Глава 18

Неделя, отведённая на подготовку к балу, пролетела незаметно. По настоянию Золграна светлые фрейлины повсюду таскались за мной. Их присутствие на уроках танцев стало обязательным. Их недовольные мины, ехидные кривляния отвлекали меня, мешая сосредоточиться на движениях. Они не только измывались над моими нервными клетками, они своим замечаниями допекали и Анателя:

– Ваше темнейшество, вам плохо?! Вы неприлично сильно прижимаете к себе лунное величество! Она вам не подпорка, не нужно на ней виснуть!

– Осторожнее, ваше темнейшество! Вы слишком быстро кружите партнёршу! Смеем вас заверить, это не поможет вскружить ей голову!

– Верховное темнейшество! Глаза лунной королевы находятся не в смелом вырезе её платья!

И всё в подобном духе. Анатель отвечал им полным равнодушием.

Спустя прорву потраченных сил и сожжённых в бальной зале калорий этот день настал. Гости съезжались во дворец со всех концов мира.

– Говорят, у лунного виконта Индриго свой фейский гарем. Представляешь! – восторженно воскликнула Элисия, делясь со мной свежей сплетней.

– Не стоит верить всему, что говорят, – посоветовала я ей, наблюдая с балюстрады за тем самым виконтом. Ничего в нём не выдавало султана. С виду ничем не примечательный лорд в бальной зале обыденно беседовал с другими гостями. – Избранные светлые феи прибыли совсем недавно. Вряд ли он успел кому-нибудь рассказать о своих дурных наклонностях.

– Пока ты занималась сборами к балу, Мика с Васили́кой успели узнать пикантные секретики о твоих подданных, – с лёгкой обидой упрекнула меня подруга.

– Где они их добыли?

– Мика сдружилась с Олгас и, клянусь богами, та разболтала ей грязные подробности из жизни присутствующих светлых фей.

– О тех, кому предстоит появиться, она что-нибудь сказала? – с праздным любопытством спросила я.

– Нет ещё. У неё целый вечер впереди, – с ослепительной улыбкой обнадёжила меня подруга.

– Забудь о сплетнях и лучше скажи, вернулся ли его верховное величество?

Анателя вызвали из-за внезапных беспорядков на границе. Об этом мне Бизер сказал, когда я изъявила желание повидаться с супругом перед балом.

В глубине души я надеялась убедить его отказаться от нашего с ним вальса перед сотнями гостей. Дошло до того, что я и аргументы подготовила. Его племянница Равель вполне могла заменить меня. Почему нет? Не прошло и полдня, как я забыла последовательность сложных движений. Двух недель оказалось недостаточно, чтобы подготовить меня к балу.

Оставив бессмысленное занятие, включающее в себя рассматривание гостей, находящихся внизу в бальной зале, я повернулась к подруге. Прежде чем на её лицо вернулась безмятежность, я уловила на нём беспокойство.

– Что случилось?

Подруга ухватилась за перила балюстрады, открыла рот, но ничего не произнесла.

– Анатель? Его ранили?! – захлестнула меня безудержная тревога.

– О нет! Он в порядке, – быстро заверила меня Алися. – Точнее, был, когда от него пришёл гонец.

– Чудесно, – выдохнула я и поинтересовалась: – Тогда почему ты постоянно хмуришься, когда думаешь, что я не смотрю на тебя?

– Прости, Луна, я никудышная подруга, – расстроенно проговорила Элисия, чем сильнее заинтриговала меня.

– Почему ты понапрасну наговариваешь на себя?

– Матушка просила не расстраивать тебя накануне бала плохими вестями, а я не сдержалась и проговорилась.

– Ты мне пока ничего не сказала, за что можешь себя корить, – напомнила ей.

– Точно! – выдавила из себя слабую улыбку подруга. – Возможно, дядя не успеет вернуться к началу бала. Тебе придётся без него его открывать. Самой выбрать себе нового партнёра по танцу.

Трижды «ха!». Это Равель и не хотела меня огорчать? Не верю! Я охотнее склонялась к той версии, где она умышленно попридержала неприятную весть, намериваясь сообщить мне об отсутствии Анателя перед началом бала. Она жаждала моего позора.

– Верховный король обязательно успеет, – с уверенностью, которую не испытывала, сказала я. Пришло закономерное понимание: кроме него мне не на кого было рассчитывать в этом новом для меня недружелюбном мире.

– Не сомневайся, дядя обязательно сделает всё возможное, чтобы не опоздать, но… он не всемогущий, Луна. Столкновения на границе обычное явление. Подавление бунтов и последующие переговоры занимают несколько дней.

– Наверное, мне стоит присоединиться к повелителю и попытаться убедить свой народ сложить оружие и сдаться? Взамен на то, что им смягчат приговор.

