Глава 14
Раздался топот, и по лестнице в бывшую пыточную едва не скатились два молодых парня, похожих друг на друга, как две капли воды. Юна уже отметила, что все, кто встречался ей в замке – драконы. И слуги, и охрана, и приближенные князя. И большая часть из них смотрели на девушек-кандидаток с голодным блеском в глазах.
Вот и сейчас оба прибывших уставились на ее грудь. Юна на всякий случай тоже скосила глаза. Да нет, все прилично. Ворот застегнут под самое горло.
– Нечего глазеть! – грозно окрикнул их Доррен. – Слышали, что барышня приказала? Живо выполнять!
Юне стало немного неловко. Она ведь не приказывала, попросила.
Но парни выпустили из рук новенькие циновки, которые притащили с собой, и ухватились за тяжелые портьеры так, словно те весили не больше пушинки.
– Такие сильные! – удивилась девушка.
– Сынки мои, – Доррен с тайной гордостью выпятил грудь.
А ведь и правда, в их чертах прослеживалось заметное сходство.
Юна с любопытством рассматривала молодых драконов. А те, будто чувствуя ее интерес, в свою очередь бросали на девушку жаркие взгляды. Но при этом и дело не забывали.
– Скажите, Доррен, – она осмелилась задать вопрос, который уже пару минут вертелся на языке, – почему некоторые мужчины в замке так странно смотрят?
– Ты о чем?
– Ну… прямо глазами едят. Вот, как эти двое, – она кивнула в сторону Вайриса и Найриса.
– А, так драконы мы. Привыкай, – Доррен расплылся в ухмылке. – Для нас ваша невинность пахнет вкуснее, чем золото. Ты разве не знала?
Юна почувствовала, как щеки покрылись жаркими пятнами.
Марген ведь предупреждал! Как она могла забыть?
– Ну, а вы почему так не смотрите? – пропыхтела, пытаясь спрятать смущение.
– А я женат.
Он немного оттянул рукав, демонстрируя искрящийся золотом узор на запястье.
– Видишь, это брачная метка. Мы, драконы, только до свадьбы гуляем. А потом все, брачная метка не допускает неверности. Как же ты думаешь отбор пройти, если не знаешь элементарных вещей?
Юна насупилась:
– При чем здесь отбор?
Затем встрепенулась:
– Так это тоже испытание, да? Внимание молодых драконов?
Вайрис и Найрис одарили ее такими жаркими взглядами, что ответ был уже не нужен.
“Драконы любят покувыркаться с человеческими женщинами, – прошелестел в ушах голос Маргена. – Но в жены берут только девственниц!”
Да уж, коварства этим чешуйчатым гадам не занимать! Нужно держать с ними ухо востро.
Резко отвернувшись от сладкой парочки, Юна насупилась и спросила:
– А если дракон женится на человеческой женщине, на ней тоже появится метка?
– Да, после первой брачной ночи, – охотно поделился Доррен. – Тогда другие драконы будут знать, что женщина занята, и утратят к ней интерес.
– А если драконица выйдет замуж за человека?
Все трое внезапно расхохотались, введя девушку в недоумение.
– В теории, конечно, и такое возможно, – пояснил Доррен свой смех, – но на деле я только один раз видел драконицу, которая позарилась на человеческого мужчину!
– Это почему же? – обиделась Юна за род людской.
– Да потому, что браке с человеком у них рождаются полукровки, не способные принять облик драконов. А вот мы, драконы, можем зачать крылатого ребенка с любой человеческой женщиной. Иногда даже с первого раза! – и он раздулся от важности.
Покраснев, девушка быстро перевела разговор на нейтральную тему:.
– Кстати… Почему здесь нет пыли? Сюда же двести лет никто не входил?
– Входили, конечно. Управляющий хотел тут кладовку сделать, но руки еще не дошли. А что пыли нет, так это спасибо Хранителю. Чем ближе к земле, тем сильнее защита от разрушения. Вот бы так на верхних этажах – нам, слугам, было бы меньше работы! – посетовал Доррен.
– А там разве не так?
– Нет, там все иначе. Но… ладно, что-то я с тобой заболтался. Парни, уже с работой закончили? Все, надо идти. Жди, ужин тебе принесут, а с утра все “принцессы” будут есть в общем зале.
