Глава 23. Король

Пока мы с директором увлеченно рисовали круги заклинания, призывающее портальное зеркало, то я невольно услышала объяснение происходящего.

Оказывается, Эйз преследовал глобальную цель, предотвратить смуту, предсказание которой явилось к нему ещё в детстве. Королева же в разговоре то и дело возвращалась к нынешнему времени и наводящими вопросами выясняла нужное: друзей Рио, в том числе преданного охранника Фивана Фрата, друид отправил в столовую, сказав, что принц уже ушёл. Друид всю ночь дежурил под дверью спальни принца, дремал на диване в зале. Но помимо этого он попросил Лумиэля задержаться, зная об их романе с Воладом Ридкартом. Так же не менее шокирующим было для меня узнать, что Луми это эльфийка, подруга и соратница принцессы Ландриэль. Её цель пребывания в ДУМО была следить за принцем и найти способ расстроить ненавистную принцессе-эльфийке помолвку. Этот случай показался Лумиэль идеальным. Поэтому она, не раздумывая, отправилась к заместителю директора, чтобы пожаловаться на происходящее в спальне Тэриона. Друид и здесь всё предусмотрел. Преданный своей любви Волад останавливал всех прохожих студентов и преподавателей и заставлял идти вслед за ним. Так вот откуда взялась толпа в спальне принца.

К слову сказать, друид смущенно признался, что в его предсказании в спальню заявился и Рениан, но в этот раз Эйз его не видел, зато вместо Чиларда младшего пришёл его брат. Это и беспокоило провидца, о чём он и поделился со вздохом.

— Так в чём суть смуты? — не поняла принцесса. И я была ей признательна за такой вопрос, потому что и сама не уловила сути в сказанном. При чем здесь Рениан вообще?

— Чиларды решили взять на себя ответственность в организации смены будущей власти в стране. Потому что Рио якобы не внушает доверия у народа.

Кронпринц хмыкнул, но комментировать не стал. Королева нахмурилась.

— Измена — это очень тяжкое преступление, — Мари-Диана предостерегла друида от последующих слов, но он всё-таки продолжил:

— В планах заговорщиков было сыграть на любви вашей дочери к третьему эльфийскому наследнику. Они хотели подговорить её присоединиться к освободительному движению, когда наберется достаточное количество сподвижников сопротивления.

— Я? Да я бы никогда! — возмутилась Мариколь. Её лицо побагровело от злости. — Да, я люблю Нориэля… И, возможно, он меня тоже. Но…

— Суть плана поставить вас перед свершившимся фактом свержения вашего брата, — друид скривился. — И если ничего не предпринять сейчас, то будет уже поздно.

Королева хлопнула в ладоши и обратила свой взор к нам с директором.

— Ну-с, сколько ещё ждать?

— Последние штрихи, моя королева.

— Хорошо, поспешите, — приказала Мари-Диана надменно. — А ты, друид, будь добр, перескажи всё ещё раз моему мужу.

Эйз кивнул. Луми скривилась. А королева вдруг спросила у неё:

— Принцесса участвует? — И предостерегла миленьким голосом, — Учти, соврешь, прикажу тебя казнить…

— Она ещё думает над этим, — призналась Луми нехотя. — Она не ответила согласием. Ведь ей чужды войны и кровопролитие.

А повелительница Драконьей Гряды разразилась очередной тирадой:

— Думает? Она думает?! Сам факт того, что она сомневается, какую сторону занять, лишает её права на помолвку с моим сыном! Какова наглость! Её будущего мужа могут убить, а она думает, присоединиться ли к восстанию? Ха!

— Моя невеста подослала ко мне Луми, расстроить помолвку — это для тебя пустяк, не так ли? Но то, что она раздумывает, участвовать ли в смуте ради желаемого — оскорбляет?

Вот уж не ожидала от Тэриона, что он озвучит мои мысли вслух. Хоть меня и подмывало спросить подобное, но природная трусливость возобладала и в этот раз.

Королева ответила не сразу. Она интересно сморщила носик и уставилась в окно, прежде чем признаться:

— Да, ты прав, цель в обеих ситуациях — расстроить вашу помолвку, сын. Но разница в средствах. В первом случае — скандал, в котором пострадает лишь твоя репутация, во втором — тебя ждёт смерть. И здесь, мне кажется, мой гнев вполне оправдан.

