Глава 15

Девушек привели на первый этаж, где к ним присоединилась княжеская стража. Все это время двойники вовсю обсуждали, кто из них настоящая принцесса Юнона. И в какой-то момент Юна засомневалась в себе. Засомневалась в том, что она настоящая.

Полгода, прожитые во дворце, стали казаться сном. Она чувствовала себя так, будто только вчера всадники в масках и черных плащах забрали ее из приюта, прямо из добрых рук матушки Рильвы.

Может, она тоже фальшивка? Нет, в ее жилах течет родовая магия Дагоберов! В любой момент она может доказать свою принадлежность к астерийскому королевскому Дому.

Только есть одно железное “но” – князь Эрисхайм запретил пускать на отбор магичек. Значит, он не заинтересован в настоящей принцессе. Так зачем собрал самозванок?

Вопросы множились, а ответов все не было. Может, сегодняшняя встреча с князем что-то прояснит?

Юна не хотела верить, что он действительно просто так развлекается.

– Барышни, прежде чем вы войдете в эти двери, я должен озвучить требование нашего князя, – суровый вельд отдавал последние распоряжения. – Если кто-то из вас самозванка, то лучше признайтесь здесь и сейчас. Это ваш последний шанс сказать правду.

– А что будет, если не признаемся? – подала голос одна из “принцесс”.

– Его владычество отдал четкий приказ: самозванки, которые уйдут прямо сейчас, не пострадают. Наоборот, будут щедро вознаграждены. Те, кто войдет в эту дверь и солжет, – он обвел их предупреждающим взглядом, – пожалеют об этом. Наш князь милостив, но он страшен в гневе.

По лицам девушек пробежал страх. Кто-то побледнел, кто-то покраснел, а кто-то покачнулся и начал медленно оседать. По колонне побежали тревожные шепотки.

Юне и самой стало страшно. А вдруг она не сможет доказать, что принцесса? Но зачем-то ведь Эрисхайм отправил ее сюда?

Нет, все. Хватит.

Она стиснула кулаки.

Пора заканчивать этот спектакль. У нее есть определенная цель. Может, если она скажет прямо, что принцесса, то Эрисхайм остановит отбор?

Несколько девушек робко подались вперед.

– Я ненастоящая принцесса. Позвольте мне уйти, – взмолилась одна.

– Да, конечно, – вельд сурово взглянул на нее. – Но сначала скажите, почему вы назвались чужим именем? Разве не знали, что это преступление – присваивать себе имя члена королевского Дома?

– Знала, – девушка обреченно всхлипнула, – но мне обещали хорошо заплатить, а моей семье нужны деньги.

– Кто обещал?

– Какой-то астериец. Офицер.

Она замялась, вспоминая его имя.

– Ортис Родервик! – подсказала другая.

– Да, и мне тоже! – призналась третья.

К ним присоединились еще несколько. Они нервно переглядывались и повторяли одно и то же: к ним на улице подошел мужчина в мундире, представился астерийским офицером Ортисом Родервиком и предложил за большие деньги сыграть двойника принцессы Юноны.

Юна опустила голову. Эта история до мельчайших подробностей напомнила ту, что случилась с ней в Линдариуме.

Остальные девушки тоже заметно нервничали, но молчали.

– Что ж, ваше здравомыслие очень похвально, – ровным тоном продолжил вельд, когда голоса понемногу смолкли. – Вернитесь в свои комнаты и ждите. За вами придут, чтобы сопроводить по домам.

– А подарки? – робко спросила одна из девушек.

– Будут и подарки.

Все так же не улыбаясь вельд взглянул на поредевшую колонну.

– Ну, кто первая?

Юна колебалась. Кто-то, стоящий сзади, решил за нее. Сильный толчок в спину заставил девушку резко податься вперед.

– Вы принцесса Юнона Астерийская? – нахмурился вельд, осматривая ее сверху вниз и обратно.

– Я…

– Уверены? Остальные хоть нарядились по-королевски.

– Уверена!

Терять было нечего.

– Что ж, прошу, – он открыл дверь в кабинет.

Из толпы раздались тяжелые вздохи.

Юна сделала шаг. Позади резко закрылась дверь, и в девушку впились знакомые золотисто-карие глаза.

***

Эрисхайм с утра выглядел прекрасно и свежо. Юна даже залюбовалась им. Темные волосы струились жидким шелком и поглощали свет, широкие плечи подчеркивал бархат камзола, в золотых глазах сверкали отблески огней. Пальцы, скрещенные в замок, подпирали подбородок.

Мебели в кабинете почти не было, это Юна еще в прошлый раз заметила. Несколько книжных стеллажей, стол и кресла.

