31

Метров триста спустя дороги по промозглому лесу, местами усыпанного снегом, пройдя белую ограду, сверкающую разрядами тока, дружной гурьбой оказались в месте, очень похожем на какую-то огромную космическую станцию, припаркованную на земле. Это напоминало футуризм. Высоко над нашими головами раскинулись пластины солнечных батарей. Ассиметричные здания жались друг к другу, выполненные из литой стали, без сучка и задоринки, так искусно, что хотелось провести рукой по поверхности, увитые рельсами, парящими прямо в воздухе, по которым ездили тележки с каким-то грузом. Территория этого «штаба» исчислялась километрами вперед.

Нас под конвоем вели к ближайшему зданию. Двое роботов спереди, двое сзади. Я иногда поглядывала на своего нового знакомого, но он больше и лица ко мне не поворачивал, выглядел, как и остальные безжалостные. Неприступно и опасно. Но если присмотреться… Когда у остальных были идеальные прически и безупречно сидящая одежда, то этот инопланетянин почти неуловимо отличался. Волосы на затылке немного отросли, а квадратные плечи отличительно покачивались при твердой ходьбе. Да и не могло мне показаться. Участие и сожаление в медовых глазах точно было. Доказательство тому — мы Дреком живы.

— Поверить не могу, что эта махина была прямо у нас под носом, — потрясенно прошептал Скай, сжимая мою руку. Примерно так выглядело мое лицо, когда я в двенадцать лет впервые увидела море. Глаза, приоткрытые в изумлении, восторженные вздохи.

Все были очень удивлены. Не каждый день пещерные люди видели передовые инопланетные технологии. Если учесть, что эта «станция» принадлежит роботам, которые истребляют людей или воруют их, для исследования тела и получения информации, которая, к слову, наверняка очень важна для развития техногенного вида, то ответы сами выплывают из вопросов.

— Подозреваю, что мы на севере, — изрек Дрек, шествовавший сбоку, — считалось, что эти места принадлежат странным северянам, не ушедшим под землю, зверей не водится, съедобных растений почти нет. Охотники не заходили так далеко вглубь этого леса. Бывали только на окраинах.

— Тут все продуманно, — губы растянулись в кривой усмешке.

— Тише вы! Хотите повторить участь того бедолаги? — шикнула на нас одна из женщин. На вид неприметная, но чувствовался в невольнице внутренний огонь коренных жительниц Нарнакса. Никто из нас не хотел принять пулю жизненно важным органом, поэтому дальше с мужчинами мы шли молча.

Внутри здание, в которое мы вошли, напоминало коробку. Ни мебели, ни окон. Создавалось впечатление, что для местных развлечением было часами втыкать в стену. Чем больше я об этом думала, тем крепче становилась идея, что это никакие не роботы, а сборище шизофреников. Но в таком случае и я тоже страдала этим недугом, ведь четко видела переливающийся металл под кожей того банча.

Мы все сгрузились в большой лифт. Места хватило впритык. Как-то так получилось, что я оказалась всем телом прижата к Дреку. Ощущала его горячее дыхание на макушке. Мурашки начали миграцию по телу, а охотник точно специально за талию прижал меня к себе еще ближе и склонился дыханием к шее. Я была уверена, что потом буду жалеть, но отстраняться не хотелось. Наконец-то он снова был так близко, что я ощущала биение сердца в широкой груди.

Дрек тоже отреагировал на нашу физическую близость. В живот упирался затвердевший мужской орган. Понятно, что он это не контролирует, но момент максимально неловкий. Я даже, кажется, покраснела.

Мы проехали несколько подземных этажей в таком положении. Дрек пошел дальше и скользнул губами по шее. Черт бы меня побрал, но я тоже начала чувствовать нарастающее томление внутри, дыхание сбилось. Я стиснула ноги вместе сильнее, зажмурилась и старалась думать о чем-то гадком: мой школьный учитель физкультуры, любивший заглядывать в раздевалку к девочкам, якобы чтобы проверить наличие спортивной формы, та женщина в паспортном столе, холодец без мяса, опарыши.

Да когда же мы уже приедем?! Именно в этот момент лифт тряхнуло, мы остановились, двери разъехались по сторонам. Господи, спасибо! Я выскакивала наружу, как ошпаренная. Хорошо, что Скай ничего не понял, хоть не обиделся, только этого не хватало. Сейчас точно не время разбираться с ревностью.

Этот этаж отличался от предыдущего лишь формой работников. Она была белоснежной, но тоже с непонятными надписями, буквами вперемешку с цифрами в районе ключицы. Было понятно, что люди, снующие по коридорам совсем не люди, а роботы. Слишком красивы. Безупречно. Уже было тошно от их внешней идеальности. Это даже несколько пугало. Куклы со стеклянными глазами, без мимики, без мало-мальского прыщика, веснушки, родинки или шрама. Я бы уже не удивилась, если бы подняла голову и заметила на потолке кукловодов, управляющими ими за ниточки.

Один из экземпляров остановился возле нас.

— Новая партия на лабораторный склад? — вопросил он у наших провожатых.

Женщина-робот кивнула. Судя по всему, в этой компании она была главной, вела себя как доморощенный фюрер, без капли сострадания к внешнему миру. А ведь у этой сучки наверняка и менструации нет как таковой. Уже повод мстить.

Нас повели дальше.