Глава 8

Квартира Омару находилась в центре города, на верхнем этаже одной из многоэтажек.

Я фыркнула, пряча улыбку за воротником вязаного свитера, когда он нажал кнопку лифта. Какое самомнение — только лучшее, только верхнее. Я представила город с его многочисленными домами, верхние этажи которых были повально заселены модифицированными.

Компенсируют они этим что-то или просто дело привычки?

Квартира была чисто мужской — высоченные потолки, приглушенные цвета, огромные окна, максимум пространства и минимум мебели. Кухня, гостиная, столовая, зал — все было одним целым, и лишь предметы интерьера хоть как-то зонировали пространство.

— Твоя комната там, — сообщил Стив, кивнув вправо. — А моя вон там. — Кивок налево.

— Хорошо.

— Есть хочешь?

Желудок тут же заурчал, напоминая, что панкейки — это, конечно, хорошо, но не мешало бы поесть что-то повнушительнее.

— Не откажусь.

— В холодильнике почти ничего нет. Закажи еду из ресторана. Там на барной стойке должно быть меню и телефон.

— Я?

— Ты. Выбери что-нибудь себе по вкусу, — направляясь в сторону своей комнаты, заявил Стив. — А я буду…

— Мясо, — закончила я, понимающе улыбнувшись. — Поняла. Все сделаю.

Меню действительно нашлось рядом с радиотелефоном. Пластиковая картинка в темных тонах со списком блюд. Внизу большими буквами — доставка по городу и телефон.

Выбор был большой, поэтому изучение заняло минут пять.

Дозвонилась быстро. Затруднение возникло, когда меня спросили адрес.

— Э-э-э, — промычала я. — Доставьте все господину Омару. Стиву Омару.

Если он заказывал у них не в первый раз, то они должны были знать адрес.

На другом конце провода девушка тут же залебезила:

— Ох, господин Омару уже приехал. Сделаем все в лучшем виде.

А голосок такой, словно она сама лично все привезет, раздевшись догола, и преподнесет, танцуя стриптиз.

Положив телефон на место, я направилась в свою комнату — разбирать вещи. Надеясь, хоть это вернет мне хорошее настроение, которое непонятно по какой причине стало теряться. Я ведь девушка, а девушки любят возиться с нарядами.

Комната была под стать квартире — аккуратная, просторная, светлая и минималистичная.

Переодевшись в привычный спортивный костюм, я сложила вещи в шкаф, повесила платья на вешалки, любуясь тканями и размышляя, что именно надену сегодня и, главное, куда. Стив ведь наверняка что-то уже придумал. Какой-то сюрприз.

Затем прилегла на кровать, закрывая глаза. Надо было подумать в тишине, наедине с собой.

Жизнь с оборотнем уже не казалась такой жуткой и противной. Великой любовью к Стиву я не воспылала, но определенный интерес он во мне вызывал. Красивый, обходительный и обаятельный мужчина с огнем в глазах.

Звонок в дверь заставил меня поднять голову и сесть, прислушиваясь.

Кажется, обед принесли.

Стоило мне выйти из комнаты, как я услышала недоуменный рев мужчины.

— Это что за … червяки?

Что?

— Какие червяки? — поинтересовалась я, подходя ближе и заглядывая в большой пакет с коробочками, в который Стив смотрел с непередаваемым выражением на лице.

— Эти! — произнес он, доставая одну из коробочек, на которой была нарисована огромная креветка в поварском колпаке и коротеньком фартучке.

— Это же… креветка, — произнесла я, беря у него коробочку и открывая.

В нос ударил аппетитный аромат еды.

И точно. Мой заказ — паста со сливочным соусом и креветками.

— Ты собираешься есть это?

— Это морепродукты. Очень вкусные. И мои любимые! — заявила я, подалась ближе, доставая следующий контейнер.

Здесь должен был быть суп из морепродуктов.

— Любимые? — упавшим голосом спросил Стив.