– Доброе утро, ваше владычество.

Вспомнив придворные манеры, она изобразила реверанс.

– Доброе, – протянул Эрисхайм, разглядывая ее.

По его тону невозможно было понять, о чем он думает. Но от хриплых, таких знакомых бархатных ноток по коже Юны побежали мурашки, а в животе стало тепло и легко, будто там появились воздушные пузырьки.

Именно таким тоном Берилл соблазнял ее в трактире на Темных землях.

– Нани Кроу… или не Нани? – продолжил князь, когда девушка приблизилась к столу. – Запечатанный маг, контрабандистка и в целом весьма любопытная личность. Твое?

Юна застыла, когда он прямо из воздуха достал ее медальон. Эрисхайм держал его за цепочку. Хранитель мерно покачивался, завораживая игрой света в гранях и притягивая взгляд.

– Д-да… – ахнула девушка. – Это мой медальон.

Князь усмехнулся. Жестко и недоверчиво. Медленно обвел ее взглядом.

– Интересно… – он откинулся на кресле. – Это очень дорогая вещь. Чем докажешь, что ты его не украла?

Юна завороженно следила за медальоном, который он продолжал крутить в пальцах.

– Мне дал его отец. Только в моих руках он будет светиться.

– Хм… А ты вообще знаешь, что это за штука? – в глазах Эрисхайма сверкнул огонек.

– Да. Это Хранитель.

– А знаешь ли ты, что именно он хранит?

Она оторвала взгляд от украшения и перевела на князя.

Эрисхайм смотрел на нее. Пристально, без тени улыбки, даже враждебно.

В тот момент Юна окончательно поняла, что все это время он с ней играл. Он знал, кто она, с той минуты, как замок украл ее медальон. Но по какой-то причине продолжил этот фарс с лжепринцессами.

– Да, – голос девушки был еле слышен, – он хранит доказательство, что я носитель королевской крови Астерии. Я истинная принцесса.

Уголки губ князя резко дернулись вниз. Он бросил медальон на стол.

– Что ж, не смею больше задерживать в этом замке.

А сам поднялся и направился к дальней стене, где виднелась вторая дверь.

Юна на миг остолбенела.

Как… это все? Он уходит?!

Отмерев, она схватила украшение и бросилась Эрисхайму наперерез.

– Нет, подождите! Вы не верите, что я Юнона Астерийская?

Он остановился так резко, что она едва не столкнулась с ним. Пришлось даже сделать шаг назад, чтобы задрать голову и увидеть его лицо.

Прежде Юна не замечала, какой он высокий. И красивый. И как в его необыкновенных глазах плавятся, смешиваются и перетекают друг в друга все оттенки золота и янтаря.

Она помнила, с каким желанием эти глаза могут смотреть на нее. Но сейчас в них царил холод.

– Ну почему же, – произнес дракон ровным тоном, глядя, как она торопливо надевает украшение на шею. – Охотно верю. Только я лично запретил допускать на этот отбор магичек и аристократок.

– Но… а как же первый тур? Там, на площади? – недоверчиво пролепетала Юна – Вы же знали, что я маг. Почему не выгнали сразу?

– Ты была мне интересна. К тому же я хотел вернуть то, за что заплатил сундук золота.

Он обошел ее и взялся за ручку двери. Но Юна не собиралась сдаваться. Ужом проскользнула между ним и дверью. Теперь они оказались так близко, что девушка спиной чувствовала резьбу на дверном полотне, а грудью – пуговицы Эрисхайма.

– А теперь? Что изменилось? – привстав на цыпочки, она заглянула князю в глаза. – Я ведь все еще должна вам сундук золота! И все еще могу вернуть долг!

В глазах Эрисхайма полыхнул темный огонь.

– Неужели? Но ведь ты забралась так далеко не ради того, чтобы вернуть мое золото? – процедил он, глядя на нее сверху вниз. – Я разорвал нашу помолвку, принцесса. Ты свободна. Возвращайся домой.

Князь говорил, а вокруг него постепенно сгущалась тьма. Еще невидимая, но уже вполне осязаемая. Юна всей кожей ощутила, как она сползается к нему из разных углов, поднимается от земли, собирается в плотный кокон. Тьма росла, а вместе с ней рос пугающий гул, шедший из недр земли. Будто там, глубоко под фундаментом замка, пробуждался огромный зверь.

– Я…

Сказать, что пришла просить помощи для отца? Нет, нельзя рисковать! Нужно придумать что-то другое…

Что больше всего любят драконы? Мимо чего не могут пройти? От чего никогда не откажутся?

Золото и…

– Пожалуйста, выслушайте меня! – взмолилась она, хватая его за рукав. – Дайте мне объясниться! Я здесь ради вас!

