Глава 26

Как Юна и ожидала, уроки дались ей легко. Чего не скажешь о других девушках. Особенно не повезло Альвине – к ней среди соперниц сложилось предвзятое отношение, ведь все они были дочерями зажиточных горожан: купцов, ростовщиков, ювелиров. А ее считали неотесанной деревенщиной, недостойной сидеть за одним столом вместе с ними.

В сторону Юны тоже летели подозрительные взгляды и нелицеприятные шуточки. Ведь для всех она была лунданкой, а женщин этой страны недолюбливали в остальных королевствах. Правда светлокожая и голубоглазая Юна мало походила на настоящую лунданку, но ее соперницы вряд ли задумывались об этом.

Лунданцев не любили, потому что они поклонялись не Матери-Заступнице, вера в которую давно охватила Рисгардиум, Астерию и Ризанию, а духам предков. Лунданцы делились на племена, и у каждого племени, каждой семьи были свои духи. Мужчины кочевали с караванами по пустыне, охотились, воевали или занимались разбоем. А женщины – ждали их в защищенных селениях. Они даже дома не строили. Жили в шатрах из шкур туров и яков, которые можно было легко собрать и переместить.

И вот теперь в спину Юне летели смешки:

– Интересно, а они в своих шатрах моются?

– А куда испражняться ходят?

– Ой, а вы знаете, что их женщины носят штаны, как мужчины? У них нет ни панталон, ни чулок!

– Да, еще у них нет ни кроватей, ни стульев ни столов!

– И спят они, завернувшись в вонючие шкуры!

– Ага, прямо на полу! А еще у них водятся насекомые!

Когда Юна проходила мимо, товарки морщили нос и демонстративно прикладывали к лицу надушенные платочки, а то и вовсе отворачивались, переходили на другую сторону зала. Будто от нее чем-то воняло.

Случись это месяц назад, она бы расплакалась от обиды. Но сейчас ей было просто смешно. Юна не собиралась ничего им доказывать. Ни дружить с ними, ни враждовать. Но понимала, откуда идет столько злобы: конкурентки не могли простить, что по всем дисциплинам, которые выбрал князь для обучения невест, она оказалась лучшей.

– Ты великолепно танцуешь, я просто поражена, – заявила Альвина, тщательно копируя тон и произношение господина Суарре – учителя риторики. – Читаешь ноты, играешь на клавесине, поешь…

– Пришлось научиться, – вздохнула Юна.

Девушки всей толпой шли на ужин.

– Расскажешь? – у Альвины загорелись глаза.

– Это скучная история, – уклончиво ответила Юна. – Тебе будет неинтересно.

– Что это ей будет неинтересно? – сбоку подскочила Фифи.

Юна невозмутимо продолжила путь. Она прекрасно осознавала, что Фифи – одна из тех, кто устроил травлю на них с Альвиной. И непросто так сейчас начала расспрашивать. Говорить с ней не хотелось.

В столовой ждал накрытый стол.

Девушки, уже без утреннего ажиотажа, просмотрели карточки рядом с тарелками. Каждая встала возле своего места. Как оказалось, порядок мест меняется на каждую трапезу. Так те, кому за завтраком повезло сидеть рядом с князем, сейчас оказались в середине стола. Альвина запрыгала от счастья, когда Юна сообщила, что ее место – третье по левую руку от жениха. А вот карточка с именем Юны так и лежала на противоположном конце стола, лишь переместилась на другой угол.

– Вижу, не сильно тебя тут жалуют, – насмешливо фыркнула Валери.

Ее место теперь тоже было ближе к князю.

Юна лишь пожала плечами.

– А кстати, почему утром ты так странно выглядела? – спросила Игнис – дочь ювелира.

– Случайно переборщила с белилами, – сухо ответила Юна.

Перед ужином Лили сообщила, что маскарад пока не понадобится. “Принцесса” пожелала есть отдельно, а не со “всяким сбродом”, как передал слуга. Поэтому на общих трапезах ее не будет. Но это не значит, что она больше не увидится с Эрисхаймом. Наоборот, отныне они будут встречаться наедине. Гулять по саду, общаться, читать книги, совершать конные прогулки или кататься по Хрустальному озеру на серебряной лодке в виде дракона…

В то время как с остальными невестами у князя запланированы только общие встречи.

Услышав это, Юна поморщилась от кольнувшей досады. Это ведь она – принцесса! Это ведь с ней Эрисхайм должен встречаться! Водить за руку по замку и шептать на ушко разные глупости.

Он должен был стать ее мужем!

А теперь… она уже даже не знает действительно ли хотела за него замуж.