— Да. А что в этом странного? Я же не возражаю против того, что ты ешь мясо три раза в день.

— Но я оборотень.

— А я человек, — возразила в ответ, еще выше задрав подбородок. — Любящий морепродукты.

— Они же невкусные.

— Очень вкусные. Особенно с соусом. Ты просто не пробовал.

— И не хочу, — ставя пакет на барную стойку, заявил мужчина.

— Но почему? — Я примостила коробочки рядом и повернулась к нему.

— Это же червяки.

— Пф!

Я тут же полезла в пакет и достала третью коробочку. Тут должны были быть запеченные на углях креветки с соусом. Открыла, достала одну, макнула в соус и повернулась к Стиву. Мужчина изучал меня со странным выражением на лице.

— Вот попробуй.

— Нет.

— Ну попробуй.

— За поцелуй, — неожиданно сказал он.

— Что? — опешила я, не ожидая такого поворота.

— Съем за поцелуй. Согласна?

— Но…

— Всего лишь поцелуй, и я попробую это.

Взял на понт.

— Хорошо. Я согласна.

И не успела глазом моргнуть, как он поймал мою руку, слопал креветку, облизнув кончики пальцев, проглотил, а после схватил в охапку и поцеловал.

Не первый поцелуй в моей жизни и уж точно не первый у нас с ним. Были, проходили, целовались.

А сердце все равно зашлось, замерло на мгновение и тут же забилось быстро-быстро.

Поцелуй… это всего лишь прикосновение губ.

От такого не сносит крышу, не подгибаются колени и не учащается дыхание… наверное.

Прикосновение плавное, неожиданно нежное. Скольжение, от которого сбилось дыхание и участился пульс.

Мой тихий вздох, который поймали, подхватили и тут же углубили поцелуй, заставив окончательно потерять голову.

И прикосновения стали неожиданно сильными, болезненными. А я вместо того, чтобы воспротивиться, заворочаться, еще теснее прижалась к нему.

Кажется, рядом что-то хлопнуло. Негромко и где-то на краешке сознания, совершенно незначительное и не требующее внимания.

А потом вдруг все кончилось. Раз — и мы оторвались друг от друга, тяжело дыша, смотря глаза в глаза.

Его руки на моем лице, пальцы, выводящие узоры на щеках и скулах, мои на его плечах, сжимая, впиваясь ногтями в ткань рубашки.

— Еще по креветке?

Голос хриплый, чужой и вызывающий дрожь во всем теле.

Мне понадобилась пара секунд, чтобы понять смысл этих слов.

Отступить, отшатнуться, вырываясь из его объятий и прижимая руки к вспыхнувшим щекам.

— Я… то есть… мы… Ой!

Так спешила отодвинуться, что забыла, где нахожусь, и врезалась бедром в барную стойку.

— Ударилась? — Стив тут же оказался рядом, заботливо положив руку на плечо, заглядывая в глаза.

— Ничего. Все нормально, — вяло улыбнулась в ответ, потирая бедро. — Будем есть?

Промолчал, изучая, а потом кивнул.

— Будем. Ты уронила свою коробочку, — вдруг произнес мужчина.

— Что? — Я проследила взглядом и увидела на полу ту самую коробочку с запеченными креветками, которая каким-то чудом осталась стоять и не перевернулась. — Ох. Еще будешь?

Подняла, прижимая к груди, и огляделась, чувствуя, как щеки продолжают пылать от смущения.

Что за глупости. Взрослая дама, а краснею как пятнадцатилетняя школьница на первом свидании.

— Спасибо, но я уж лучше мясо.

— Ясно. Пойдем тогда за стол? — предложила я, поставив коробочку рядом с пакетами. — Пока все не остыло.

— У меня есть идея получше, — улыбнулся Стив. — Как насчет обеда у камина?

— У камина? — Я перевела взгляд в сторону к искомому предмету.