— Не вполне, — возразил сын. — Но не думаю, что присутствующим следует слышать подробности.

— Ха, — королева сделала вид, будто удивилась в очередной раз. — Не поздно ли ты спохватился?

Начало новой, наверняка, жаркой полемики было немилосердно прервано директорским возгласом:

— Готово!

И правда, свою часть кругов заклинания я нарисовала каких-то две минуты назад, но осталась сидеть на полу, потому что здесь удобно и королева не вспоминала обо мне. А директор замыкал внешний контур, дописывал символы. Для этого ему пришлось подвинуть стулья, стоящие у рабочего стола.

— Приступайте, — Мари-Диана кивнула. — Мой муж сам виноват, что выбрал дела королевства вместо семьи. Но, как правильно выразился Тэри, это не ваше дело. В конечном итоге работники моей канцелярии возьмут с вас расписку, под страхом смерти не разглашать произошедшее сегодня в этой комнате. Только и всего. Виселица, знаете ли, очень хорошее средство против излишней болтливости. Но самым действенным, я бы сказала, бесспорным номер один является, конечно же, яд.

Когда королева наконец перестала делиться своими познаниями на столь щекотливую тему, как жизнь и смерть, и способы перетекания из одного состояния в другое, то в комнате повисла напряженная тишина. Ещё немного, и начну привыкать к разговорам о предполагаемой казни всех и вся за малейшее прегрешение. Интересно было бы составить статистику угроз реально приведенных в исполнение и настолько ли большое число действительно казненных по приказу королевы?

Поймав себя на столь парадоксальной мысли, поспешила мотнуть головой и передернуть плечами из-за пробежавших мурашках по коже.

Бр-р-р, поскорее бы всё закончилось, и я бы смогла уехать обратно домой. Ведь в то, что из-за столь незначительного проступка меня обязательно казнят, теперь уже верилось с трудом. И Рио обещал за меня заступиться. И Мариколь.

Правда, как на ситуацию отреагирует король, я ещё не знала и вот-вот должна была узнать.

Но директор медлил.

— Мне придется попросить вас приложить ладони к заклинанию, — дипломатично начал он. Я нахмурилась, но перечить не стала. Поймала долгий немигающий взгляд мистера Лори и буквально прочитала в нем: «Не выдавай меня, так надо».

Пожала плечами, стараясь особо не задумываться на этот счёт.

Осознание посетило внезапно — причина такой настороженности мистера Рантильезо старшего была лишь перестраховка. Он хотел, чтобы на заклинании остались следы магии королевы. И если его накажут за столь бесцеремонное вмешательство в дела государственной важности, а с королем и будучи в тронном зале иные дела и не свершались, то у директора ДУМО будет достойное оправдание.

— Это так необходимо? — Мари-Диана сморщилась, явно думая о кринолине и платье. Не спешила сползать на колени.

Но сын её опередил.

— Сиди мама, я сам.

Тэрион опустился на колени и приложил ладони к заклинанию. Видимо, он, как и я, знал принцип действия портального зеркала, а значит, догадался, зачем мистеру Лори якобы понадобилась помощь.

В этот раз стоило обоим приложить ладони к внешнему контуру заклинания, как вдруг в центре зажурчал серебристый ручеёк. Он стал бурлить, расплескиваться и растекаться по контуру всего заклинания, образуя на полу, собственно, зеркальную поверхность. Вот только отражала она не нашу комнату, а как и было задумано — тронный зал.

И действительно, мистер Лори оказался прав. Изображение происходящего было бы перпендикулярно туловищу, если бы мы стоя наблюдали. А так, сидя за пределами зеркала, очень даже удобно обозревать короля, сидящего на троне, и троицу вестников, павших ниц.

— Кто это?! — король вознегодовал, увидев, наверняка портальное зеркало прямо перед собой.

— Это я, мой дорогой, — отозвалась королева, слегка подавшись вперед.

Король — вылитая копия Тэриона, только бородатая и «слегка» постаревшая, гримасу на лице не поменял. Там сейчас отражались: строгость, неодобрение и, кажется в глубине глаз плескался затаенный гнев.

— Я сейчас невероятно занят, — король не спешил бросать свои дела, чтобы заняться скандалом сына.

— Представь себе, я тоже невероятно занята, слушая доклады о предстоящей смуте, в которой планируют сместить твоего оскандалившегося сына. Но знаешь, не буду тебе мешать, дорогой.