– Ни в коем случае! – сжала моё запястье Элисия. – Тебя и слушать никто не станет. Они выступают против твоего правления. Мятежники тебя винят в своих бедах. Они считают, что ты выберешь себе в мужья лунного герцога Руара и после твоей кончины их династия продолжит править в Радужном королевстве. Опальные лорды, выступающие против правления его сиятельства Золграна, грозят дяде войной. Они подсылают мятежников к границе Царства ночи. Самим им не сместить наместника, прочно сидящего на троне с благословения предыдущей лунной королевы. Имея полный доступ к источнику, лунное сиятельство контролирует его, неравномерно распределяя магические ресурсы. Влиятельные и приближённые к нему лорды безгранично черпают из него магию, тогда как неугодные и простой люд довольствуются крохами. Без магии не развить внутреннюю искру. Сила на стороне наместника. В последние годы лето засушливое, а зимы дождливые и ветреные. Урожай сохнет, скот от духоты дохнет. А если и выживает, зимой его кормить нечем. Народ голодает. В лесу не осталось дичи.

– Откуда тебе об этом стало…

– Известно? – закончила за меня Элисия. Я кивнула, и подруга испуганно посмотрела на меня. – Умоляю, Луна, забудь, что я сказала.

На её глазах выступили слёзы. Мне стоило невероятных усилий сохранить самообладание и не кинуться её утешать.

– Не понимаю, о чём ты говоришь, – с ободряющей интонацией произнесла я на манер «Не падай духом! Прорвёмся!».

Элисия перевела дыхание и едва не поперхнулась от облегчённого выдоха, с шумом вырвавшегося наружу.

– Значит, ты полагаешь, что не стоит ждать появления его верховного величества? – ушла я от опасной темы.

– Вероятнее всего нет. Ты главное, Луна, не переживай, его кто-нибудь обязательно заменит, – поменялись мы с ней ролями. Теперь она успокаивала меня.

– Не нужна никакая замена. Я сама справлюсь. – «Справлюсь» не совсем подходящее слово, но кое-кто имелся у меня на примете. – Скажи, Бизеру позволено танцевать с подопечной?

– Бизеру? – удивилась подруга, но вскоре в её глазах появилось понимание. – Он уважаемый лорд и, безусловно, сочтёт за честь составить тебе на этот вечер пару.

– Нужно отыскать его.

– Луна, смотри! – выдернула меня из раздумий Элисия.

Её возглас подтолкнул меня вернуться к обозрению гостей. Ожидая увидеть среди них Анателя, упираясь руками в перила, свесилась вниз. Сколько не всматривалась, не смогла различить его широкоплечую фигуру.

– Упадёшь, дурочка, – дёрнула меня назад подруга.

– Чего звала тогда? – оправляя платье, спросила я у неё.

– Ты разве не видишь? – указала Элисия рукой в группу беседующих гостей. – Его милость Эван флиртует с дочерью графа Фонтей из почтенного рода тёмных фей!

– Это почему-то задевает тебя?

– Вздор, – раздражённо отозвалась подруга.

Я с интересом посмотрела на неё. Сердитое выражение лица Элисии было бы гораздо уместнее в спорах с матушкой. При условии, что она отважилась бы ей возразить.

– Что между вами происходит? Помимо встречи в коридоре.

– Не понимаю, о чём ты.

– Мы с тобой подруги, Элисия. Я ничего не стану рассказывать о тебе Равель. Тебе придётся рано или поздно кому-нибудь довериться. Я вижу, ты чем-то расстроена.

Я нисколько не лукавила. Мы с Элисией сильно сдружились, и я видела, когда её что-то беспокоило. Мы даже проказничали вместе. В данный момент нам надлежало сидеть в своих покоях.

Полностью готовая к предстоящему балу, я отказалась дожидаться разрешения покинуть гостиную и выйти к гостям. Тем более кто его должен был дать, никто из прислуги толком не знал. Горничные неустанно повторяли: «Так положено». Начхав на запрет, под присмотром Бизера я зашла за Элисией. Уже вместе с ней мы пробрались на галерею, нависающую над бальным залом. Оттуда гости были видны как на ладони. Никем не замеченные, мы наблюдали и обсуждали их.

Оркестр у стены играл ненавязчивые мотивы, создавая приятный фон для общения. Большая часть гостей вышла в сад подышать свежим воздухом. Тем временем светлые феи то и дело прибывали, о чём регулярно всем громко сообщалось.

Повелитель перед отбытием велел открыть им порталы. Вот и получилось, что многие мои подданные прибыли, а тёмные феи задерживались, добираясь своими силами до дворца.

До встречи со мной Элисия ни в какую бы не согласилась на маленький бунт. Примерной дочерью сидела бы в своих покоях, слушая сплетни, подслушанные её горничной.

Плечи подруги поникли, на неё было жалко смотреть.

– Признаю, ты права, Луна. Мы с его милостью Эвоном из дальней долины, частенько случайно встречались в парке. Поначалу я пробовала не замечать лорда, грубила ему, но он проявлял настойчивость. За нашими милыми беседами мы сдружились. Я полагала, даже стали друзьями.

– Элисия, ты уверена, что ваша дружба Эвана устраивает и он готов довольствоваться малым? Быть может, и ты испытываешь к нему не совсем дружеские чувства?

Поистине ошеломлённая подруга хлопнула ресницами.