Хотя… она и так за ним замужем! Только тайно. Он ее муж перед лицом драконьих богов. И где найти силы, чтобы не думать об этом? Не думать, что он сейчас с той… самозванкой, которая заняла ее, Юны место!

Церемониймейстер объявил о приходе Эрисхайма. Юна вздрогнула, когда князь вошел. Но он и правда был один.

Едва он сел, сели и девушки. Ведь по правилам этикета никто не мог сесть за стол или выйти раньше правителя.

Ужин прошел в молчании. Князь не улыбался, не любезничал с невестами, почти не поднимал головы. Юна исподтишка наблюдала за ним. Сердце наполнилось тревогой, когда она поняла, что он ничего не ест. Просто сидит и колупается в тарелке, позволяя девушкам утолить голод.

Наконец, Эрисхайм поднял голову и без тени улыбки заговорил:

– Я предупреждал, что вечером вас ждет небольшое испытание. – Его взгляд быстро прошел по настороженным лицам и уперся в Юну. – Кто из вас не умеет ездить верхом?

Девушки переглянулись, но никто не признался.

– Хорошо, значит умеют все. После ужина я хочу прогуляться в Мершенский лес. Вы будете меня сопровождать. Подготовьтесь, ночи здесь прохладные.

С этими словами он встал и вышел.

Невесты встревоженно загалдели, будто стая вспугнутых птиц.

– Что он имел в виду?

– Мы что, всю ночь в лесу будем?

– Ох, Мершенский лес граничит с Темными землями!

– А я вообще леса не люблю! Там ветки царапаются и куча насекомых.

К Юне подошла Альвина, тихо шепнула:

– Что ты об этом думаешь?

– А что тут думать, – та пожала плечами. – Поду собираться. Надеюсь, Лили уже приготовила костюм для верховой езды.

– Я очень плохо езжу верхом, – призналась Альвина еще тише. – Можно сказать, вообще не умею.

– Ты же деревенская, – Юна удивленно уставилась на нее.

– Ну… да, – Альвина вздохнула. – Но у нас нет верховых лошадей, только рабочие, которых в плуг запрягают.

– А ездили вы там на чем? Ну, на ярмарку в город например.

– Так на телеге. Это удобнее, чем верхом, можно еще и груз с собой взять.

– Почему же ты смолчала, когда князь спросил?

Альвина поджала губы.

– А ты как думаешь? Не хочу вылететь первой!

– Ладно, – сказала Юна после недолгих раздумий, – держись тогда рядом со мной. Если что, я тебе помогу.

***

Еще час девушки потратили на подготовку к прогулке. Когда все собрались в холле, на дворе уже царили сумерки. В сопровождении двух вельдов толпа невест пересекла двор, залитый ярким светом кристаллов, и остановилась возле конюшни. Там, на небольшой площадке уже ждала дюжина породистых, великолепно оседланных лошадей.

Одна из них вдруг заржала и потянулась в сторону Юны.

– Остин? – от изумления Юна застыла, как вкопанная, и девушка, шедшая следом, ткнулась носом ей в спину.

Конь заржал громче.

– Эй, шевелись! – девица раздраженно толкнула Юну с дороги.

Но та не обратила внимания. Бросилась к коню и, обняв за шею, прижалась всем телом.

– Остин! – зашептала, поглаживая его. – Как я рада видеть тебя!

– Вы знаете этого коня, госпожа? – один из вельдов цепко посмотрел на нее.

– Да, но как он оказался здесь? Я же продала его в Линдариуме… Огненному дракону!

– Так это ваш конь? – еще больше удивился мужчина.

– Нет, не совсем… но как он попал в Дха-арн-Тан?

– Это подарок, – прозвучал за спиной ровный голос.

Юна резко обернулась.

Эрисхайм стоял примерно в пяти шагах, под полными обожания взглядами невест. И, не отрываясь, смотрел на нее.

На нем был черный, вышитый серебром костюм для верховой езды и такой же плащ с пурпурной подкладкой.

Он был так хорош, что Юна невольно сглотнула и почувствовала, как ожерелье на шее теплеет, а щеки горят от румянца.

– Можно узнать от кого, ваше владычество? – тихо спросила она, глядя на носки своих ботинок.

– Конечно. Это подарок от давнего врага.

Чего-то подобного она ожидала.

– Не опрометчиво ли принимать подарки от врагов?

– Мои враги мне ближе, чем друзья, – холодно бросил князь.

Затем перевел взгляд на притихших невест:

– Ну что, все готовы?

Как выяснилось через минуту, Остина оседлали для самого Эрисхайма. Глядя, как князь садится в седло, Юна испытала легкое разочарование. Ей самой досталась спокойная пегая лошадка.