Последнее слово было сказано с такой внушающей порцией яда, что я невольно испугалась, как бы не настала очередь короля учинить скандал из-за проявленного неуважения. Но нет, выражение лица монарха смягчилось, и во взгляде промелькнула улыбка.

— Смута, говоришь? — он переспросил нарочито спокойно. — Как? Ещё одна?

— Это зависит от того, какая у тебя? — королева хмыкнула. — У меня друид предсказал участие в смуте старейшей семьи Драконьей Гряды, самих Чилардов.

— У меня также, но вести принесли иные информаторы, — взгляд его стал жёстче, хотя эмоции на лице и не поменялись. Мне лишь показалось, что он стал более серьёзным, что ли.

— Что ж, тогда вы, — он кивнул доносчикам, — подождите за дверью, я вас вызову, когда освобожусь.

Королева, явно довольная маленькой победой, едва заметно улыбнулась. И это уже хороший знак.

Когда другие информаторы вышли, скрипнув дверьми где-то там, за пределами нашего обзора, король встал и направился прямо к зеркалу. Я чуть было не отползла назад. Но Рио, сидящий рядом со мной, удержал меня на месте.

А папа Тэриона, кстати, по имени Содгар, всё приближался и приближался.

На секунду мне показалось, будто он сейчас войдет в комнату, шагнув вперед. Что, конечно же, невозможно. Заклинание на полу так не действовало. Но нет, монарх словно примерялся взглядом и щурился, смотря по краям.

— А… так это спальня Тэриона? — пришёл он к верному выводу.

Королева изумилась:

— Конечно! А где же нам ещё быть?

— Я, знаете ли, не умею определять помещения по одному лишь потолку, — проворчал правитель Драконьей Гряды. — Стойте на своих местах, я сейчас к вам приду.

И он исчез.

Просто раз. И его нет на месте. А снаружи за дверью спальни начался самый настоящий кипишь, лязг и бряцанье.

Дверь медленно отворилась, и я поняла в чём дело.

Стражники поочередно отдавали честь шествующей сквозь живой коридор одиозной фигуре, увеличенной и постаревшей копии Тэриона в красном костюме с золотыми пуговицами.

— Ваше Величество, — многократно повторялось с каждой секундой, стоило королю сделать следующий шаг.

Когда же он наконец вошёл к нам в комнату, то закрывать дверь не спешил. Обернулся и приказал:

— Приведите мне Рениана Чиларда и его старшего брата, они должны быть где-то в пределах этого заведения.

— Есть! — рявкнули в один голос стражники.

Содгар Вериндейл, и много ещё кто, махнул рукой. Дверь захлопнулась мгновенно. Косяки скрипнули.

— А теперь, — он повернулся в нашу сторону и посмотрел первым делом на королеву. Его губы тронула поистине обворожительная улыбка: — Дорогая, ты прелестна как сармальский высокогорный подснежник, только-только выглянувший погреться в солнечных лучах. Так же молода и свежа…

— Льстец, — королева прервала комплементы мужа и подала руку для поцелуя. Король охотно прикоснулся губами к рубину её кольца размером с половинку лесного ореха, и, наконец, переключился на нас с Тэрионом.

— Так это ты послужил причиной для новой головной боли Мари-Дианы? — он осмотрел меня пресным взглядом. Сложно было понять, какие эмоции по отношению ко мне испытывал монарх, но явно ничего хорошего ждать не приходилось.

— Это я, — друид отвлек внимание правителя на себя. За что буду век ему благодарна. Наверное…

— Я уложил спящую Ёссу в постель к Тэриону, чтобы создать скандал поутру.

Король живенько крутнулся на пятках, оборачиваясь к нам спиной.

— Хм, и правда, друид, судя по побрякушкам. — Он сделал несколько шагов в сторону Шелидана, но передумал.

— Так, не отвлекайте и не перебивайте меня, иначе прикажу вас казнить, — буднично сообщил правитель.

И снова увидела, как принцесса закатывает глаза к потолку. Подождите, так он это несерьёзно? Или подобные разговоры Мариколь настолько приелись, раз она так красноречиво реагирует.

Король снова обернулся к нам.