– Что я испытываю?! – Она в отчаянии закрыла лицо ладонями и глухо произнесла: – Я больше ничего не знаю и ни в чём не уверена. Представить невозможно, что такой неотразимый фей, как его милость Эван, заинтересовался простушкой вроде меня.

– Перестань, – потянула я её за запястья. – Ты сильно себя недооцениваешь. Достаточно посмотреть, как он на тебя смотрит.

– Как? – убрала руки от лица Элисия.

– Словно ты самое лакомое пирожное, которое он хочет съесть, – перевела я взгляд на гостей. – Он и сейчас на тебя смотрит.

Прямо под галереей, там, где мы скрывались от гостей, стоял ранее упомянутый Эван. Его натренированную, привлекательную фигуру обтягивал шикарный костюм. Что тут скажешь, светлые феи любят принарядиться. Желание говорить и выглядеть сногсшибательно у них, похоже, в крови.

Ближе увидев объект своих страданий, подруга приоткрыла рот. Помахав ей рукой, парень вежливо улыбнулся. Вместо того чтобы ответить ему такой же любезностью, подруга пискнула и спряталась за пушистую пальму. Ничего не понимая, парень пожал плечами и ушёл.

– Какой позор, – пропищала она оттуда.

– Выходи, никто на нас больше не смотрит, – хоть как-то попробовала я привести ее в чувство.

Мои слова отрезвляюще подействовали на неё, и Элисия буквально выскочила из-за пальмы.

– Не нужно меня успокаивать, Луна. Ты посмотри сначала на него, а потом на меня. Я обычная заурядная фея. Тем более тёмная.

– Говорят, противоположности притягивают друг друга, – наставительно поделилась я с ней. – Иногда чувства бывают сильнее разумных доводов.

– Вроде того, что происходит между тобой и дядей?

– Неудачное сравнение. Между мной и Анателем ничего нет.

– Уверена? – прищурив глаза, уточнила Элисия. – Дядя ни к кому из своих фавориток не относился как к тебе.

– Что конкретно ты имеешь в виду?

– Никто из них не злил его сильнее тебя.

– Сомнительное достижение. Не находишь?

– Не скажи. Его фаворитки шли на разные ухищрения, мечтая вызвать в нём хоть какой-нибудь отклик. Устраивали публичные сцены ревности, цапались между собой. С завидной регулярностью натыкались на безразличие. Любая из них готова продать душу источнику, только бы оказаться на твоём месте.

Её слова показались мне полнейшим абсурдом, я не выдержала и рассмеялась.

– Не понимаю, чего хорошего в постоянных спорах?

– Излишне искать логику там, где над разумом берут верх чувства, – ни с того ни сего изрекла подруга.

Кажется, мы поменялись с ней местами. Роль понимающей наставницы перекочевала к ней.

– Заверяю тебя Элисия, Анатель ничего ко мне не испытывает.

– Не хочешь признаваться, ну и не надо, – обиделась подруга. – Но и не рассчитывай, что дядя отступится. Он примет решение за вас двоих.

– Сильно сомневаюсь, – и не думая переубеждать её, ответила я. В чувствах супруга я была уверена сильнее, чем в своих.

– Вот и зря.

– Ты плохо знаешь своего дядю.

– Гораздо лучше тебя, коли ты сомневаешься в моих суждениях.

– Пойми, Элисия, между мной и Анателем есть обычная договорённость и не более того.

– Конечно-конечно! Исключительно поэтому ты постоянно его называешь по имени, забыв про титул, – нетерпеливо настояла она на своём.

В другой ситуации я бы послала навязчивого собеседника куда подальше и ушла. Вот только я разговаривала с подругой и меньше всего хотела её оскорбить.

– Проклятие! – вырвалось у меня. – Элисия, ты слишком романтичная натура и принимаешь желаемое за действительное.

Подруга тут же возмущённо вскрикнула и трагическим тоном произнесла:

– Мне тебя не переубедить.

– Надо ли?

Элисия горько улыбнулась мне.

– После всего этого я должна поверить, что не безразлична завидному жениху Радужного королевства?

– Наши с Анат… верховным величеством, – немедленно исправилась я, – отношения никаким боком вас не касаются.

– Не понимаю, каким образом это должно вселить в меня уверенность, что наше с милордом Эваном увлечение не обречено на провал? – одарив меня долгим взглядом, спросила она. – Мои родители никогда не дадут нам своего благословения.

– Оно вам очень нужно?

– Я наследная принцесса Царства ночи. Мне по праву рождения надлежит соблюдать приличия, – с налётом торжественности произнесла подруга.

– Из-за этой ерунды ты готова упустить шанс стать счастливой? При огромном желании многие предписания можно обойти.

Подруга заметно покраснела.

– Ты говоришь полную нелепицу, – вяло отозвалась она, будто сомневаясь в своих же словах.

– Позволю себе не согласиться с тобой, – глядя в её встревоженное лицо, произнесла я. – Ты, безусловно, жемчужина Царства ночи. Связав свою судьбу с Эваном, станешь его величайшей драгоценностью. Тебе всего лишь нужно проверить, на самом ли деле самый завидный холостяк Радужного королевства влюблён в тебя? Пока не поздно, объяснись с ним.

