Глава 31
Вопрос прозвучал так неожиданно, что она сбилась с шага. Машинально оглянулась и встретилась с глазами той самой девушки, которая выдавала себя за нее.
Сердце испуганно трепыхнулось: откуда?!
Юна была уверена, что об этом никто не знает! Только она и Эрисхайм! Тем более прошло столько времени. Зачем об этом сейчас вспоминать?
Самозванка по-своему расценила ошеломленный вид соперницы:
– Значит, это правда?
– Кто, Нани? – за плечом раздался неискренний смех Валери. – Простите, ваше высочество, но вряд ли князь обратит внимание на такую, как Нани. Она же лунданка!
Юна медленно выдохнула и тоже изобразила улыбку.
– Да, ваше высочество, – собравшись с силами, она даже сделала книксен перед своим двойником, – я же лунданка. С чего бы его владычеству целоваться со мной?
А затем направилась дальше.
Но лжепринцесса поднялась и последовала за ней. Остальные участницы проводили их удивленными взглядами.
– Стой, я еще не договорила!
Схватив Юну за плечо, самозванка толкнула ее к стене. В ответ в груди Юны вспыхнуло пламя. Пришлось сжать кулаки и до боли зажмуриться, чтобы оно не вырвалось наружу и не выдало ее с головой.
– Я узнала на нем твой запах! – прошипела лжепринцесса ей прямо в лицо. – Думаешь, соблазнишь его своими прелестями – и он сразу женится? Ошибаешься! Он дракон и просто хорошенько развлечется с тобой. С вами всеми! А женится только на мне – принцессе Астерии! Наш брак уже решенное дело.
Юна стояла, оцепенев. Прижимаясь спиной к стене. Даже глаза не решилась открыть, пока не почувствовала, что хватка на плече ослабла, а затем лже-Юнона и вовсе убрала руку.
Только тогда осмелилась произнести:
– Его владычество сам в праве решать, на ком ему жениться.
И не потому, что боялась эту девицу. А потому, что не хотела подставлять Эрисхайма. А это непременно случится, выпусти она свой огонь.
Открыв глаза, наткнулась на темный, ненавидящий взгляд самозванки.
– Ошибаешься! – процедила соперница, отступая. – Наш брачный договор уже одобрен и заверен советами обеих держав. А этот отбор – просто фарс, чтобы такие отбросы, как ты, почувствовали себя значимыми. Все поняла?
Юна судорожно втянула носом воздух.
Огонь бился внутри. Бурлил и клокотал. Угрожал снести хрупкое самообладание своей хозяйки и накрыть ее обидчицу испепеляющей волной.
Нельзя этого допустить!
Не отводя взгляда от глаз самозванки, Юна свела руки вместе и ущипнула себя. Боль слегка прояснила голову.
– Да, ваше высочество. Все поняла, – произнесла смиренным тоном. – Могу я идти на урок?
Лжепринцесса прищурилась.
– Не знаю, что он в тебе нашел. Но в роли его фаворитки ты мне не нужна. Так что советую побыстрее покинуть отбор.
С этими словами она вскинула голову и двинулась прочь. За ней последовали служанки, которые все это время терпеливо ожидали свою госпожу в коридоре.
Только когда она скрылась за поворотом, Юна выдохнула и позволила себе немного расслабиться. Но передышка оказалась не долгой. С вопросами тут же подскочили остальные девушки. Они-то все видели и не пропустили ни слова из обвинений принцессы!
– Это правда? – первой налетела на нее Валери. – Ты целовалась с князем?
– Что?! – возмутились другие. – Когда успела? Почему мы не знаем? Боги, как ты могла!
Юна со стоном закрыла лицо руками. Отдышавшись, убрала ладони, выпрямилась и посмотрела на своих соперниц.
– Не беспокойтесь, – произнесла ровным тоном. – Я же лунданка. Вряд ли князь позарится на меня.
***
Урок вышивания вела чистокровная драконица госпожа Бургхейм. Высокая, худощавая, с безупречно ровной спиной и плоской грудью. Сложив руки за спиной, она чинно вышагивала между рабочих столов. И ни одно движение не скрывалось от ее орлиного взора.