— Про смуту я уже услышал в общих чертах, что семейство Чилардов щупает почву и хочет возвести на трон после моей смерти именно Мариколь, а не Тэриона. Они начали распускать слухи о слабоумии моего сына, чтобы это мнение крепко засело в памяти жителей Гряды. Я отдал приказ, поймать всех. Хочу послушать оправдания из уст первоисточника. Первого, наверное, найдут друга моего сына, так как он здесь должен быть. Но если Рениан ни при чём, то я использую его как заложника, чтобы провести переговоры с его родителями без лишнего кровопролития. — Уверенный голос монарха, как и его внешний вид, не позволяли ни на секунду усомниться в том, что так и будет.

Если бы ни одно «но»!

— В Драконьей Гряде сейчас находится Рениан и его брат, если, конечно, они ещё не сбежали, — друид рискнул навлечь на себя гнев правителя и заговорил вопреки запрету и без всякого подобострастия.

— Дорогой, — королева вскочила на ноги, стараясь опередить гнев монарха, — Дай ему договорить.

Содгар оборачиваться в очередной раз не стал, а сказал, стоящим за его спиной:

— Дозволяю, друид, говори.

— В будущей смуте планирует принять участие и Ландриэль.

— Невеста Тэриона? — как бы ни пытался монарх скрыть удивление, но это у него не вышло. На какую-то долю секунды он потерял лицо, однако быстро опомнился и посмотрел на своего сына укоризненно, но и только.

— Я здесь ни при чём.

— Это ложь! — гневно бросила Лумиэль. — Моя принцесса не принимает участия в смуте. И ваш сын тоже виноват — он не проявлял к ней должных знаков внимания!

— Знаков внимания? — оскорбился Рио. — Да она старше меня на десять лет! Какие-такие знаки я должен был ей подавать? Ведь она мне в мамы годится, — заметив колкий взгляд королевы уже менее неучтиво добавил: — Почти. Мама, папа, согласитесь, эта идея с нашим браком была с самого начала плохой.

— Сын, — терпеливо начал отец, — мы уже неоднократно это обсуждали. Такова политическая ситуация. Нам нужен союз с эльфами.

— Ага, сами вы заключили союз по любви! — негодовал Рио. Хотел он того или нет, но его настоящее «я» явилось миру во всей красе. Серьёзный, он был до ужаса серьёзен и, конечно, зол.

— Это не так, — хотела возразить королева, но муж поднял руку, останавливая отповедь супруги.

— Я женился по любви, оскандалил и вынудил твою мать выйти за меня, так будет правильнее, — ответил король, разжёвывая как для несмышлёного мальчика. — И об этом тебе тоже известно.

Неожиданно в разговор вступила принцесса легким покашливанием, пытаясь скрыть смешинки за кулаком.

— Вы, конечно, меня простите, но даже я знаю, что это откровенная ложь, — румянец выступил на её щеках, когда она продолжила: — Как-то раз, я гуляла мимо матушкиной спа…

— Дочь! — изумленно вскликнула королева.

— А что? — Мариколь хихикнула. — Всё равно, как ты и сказала, со всех присутствующих возьмут какую-то там бумажку о неразглашении под страхом смерти. Одним поводом для сплетен больше, одним меньше? Подумаешь…

— Именно поэтому я и хочу передать трон моему сыну, — твёрдо ответил дамам король.

— Даже после всего, что сегодня случилось? — уточнила королева.

— Подумаешь, — монарх махнул рукой в мою сторону, — этот юноша настолько худ и невзрачен, того и гляди, растворится в воздухе от одного яростного взгляда. Пустим слух, что это невеста клевещет на будущего мужа, чтобы избежать помолвки. А студентам прикажем держать язык за зубами.

Король сделал вид, будто озирается по сторонам.

— Вот, как раз вы здесь, Ранти, — обратился он к директору по укороченной фамилии.

— Как пожелаете, — согласился тот.

Я невольно выдохнула, потому что, кажется, казнь всё-таки отменяется.

— Но как же Ёсса? — уточнила королева, снова обращая в мою сторону свой величественный взор. — Она-то уедет в Тейзин, и никто не помешает ей пускать слухи уже оттуда.

— Подожди, Ёсса? — недоумевал монарх. — Это? — Он уставился на меня, не сумев скрыть недоумение. — Так это «она»? Девушка?

И тут же обратился к сыну:

— Так ты её обесчестил?

— Нет! — выкрикнули мы оба в один голос.