Плечи Элисии печально опустились.

– Я боюсь. Вдруг мои чувства безответны?

– Не попробовав поговорить с ним, ты никогда этого не узнаешь.

Лицо подруги тотчас просветлело.

– Только давай договоримся, если Эван сам не подойдёт, не заговорит со мной на балу, разговор не состоится. В нём отпадёт необходимость.

Видя, как нелепо подруга избегает сложных объяснений, я подбодрила её:

– Уверена, разговор пройдёт лучше, чем ты предполагаешь.

В коридоре послышались отдалённые шаги. Кто-то направлялся к нам.

– Ах вот вы где, негодницы, – беззлобно пожурила нас Саира. – Ваше высочество Элисия, вас матушка обыскалась. Ваше лунное величество, вас гости заждались. Пора открывать бал.

Ладони вспотели, и я моментально разволновалась. Мне предстояло знатно опозориться. Сильнее всего я боялась подвести Анателя. Не знаю точно, с каких пор, но его мнение стало важно для меня.

Что тут скажешь? Загнав страх и сомнения поглубже, я расправила плечи и зашагала к лестнице. Шуршание бального платья в такт моим шагам успокаивало меня. Встав ровно посередине лестницы, я заставила себя изогнуть губы в безмятежной улыбке. Горничные, пришедшие вместе с Саирой, разгладили затейливые кружева на моём аспидно-синем платье, сплошь унизанном чёрным жемчугом. Мою голову венчала изящная диадема. Драгоценные каменья на ней переливались бесчисленными огоньками. В распущенных светлых волосах, закреплённых на висках магией стазиса, мерцали нити чёрного жемчуга. Пышная юбка бального платья отливала бирюзово-голубым глянцем. Жемчуг при этом неуловимо переливался бесчисленными радужными оттенками. Он то светлел, то темнел.

Подозреваю, с жемчужными нитями, искусно вплетёнными в волосы, происходило то же самое.

Лиф платья плотно облегал стройную фигуру, подчёркивая грудь, при этом оставляя плечи и шею открытыми. Длинные перчатки доходили до локтей, повторяя изящные изгибы рук. Поверх перчаток на запястьях позвякивали браслеты из червонного золота. Слегка тронутое косметикой лицо, я надеюсь, не выдавало моего волнения.

Удовлетворённая осмотром моей внешности Саира прогнала прислугу.

– Готовы, ваше лунное величество?

Я отрицательно мотнула головой.

– Волноваться – это нормально, – успокаивающе похлопала она меня по руке.

Постепенно страх меня отпустил, и, обращаясь скорее к самой себе, я уверенно произнесла:

– Я готова.

Фрейлина утвердительно кивнула и встретилась взглядом с дирижёром королевского малого оркестра. Заиграла торжественная мелодия, и гости, запрокинув головы, обратили свои взоры на меня.

– Не спешите, ваше величество, – с изрядной долей высокомерия остановил меня неспешной походкой идущий к нам Золгран.

На подходе у него с фрейлиной состоялся короткий, завуалированный обмен любезностями. Саира настаивала на моём одиночном шествии, наместник – на своей навязанной поддержке. Он жаждал вместе со мной открыть бал. Отсутствие повелителя укрепило его решимость.

После того как за и против были высказаны, последнее слово осталось за наместником.

– Почту за великую честь сопроводить вас, моя лучезарная королева, – предложил мне он оттопыренный локоть. В его глазах светился триумф. Обычно такой взгляд присущ победителям. Призом была я.

Меня не покидало ощущение, что наместник выиграл не только в препирательстве с Саирой, за его триумфом крылась нечто большее.

Раздумывая над этим, я замешкалась и под громогласные звуки оркестра позволила наместнику утянуть себя вниз по лестнице. Механически переставляя ноги, я размышляла, где Золгран обхитрил нас с Анателем.

На глазах гостей мы чинно спустились к подножию лестницы, и тут двустворчатые двери бального зала отворились.

– Его верховное величество, правитель царства… – объявил седовласый мужчина в ливрее. Дальнейшее перечисление титулов супруга я не слушала, меня захлестнула волна счастья и облегчения.

Анатель стоял в другом конце зала, но я буквально ощущала его присутствие возле себя. Словно нас связывала невидимая нить. Зачарованно глядя на него, нисколько не колеблясь, двинулась к нему, оставив позади Золграна.

В массивной золочёной короне, в зелёном сюртуке, расшитом серебряными узорами, в ниспадающей волнами графитно-чёрной мантии, отделанной по вороту «песцом», супруг выглядел расслабленным. Будто не он на протяжении дня участвовал в сложных переговорах. Музыканты перестали играть. Взгляды гостей с наместника переместились на нас. Оставшиеся шаги мы с Анателем проделали вместе навстречу друг другу.

– Ты изумительно прекрасна. – Слова супруга достигли потаённых уголков души и вызвали трепет.

Я открыла рот, чтобы его поблагодарить, но ничего не смогла произнести, кроме как вымолвить:

– Тебя долго не было.