Ее голос сорвался на крик.

Лицо Эрисхайма поплыло. Сквозь человеческие черты проступил драконий оскал.

– Зачем ты здесь? – переспросил он низким голосом.

Юна вздрогнула. Ее подбородок сжали сильные пальцы. Темные, с пылающим ободком глаза заглянули в ее собственные, вызывая безотчетный страх.

– Ради вас, – повторила она и…

Почти не солгала.

Его лицо было очень близко. Такое красивое и жестокое одновременно. С резкими ястребиными чертами, пугающими провалами глаз и смуглой кожей, на которой переливались бронзовые чешуйки.

– Я уже слышал это. Все тут ради меня. И всем от меня что-то нужно, – ухмыльнулся Эрисхайм, поднимая руку. – Я могу дать тебе то, что ты хочешь. Но что ты предложишь взамен? Хотя… у тебя же нет ничего, кроме тела.

Сердце девушки пропустило удар, когда острый коготь распорол ткань на ее плече. Скованная печатями магия прокатилась по телу горячей волной.

Юна не могла отвести глаз от того, кто держал в руках ее жизнь.

– Я готова отдать себя, ваше владычество, – выдохнула полушепотом, когда князь вспорол второй рукав. – Сделаю все, что захотите…

Платье начало медленно сползать с груди, обнажая тонкую ткань сорочки, а она продолжала смотреть дракону в глаза. Не могла оторваться от завораживающего танца пламени в его расширившихся зрачках.

– Да? – в голосе князя мелькнула издевка. – И как далеко ты готова зайти, торгуясь со мной? Ты же знаешь, чего я хочу? Чего хотят все драконы?

Он схватил ее за ворот и дернул.

Раздался треск, по полу застучали пуговицы. Юна попыталась обхватить себя руками, но поняла, что не может двинуться с места.

Ее мучитель прав. Она знает. Она все поставила на кон, когда вошла в эти двери и предложила себя. Дракон в Эрисхайме не сможет устоять перед соблазном. Но хватит ли ей сил и умения его приручить?

– Знаю…

– И ты готова мне это дать?

Он нагнулся. Коснулся носом ее обнаженного горла, повел вдоль плеча, шумно втягивая запах невинного женского тела.

Юна закрыла глаза. Откинулась на дверь и подставила шею. Пусть видит, что она беззащитна и вся в его власти.

– Моя жизнь и судьба висит на кончике вашего когтя, – прошептала девушка, сглатывая горький комок. – Я доверяю… вам…

Пусть лучше он рвет ее последнее платье, чем душу.

Унизительно стоять вот так перед мужчиной, позволяя все, что придет ему в голову. Но выбора нет. Отец – в темнице. На троне, еще вчера принадлежащем ее семье, теперь самозванцы, а единственный, кто может помочь – князь драконов, которому она была обещана в жены.

Только Юна ему не нужна.

Эрисхайм усмехнулся. Коготь скользнул по девичьей груди к животу, разрезая тонкую ткань нательной сорочки. И Юна сжалась от этого касания, от внезапного жара, разливающегося внизу живота.

Она с ужасом осознала, что ей нравится это. Нравится, как он касается ее, как ведет по коже ногтем, выписывая огненные узоры. Она уже видела, на что он способен. Для него не составит труда превратить ее в пыль одним щелчком пальцев.

Но это было другое. Дрожь, которая охватила ее тело, была вызвана вовсе не страхом. И колени предательски подгибались совсем по другой причине.

Ее мучитель прищурился. Они не сводили друг с друга глаз – два соперника в смертельной игре, где опасность влечет не меньше, чем ласка, а любое прикосновение может выжечь душу дотла.

Юна знала: он проверяет ее. Проверяет границы дозволенного. Если сейчас она отведет взгляд, то проиграет. Если он…

О, нет. Он не отведет.

– Нежная и милая, – прошептал Эрисхайм, продолжая мучительную пытку. – Такая доверчивая… Я хотел тебя еще там… Знал, что мы встретимся. Ждал, когда ты сама придешь ко мне и сама предложишь себя…

Горячие ладони обхватили ее за талию, скользнули вверх, вызывая мурашки на коже.

Князь склонился к ее лицу, опаляя дыханием приоткрытые губы. Юна встрепенулась, ей внезапно захотелось поддаться вперед. Прижаться губами к его губам. Соединиться в долгом поцелуе. Почувствовать то безумие, которое однажды уже пережила в его руках…

Ее жизнь зависела от него, от его решения.

– Ты проиграла, – прошептал Эрисхайм ей прямо в губы. – Отбор для тебя окончен.