Глава 21 · Интерес

Несмотря на совсем не воинскую стать, в танце Баррингтон двигался достаточно ловко. В каждом его жесте и взгляде сквозили уверенность и достоинство, граничащее с высокомерием. Он по-хозяйски сжимал мою ладонь, и от этого я чувствовала себя загнанной в угол. Больше всего мне хотелось вернуться к Рою. И вцепиться в волосы блондинке, которая мило щебетала рядом с ним. Утешало только то, что мой жених не оправдал надежд девицы и танцевать ее не пригласил.

— Никогда не думал, что в мой дом рука об руку войдут Ару и Суру, — в этот момент задумчиво произнес хозяин дома.

Я перестала стрелять глазами по сторонам и вежливо улыбнулась:

— Может быть, настало время положить конец вражде родов?

В ответной улыбке сквозило снисхождение:

— Подозреваю, что Юлиус Ару не рад такому союзу.

Я не стала ничего отвечать, и Баррингтон мягко продолжил:

— Я слышал, ваш будущий супруг… Достаточно жесток. Причины, которые заставляют вас оставаться рядом с ним, мне не совсем понятны. Думаю, часть проблем вашего рода можно решить иначе. Но вы слишком юны, чтобы увидеть другие пути.

Он выразительно посмотрел на меня. Я растерялась и ляпнула:

— Например, какие?

— Вы молоды и бессмертны, леди, — серьезно ответил он. — Медальон, который вы носите на шее, защитит вас куда лучше, чем голубые алмазы. Он откроет вам многие двери. Расторгнуть помолвку с врагом не так сложно. Подумайте об этом.

После этого его взгляд скользнул по моей шее и опустился ниже. На миг он притянул меня к себе чуть ближе, чем это позволяли приличия. Я вздрогнула и отчаянно поискала взглядом Роя. Мой спутник истолковал это по-своему.

— Не беспокойтесь, — небрежно произнес он. — Господин Ару этого не видел.

— Все не так, как вы думаете, — прошептала я.

Но Баррингтон в ответ лишь настойчиво повторил:

— Подумайте о том, что я сказал вам, леди. Вернемся к этому разговору после аудиенции короля.

От этих слов почему-то сердце ушло в пятки. К счастью, танец завершился, и Баррингтон также галантно проводил меня к жениху. Блондинка была явно разочарована, а Рой выглядел равнодушным. Это немного успокоило меня. Но стоило нашим пальцам переплестись, как я судорожно вздохнула и прошептала:

— Думаю, мне лучше выйти на воздух.

В глазах Баррингтона мелькнуло удивление. Рой не медлил. Коротко извинился и повел меня прочь, к одной из боковых дверей.

— Что случилось? — спросил он по дороге, и в его голосе проскользнуло бешенство.

— Ничего, — поспешно ответила я. — Хочу пройтись по саду. Пожалуйста.

Но до сада мы не дошли. Стоило нам свернуть за поворот, как Рой резко прижал меня к стене. Я и не подумала сопротивляться. Наоборот, изо всех сил вцепилась в него в ответ и подняла лицо. Но склоняться ко мне он не спешил. Напряженные пальцы обхватили мой подбородок, а затем Ару спросил:

— Что он тебе сказал?

Врать или изворачиваться под его требовательным взглядом было невозможно, и я призналась:

— Намекал на то, что помолвку с врагом можно расторгнуть.

О том, что Баррингтон проявлял интерес ко мне сам, я предпочла умолчать. На лице Роя появилось странное выражение. На мгновение я испугалась, что он сейчас развернется и уйдет. Инстинктивно вцепилась пальцами в его плечи, стремясь удержать рядом с собой, и приподнялась на цыпочки, чтобы достать до губ.

Рой ответил на поцелуй со своим обычным пылом, и все стало хорошо.

Ненадолго — в стороне раздался яростный голос:

— Оставь ее в покое, мерзкая тварь!

На вновь прибывшего мы воззрились с одинаковым изумлением. Только Рой не знал его, а вот я… знала.

Господин Дитрих ре Рундиш сорока пяти лет от роду поправил воротник пепельно-серой рубашки и пошатнулся. По осоловелому взгляду карих глаз я поняла, что их обладатель выпил уже немало. Теперь он держался за лацканы коричневого пиджака и возмущенно смотрел на нас. Тряхнув гривой черных волос, он еще раз пошатнулся и требовательно повторил:

— Руки прочь от моей сестры, паршивец!