– Успела соскучиться? – спросил мой спаситель.

Не представляете, каких огромных усилий мне стоило сдержаться и не прижаться в благодарности щекой к его широкой груди.

– А ты по мне? – вместо ответа спросила я.

– Всегда.

Сминая пышную юбку, Анатель сделал ещё пару шагов и недопустимо приблизился ко мне. Мы почти соприкасались. Теперь ему ничто не мешало положить мою руку на свой согнутый локоть и отвести в центр зала.

Музыканты опомнились, зазвучала красивейшая мелодия, разливаясь сладкой патокой. Она взывала, манила за собой. Плавным движением Анатель развернул меня к себе и сжал мои пальцы. Вторую руку он положил мне на спину, после чего мир перестал для нас существовать. Начнись конец света, мы бы этого не заметили. Я-то точно.

Сделав несколько скользящих движений, супруг наклонил меня назад, заставив выгнуться дугой. После чего рывком притянул обратно к себе. В такт пьянящей мелодии мы вновь заскользили по залу. Гости, потихоньку разбиваясь на пары, начали присоединяться к нам.

В своей властной манере Анатель кружил меня в танце. Ритм замедлился, и он остановился, поднял наши сцепленные руки над головами. Это было частью местного вальса. Разомкнув пальцы, я обошла вокруг него. Крутанув, Анатель спиной прижал меня к себе. Наши пальцы переплелись. Плавно покачиваясь, мы сделали несколько шагов вперёд и назад. Туда-сюда.

Увлечённые манящей мелодией, мы двигались из стороны в сторону.

Ритм ускорился, и мы снова закружились по залу.

Вальс с Анателем вызывал у меня удивительные ощущения. Исходящий от него тёплый мужской запах напомнил мне наш общий сон в летний солнечный день. Открыв тогда глаза, ничего не понимая, я почувствовала правильность происходящего – я находилась на своём месте. Немногим позже, когда разум взял верх над чувствами, я удивилась происходящему и резко проснулась. Правда, потом сразу же уснула. Танцуя на балу с супругом, я испытывала нечто схожее.

– Не будь мы на балу, обязательно бы поцеловал тебя.

– Кхм?.. – пребывая в своих грёзах, прослушала я его.

– Луна, в каких облаках ты витаешь? – заинтересовался Анатель.

– Ах, это? – смущённо пробормотала я и ответила резче, чем следовало: – Разве не видно? Шаги считаю.

С полыхающими щеками я отстранилась от него и всерьёз сосредоточилась на шагах: раз-два-три; раз-два-три.

Недолго думая, Анатель притянул меня обратно. Каждое моё нервное окончание напряглось, сопротивляясь нашему сближению. Я попыталась наступить супругу на ногу, но промахнулась. Он по праву считался превосходным танцором, посему без труда увернулся от моего каблука. Или у него отлично сработали боевые навыки.

Я ждала ответную каверзу, что-нибудь предосудительное, на грани нарушения приличий, но вместо этого почувствовала, как он ослабил объятия, позволяя мне отступить. Напряжение тут же покинуло меня. Хоть мне и дали возможность увеличить между нами расстояние, я не воспользовалась ею.

Осознавая, что с моими чувствами считаются, я сильнее прониклась симпатией к Анателю. Мне стало невероятно комфортно находиться рядом, соприкасаться с ним.

– Переговоры сложные были? – спросила я, окончательно расслабляясь в его объятиях.

На лицо Анателя опустилась мрачная тень. С непривычной жёсткостью он посмотрел поверх моего плеча куда-то в толпу гостей.

– Не особо. Раскидал смехотворные баррикады мятежников. Немного потрепал их лидера. Выставил на границе стражей и успел вернуться к тебе.

Его совершенно невозмутимый тон едва не довёл мои нервные клетки до самоубийства. Уже начала жалеть о том, что его спросила. Если бы не его бархатистый смех, я бы обязательно споткнулась.

– Не переживай, Луна, никто из повстанцев не получил серьёзные увечья.

– Ты меня не обманываешь? – с трудом сдерживая тревогу в голосе, спросила я.

– Я когда-нибудь тебе врал? – серьёзным тоном спросил Анатель, глядя мне прямо в глаза.

Сердце сладко ёкнуло в груди.

В своей тревоге за светлых фей я нисколько не кривила душой. Они были частью моего народа. Или я частью их. С этим я пока не определилась. В общем, без разницы, кто кому должен служить. Хочу того или нет, я была их королевой, и мой долг – защищать их.

Анатель хмуро посмотрел мне за спину. Заинтересованная тем, на кого он смотрит, я оглянулась и молниеносно нашла объект его интереса. Золгран не сводил с нас пристального цепкого взгляда.

– Чего хотели от тебя мятежники? – отворачиваясь от наместника, спросила я.

– Задержать меня.

– Не понимаю, зачем им это? – Когда супруг мне ничего не ответил на этот вопрос, негромко спросила: – Подозреваешь Золграна?

Чётко очерченные губы супруга дрогнули в улыбке.

– Я не сомневаюсь в его причастности к бунту на границе.

