60

Внутри высоких стен деревенского ограждения все было именно так, как я себе и представляла. Небольшие, чаще одноэтажные домики с черепичными крышами, сверкающими под лучами заходящей звезды, разбросаны по обе стороны асфальтированной улицы. Все это сверху было припорошено проводами, натянутыми между электрическими столбами. Вечерело. В окнах загорался свет.

— Приветствую прелестниц в нашем уютном городке! — лепетал соскочивший с лестницы башни мужичек по имени Торвальд, любовно сложив ручки на пивном пузе, при этом пытаясь пробраться к нам с Варей, огибая мужчин, но был остановлен жесткой рукой Дрека и его подозрительным взглядом.

— Прошу вас разговаривать со мной, — твердым тоном обратился к настырному мужчине Альдис, — мы… не местные и только я знаю ваш язык.

Торвальд окинул нас всех тусклым взглядом, и я прикинулась шлангом, делая вид, что любуюсь закатом.

Не оставила без внимания и взгляды прохожих. В мужских глазах сверкало восхищение и… надежда. При этом за все это время я не увидела ни одной женщины. Они что ли здесь полностью вымерли?!

— А, так вы с прибережья! — хлопнул себя по животу мужичек. — Не знал, что там остались женщины. Дикари совсем одичали, нападают на города, крадут наших женщин. Вы уж извините, сначала приняли вас за таких же. Но теперь видим, что вы с добрыми намерениями, — он выразительно посмотрел на меня. Было в его взгляде что-то гадкое и липкое. Словно не очи, а две маслины.

— Да, с прибережья, — врал Альдис отвратительно, поэтому голос у него просел.

Но Торвальду было все равно, он даже бровью не повел.

— Пойдемте, я предоставлю всем гостевые комнаты у себя в доме, — лепетал пузатый гнусавым голоском.

— Анита, он нас покормит? — Фаира глядела на меня своими большими карими глазками.

— Надеюсь, — не слишком уверенно просипела я.

Пока мы шли, люди, в основном, расступались, но были и такие, что словно случайно задевали меня плечом с восторженным видом. В конечном счете, Дрек понял фишку и сравнялся со мной шагом, окидывая всех приближающихся убийственным взглядом бешеного пса.

Варю подобным образом защищал сын.

Жил Торвальд в трехэтажном домике, смотрелся он уютно и как-то… по-семейному, что не слишком вязалось с образом жуликоватого хозяина. Но внимание мое привлекло другое здание. Оно стояло в конце улицы и занимало, в принципе, весь периметр. Я бы назвала это небольшим дворцом или огромным особняком. Башенки этого сооружения ласкали светло-бирюзовую листву многовековых деревьев, похожих на дубы, которые проросли по сторонам, удивительным образом огибая стволами часть стены.

— А что там? — снял с языка Альдис, обращаясь к нашему провожатому и указывая на домину, что привлекла мое внимание.

— А… там, — с мечтательным видом протянул Торвальд, — территория наших женщин, у нас их аж две. В городах, подобных нашему, в основном, осталось по одной. Близко подходить запрещено, если что, — добавил строго, опомнившись.

Я едва смогла выдохнуть, не издавая свиста. Две женщины живут во дворце?!

Первым делом нас провели в столовую и распорядились накрыть на стол. Как ни удивительно, места дородных поварих с крепкими нервами и характерами здесь заменили такие же крепкие мужчины в слишком сексуальных фартушках на широких торсах, порхая на большой кухне.

— Накрыть на стол и все вон! — рявкнул мужчина, и работники принялись выполнять.

Правда, любопытство большинства их них было больше боязни разозлить работодателя, поэтому я снова ловила на себе взгляды разной степени очарованности. Кто-то даже уронил поднос, так засмотрелся, за что получил нагоняй, и мы все стойко вытерпели ультразвук Торвальда.

Я уже начала чувствовать себя Джулией Робертс на красной дорожке, когда пространство освободилось, и мы наконец-то заняли стулья вокруг длинного стола.

Столовую можно было описать словом «лакшери». Гравюры на потолке, люстра с висюльками из чего-то, похожего на хрусталь, бесчисленное количество дорогущих ваз и статуэток в сервантах, идеально мягкая обивка под ягодицами. И, конечно, огромная плазма с рамой в позолоченных вензелях. Короче, понятие роскоши здесь было точно таким же, как и на Земле. И безвкусицы тоже.

Скай с Альдисом органично вписались в обстановку, робот наверняка уже такое видел, а вот мой нежный муж старался лишь соответствовать, со всех сил пытаясь не вертеть головой с видом ребенка в аквапарке. Дрек выглядел так, будто сейчас вскочит, раскидает все, закутается в мех, купит обои, имитирующие камень и обклеит все, дико вереща и кидаясь копьями! Казалось, он сейчас зарычит, поэтому я взяла мужчину за руку и легонько погладила пальцами тыльную сторону ладони. Помогло. Дикарь немного расслабился.

С детьми тоже все было ясно. Они никогда такого не видели, и хоть Варя была с Земли, Арий-то нет. Ребята и были теми самыми восторженными детьми в аквапарке. И вся спесь подростка куда-то делась.

— М-м-м, так вы говорите, что прелестницы не понимают этого языка? — Начал беседу пузатый, пригубив синюю жидкость в бокале.

Я принюхалась к такому же, что стояло возле моей тарелки. Кажется, вино. И на вкус очень даже ничего.

На тарелках у нас красовались бифштексы в какой-то зелени, по бокам от белоснежных тарелок лежали разнообразные столовые приборы: ложки, вилки, ножи. Ни черта в этом не смыслю.

Но не настолько, как Дрек. Фыркнув, охотник взял кусок мяса в руку и стал жевать, как бургер.

Не долго думая, Фаира, сидевшая напротив, последовала его примеру. Папина дочка.

Хозяин дома вытаращился на эту картину, глаза-маслины стали похожи на блюдца.

— Да, — Альдис попытался перетянуть внимание на себя, — ни слова не понимают.

А я продолжала притворяться шлангом.