В Дха-арн-Тане все учителя оказались либо драконами, либо драконицами. Кроме самих невест и их служанок, других людей в замке не было – это Юна давно поняла. Она научилась отличать обычных людей от драконов.
Драконы были выше и мощнее. Жилистее и гибче. Двигались они не так, как люди, а, казалось, перетекали с места на место. Драконы почти не моргали, их взгляд был пронизывающим, черты лица – резкими, хищными, никакого намека на мягкость. Аристократы и женщины носили длинные волосы, чей цвет определял принадлежность к клану. У слуг и вельдов были короткие стрижки. А женщины не могли похвастаться ни крутыми бедрами, ни пышной грудью.
Так что отличить дракона от человека было легко.
– Итак, – произнесла госпожа Бургхейм, когда девушки заняли места за столами, – сегодня вам предстоит очередное испытание. Его владычество желает, чтобы каждая из невест вышила для него оберег. Вам позволено выбирать ткань, нитки и технику вышивания по вашему вкусу. Все понятно?
– А рисунок? Что нам вышивать? – поинтересовалась Анелия.
– Что посчитаете нужным.
Голос госпожи Бургхейм звучал ровно. Но в глазах что-то сверкнуло.
– То есть, можно вышивать все, что мы захотим? – уточнил еще кто-то из девушек.
– Верно. Этот оберег станет подарком для князя. Подумайте, чем вы можете его впечатлить? Что бы он хотел видеть на вашем подарке? У вас есть время до завтра.
– Но это же мало! Мы не успеем! – раздались возмущенные голоса.
– А вы постарайтесь, – все так же бесстрастно отрезала драконица. – Представьте, что ваш жених завтра уходит в военный поход. И вы не знаете, когда он вернется, да и вернется ли вообще. Но вы готовы не спать, не есть, не разгибать спины весь день и всю ночь, чтобы успеть и сделать ему этот подарок. Вложить в оберег все свои чувства, всю силу любви, чтобы он действительно мог его защитить.
Она прошлась холодным взглядом по растерянным лицам невест и резко добавила:
– У вас целые сутки на это. Можете начинать.
С минуту в мастерской царила недоверчивая тишина. Затем девушки начали скрипеть стульями, подниматься и по одной подходить к длинному столу, заваленному всевозможными тканями, шелковыми нитями всех цветов, коробочками со стеклярусом, золотой и серебряной канителью.
Юна тоже пошла. За эти две недели было несколько уроков вышивания, на которых госпожа Бургхейм просила невест показать свои навыки. И Юне оказалось непросто. Она давно уже не вышивала, пальцы утратили гибкость. А сейчас так вообще в голове царил полный сумбур.
Что она должна вышить?
Какой рисунок передаст всю силу ее чувств?
Да и вообще, что она чувствует?
Юна задумчиво перебирала ткани на столе. Они все казались неподходящими. То слишком мягкими, то слишком яркими, то наоборот – грубыми и тусклыми.
Наконец, среди вороха пестрых отрезов, ее внимание привлек кусок темно-лиловой ткани. Он был гладким как шелк, но матовым, насыщенного, почти черного оттенка. А еще приятным на ощупь.
Юна вытянула его.
– Фиолетовый? – фыркнула рядом Валери. Сама она держала кусок атласа пурпурного цвета. – Не помню за князем страсти к подобным цветам.
– Пурпурный он тоже вряд ли оценит, – тихо ответила Юна.
Судя по тому, что она помнила об Эрисхайме, он ненавидел все оттенки огня. Его любимыми цветами был черный, коричневый, серый и белый. Именно их сейчас расхватали соперницы. Может, и ей следовало взять что-то подобное?
Она посмотрела на ткань в своих руках. И фантазия тут же нарисовала длинный кушак, расшитый серебряными звездами, а на его широких концах – два летящих дракона.
Руки сами нашли нужные нитки и серебряную канитель. Вернувшись на свое место, Юна приступила к работе. Взяла ножницы, выкроила кушак и подрубила концы.
Но на этом работа остановилась и не желала двигаться с места. Картина, которую девушка нарисовала себе, никак не хотела воплощаться на ткани.
Это было как наваждение.