— Добрый вечер, Дитрих… — начала было я.

Рой и не подумал выпустить меня из объятий, и резко ответил:

— Мы не представлены.

Я поспешила исправить положение и протараторила:

— Рой Ару, мой жених. Дитрих ре Рундиш, мой родственник по материнской линии.

Точное родство называть я не стала. Не была уверена, что точно его вспомню. Дитрих приходился мне то ли троюродным дядей по матери, то ли уже дедом, и назвать меня сестрой он мог с большой натяжкой.

На ладонях моего родственника вспыхнул голубоватый свет. После этого Рой задвинул меня за спину и небрежно ответил:

— Интересное в Инрешваре гостеприимство.

Я вспомнила встречу, которую нам устроила моя прислуга и вздохнула. А Дитрих заявил:

— Я вызываю вас на дуэль! Мой долг избавить сестру от мерзкого насильника!

На на несколько мгновений я потеряла дар речи, а Рой пренебрежительно уточнил:

— Где и когда?

Но я поспешно напомнила:

— В Инрешваре запрещены магические дуэли между обладателями разных четвертей круга. Только между равными…

Но Дитриха это не остановило. Он гордо выдернул из-под воротника медальон с тремя четвертями круга. А затем усилием воли собрал глаза в кучку и, наконец, заметил блестящий круг на шее Роя. Пока мой родственник тщательно подбирал слова, я пыталась понять, кто направил его сюда и зачем? Дитрих неплох, когда трезв, а когда пьян — непрочь подраться. И почему-то я сомневалась, что он сам заметил наш уход. А уж о том, что меня насилуют и принуждают выйти замуж, ему явно напел Шендан.

Рой в этот момент с притворным сожалением вздохнул:

— Как жаль, что вы не способны ничем помочь “сестре”. Все эти годы она была одна, а когда защитники выползли из своих нор, оказалось, что они слабее самой Ариенай. Печально, не правда ли?

Лицо Дитриха побелело от злости, а магия на пальцах и не думала затухать. Я поспешно вцепилась в рукав Роя и тихо попросила:

— Оставь его. Нам не нужны неприятности. И ему тоже. Верно, Дитрих?

Последние слова я произнесла с нажимом, глядя своему незадачливому спасителю в глаза. Тот начал трезветь на глазах и понимать, во что собирался вляпаться и кому перейти дорогу.

Ару поймал мою руку и гордо прошествовал мимо, обратно к бальному залу. Я не отставала. У дверей Рой не выдержал и процедил:

— Думаю, пора покинуть это сборище. Скажешься усталой и напомнишь о завтрашнем ночном патрулировании.

Я не стала возражать. Прощание с хозяином дома вышло скомканным и двусмысленным. Руперт и Трой тоже не стали задерживаться, и вчетвером мы отправились в мой дом. Стоило нам оказаться в карете, как Рой привлек меня к себе и обратился к друзьям:

— Так что вам удалось узнать?

Эттвуд переглянулся с Рупертом и откинулся на спинку сидения. А затем неспешно начал рассказывать.

— Помощника я нашел, — сразу сказал Эттвуд. — Правда, он несколько ниже рангом, чем мне того хотелось. Парнишка умен не по годам, жаждет славы и обладает обостренным чувством справедливости, что в наше время редкость. Особенно в Инрешваре. Познакомился с местным начальником магического сыска… Продажный змей, который тщательно маскируется под добропорядочного слугу государства.

— Змеюшник здесь еще тот, — охотно согласился Рой.

Руперт закатил глаза:

— Вы в Инрешваре. Нравы западной столицы все же пристойней, чем сомнительные развлечения аристократии Восточной. Но грызня за власть здесь идет на всех уровнях. Особенно в ту половину года, которую здесь проводит король. А он недавно возвратился из Тал-Хатанга.

Я кивнула. После того как Шендан подставил отца, верить кому-то в Инрешваре было сложно. Родственники отошли в сторону. Многие считали, что я тоже причастна, а менталисты ошиблись. Но тогда я и правда ничего не знала. Только когда отца осудили, мне решились доверить семейные тайны.

Я растерла запястье, словно пыталась стереть воспоминания вместе с призраком боли. От Роя не укрылся этот жест. Похоже, дома меня ждут вопросы…

А Эттвуд тем временем продолжал:

— Мальчишка снял след с артефакта. Глаза у него при этом горели. Кажется, того, кто оставил тебе этот подарочек, он знает. Но пока улики придется припрятать. Дадим делу ход, когда соберем больше доказательств.

