41

Решать нужно было быстро, пока двое ушли не так далеко. Теперь я знала, что всегда найду доброго робота, который каким-то чудом всегда помогал мне вопреки всем обстоятельствам, отыщу в любой точке этого огромного сооружения с помощью голографической стрелки, но я не была уверена, что в следующий раз смогу добраться до него так беспрепятственно. По пути не встретилось ни одной живой души. Не всегда ведь будет так везти.

Тихо выбравшись из укрытия, стараясь ступать бесшумно и двигаться плавно, я рысью последовала за банчами, перебежками преодолевая коридоры, когда мужчины скрывались вдали за очередным крутым поворотом. Штаб оказался настоящим лабиринтом, и было несколько боязно от мысли, что я могла уходить вглубь сети тоннелей, а не к выходу. Но ведь и выходов может быть несколько.

Мужчины все о чем-то говорили, но я не вникала в суть, лишь ориентируясь по отголоскам фраз. И когда голоса стихли, я насторожилась и застыла. Шагов тоже не было. Меня фактически окутала гробовая тишина.

Усердно прислушиваясь, я не решалась выглянуть, чтобы проверить обстановку. А поблизости как назло не было комнат, чтобы спрятаться.

Когда большое тело выскочило рядом из-за поворота, где скрылись мужчины, я взвизгнула и отскочила, чуть не споткнувшись ногой об ногу. Только тогда рассмотрела перед собой робота, за которым и следила уже несколько пролетов коридоров. Господи, нужно уже спросить у него имя и перестать называть «тем роботом» и «спасителем»!

Он держал наготове оружие, направленное на меня. И смотрел очень недобро.

Я вскинула вверх руки, показывая, что безоружна. Тем временем рядом показался и второй банч, подозрительно кося на меня глазами идеально миндалевидной формы. Он был красив, с идеальными чертами лица по стандартам красоты Земли, как и все представители этого техногенного вида. Но в отличие от своего друга, этот робот понравился мне намного меньше. Не зацепил. Слишком… пластиковый. Как Кен, дружок куклы Барби. Даже жутко стало.

— Я пришла, — крякнула первое, что пришло в голову, через силу улыбнувшись, — вот, — я вытянула на ладони кругляш с голограммой, стрелка радостно дрожала, указывая на хозяина, — ты сам дал мне это.

Тем временем лодыжки дрожали, и я чуть не сползла по стене. Вдруг у него обратно в злую сторону в мозгу переключилось?

Мужчине понадобилось несколько секунд, чтобы все осмыслить и спрятать оружие во что-то на подобии кобуры. Второй представитель сильного пола тоже пока не спешим меня убивать, и я облегченно выдохнула.

— Я думал, ты мертва, — с неверием в голосе от моего внезапного появления, пробормотал хозяин стрелочки, судорожно разглядывая меня от головы до пят, — в том секторе все зачистили, — он указал рукой туда, откуда я пришла.

— Вообще-то так и было, — невесело ухмыльнулась я, — это долгая история…

— Расскажешь по пути, — кивнул мужчина с завораживающими медовыми глазами, в которых сейчас сияло что-то томительное и даже радостное, — мы несем часть провизии со склада человеческой еды. Некоторые люди очутились в завалах, мы пытаемся им помочь. Остальные расчищают проходы.

— В завалах? — удивилась я, — что произошло?

— Ты не слышала взрывов вчера? — поразился второй робот, — они разносились повсюду. Здесь был хаос. Кругом выстрелы, крики… трупы.

Теперь я окончательно поняла, что и этот банч тоже свой. Его лицо перестало быть мраморно-идеальным, почти пластилиновым, когда мужчина изумился, показывая яркую эмоцию.

По пути к месту я рассказала о произошедшем, начиная с того момента, когда нас с Дреком и Фаирой забрали к доктору. Поведала, что Шнюк оказался почти нормальным, но со странностями, нажитыми за десять лет жизни с человеческой психикой. Пропустила только момент со странным видением и мужчиной в нем, после которого я очнулась ото сна, который должен был длиться для меня вечно.

Мужчины слушали внимательно, вежливо и не перебивали.

— Именно поэтому нам так нравилось изучать человеческие тела, — покачал головой робот, — нескончаемый поток информации. Как биологическому виду можно очнуться после смерти? Тела природы удивительны. Насколько я знаю, до тебя таких случаев не фиксировалось.

Скромной компанией мы двинулись дальше. Теперь я чувствовала себя более уверенно. Особенно после слов о том, что военная сила банчей отступила и повальные случаи сбоев системы случились в минимальный срок — за два дня добрая половина штаба. «Сбой» — так называлось их превращение в людей, с эмоциями и всем остальным. Главное, с эмпатией. Такие роботы уже не хотели убивать невинных людей. Они чувствовали жалость и могли перенести ужас живого на себя.

Теперь я точно понимала, о каких завалах они говорили. Дальше была настоящая разруха. Металлические стены покорежило, а так как мы были на подземных этажах, да еще и в стороне от наземного корпуса, камни и песок ссыпались внутрь. В некоторых местах даже с трудом удавалась протиснуться дальше.

Иногда я с содроганием сердца опускала взгляд на очередных убитых, валяющихся в кучах по всей дороге. Сердце болело за каждого. Никто не заслуживал такой участи. Страшнее всего было увидеть в ком-то из застывших лиц близкого человека. К счастью, не увидела.

К упоминаемым завалам с людьми мы добрались относительно быстро. Несколько валунов полностью перекрыли проем коридора, оставляя пространство лишь для того, чтобы просунуть небольшой брикет с едой. По ту сторону завалило живых людей, и как я поняла, еды в том отсеке нет. Как и медицинской помощи раненым.

Рядом копошились чумазые люди. И роботы. Что удивительно, они работали сообща и даже не нападали друг на друга, пытаясь отодвинуть огромные камни, по тонне в весе каждый.