Точно: камин, шикарный белый ковер на полу и низкий журнальный столик из закаленного стекла рядом. Отличное место для романтичного обеда.

Отказаться? Вот только веских причин для этого у меня не было.

— Да. Хочешь?

И почему у меня мысли в другую сторону пошли? Наверное, из-за самого оборотня. Стоит тут рядышком, весь из себя такой сексуальный и яркий. Волосы в беспорядке, и пряди так по-домашнему падают на глаза, превращая могущественного Омару в просто очень красивого мужчину. Хотя глаза — это вообще отдельная тема. Как угольки горят.

— Да, было бы неплохо, — ответила ему, разворачиваясь и вытаскивая коробочки из пакета, всеми силами изображая деятельную заинтересованность.

Стив хмыкнул и направился в сторону камина разжигать огонь.

Через каких-то полчаса мы расслабленно сидели на мягком ковре, прислонившись к спинке дивана. Полупустые коробочки аккуратно стояли на столике, а мы смотрели на огонь и молчали.

Не знаю, о чем думал оборотень, а я просто сидела, бесцельно глядя перед собой. В голове была такая неожиданная пустота, что даже неловко как-то.

— Тебе понравилась комната? — вдруг спросил Стив, нарушая тишину.

— Да, очень.

— Не забыла, что мы сегодня отправляемся гулять?

— Нет, я все помню, — кивнула в ответ и, подавшись вперед, поставила коробочку на столик. Есть больше не хотелось. — Куда мы отправляемся?

— В ресторан.

— Ресторан? — переспросила я не очень весело и икнула, успев прижать руку к губам.

При мысли о еде меня что-то затошнило. Нельзя так было наедаться.

— Да, вечером. Часов через пять-шесть.

— А что мы будем делать эти пять-шесть часов? — невольно вырвалось у меня.

И надо было в этот момент взглянуть на мужчину, на губах которого заиграла улыбка.

— Ч-что? — немного нервно поинтересовалась у него, теряясь от непонятного лукавого взгляда, от которого вновь полыхнуло жаром по коже.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И можно было сколько угодно пенять на огонь из камина, но мы с ним оба знали, что это не так.

— Мне очень интересно, о чем ты сейчас подумала? — вдруг спросил Стив, поворачиваясь ко мне всем корпусом.

— Ни о чем, — тут же мотнула я головой, отчего заколка не выдержала и волосы упали на плечи и лицо.

Оборотень тут же подался вперед, касаясь лица, убирая пряди за ушко.

— Врешь, Мар-р-р-ри, — шепнул он, пододвинувшись еще ближе.

И где это видано, что бы волки мурчали? А он именно мурчал. Как большой сытый котик, поймавший в свои загребущие лапки мышку и решивший с ней поиграть.

— Я думала о том, что здесь жарко. И мы сели слишком близко к камину, — произнесла в ответ, отстраняясь.

— Значит, тебе жарко? От камина?

И вновь улыбка такая, что хочется стукнуть его, да посильнее.

Обещал же, что будет соблазнять и провоцировать. Не прошло и пары часов, как я уже млею от одного его взгляда и думаю о том, о чем думать не стоит.

М-да, Мари Найт, недолго длилось твое сопротивление. Все забыла. Всю злость и боль, которую модифицированные тебе причинили, тебе и твоей семье!

Вот только к совести воззвать не получилось.

Разве виноват Стив в ошибках своего вида? Люди вон тоже много зла совершили, а это не значит, что оборотень должен ненавидеть меня за них.

Неправильно это. Ох, неправильно.

Тогда что делать дальше? Как быть?

Тяжело соображать и принимать решения, когда на кону не только моя жизнь, но и папина.

— Опять думаешь, — вдруг тихо выдохнул он, и пальцы коснулись моего лба, стирая складки. — Все никак не можешь решить, что делать дальше? Как себя вести?

— Осуждаешь? — с вызовом спросила у него, сжав кулаки.

