38

Мы целовались упоенно и самоотверженно, не замечая ничего вокруг, словно мир опустел. И полноправно стал принадлежать только нам двоим. Я сжимала в кулаки одежду на его торсе и отчаянно вытягивалась, чтобы внезапная нежность не прекращалась. Сердце уже не билось, оно взрывалось, раз за разом, вознося меня над всеми проблемами материального мира. Есть люди, что предназначены только для тебя. Дрек был таким человеком. Моим. От пяток и до кончиков волос на бороде. И даже обязательное раздражение вокруг губ, что последует после всего, не было проблемой.

Губы Дрека были мягкими, не под стать ему самому. И целовал он тоже мягко и как-то неумело, хотя держал крепко, будто я собиралась начать вырываться. Это было даже мило.

Отстраниться все же пришлось, доктор настойчиво прокашлялся за нашими спинами, пытаясь обратить на себя внимание. Дрек метнул в него уничтожающий взгляд и ученый слегка стушевался.

Он был недоволен, что мы решили подключить меня, а не Дрека, но показательно не противился такой идее.

Сердце колотилось, когда пришлось лечь на тот самый стол. Я нащупала рукой под одеждой уже слегка рассыпающийся желтый цветок и непонятный шарик, что передал мне тот робот, что спас меня с Дреком уже дважды, и прикрыла глаза, стараясь дышать глубоко и ровно. Я утешала себя тем, что выбора у меня нет, значит, происходящее нужно принимать с легкостью.

Стол, на котором пришлось устроиться, был до жути твердым, и неудобным, даже каменные кровати в пещере были в разы презентабельнее. Меня накрыла нервная дрожь, когда Шнюк начал защелкивать тугие ремни на запястьях и ногах. А следом стал подсоединять к голым участкам тела какие-то провода и трубы на присосках, на голову нацепил что-то похожее на металлическую корону, которая сразу приобрела форму моего черепа, как шапочка для плавания и прилипла к волосам.

— Главное — не волнуйся, — Дрек схватил меня за руку, уверенно заглядывая в глаза и успокаивая своей решительностью.

— Анита, что происходит? — нервничала Фаира, оказавшись рядом. Девочка глядела на меня своими большими красивыми глазами, наполняющимися слезами.

— Не волнуйся, все будет хорошо, — улыбнулась я, успокаивая ребенка, хотя сама уверенности не имела. Лихорадочно облизав губы, я продолжительно выдохнула. На что я вообще подписалась? Ремни уже натерли лодыжки, и казалось, что чешется сразу все тело.

— Если с ней что-то произойдет, я убью тебя, — холодным голосом со злыми нотками проговорил Дрек, смотря в упор на доктора.

Тот судорожно сглотнул и кивнул:

— Я-я понял.

Шнюк что-то стал клацать на мониторе слева, и я начала чувствовать сонность, усталость. Веки тяжелели, я не могла заставить их оставаться на месте. Сознание поглотила темнота странного сна.

Накрыло чувство дежавю. Я оказалась сидящей на мокрых листьях чудаковатой формы. Они были приглушенно бирюзового цвета. Ни на Земле, ни на Нарнаксе я не видела подобных. Небеса оказались не нежно-голубыми или серыми, с дождливыми тонами, а были окрашены в самый насыщенный синий цвет. Словно глаза Ская. При этом звезда, похожая на Солнце, была не высоко над головой, а наполовину выглядывала из-за горизонта гигантским полукругом, согревая землю ненавязчивыми лучами.

Однажды мне уже привиделось подобное.

И мужчина, лицо которого разглядеть не получалось, потому что оно казалось смазанным, снова оказался рядом, склоняясь надо мной. Было непонятно, пытается ли он что-то сказать или просто смотрит. Он мерцал, периодически становясь почти прозрачным, но неизменно возвращался в прежнее состояние.

Мужчина протянул ко мне руку. В прошлый раз именно в этот момент я начала просыпаться и исчезать, становясь бестелесной, словно привидение, но в этот раз у незнакомца получилось дотронуться до моей ладони. Он сжал пальцы, а по телу пронеслись маленькие разряды тока.

Вот теперь я почувствовала, как сознание рвется в реальный мир, настойчиво выталкивая меня из непонятного видения.

Незнакомец бухнулся рядом на колени, взметая листья и пытаясь загрести меня руками и прижать к себе. Я же понимала, что попытки бесполезны. Моего тела здесь нет, это всего лишь грезы мозга, погруженного в непонятный стазис инопланетным прибором, и вообще непонятно, как я смогла почувствовать его прикосновение к руке настолько реалистично. Словно он реально был здесь.

Я чувствовала, что еще мгновение и мое тело пробудиться, я очнусь где-то там, далеко, связанная оборудованием поехавшего ученого, привинченная к столу. Но именно в тот момент что-то изменилось, лицо незнакомца стало более отчетливым, пока, в конечном счете, не приобрело окончательную ясность. Перед исчезновением у меня было несколько секунд, чтобы его рассмотреть.

Он был симпатичным, хотя я бы не назвала этого мужчину королем красоты. Нос с горбинкой выделялся на фоне лица, к подбородку, сужающемуся в приятный квадрат, широкий рот заканчивал композицию. А ярко-серые, почти светящиеся глаза казались невозможными. Тогда луч звезды опустился на него, и я смогла рассмотреть бледно-сероватый цвет кожи. Инопланетянин. Еще один.

Одет он был странно. Бронежилет, обвешенный патронами, на руках тактические военные перчатки, одежда в том же стиле. На шее на креплении весел обычный противогаз.

— Я знаю, что это не сон, — протараторил он, — появляйся скорее, ты нужна мне.

После этого я очнулась.