— Говорю же, — друид снова попытался вставить хоть слово.

— Молчать! — приказал король. — Я хочу услышать сына.

— Папа, это сущее недоразумение, Шелидан убедил меня в назревающей смуте и что скандал с Ёссой в постели — это единственный безболезненный вариант избежать кровопролития.

— Именно! — поддакнул Эйз.

— Я уже сказал тебе мол-чать, — монарх негодовал. — Или тебе голова на плечах жмёт?

Шелидан наконец умолк, но громко вздохнул. А Тэрион продолжил:

— Даже с учётом того, что Ёсса — девушка, это ровным счётом ничего не меняет. Ты можешь приказать студентам держать язык за зубами…

— Но будет ли молчать сама Ёсса? — королева снова затронула щекотливую тему.

— Будет, — за меня ответил Тэрион.

— Но какие у тебя гарантии?

Вся компания дружно уставилась на меня. А я еле-еле удержалась от нервного смешка. Смотрю на окружающих, прикусывая язык.

— Как видите, — Рио возликовал. — Она и со мной мало говорит, тем более с кем-то ещё.

— Да-да, — согласился директор. — За этим студентом закрепилась слава крепкого молчуна.

— Но она не немая.

— Нет. — Рио вздохнул.

— Тогда кому-то рано или поздно расскажет, — философски заметил король, будто взвешивая в уме шансы, как скоро это произойдет. — Нет, определенно, в Тейзин её отпускать нельзя. — Он пришёл к выводу, чем невероятно напугал.

— Казнить? — бесцветно уточнила королева.

— Мама! — вскрикнули принц и принцесса в один голос.

— Я не позволю, — Тэрион подался вперед и снова загородил меня собой. За что ему спасибо, потому что я невольно шмыгнула носом и поспешила утереть выступившие слёзы. Не то, чтобы я себя жалела, просто на долю секунды всё-таки испугалась и представила, как это произойдет.

— И вообще, прекращайте уже издеваться над блестящим учеником ДУМО!

— И это тоже правда, — подтвердил директор.

— Тогда выход только один, — король следующим предложением решил всю мою судьбу. — Запретить Ёссе покидать Драконью Гряду и принять на работу в одну из гильдий в качестве наказания за провинность.

Что? А как же мама и папа, я хочу их увидеть…

— Согласен, — принц кивнул.

— Но я-то нет! — выкрикнула у него из-за спины. — Я хочу домой к родным. И как вы представляете мою учёбу здесь после подобного скандала?

— И правда, что-то в голове имеется у этой блестящей ученицы, — иронизировал монарх. — Но, как я уже сказал, выход только один. Остальное меня мало интересует.

— Зато интересует меня! — вознегодовал принц. — Я женюсь на Ёссе!

Хлоп!

Королева хлопнула в ладоши, отвлекая всё внимание на себя.

— Даже не думай повторять столь вопиющую ложь ещё хоть раз. Иначе я прикажу казнить всех присутствующих в этой комнате не Вериндейлов! Ты меня понял?

— Я не согласен, — возразил сын.

— Я тоже, — поддакнула принцесса. — А если вам нужен союз с эльфами, то я готова отдать себя в жертву и выйти замуж за Нориэля.

Как она интересно выразилась: «Отдать себя в жертву».

— Дорогой, чего ты молчишь? — королева теряла терпение. — Скажи хоть что-нибудь?

— Подожди, я думаю, — монарх не спешил изъявлять всем своё желание.

И снова наступила тишина. В этот раз друид промолчал. Видимо, давно бросил глупую затею, что-то втемяшить упертым королевским особам. Оттого скрип двери гардеробной стал отчётливо слышен.

Но не это главное.

На пороге показался соседушка, который по полному имени Бульгурус Шестипалый от матери Равиты, и при полном параде. В смысле, не голый. А рогатая шапка ровненько сидела на мохнатой голове.

— Я, я, я! — начал он пламенную речь, подпрыгивая на месте с вытянутой рукой. — Я хочу высказаться!

Чуть-чуть выглянула из-за плеча Рио, чтобы увидеть реакцию монархов. Оба будто забыли обо всём на свете.

— Это… кто? — первой подала голос королева.

— Кобольд, — начала я представлять соседа по гардеробной, но Буль меня перебил, выпятил грудь и громко выдал:

— Я — его величество Бульгурус Шестипалый от матери Равиты, правитель всех кобольдов Драконьей Гряды и даже Тейзина, в с некоторых пор немного Велансиса.