Его горячие пальцы проказливо пробежались по не прикрытым тканью лопаткам. Меня от волнения бросило в жар. Пытаясь совладать с чувствами, я не стала задавать другие вопросы.

Заканчивали мы танец в молчании.

Мелодия стихла. Музыканты опустили инструменты. Повелитель отвёл меня к фрейлинам, оставив на попечение Саиры.

– Благодарю вас, моя королева, за подаренный восхитительный танец, – приложился в поцелуе к моей ладони супруг. Его низкий, тщательно контролируемый голос откровенной лаской коснулся моего слуха. Он немногим дольше положенного удержал мою руку в своей.

Неугомонная троица – и та не посмела сделать ему замечание. Оставив нас, повелитель присоединился к гостям.

– Ваше лунное величество, леди Левина нижайше просит позволения быть представленной вам вместе с её сыном – графом Монтье, – ловко напомнила мне о моих обязанностях Олгас.

– Кто она? Почему я ничего не знаю о вашей леди Левине? – с холодной сдержанностью поинтересовалась Саира. – Назовите вескую причину, почему лунное величество вообще должна снизойти до общения с ними?

Надо было признать, Саира была убедительна в гневе.

Олгас поначалу растерялась, но, сделав над собой усилие, отчётливо произнесла:

– С древом её семьи вы можете ознакомиться в книге светлых пэров. Ах да! Вам, леди Саира, закрыт доступ к нашим светлейшим библиотекам. – Олгас тщательно смаковала свой триумф: – Вам придётся поверить мне на слово, что упомянутая мною леди из довольного знатного рода.

Меня сразу заинтересовало её хвастовство.

– Насколько знатен её род? До каких пределов простирается её власть в Радужном королевстве?

Её верные соратницы Ванея с Челдис многозначительно кашлянули. Олгас дёрнула плечиком и натянуто ответила:

– Какая там власть? Скажете тоже. Леди Левина всего лишь супруга графа Контолате.

– Советника наместника? – проявила похвальную осведомлённость Саира.

Остальных тёмных фрейлин наш разговор не интересовал. Они нашли себе более захватывающее занятие. Обсуждали последние сплетни королевств. Причём обоих.

– Верно, – опустила полыхающие злостью глаза Олгас. – Тем не менее это ничего не значит. Леди Левина и её сын граф Мотье ничем не отличаются от обычных приглашённых гостей. Они давно изъявили желание быть представленными её лунному величеству.

– Допускаю. Да только стоит ли надоедать её лунному величеству в начале бала такого рода пустяками? Вся ночь впереди. Она недавно вернулась в наш мир. Ей нужно немного обвыкнуться.

– Вы сами понимаете, о чём просите? – исподлобья зыркнула Олгас на мою защитницу. Казалось, ещё немного – и она взорвётся от собственной желчи. – Древний род Монтье – опора Радужного королевства! Им не отказывают!

Саира бросила на неё раздражённый взгляд.

– Не убедили.

– Прошу прощения?!

– У её величества королевский дебют в Царстве ночи. Она не обязана расшаркиваться перед знатью Радужного королевства.

Я ожидала, что Олгас разойдётся и обрушится на Саиру в истерическом протесте. Однако она проявила несвойственное ей спокойствие. Что было очень удивительно.

– Вы специально настраиваете королеву против её народа? – Голос фрейлины громким, отдалённым эхом прокатился по залу. Скулы её заострились. Некогда яркий румянец превратился в два алеющих на щеках синяка. Сильнее всего меня напугал мертвенно-бледный оттенок её кожи.

Саира нервно сглотнула. По сердцу болезненно полоснуло неприятное чувство тревоги. Назревало нечто ужасное.

– Леди Олгас активировала печать проклятия, – испуганно выкрикнула леди Йена, устраивая переполох среди фрейлин.

– Олгас накликала смерть на Саиру! – пятясь, загалдели тёмные фрейлины.

На нас начали коситься. Не хватало из-за пустяка устроить переполох.

– Никто не умрёт, – выразительно улыбаясь, сквозь зубы процедила я.

– Вам виднее, лунное величество, а мы лучше отойдём, – подхватив юбки, устремилась к столам с закусками леди Усуя.

Зачем ей переживать за Саиру, ей ведь нужно успеть поделиться свежими сплетнями с Равель. Остальные тёмные фрейлины гуськом потянулись за ней. Пусть лучше набивают едой рты, чем наводят панику среди гостей.

С губ Саиры сорвался судорожный вздох. Самодовольная ухмылка Олгас подсказала: полная активация проклятия не за горами. Стиснув зубы, я тихонько выдохнула, опасаясь сорваться на крик. Протеже наместника не оставила мне выбора:

– Олгас, приказываю тебе отозвать проклятие!

– Вы не понимаете, ничего нельзя изменить, – с мерзкой усмешкой просветила она меня. – Признаться, что и к лучшему.

Едва сдерживаясь, я ткнула в неё пальцем.

– Умрёт Саира, умрёшь и ты!

– Помоги Олгас святой источник! – с тревогой вскричала Челдис, переживая за родственницу.