Рой кивнул и начал неторопливо рассказывать о нашем путешествии на морское дно. Даже про дерево хай рассказал, умолчав о том, как оно влияет на него. При воспоминании о жаре метки мне стало не по себе. Я снова усыпила ее, но, кажется, до конца так и не смогла уничтожить. Я неосознанно положила руку на грудь Роя, и тот, не прерывая свой рассказ, накрыл мою ладонь своей.

По мрачному взгляду Руперта я поняла, что он догадался об остальном. Посвящать Троя в проблемы рода Ару мы не собирались, и я опустила взгляд.

Но если Эттвуд и заметил какие-то нестыковки в рассказе Роя, то благополучно пропустил их. В его глазах теперь горел азарт. При этом он как-то нехорошо поглядывал на Руперта. У меня сложилось впечатление, что теперь следователь просчитывает в уме, какими связями своего нового приятеля может воспользоваться, чтобы подобраться поближе к Шендану и его прихвостням.

Блондин улыбнулся в ответ и пообещал:

— Думаю, ваше сегодняшнее появление произвело на местную аристократию должное впечатление. Двое огненных и прекрасная девушка с полным кругом — думаю, завтра ваше появление будет обсуждать весь королевский двор.

— Странно это все, — вдруг сказала я. — Они как будто не знали, что у меня полный круг. Я думала, менталист рассказал всем о результатах экзамена.

— Очень невыгодных для Шендана результатах, — напомнил Эттвуд. — И невероятных для девушки твоего возраста. Так что, думаю, слухи о твоих достижениях дошли до Инрешвара, но никто не воспринял их всерьез.

— Зато теперь восприняли, — пробормотала я. — Больше никаких приемов и балов. И родственники проснулись и… Баррингтон.

— Ты его явно заинтересовала, — посерьезнел Руперт. — И это знакомство может оказаться полезным. Он близок к королю…

Я невольно прижалась к Рою и пробормотала:

— Боюсь, взамен он хочет больше, чем я могу ему дать.

— И привык получать желаемое… — задумчиво произнес Эттвуд.

Я метнула на него укоризненный взгляд, чувствуя, как напрягаются руки Роя.

— Он очень опытный бессмертный, — предостерег Руперт. — С ним лучше не ссориться.

Он выразительно посмотрел на своего друга, и Ару раздраженно ответил:

— Пусть оставит в покое мою невесту.

— Идти на открытую ссору не стоит. В бою он тебя уделает.

— Посмотрим.

В голосе Роя звучало высокомерие, и я мысленно застонала. Дуэли я боялась. Руперт выглядел обеспокоенным, как и я. Оставалось надеяться, что с Баррингтоном мне не придётся больше встречаться.

У ворот моего дома мы расстались с друзьями. Экипаж повёз их в дом ре Кайрасов, а мы с Роем пошли через сад к двери.

Начал накрапывать дождик, и Рой выругался сквозь зубы. Сначала я ускорила шаг, но у самого крыльца остановилась и вскинула голову, подставляя лицо дождю. Рой шагнул под крышу и застыл. Мне безумно хотелось стоять так бесконечно или даже поплавать в озере. Но сначала нужно было снять платье, и меня ждало ещё одно дело. Поэтому я с сожалением вздохнула и поднялась на крыльцо.

Дом встретил нас тишиной и теплом. Большая часть слуг уже спали. Заспанный Том принял наши пальто, а Яна вылетела из коридора и преданно посмотрела на меня. Я улыбнулась девушке и приказала готовить мою спальню. Та умчалась, а мы с Роем неспешно отправились наверх.

Вместо того чтобы отправиться к себе, я свернула за Роем к гостевым комнатам. Только когда он остановился на пороге и обернулся ко мне, я вдруг поняла, как двусмысленно всё это выглядит.

Он неспешно открыл дверь и шагнул в комнату. Медленно коснулся магической лампы… А затем едва не поперхнулся от возмущения.

Мерпус развалился на его кровати и отращивал себе то крылья, то лишние хвосты. Судя по всему, моя комната даже после избавления от артефакта демону не понравилась. Или ему слишком понравилась комната Роя. Но в ответ на резкое “Брысь! ” демон только прижал уши и взмолился:

— Пусу-пусу.

