умчалась в коридор, а уже оттуда через пару минут закричала, чуть не доведя меня до сердечного приступа.
– Машка! Машка! А ну, дуй сюда! – загорланила Дарина, грозясь такими криками весь подъезд перепугать.
С трудом выключив воду, я схватила полотенце и помчалась следом, по пути теряя тапок. В голове вспыхнули самые разнообразные картинки, но ничего приятного на ум не приходило. Почему-то сразу подумала про Толика. Неужели «соскучился» и вернулся, чтобы потрепать нервы в своей любимой манере? Или с детьми что-то случилось?
– Ты чего? – охрипшим от волнения голосом произнесла, цепляясь за искаженное лицо подруги. – Что случилось?
Дарина обмахивала себя ладошкой и выглядела так, будто пороховая бочка, почуявшая зажженную спичку. Еще чуть-чуть и взорвется.
– Курьер приехал, Машуня! Курьер с цветами!
– Что?! – Мой голос сорвался на ультразвук, но Дарине было не до объяснений.
Она пустилась в пляс по коридору, и мои попытки достучаться до нее не увенчались успехом. А когда в дверной звонок позвонили, Дарина замерла на месте, перестав отплясывать чечетку на доисторическом паркете, натянула непроницаемую маску на лицо, открыла дверь, встречая высокого парнишку на пороге. Тот улыбнулся дежурной улыбкой и уточнил мое имя.
– Да-да, это она, – Дарина указала на меня, а сама жадно смотрела на огромный букет, который с трудом держал в своих длинных руках курьер.
Букет… Цветы… Что тут творилось? И пока я пялилась на курьера, подруга успела подтолкнуть меня в спину.
– Распишитесь, – проговорил он, вручая мне цветы.
Да вот только я была настолько ошеломлена, что Дарине пришлось брать ситуацию под свой личный контроль. Меня она и подталкивала, и руководила, и подсказывала. А когда за курьером закрылась дверь, я все еще глупо пялилась на белоснежные бутоны роз. Дарина тем временем хлопала в ладоши и плясала вокруг меня.
– Вот чтобы ты не говорила, Машуня, а он на тебя запал.
Сглотнув вязкий комок, забивший горло, я подняла глаза на подругу и покачала головой.
– Кто? Я его не знаю, – пробормотал под нос.
– Ты о ком?
– О курьере, – добавила, все еще пытаясь понять, что же такое происходило со мной. – Здесь какая-то ошибка…
– Нет, Машка, нет! Я не про него говорю. Цветы от Роберта Громова. Зуб даю.
– Сомневаюсь.
– А ты в открытку загляни, дурочка.
Подруга подбежала ко мне, помогла с букетом, поддерживая его на весу, пока я освободившейся рукой доставала белый прямоугольник с золотыми вензелями. Осторожно развернув миниатюрную открытку, я впилась в единственную строчку, чувствуя, как кровь сначала отхлынула от лица, а потом вновь прильнула.
«Мария Степановна, возможно, нам пора перейти на ты?»
***
– Ты сегодня рано. – Вик отложил в сторону рабочий планшет и взглянул на друга.
Роберт редко приезжал домой к Никольскому, предпочитая решать все вопросы на нейтральной территории, но сегодня ему не спалось. Да и за бессонную ночь, когда Роберт пытался думать о чем угодно, а не о Марии, в голову пришла идея. То есть несколько идей.
– Мара дома? – Проигнорировав заявление друга, Роберт решил отвлечь Вика от своей персоны. Он заметил, с каким интересом Никольский поглядывал на него, стоило Роберту войти в кабинет друга.
– Нет, уже умчалась к Нике.
Роберт криво усмехнулся, присаживаясь в широкое кожаное кресло. Он сразу понял, зачем Мара поехала к Веронике.
– Эта тайная вечеринка-сюрприз уже не тайная.
Виктор развел руками.
– Разве Вероника умела хранить секреты?
– Никогда, – рассмеявшись, заявил Роберт.
– И я о том. Не удивлюсь, если Дёмина уже в курсе.
Кивнув, Роберт согласился с умозаключением друга, продолжая постукивать пальцами по ноге. Привычку он позаимствовал у Йохана, отмечая, что таким образом мог сконцентрироваться и подавить нетерпение, которое так и рвалось из Роберта. И все дело в Павле, который до сих пор не объявился.
– Новости есть?
Никольский отрицательно покачал головой. Его лицо резко переменилось. Улыбка стерлась, скулы заострились. Жесткий, сдержанный, собранный. Брак нисколько не изменил Виктора, серого кардинала в мире финансов. Он лишь казался успокоившимся и осевшим, пускающим корни и немного воюющим с молодой энергичной женой. Но Роберт слишком хорошо знал Виктора. Узаконенными отношениями его не успокоить, кольцом на безымянном пальце не переделать. Нужно что-то серьезное, такое, что перевернет жизнь Никольского с ног на голову. И Роберт готов был отдать полцарства, лишь бы глянуть на это.
– Мы ищем, Боб. Ищем. Но дай время.
– Дал и жду, – напомнил о своих угрозах Громов, переводя взгляд с друга на залитое светом окно позади.
Сегодня утром он совершил первый шаг. План как действовать пришел на ум лишь под утро. Роберт взвешивал все за и против, но в итоге пришел к единственному верному, как ему казалось, решению: если он увлекся женщиной, то нужно идти до конца. Она не та напуганная большеглазая девчонка, которая легко сдастся под его напором. У нее есть семья, своя жизнь, неудачные отношения за плечами. Поэтому и играть с ней не имеет смысла. Да и идти напролом тоже неверное решение. Однако цветы были отправлены, как и вызывающая записка. Роберт отдал бы вторые полцарства, чтобы увидеть этот момент, когда Мария покраснела, читая строчку с предложением перейти «на ты».
Он был уверен – она залилась румянцем, потому за прошлую ночь он столько раз наблюдал изменения на ее лице, что даже заподозрил, а не простыла ли она. И лишь позже, прокрутив в голове свое сомнительное джентльменское поведение, осознал – Мария Степановна его не боялась. Она смущалась. И от осознания простого факта Роберту даже стало легче на душе. Впрочем, после его чувства изменились. Следом пришло желание. Слишком давно у него не было женщины. Постоянной женщины. Да была ли у него постоянная? Нет. Роберт понимал, что никогда не держался за отношения, а теперь, впервые, ему захотелось изменить привычный уклад.
– Проверил почту? – Виктор словно читал его, переплетая пальцы в замок. – Достаточно? Или еще поискать?
– Достаточно, – отрезал Роберт.
– Интересно, – пробормотал Вик, но тут же был перебит Громовым.
– Ты же помнишь уговор? Я не лезу в ваши отношения, а ты в мои?
Никольский нахмурился, но кивнул, закрывая тему. Перед свадьбой у Роберта и Виктора состоялся серьезный разговор, по итогу которого оба решили, если Мара выбрала Вика, то Роберт не будет им мешать, но подругу он всегда защитит, даже от Виктора. А тот должен был оставить в покое друзей и отрываться только на Кирилле. Ведь Левин без заботы друзей мог сгинуть.
– Помню. Только без глупостей.
– По глупостям у нас другой, – отмахнувшись, заявил Роберт, намекая на Кирилла. – А теперь давай кое-что обсудим…