Воздух заискрился от напряжения. Раздался треск. Огромная люстра покачнулась над нашими головами. На миг показалось, что она прямо сейчас на нас упадёт. Обошлось. Только облегчение было недолгим. От груди Олгас отелилась крупная голубая искра, отливающая неприятным сизым светом. Словно в неё был заточен настоящий холод.

Саира со стоической невозмутимостью наблюдала за приближением магической энергии.

– Уходите! – взволнованно велела я ей, подталкивая фрейлину к толпе гостей. – Разыщите Анателя, он защитит вас! Не знаю как, но защитит! Он должен! А я пока попытаюсь сдержать проклятие!

Фрейлина не послушалась меня и не сдвинулась с места.

– Саира? – упавшим голосом обратилась я к ней.

Счастливая улыбка расползлась по лицу Олгас. Фрейлина всецело наслаждалась моментом.

– Ей не сбежать. Проклятие настигнет её раньше, чем Саира успеет приблизиться к верховному королю. Не говоря о мольбе и помощи.

Магическая искра, разрастаясь прямо на глазах, увеличивалась в размерах. Магическую вспышку уже было сложнее игнорировать. Тревожно переговариваясь, гости отошли, образуя вокруг нас продолговатый неровный овал.

Магическая искра подлетела к Саире и зависла на уровне её сердца. Несколько неглубоких вдохов тёмной фрейлины – и свет искры сделался интенсивнее.

От Олгас к моей верной заступнице по полу поползли морозные узоры. Проявление стужи обогнуло меня и близко подобралось к Саире. Изящные морозные узоры, дугой огибающие подол моего платья, подтаяли, оставив влажный след.

Выдержка Саиры дала трещину. Под шепотки невольных зрителей она отступила. Ледяной узор, расписывая пол белоснежной изморозью, подступил к ней. Раскидистые, белоснежные кружева достигли подола её бледно-лавандового платья. Свисающая бахрома на нём покрылась студёной коркой и тотчас обледенела. Узор пополз вверх по юбке. Саира плотно сомкнула губы в явной попытке подавить крик ужаса.

Чувство вины скрутило меня. Я не желала ничьей смерти. Оглушённая безысходностью, выкинула руку вперёд:

– Не сметь её трогать!

Слепящий поток ударил в искру. Прозвучало оглушительное – бабах! Светящаяся сфера взорвалась на тысячи мелких кусочков, похожих на осколки льда.

Проклятие вплотную подобралось к Саире. С юбки оно перетекло выше, подбираясь к её сердцу. В глазах фрейлины застыл невообразимый ужас. Разрушив источник проклятия, стая светлячков хлынула к изморози красивым вымораживающим узором, застывшим на платье фрейлины. Под звуки шипения они освобождали платье фрейлины от последствий проклятия, не давая ему продвигаться дальше.

– Этого недостаточно, – услышала я глубокий голос Анателя. – Своими действиями ты отсрочила неизбежное. Тебе нужно помиловать Саиру, иначе её не спасти.

– Ещё чего! – сердито воскликнула я. – Леди Саира не нуждается ни в чьей милости. За ней не водится никакой вины. Олгас умышленно активировала проклятие, а значит, ничего Леди Саира не нарушила.

Усилив магический контроль, я мысленно окунулась внутрь себя. Следуя инстинктам, потянулась к источнику. Нащупав между нами незримую связь, открылась ему, давая доступ к моим мыслям, чувствам и воспоминаниям.

Длилось наше единение недолго, но мне показалось, что прошла вечность, прежде чем источник подчинился и вобрал в себя активированное проклятие.

Откуда я знаю?

Оно просочилось к нему тёмными воздушными клубами. Попав в источник, похожий на колодец, заполненный мутной водой, дымчатые клубы поблекли и рассеялись на его поверхности.

Я медленно открыла глаза. На платье Саиры и на полу возле неё застыла россыпь кристально прозрачных капель, повторяющих недавний узор. Фрейлина была жива!

– В принципе и этот вариант подходит, – похвалил меня супруг.

Яростно взвизгнув, Олгас в бешенстве вытаращилась на меня:

– Невозможно! – Гремучая смесь из злости и разочарования лишила её самообладания: – Никакая ты не лунная королева! Подстилка тёмных, вот ты кто! Нашу королеву подменили! Золгран! Схватите и вздёрните самозванку!

Полоумная девица кинулась ко мне. Супруг решительно загородил меня собой.

– Стража! Выведите фрейлину! Она покидает бал! – грозно прогрохотал по залу его голос. – Доставить порталом к границе. До своих владений фрейлина пешком дойдёт.

Я выглянула из-за спины Анателя и ощутила тот момент, когда на вопли Олгас примчался наместник. Слишком неуютно стало.

– Я требую объяснений! По какому праву вы отсылаете подданную моего королевства?!

– От неё вы это и узнаете, – отрывисто ответил ему повелитель. – Когда леди окажется на ваших землях.

– Я запрещаю вам прилюдно унижать леди из знатного рода! – грудью встал на защиту Олгас наместник. И это не фигура речи. Не взглянув на меня, он подошёл к своей протеже и заслонил её собой, копируя жест Анателя.