— Нет. Ты умная девушка, а умным девушкам свойственно много думать и анализировать. Только знаешь, чувства не всегда поддаются анализу.

— Они никогда не поддаются этому, — ответила я, тяжело вздохнув. — Любые чувства. Что любовь, что ненависть.

— А я? Ко мне ты какие чувства испытываешь? Ненависть или…

— Нет, — поспешно уверила его, выпрямляясь. — Ни те, ни другие. Я тебя не понимаю. И как относиться к тебе — не знаю.

Кивнул, принимая мой ответ.

— А может, это и к лучшему, Мари?

— Что именно?

— Что не знаешь. Начнем с чистого листа. Только ты и я. Вот он я. Стив Омару. Просто мужчина, которому ты не безразлична.

— Дело в хищнике, — тут же возразила я, не желая обманываться и решив сразу поставить все точки над «и». — В звере, который живет внутри тебя. Именно он избрал меня идеальной самкой, и только.

И даже ткнула в его грудь пальцем, в район сердца.

Стив тут же поймал меня за ладонь и поднес к своим губам.

— Тебе так хочется в это верить, да? — спросил он, поцеловав указательный пальчик. — Что я тупой оборотень, идущий за желаниями своего зверя? — Второй пальчик. — И не чувствую к тебе ничего? — Безымянный дрогнул от нежного прикосновения. — Так ведь было бы легче, не так ли?

Мизинчик я поцеловать не дала, выдернула руку, прижав к груди.

— Ну почему же ничего? Страсть.

— Страсть, — хрипло подтвердил он, исподлобья изучая меня.

— Но не любовь.

— А если я сейчас признаюсь тебе в любви, Мари? Что ты сделаешь? Поверишь? — неожиданно зло спросил Стив, заставив меня вздрогнуть и замереть.

Я мотнула головой, неожиданно испугавшись.

А мужчина дернулся, схватил меня за плечи, прошелестев прямо в лицо.

— Не поверишь… не примешь… а ты знаешь, каково это, Мари? — спросил он, сжимая все сильнее плечи. — Как больно видеть, когда твои чувства отвергают?

А губы так близко.

Я чувствую его дыхание на своих губах. Такое горячее, обжигающее.

И замерла, вздрогнув то ли от страха, то ли от неожиданно вспыхнувшего желания, контролировать которое не смогла.

Поцелует… сейчас поцелует.

Глаза закрылись сами собой.

Всего пара миллиметров между нами.

Мой вздох, его стон и…

Пустота.

Открыв глаза, я внезапно поняла, что сижу на ковре одна. Оборотень уже поднялся и теперь стоял у окна, рассеянно потирая затылок.

Сразу видно, что напряжен. Руки, плечи, скованные движения и аура силы, от которой все зашлось в груди.

— Даже не мечтай, Мари, — неожиданно произнес Стив и медленно повернулся.

Ох, как же ярко полыхали его глаза.

— Прошу прощения? — опешила я, совершенно не понимая, что именно мужчина имеет в виду.

То улыбается так, что сердце в груди плавиться начинает, то рычит и злится, будоража кровь. То целует и обнимает, то отталкивает. Где логика его поступков? Почему я не могу разгадать его и предугадать следующий маневр?

Надо признаться, что модифицированный выбрал правильную тактику. Стив добивался моего интереса — он его получил.

— У нас с тобой соглашение, Мари. И я хорошо помню его условия. Никакого принуждения. Я не дам тебе повода меня возненавидеть. И поцелую лишь тогда, когда ты сама этого захочешь… и сама мне скажешь об этом.

Вот же волчара облезлый. Не только захочу, но и скажу! Сама! Да еще и без принуждения! Надо же, сколько самомнения.

— Не боишься, что ждать придется слишком долго? — поднимаясь и поправляя задравшиеся штанины, ехидно спросила я.

— Я умею ждать. И добиваться желаемого.