— Вот как? — король слегка нахмурился. — И что же ты хочешь нам поведать?

— Ёсса — моя подруга.

За долю секунды я выпала в осадок. Рио, видимо, тоже.

— И всем-то нужна эта Ёсса, — королева ехидствовала. — Девушка нарасхват, как оказалось.

— Мама, — дочь воззрилась на мать осуждающе.

— Я лишь констатирую очевидное! — оправдалась она. — Ведь это правда, непонятно откуда взялась эта вертихвостка, но она успела вскружить голову не только моему сыну, но ещё и… — Она кивнула с презрением в сторону Буля, — вон, кобольду.

— Кх-кхм, — Бульгурус сделал вид, будто ничего не услышал, важности не растерял и наоборот сильнее выпятил грудь колесом. — Как я уже сказал, я — друг Ёссы, предлагаю вам условие, при котором вы оставите её в живых.

«Ой, бли-ин!» — мысленно взвыла я.

Скривилась.

Повезло ещё, Буль, заметив мою реакцию, исправился:

— Точнее, позволите королевичу взять её в жёны.

Хлоп!

И снова королева ударила в ладоши.

— Ещё один… — проворчала она. — Да вы что? Сговорились все тут, что ли?

Король по-прежнему не спешил делиться размышлениями.

— Папа? — Рио позвал отца. — Как ты на это смотришь?

— Как на это смотрит сама Ёсса? — отозвался монарх, не отказывая сразу. А я широко открыла глаза и ляпнула, так ляпнула:

— Я хочу домой.

Но когда поняла, что обидела Рио пренебрежением, поспешила добавить:

— Это действительно лестное предложение, у меня и мыслях не было о подобном… Я бы, наверное, смогла бы полюбить Тэриона когда-нибудь, ведь мы с ним…

Хотела добавить слово «одногодки». Но не успела.

— Мы с ней уже целовались, — Рио меня перебил. — Так что, считай, мой долг восстановить справедливость и взять её в жёны в ближайшем будущем.

А король и в этот раз промолчал.

Зато королева негодовала так, что стены сотрясались:

— Дорогой! Ну скажи ты уже этим несносным детям, чтобы они перестали нести всякие глупости!

— Дети, не говорите глупостей, — король задумчиво кивнул.

Показалось ли, но он улыбнулся. Чуть-чуть, еле заметно и, кажется, даже подмигнул сыну.

— Твоя взяла, Рио, — Содгар вздохнул. — Я согласен на ваш союз. — И, как и положено в таком случае, добавил: — Но только при условии…

Дальше король озвучил целый список:

— Ты блестяще оканчиваешь ДУМО, а значит, перестаёшь придуриваться и изображать из себя глупенького мальчика.

Рио нашёл мою руку и стиснул ладонь.

— А ты, Ёсса, — король, видимо, хотел повторить первый пункт по образу и подобию, но вместо этого произнёс следующее: — Ты не только блестяще заканчиваешь ДУМО, но и добиваешься службы на должности королевского советника.

На этом король не остановился.

— Третье. Больше никаких слухов и скандалов на тему постели. Потому что Ёссе строго-настрого запрещается раскрывать то, что она девушка. Четвертое: никакого уединения до свадьбы. Пятое: Ёссе запрещается покидать Драконью Гряду и пускать слухи, порочащие честь и достоинство королевской семьи. Шестое: Мариколь соглашается заключить союз с одним из эльфийских наследников. И седьмое… — настала очередь Буля. — Бульгурус Шестипалый от матери Равиты со всей своей свитой и родней, со всеми-всеми кобольдами покидает Драконью Гряду.

Соседушка уже было набрал воздуха в грудь, чтобы возразить, но монарх поспешил добавить довольно холодно:

— Иначе я буду просто вынужден казнить всех провинившихся сегодня. Кроме моего сына, конечно.

Кобольд почесал во лбу, попыхтел, подумал. Но соглашаться не спешил.

— А! — он вскликнул, будто что-то вспомнил. — У меня тоже условьеце! Шкатулка!

Вот тут я ничуть не удивилась.

— Откройте мне эту чёртову шкатуленьку, я ну очень хочу знать, чаво там запрятано.