— Мера-мера.

Выглядел он при этом так умильно, что я не выдержала и рассмеялась. Дверь я закрыла по инерции, и только щелчок замка напомнил мне, что я в комнате мужчины и пришла сюда сама. Рой потерял интерес к демону и повернулся ко мне. Его глаза скользили по моей фигуре, и от этого взгляда было жарко. Я попыталась успокоить дыхание и собраться с мыслями. А затем выдавила из себя причину, по которой оказалась здесь:

— Я должна посмотреть, что стало с твоей…

Слова “адская метка” не прозвучали, но мой взгляд был достаточно красноречив. Лицо Роя стало замкнутым, но он послушно сбросил сюртук, затем жилет и начал расстегивать рубашку. Наступила неловкая пауза, в которой я пялилась на его полуобнаженный торс, а он смотрел на меня как-то странно. Наконец, я спохватилась и подошла.

Едва не уткнулась носом ему в грудь, рассматривая льдистый узор на коже. Линии стали совсем тонкими, но не исчезли. Я нахмурилась и собиралась коснуться их кончиками пальцев, но мою руку самым бесцеремонным образом перехватили и отвели в сторону.

Я подняла на Роя удивленные глаза и спросила:

— Ты чего?

— Что ты делаешь? — осторожно спросил он.

— Пытаюсь понять, как уничтожить метку. А что?

Он вздохнул и подхватил меня на руки. А затем также осторожно опустился в кресло. Я устроилась у него на коленях и с тоской протянула:

— Мне нужно вернуться в комнату.

— Ты обещала мне кое-что рассказать, — напомнил он.

И вот тут я поняла, что попалась. Сил на то, чтобы сбежать под благовидным предлогом, уже не было, а осторожные пальцы, скользящие по моему запястью, заставляли думать о другом.

— Что это было? — спросил Рой, поглаживая мою кожу.

Я высвободила руку и прошептала:

— Родовая магия. То, что передал мне отец.

— Передал? Когда?

Теперь его пальцы медленно перебирали подол платья. Я поспешно ответила:

— На нашей единственной встрече… после суда. У нас была всего пара минут, менталисты были рядом. Ждали, что мне все расскажут.

От воспоминаний стало зябко. Я поежилась, и Рой понятливо прижал меня к себе чуть крепче. Продолжать не хотелось, но пришлось.

— Говорить было нельзя. И вместо этого он передал мне особую магию.

Я сосредоточилась, и на миг по моему запястью заструились голубые и розовые линии. Я не позволила узору оплести мое тело, и он быстро начал исчезать. Рой неотрывно смотрел на мою кожу.

— Отец спрашивал тебя об этом? Про боль?

Какой догадливый. Пришлось подтвердить:

— Да. Мне не передавали эту силу. Считалось, что моя магия слишком слаба, чтобы выдержать ее. Боль была адской. Но я выжила. И смогла войти в родовое хранилище, прочитать записи и узнать правду. За что страдают мои родные. По чьей вине все это произошло. И что мне предстоит сделать. Потому что больше некому.

Чувство одиночества стало необычайно острым. Рой провел рукой по моей щеке, смахивая катившуюся по ней слезинку, и заставил меня заглянуть ему в глаза.

— Сейчас я с тобой, — напомнил он. — И вместе мы обязательно сделаем все, что нужно. Лиор Шендан получит по заслугам. Трой и Руперт помогут нам. И этот… тоже.

Он кивнул на Мерпуса, которого мы уже совершенно не интересовали. Демон спал, свернувшись клубком на постели.

Я невольно улыбнулась. Перечисление тех, кто рядом, помогло. Теперь Рой снова смотрел на меня странноватым взглядом, значение которого я не совсем понимала, но от него жар приливал к щекам. Да и не только к щекам… Я собрала свою волю в кулак и бросила взгляд на часы. А затем нехотя произнесла:

— Завтра нам в патруль.

Уходить совсем не хотелось, но я интуитивно чувствовала, что если задержусь, то…

Мы немного формально распрощались и разошлись. Только у дверей своей комнаты я вспомнила, что Мерпус остался в комнате Роя. Надеясь, что он не станет выпроваживать моего питомца, я отправилась спать. Несмотря на события этого дня и разговор перед сном, на этот раз меня не терзали ни воспоминания, ни кошмары. А когда утром я открыла глаза, то внезапно поняла, кого еще в этом городе мне хотелось бы увидеть.