Стиснув зубы, Юна упрямо начала вышивать. Но иголка все норовила выскользнуть из рук и колола пальцы, а нитки путались и рвались. Да и сердце было не на месте.
– Сосредоточьтесь, – раздался над головой сухой голос госпожи Бургхейм. Он прозвучал так неожиданно, что Юна вздрогнула и выронила иглу. Та укатилась под ноги. – Вы слишком рассеяны. Хватит думать о посторонних вещах.
Принцесса с тихим стоном упустила ткань на колени.
Нет так она ничего не вышьет! А нужно сделать хоть что-то, чтобы Эрисхайм мог оценить ее работу и засчитать переход на новый этап.
Нужно успокоиться. Госпожа Бургхейм права. Лишние мысли только мешают.
Закрыв глаза, Юна откинулась на спинку стула. Выдохнула, расслабляя постепенно все мышцы. И будто наяву увидела дракона. Такого, как в своих снах. Огромного, мощного, с широко раскинутыми крыльями. Его голову венчала корона из роговых наростов, а чешуя переливалась на солнце.
Боясь потерять это видение, Юна схватила вторую иглу и начала вышивать. На этот раз пальцы просто порхали. Игла слушалась малейшего движения мысли, будто ее вело вдохновение. И вскоре на ткани появились очертания великолепного зверя.
Да только дракон получался не тот.
Его чешуя сверкала красным стеклярусом, а из пасти вырывался огонь.
Замерев, Юна уставилась на вышивку как на смертельно опасного гада. Нет, такое точно нельзя дарить Эрисхайму! Ни в коем случае! Он же ненавидит все, что связано с Огненным кланом!
Но красный дракон был прекрасен. Он задевал в душе особые струны. Не удержавшись, Юна провела по нему пальцами, ощущая продолговатые бусины.
– Барышни, урок окончен, – оповестила госпожа Бургхейм. – Продолжить работу вы сможете в свободное время. А сейчас покажите, что у вас получилось.
О нет, только не это! Огненного дракона нельзя показывать Земляным! Это такой скандал! Ее просто снимут с отбора и даже князь не сможет помочь!
Мысли Юны заметались, руки судорожно сжали ткань и стянули под стол. Драконица, не спеша, прохаживалась по мастерской. Она оценивала работы, которые кто с гордостью, а кто с опаской показывал ей.
Скандал приближался, становясь уже неминуемым. И не было ни малейшего шанса его избежать.
– Госпожа Кроу, покажите вашу работу, – тень драконицы упала на стол. – Ну же, не стесняйтесь.
Кусая губы, Юна начала вытягивать кушак из-под стола. Так медленно, что госпожа Бургхейм не выдержала:
– Что вы копаетесь? Дайте сюда!
Она буквально выхватила ткань из рук Юны. Бросила на стол, разровняла ладонями и нахмурилась:
– Это все? Вы за три часа успели вышить всего несколько мелких звезд? Да это работа на десять минут! Чем вы занимались все это время?
Юна непонимающе уставилась на пустые концы кушака. Не веря глазам, подняла каждый из них, перевернула. Но с обратной стороны тоже была лишь чистая гладкая ткань.
– Что вы там ищите, госпожа Кроу? – прозвучал язвительный голос драконицы. – Уж не сбежавшее ли усердие?
Щеки Юны залил румянец. В отсутствии усердия ее еще никто не обвинял. Но спорить с учительницей она не посмела. Ее больше занимала мысль, куда делся дракон. Не сбежал ведь он сам с ткани? Такого просто не может быть!
Госпожа Бургхейм отошла, наградив нерадивую мастерицу уничижительным взглядом. А Юна на всякий случай заглянула под стол.
Но и там красного дракончика не оказалось.
Пришлось подниматься, складывать опустевший кушак в рукодельную корзину и топать на выход с другими невестами.
В отличие от Юны, остальные девушки вели себя оживленно, хвастались друг перед другом своими успехами. Она не стала интересоваться, что они вышили. Прижала корзинку к груди и первой выскользнула из мастерской.
Брачное ожерелье тут же нагрелось. В голове раздался голос Эрисхайма:
“Как тебе новое испытание? Справляешься? Надеюсь, ты вышьешь что-то приятное моему глазу. Я ведь все-таки должен выбрать тебя”.