— Возможно, — пожала плечами, засунув руки в карманы. Спряталась, закрылась. — Вот только я могу быть очень упертой.

— Кажется, мы нашли друг друга, — неожиданно улыбнулся Стив, и напряжение ушло. — Оба упрямые и принципиальные.

Два шага ко мне. Таких быстрых, что я не успела среагировать.

Расстояние между нами сократилось до каких-то десяти сантиметров.

Вроде и есть, а на самом деле и нет вовсе. Я чувствовала его силу и мощь, подавляющую энергетику. Видела, как вспыхивали искры огня в удивительных глазах, чувствовала аромат тела и просто стояла как завороженная.

— Все потому, что я модифицированный? Будь я обычным человеком, ты бы реагировала на меня по-другому?

— Ты плохо меня знаешь, Омару. Я не прыгаю в постель мужчине по щелчку пальцев. И мне все равно, кто он — оборотень или обычный человек. Я закрыта и холодна со всеми. Так что не льсти себе.

Не знаю почему, но улыбка мужчины стала еще шире после моих слов.

— Даже так, — мягко произнес Стив, повторяя мое движение и убирая руки в карманы брюк. — Интересно.

— Не вижу ничего интересного, — пожала плечами в ответ, развернулась к столику и принялась собирать коробки в пакет. — Надо бы купить продукты. В холодильнике ничего нет, кроме замороженных стейков.

— Напиши список, водитель привезет.

— Хорошо. — Все коробочки были собраны, и я выпрямилась, повернувшись к мужчине. — Какие дальше планы?

— Планы? — пожал плечами. — А никаких. Через пять часов мы отправляемся в ресторан.

— А до этого? Чем ты будешь меня соблазнять оставшееся время? — не отступала я, решив сразу поставить все точки над «и» и все выяснить.

— Ничем.

Мне показалось, что я ослышалась.

— Совсем ничем? — уточнила я, немного напряженно.

— День выдался крайне насыщенный, поэтому предлагаю тебе отдохнуть в комнате, набраться сил. Можешь даже поспать.

— И ты готов потерять эти часы?

— Твое здоровье важнее. А мне хватит времени.

Я не знала, рассмеяться ли ему в лицо или поблагодарить за неожиданную передышку, которую Стив мне дал.

— Хорошо, — медленно ответила я. — Тогда я напишу список и пойду.

— Иди, — разрешил тот.

Я кивнула, развернулась и тут же замерла, услышав его окрик.

— Хотя нет, подожди.

Так и знала.

— Надо успокоить зверя, а то он что-то разошелся, — сообщил Стив, подходя ближе и застывая за спиной. — Не двигайся, не дергайся и молчи. Ему просто надо почувствовать себя.

Кивнула едва заметно и замерла, ожидая… чего-то.

Дыхание, потревожившее волоски, выбившиеся из хвоста. Близость, которую я сначала почувствовала, а потом ощутила. Прикосновение рук, что легли мне на плечи, медленно проведя сверху вниз и обратно.

Горячий выдох, опаливший основание шеи, от которого кожа покрылась мелкими мурашками, и я невольно задержала дыхание.

Глубокий вдох и едва слышный стон:

— Как же вкусно ты пахнешь… Мар-р-р-ри… моя Мар-р-р-ри…

Руки, сжавшие предплечья слишком сильно и тут же отпустившие.

Дыхание, а следом и губы, невесомо коснувшиеся шеи, скользнув вверх к самому ушку.

— Стив. — Вздох вырывается против воли.

Но мне так тяжело держаться, так сложно не дрожать и не реагировать.

Это все проклятое тело. Во всем виновато чужое эйо.

Интересно, сколько я смогу верить в этот обман? Сколько смогу прикрываться ненавистью к модифицированным?