В этот раз ей показалось, будто Доррен сбежал. И сыновей своих прихватил, чтобы лишнего не сболтнули.
Странно, она вроде ничего крамольного не спросила. Но стоило ей поинтересоваться верхними этажами, как взгляд дракона нервно заметался по комнате.
Оставшись одна, Юна занялась постелью. К ее удивлению, Доррен принес не тюфяк, набитый ватой или соломой, а самую настоящую перину! А белоснежное постельное белье тонко пахло лавандой. Да и подушка была пуховая, мягкая и нежная, так и манила прилечь.
Вот он, комфорт в княжеском замке!
До ужина было еще далеко. Юна успела расправить складки на портьерах, расстелить циновки, обыскать каждый уголок своего временного жилья и даже освежиться. Благо, в уборной обнаружился умывальник, о котором говорил Доррен. И вода в нем была горячая!
К ее удивлению, в помещении, несмотря на каменные стены, было тепло и сухо. Не чувствовалось ни сквозняков, ни сырости. Видимо, магия земли и вправду защищала цокольный этаж от разрушений.
Вспомнился ящик рубелы и слова Доррена о верхних этажах.
Значит ли это, что она правильно догадалась? Эрисхайм собирает рубелу для Дха-арн-Тана? Замок… разрушается? Но как, он ведь живой!
Наверняка, Марген знает ответ. Но стоит ли спрашивать Эрисхайма? Да и зачем это ей? Свои бы проблемы решить…
Вздохнув, Юна скинула ботинки и прилегла на кровать.
В голову лезли разные мысли: о князе, о Маргене, об отце. Даже о госпоже Эльнуре и ее маленькой внучке. Юна искренне надеялась, что девочка не пострадала и ее бабушка тоже осталась жива. Не их вина, что все так случилось. Если бы ей самой пришлось выбирать между родным человеком и случайным знакомым, кто знает, какой бы выбор она сделала?
Если бы пришлось выбирать между Маргеном и Эрисхаймом…
Ох, нет, лучше не думать об этом!
Лучше решить, как действовать дальше.
По иронии судьбы она именно там, где должна – среди самозванок, выдающих себя за нее. И что-то подсказывает: для Эрисхайма уже не секрет, кто она на самом деле. Но он почему-то молчит.
Почему?
Испытывает ее? Мстит таким образом? Или есть другая причина?
Что ж, если это испытание, то она с честью его пройдет и не посрамит королевскую кровь. Да, именно так.
***
– Подъем! – разнесся грохочущий голос по всему замку.
Привыкшая просыпаться ни свет ни заря, Юна тут же вскочила.
Всю ночь она спала как убитая, едва голова коснулась подушки. А сейчас в первый миг ей показалось, что она очнулась в своей спальне в доме, который они с Ромом снимают в городе. Но нет. Это был княжеский замок, который вчера нагло забрал медальон.
– Принцессы, подъем, – железные двери задрожали под тяжелыми ударами. – Бегом, его владычество долго ждать не будет!
Судя по голосу, это был не Доррен и не его сыновья.
– Шевелитесь! Сегодня у каждой из вас будет шанс проявить себя – доказать, что вы настоящая принцесса Юнона Астерийская! – продолжал издевательский тон.
Шаги начали удаляться. Видимо, слуга отправился наверх, посчитав, что выполнил свои обязанности.
Юна со вздохом поднялась на ноги. Следовало поторопиться.
Она быстро натянула платье, которое вчера аккуратно разложила на кресле, заплела волосы в косу, поплескала в лицо теплой водой и выскочила из пыточной. Чтобы нос к носу столкнуться с хмурым драконом, который шел стучать в ее дверь второй раз.
– Ой, – девушка едва успела отпрянуть.
– Долго возишься, барышня! – буркнул дракон. – Ваши все уже собрались.
Вслед за недовольным слугой Юна поднялась наверх и остолбенела.
Пустынный вчера холл сегодня заполнили сонные девицы, и все они были очень похожи на нее. Кто-то больше, кто-то меньше, но не заметить сходство мог только слепой. Разодетые в шелка и бархат, самозванки сползались в холл из своих убежищ и враждебно переглядывались между собой.