Он быстренько сбегал в гардеробную и вернулся с маленькой квадратненькой шкатулочкой Тэриона, которую мучил уже не первый день.

— Это? — удивился король, глядя на сына. — Так ты её сохранил?

— Да, — с гордостью ответил принц.

— Ладно, согласен, — король кивнул.

А Рио протянул руку кобольду, забирая драгоценность. Как и некогда директор, принц нажал на углы футлярчика, и он мигом раскрылся, словно пружинный механизм вытолкнул крышку с тоненьким звоном.

Внутри на бархатной красной подложке лежала непонятная фигурка из слоновой кости, продолговатая — вогнутая посередине и выгнутая по краям. Присмотрелась и наконец узнала:

— Это король? — изумилась я. — Из шахмат?

— Да. Новая модная игра простолюдинов Тейзина докатилась и до наших краёв, — монарх будто оправдывался. — Мой сын забрал короля, когда впервые победил меня в той самой партии.

Кобольд явно ничего не понял, но смотрел на эту фигурку, как на какое-то сокровище.

— Ва-а-у? Целый король? Правда? — он протянул руки, чтобы забрать, в сущности, хоть и дорогую, но всё-таки безделушку.

— Не дам. Вначале обещай, что когда Ёсса выйдет за меня замуж, вы, кобольды, покинете Драконью Гряду всем скопом.

Бульгурус сморщился, но бросил, как бы отмахиваясь:

— Обещаю-обещаю, только да-ай!

На секунду мне показалось, будто за короля из слоновой кости он готов был продать родную мать. Рио довольно кивнул и раскрыл ладонь, позволяя кобольду забрать главную фигуру шахмат. Одну их двух, белую. Точнее бежевую, но по правилам она должна считаться белой, что меня немало так смущает. С самого начала игры на клетчатом поле один игрок уже обманывается относительно цвета фигур. Про правила вообще молчу.

— Что ж… — король продолжил свою речь, однако был немилосердно прерван громким стуком в дверь.

— Ваше Величество! Мы нашли Рениана, — послышалось из коридора.

— Что ж, ведите! — ответил монарх, обернулся и не удержался, хохотнул, когда увидел происходящее в коридоре.

Эм, как бы правильно выразиться, в комнату буквально вносили связанных по рукам и ногам Рениана, Одатта и ещё какую-то девушку, судя по платью. Она была ко мне спиной, не смогла определить, кто это.

— Мы пытались их развязать… — оправдывался один из пятерых стражников. — Но узлы наоборот затягиваются.

Раздался громких хлопок. Это Бульгурус стукнул себя ладошкой по лбу.

— Точна! Я-то и думаю, что же мы с братишкой Дулем забыли?

— Вулем, — поправила я.

— Ай, не важна, — отмахнулся Буль. — Сейчас я развяжу их. Хотя?..

Он явно собирался ещё поторговаться, но Рио его опередил:

— Я подарю тебе весь набор шахмат вместе с доской, идёт?

— Лады, — пройдоха кобольд улыбнулся во всю челюсть и в три прыжка добрался до оставленного на полу драконьего «комка».

— М-м-м, — мычали все трое вразнобой.

— Ага-ага, потерпите, — успокаивал кобольд бедняг. Это же сколько времени они пробыли в таком состоянии? С вечера?

— Теперь я начинаю понимать твои резоны, — сказала королева мужу, ошарашенно наблюдая за развязыванием учеников и учениц.

— Я тоже, — принцесса поддакнула.

Не знаю почему, но я посмотрела на друида, который стоял сбоку от входа, рядом с недовольной эльфийкой и улыбался самой счастливой улыбкой, которую я только видела в жизни.

— Получилось, — он выдохнул облегченно и начал остервенело сдергивать с себя фенечки, цепочки, снимать кольца, сережки, кулоны.

— Не имею ни малейшего представления, что у вас там получилось, но я никого не отпускал. — Порадовал король. — Я ещё не закончил.

Вот только друиду было всё равно, он продолжил снимать с себя всяческую дребедень. А затем ещё и встал на колени, падая ниц.

— Делайте со мной что душе угодно, я выполнил своё предназначение.

— Пап, да отпусти ты его уже, он всё равно дальше ДУМО не уйдет. Тут же стражи сейчас по взводу на одну лужайку. И, кстати, я согласен на все твои условия.

— И-и я… — робко высказалась я. — Согласна.