Остальные невесты забрались в седла с разной степенью ловкости и изящества. Кто-то умудрился продемонстрировать кружево нижних юбок, кто-то – узкие лодыжки или даже грудь, словно бы ненароком наклонясь к шее лошади. Одной Альвине понадобилась помощь грума. Она только с третьего раза смогла сесть на лошадь и тут же с ужасом на лице вцепилась ей в шею.

– К-как высоко! – только и выдохнула брюнетка, глянув вниз.

– Смотри вперед и держись за луку, – подсказала Юна. – Я поведу.

Чтобы помочь подруге, она взяла ее лошадь за повод и намотала его на руку.

– А разве так можно? – загалдели остальные невесты, бросая то на Юну, то на князя возмущенные взгляды. – Разве это честно?

Эрисхайм с усмешкой глянул на Юну, затем равнодушно пожал плечами:

– А почему нет? Это не экзамен по верховой езде.

– Тогда в чем смысл испытания? – насупилась Фифи.

– Придержите любопытство. Все в свое время.

К удивлению Юны князь направил их маленький отряд не к воротам замка, а к площади, где стояла портальная арка. Кивнул вельду, стоящему на часах, тот передвинул пару кристаллов, которые, как казалось на первый взгляд, были намертво впаяны в гранит. Проем арки послушно засветился. Портал был открыт.

– Барышни, – немного насмешливо сообщил Эрисхайм. – Мершенский лес к вашим услугам. Прошу.

Девушки обменялись растерянными взглядами.

– А как же вы? – робко спросила Валери.

– Только после вас.

– Но это же Мершенский лес… там чудовища! – нервно добавила Анелия – блондинка с выдающейся грудью. На завтраке ей повезло сидеть справа от лжепринцессы.

– Ну, вам же никто не обещал, что будет легко? – Эрисхайм склонил голову к плечу и окинул невест едким взглядом.

Никто из них не спешил первым нырнуть в портал. Лошадки переступали на месте, чувствуя нервозность всадниц. Кто-то начал незаметно пятиться назад. Кто-то кусал губы, не зная, на что решиться: остаться или сбежать. И так ли уж выгодно стать княгиней, если ради титула придется рисковать жизнью? А то и вовсе можно не дожить до свадьбы!

Юна оглянулась на Альвину. Та сидела в седле ни жива ни мертва.

– Держись! – одними губами шепнула принцесса и сжала крепче повод ее кобылки.

А затем едва уловимым движением коленей послала свою лошадь вперед.

Все произошло за секунды. Портал ярко вспыхнул, принимая в себя первую всадницу. Следом исчезла вторая, не забыв испуганно взвизгнуть. И пока оставшиеся на площади невесты встревоженно ахали, яркий свет портала для Юны сменился кромешной тьмой.

– Где мы? – рядом всхлипнула Альвина. – Ты сумасшедшая! Куда ты нас притащила?

– Ну, судя по всему, в Мершенский лес, – проворчала Юна, настороженно вглядываясь в темноту.

Внутри заворочался страх. Но через несколько секунд глаза адаптировались к скудному освещению. Оказалось, что тут не так уже темно.

Вокруг действительно раскинулся лес. Девушки обнаружили, что стоят на небольшой полянке, окруженной гигантскими деревьями. Кроны деревьев были настолько густыми, что закрывали небо, а их стволы вряд ли смогли обхватить десять взрослых мужчин.

Лошадка Юны всхрапнула. Ее товарка тихонько заржала.

– Отходим! – сообразила принцесса.

Девушки едва успели посторониться, как полянку озарил яркий свет, и рядом с ними одна за другой начали появляться остальные невесты. Спустя десять минут все были в сборе.

Последним из портала показался сам Эрисхайм.

– И что дальше? – настороженно поинтересовалась одна из невест.

– А дальше мы просто прогуляемся, – улыбнулся князь.

Затем щелкнул пальцами, и перед ним прямо в воздухе возникла светящаяся сфера размером с яблоко. Сфера разделилась на десяток одинаковых шаров того же размера, и каждый из них подплыл к одной из невест.

– Эти магические светляки помогут не заплутать, – сообщил Эрисхайм. – Помните, Мершенский лес граничит с Темными землями, но вас надежно защищает магический купол. Так что бояться нечего. Просто следуйте за мной.

И он первым тронулся с места.

– Но в чем смысл испытания? – полюбопытствовала Фифи. – Вы нам не скажете?

Она первой справилась со ступором и поспешила за князем. Ее гнедая лошадь поравнялась с Остином.

– Скоро все сами поймете.