Юна обвела толпу недоверчивым взглядом.
Да тут целый кладезь ее двойников! И все одеты по последней моде королевского Двора Астерии. На их фоне Юна выглядела скромной мещанкой, но никак не принцессой благородных кровей.
Откуда их столько взялось? И есть ли здесь девушка, которую вез Ортис Родервик?
– Все собрались? – еще один слуга встречал в холле полусонных девиц. – А теперь бегом в эти двери, пока наш князь в хорошем настроении.
Поток лжепринцесс устремился в указанном направлении, едва не сбив Юну с ног. Она поспешила убраться с дороги. Пусть сначала все выйдут, а потом уже и она.
– Ты! – окликнул ее все тот же слуга. – Чего встала?
– Я…
– Бегом! Или князь тебя должен ждать? Тоже мне нашлась принцесса, – он грубо толкнул ее к выходу.
От обиды по позвоночнику промчалась волна жара и вспыхнула на кончиках пальцев фантомным пламенем.
Юна быстро спрятала кулаки в складки платья и шмыгнула в толпу. Не хватало еще выдать себя!
– Эй, что с тобой? – услышала она голос того дракона, который ее будил.
– А ты ничего не почувствовал?
– Нет. Что я должен почувствовать?
– Не знаю… Наверное, мне показалось…
Дослушивать она не стала, поспешила затеряться в потоке своих двойников. Те возмущенно шипели и толкали ее, но это были сущие мелочи.
Коридор привел к лестнице, где стояли уже знакомые Эвер и Доррен. Юна обрадовалась им как родным. Они пересчитывали девушек, сверяясь со списком, и каждой вручали деревянную палочку с выбитым номером.
– Тридцать три? – взвизгнула девица, стоящая впереди Юны, получив свой номерок. – Дайте другой! Это несчастливое число!
– Почему это оно несчастливое? – удивился Эвер.
– Потому что цифра “три” пишется как руна несчастья! А здесь их аж две! Дайте другой номерок!
– Эй, – вмешалась еще одна девушка, – Это ненастоящая принцесса! Снимите ее с отбора!
– Чего это я ненастоящая? – та возмущенно подбоченилась.
– А того! Сама себя выдала! Так пишется рисгардийская руна!
– И что?
– А то! Ни один астериец не станет переживать из-за такой ерунды!
– Много ты знаешь про астерийцев! У самой вон на руках следы хны! Так только в Эстельме девицы себя раскрашивают!
Ругаясь, соперницы начали прыгали друг на друга, как два бойцовых петуха. Вспыхнувшая перепалка грозила перейти в драку, когда Юна шагнула вперед.
– Дайте мне этот номерок, – тихо сказала она и протянула руку к дракону. – А ей дайте мой, тридцать четыре.
– Точно? – Эвер смерил ее внимательным взглядом.
– Точно.
– Тебя не смущает несчастливое число?
– Нет, – она с улыбкой качнула головой.
– Хорошо, он твой.
– Тридцать четыре! – объявил Доррен. – Тридцать четыре принцессы Юноны. Бедный наш князь, – добавил он тише.
– Да как ты смеешь! – в голове колонны одна из девиц взмахнула своим номерком. – Я – настоящая принцесса Юнона! Разве не видно? Мне даже первый номер достался! Я на вас пожалуюсь князю!
– Да в тебе ни капли настоящей аристократической крови, – раздалось с другого края. – Князь в жизни не признает тебя принцессой.
– Правильно. Потому что вы не принцессы, – фыркнула третья.
Снова поднялся гомон.
– А ну замолкли! – рявкнул Эвер. – Тут только князь будет решать, кто принцесса, а кто нет.
Когда Юна проходила мимо Доррена, тот улыбнулся ей:
– Как спалось?
– Спасибо, хорошо, – с легким удивлением ответила девушка.
Она только сейчас осознала, что действительно хорошо. Ее “спальня” была защищена от сквозняков и звуков извне, а негасимые кристаллы дали чувство защищенности. Этой ночью она впервые за долгое время просто спала. Ни о чем не думала, ничего не боялась и… ей ничего не снилось.