Дрожь вновь пронзила тело, и болезненно заныла грудь. Ей так тесно в бюстгальтере. Хочется освободиться от этой ткани, которая натирает набухшие вершинки. Освободиться и чувствовать его прикосновения. Ощутить не только руки, но и губы на своей груди…

— Все! — прерывисто выдохнула я, делая два шага вперед.

Вырываясь из его плена и пытаясь отдышаться.

Он молчал.

Ох, как же хорошо, что он молчал! Потому что я даже представить не могла, чтобы было бы, скажи Стив хоть слово.

Замерла, пытаясь взять контроль над собственным телом, и, выдохнув, сбежала в комнату, захлопнув дверь и закрыв ее на замок. Знала, что она не спасет, но так было спокойнее.

Из комнаты я рискнула выйти только через час. Положила список с продуктами на барную стойку и вернулась обратно.

Я честно пыталась уснуть, долго ворочалась в кровати и, кажется, задремала. Но, честно говоря, лучше бы мне этого не делать.

Первый в моей жизни эротический сон был очень ярким. Настолько ярким, что я проснулась от собственного стона. А потом еще долго лежала, пытаясь совладать с дрожью неудовлетворения и тоски. Никогда не думала, что способна на такие эмоции, и как теперь с этим быть, понятия не имела. Если так пойдет и дальше, то Омару не понадобятся эти две недели, я через пару дней сама прыгну к нему в постель, не в силах вынести голода собственного тела.

Стив постучал в дверь за полчаса до назначенного времени. Я уже успела достать платье и положить его на кровать, подобрала к нему туфельки и достала коробку с косметикой, которую собрал для меня знающий управляющий.

— Да? — нервно отозвалась я, поворачиваясь и сцепляя руки за спиной.

— Можно? — Мужчина заглянул в комнату, держа небольшую шкатулку в руках.

— Да, конечно, — ответила ему, старательно отводя взгляд.

И даже не думая о том, как эти руки скользили по моему телу, какое наслаждение дарили… всего лишь во сне.

— Это тебе. — Стив поставил шкатулку на стол и повернулся ко мне.

— И что это?

Я подходить не спешила, решив не сокращать между нами расстояние во избежание всяких неприятностей.

— Драгоценности…

— Нет! Мне не надо! — перебила его.

— Моей матери, — закончил Стив. — Когда она умерла, мы разделили с Рейфом их между собой. Это моя часть.

— Спасибо, но не нужно, — продолжала стоять на своем я. — Это слишком щедрый подарок.

— Который должен достаться моей избраннице.

— Я еще ей не стала.

— Тогда возьми в аренду.

— Хорошо, — согласилась я после некоторого раздумья, скорее для того, чтобы оборотень как можно быстрее ушел из комнаты и оставил меня одну.

— Жду тебя в гостиной.

— Скоро буду, — пообещала ему.

Я вышла из спальни через десять минут и замерла, столкнувшись с голодным взглядом золотистых глаз. Модифицированный высоко оценил мой наряд.

Обтягивающее черное платье длиной до колен с низким вырезом, широкими бретелями и шлицей сзади. Оно отлично подчеркивало фигуру, делая талию еще тоньше, бедра округлее, а грудь на размер больше.

Волосы я распустила, и они бархатистой волной падали на грудь и плечи. Легкий макияж с акцентом на глаза и тяжелый кулон с огромным темно-синим сапфиром, который лежал в ложбинке, приковывая к ней взгляды. На ногах черные туфельки на высоком каблуке, в руках небольшой клатч.

— Я готова, — несмело улыбнулась ему.

Стив, надо сказать, тоже отлично выглядел. Черная рубашка с двумя расстегнутыми пуговками и темно-синий костюм, который сидел на нем как влитой.

— Отлично выглядишь, Мар-р-р-ри, — прорычал он чуть слышно, подавая мне руку. — Тогда пошли?

— Да, — кивнула в ответ, вложив ладошку, и несмело улыбнулась. — Пошли.

В конце концов, мы идем в ресторан. Что там может со мной случиться на глазах десятка гостей?