Четверо стражей незамедлительно явились на зов повелителя и остановились в ожидании его дальнейших распоряжений.

– Увести! – начхал на запреты наместника Анатель.

Мужчины в форме разделились и с двух сторон подошли к Олгас.

– Не трогайте меня! Я высокородная леди, а не какая-нибудь вам простолюдинка! – с силой дёрнулась в их руках фрейлина. Её усилия оказались тщетными. Стражи крепко держали её за предплечья.

– Не сопротивляйся, Олгас, – безликим тоном велел ей Золгран. Она заколебалась, и он прикрикнул на неё: – Леди Олгас, вспомните о достоинстве!

В последний раз дёрнув руками, она прекратила попытки вырваться. С густо покрасневшим лицом, испариной на лбу она присела перед ним в реверансе.

– Прошу извинить меня, мой повелитель, за неподобающее поведение, – кротко опустила она голову.

Золгран твёрдо кивнул ей.

– Я отдам насчёт вас распоряжения. Вас на границе встретит карета и с комфортом доставит в королевский дворец.

– Благодарю за оказанную мне милость. – Удерживаемая стражами, она припала к рукам благодетеля.

– Полно вам, – погладил её по щеке наместник. – Мы своих в беде не бросаем.

Сложно было не уловить направление его мыслей. Я стала им чужой. После моего «предательства» вход в их узкий кружок друзей для меня закрыт. О чём я нисколько не сожалела.

Мне бы, наверное, следовало сожалеть об испорченных отношениях с наместником и его прихлебателями, но в душе я радовалась. Мне наконец посчастливилось избавиться от надзора Золграна. Вероятнее всего, соратницы Олгас сбавят обороты и оставят меня в покое, опасаясь быть высланными из королевства вслед за подругой.

Несмотря на избавление от девицы, я чувствовала себя крайне неуютно.

Приглашённые гости из Радужного королевства с сомнением и неодобрением посматривали на меня. Подданные Царства ночи тоже косились с недоумением. До меня нет-нет да доходили их шепотки:

– Зачем она спасла Саиру?

– Метит в наши королевы?

– Неужели и впрямь пожалела тёмную фею?

– Враньё! Светлые феи ненавидят нас.

– Тварь замыслила извести повелителя!

– Не верю. Возрождённая королева не похожа на своих предшественниц.

– Не выставляйте себя посмешищем, мадам. У светлых фей двуличие в крови!

– Подтверждаю. Никому из них нельзя доверять.

Вот и делай после этого добро.

Впервые за вечер я по-настоящему заинтересовала гостей.

Вместо того чтобы уйти, Анатель придвинулся ко мне. У меня создалось впечатление, что он не хотел уходить, наслаждаясь моим обществом.

– Тебе, Луна, не мешает расслабиться и начать получать удовольствие от бала. Рядом со мной тебе ничего не угрожает.

Выглядел он при этом непринуждённо расслабленным. Грозящая Саире опасность его совершенно не встревожила. Лично я такого пофигизма не разделяла.

– Тем, кто окружает меня, повезло гораздо меньше. Я беспокоюсь о них – не о себе.

– Уверяю тебя, я в силах защитить то, что принадлежит мне.

Анатель положил руку мне на спину, и его ладонь поползла вверх к открытым плечам, чудесным образом успокаивая меня.

– Лунное величество, я утром рассчитываю получить от вас вразумительные объяснения по поводу произошедшего, – напомнил о себе Золгран.

Он говорил обычным голосом, но его услышали практически все присутствующие в бальном зале. Как иначе? Оркестр давно умолк, а на глазах гостей разыгрывалась отвратительно скандальная сцена. Присутствующие жаждали подробностей, нащупав благодатную почву для сплетен.

– Не раньше, чем вы предоставите мне свиток хранительницы, – отстраняясь от супруга, ответила я.

Благодаря поддержке Анателя наместнику не удалось меня смутить. Что сильно разозлило его.

– Советую вам быть осторожнее в выборе друзей, лунное величество. Покровительствуя тёмным феям, вы забыли, какому королевству принадлежите, – проскрежетал он.

– Может, вам стоит меня проклясть? Чтобы я не забывалась, – с вызовом спросила я, не думая оправдываться.

Верхняя губа наместника дёрнулась.

– Эта мера излишня. Я верю, вы одумаетесь! – И Золгран зашагал к выходу. Анатель не стал препятствовать его уходу.

Прежде чем гости бросились ко мне под разными предлогами выпытывать подробности нашей с Золграном взаимной антипатии, повелитель сурово вопросил:

– Где музыка? Почему никто не танцует?

Гости немедля поспешили разбиться на пары, будто всерьёз опасаясь огрести от повелителя.

– Лунное величество, не желаете пройти и насладиться пуншем? – предложила наотрез отказавшаяся уйти Саира. Я могла только позавидовать её выдержке. – Мне точно не помешает выпить пару… или больше бокальчиков.

– А знаете? С удовольствием, – легко согласилась я.