Иного выбора у меня всё равно не было, или было?

— Но с одним условием! — набралась храбрости и выпалила: — Я хочу увидеть мою семью!

— Не проблема, — Рио усмехнулся. — Я найду занятие по душе всей твоей родне в пределах Драконьей Гряды.

— Вот так, ещё не правит, а уже обещаниями разбрасывается, — возмутилась королева. — Настоящий король вырос, да, дорогой?

Нынешний правитель усмехнулся и кивнул.

Тишина наступила внезапно, если не считать мычание студентов, о которых вспомнили… когда вспомнили, в общем.

— Ыть… Хы-ыть, — Буль по-прежнему возился с узлами.

— Если позволите? — слово взял директор. — Хотелось бы узнать, зачем их так связали?

— А, эт я! — с гордостью ответил кобольд. — Они к Ёссе в гости вечерком наведатьси хотели всей толпой, явно недоброе удумали. — Сказав такое, он пнул Одатта прямо в колено.

— Я бы попросил не рукоприкладствовать! — возмутился мистер Лори.

— Дык это ж, руки и не прикладывал, ток ноги, и ток разочков несколька, — на полном серьёзе признался кобольд.

— Дорогой, может быть, поженим молодых уже завтра? — предложила королева. И тоже без иронии.

— Нет уж, пусть Тэри отучится, а мы как-нибудь потерпим, — король кивнул в сторону ничего не подозревающего кобольда.

А так они из-за седьмого условия хотели бы ускорить процесс, так сказать?

Негромко хихикнула своему открытию и поспешила, как и принцесса, сделать вид, будто кашляю в кулак.

Когда сладкую троицу, наконец, развязали, то уже через несколько минут мы успели выяснить, что Рениан и Силеника хотели привести ко мне Одатта, чтобы он извинился за воровство моей тетради с домашними заданиями. Чтобы я заодно попросила Волада, вернуть студента на занятия. Иначе, без сдачи экзамена, его могут отчислить. А он — единственная надежда для обнищавших аристократов и так далее, тому подобное. В подробности я не вслушивалась.

Сам Рениан уверял со слезами на глазах, что понятия не имел ни о какой смуте, он лишь передавал сведения о несуразном поведении принца старшему брату.

На том представление в комнате кронпринца окончилось.

Не смотря на угрозы всяческими страшными бумажками, лишающими головы, нас с Рио отпустили раньше всех без подписей и расписок. Принцесса покинула спальню вместе с нами, сказала, что дождется матушку и отца на улице.

А я, будучи в спортивной форме принца, вышла на солнышко и с огромным облегчением вдохнула свежий воздух моей альма-матер.

— Учти, ты обещал позволить мне повидаться с моими родными, — буркнула я смущенно, когда мы прошли немного вперед и устроились на лавочке в садике общежития принца.

— Учту, только если ты обещаешь соблюдать условия моего отца.

— Далась я тебе, — фыркнула и поспешила поджать губы.

— Поверь, после перспективы стать мужем для взрослой тётки, твоя кандидатура меня более чем устраивает.

— И почему я этому не рада? — спросила у самой себя.

— Погоди. Ещё успеешь в меня влюбиться, это я тебе гарантирую! — Тэрион часто заморгал, будто строил мне глазки. А я не удержалась от смешка.

— Как? Ещё нет? А так? — он повернул голову боком подставляя моему взору свой «чёткий» профиль. Оказывается, нос у него не совсем прямой и не такой красивый.

— Ну что? Уже?

— Не-а! — я со смехом поднялась с лавочки и зашагала вперед. Правда, уже через несколько секунд остановилась и с досадой обернулась ко входу в общагу.

— Что, проснулась жажда знаний? Рвёшься в бой, чтобы поскорее закончить ДУМО? — Рио правильно понял ход моих мыслей, но приписал все заслуги себе.

Не успела возразить, как он развернул меня в сторону учебного корпуса и, потащил за собой со словами:

— Вуди и Фиван наверняка взяли учебники и письменные принадлежности.

Как выяснилось позднее, ничего они не взяли, потому что всё утро до звонка искали Рио. А потом, прибыла стража, и Вуди, Фиван и Морти узнали, что принц замешан в скандале. Более того, в общагу перестали пускать, оцепив здание по периметру в несколько шеренг. Поэтому на учёбу им пришлось идти без вещей, чтобы потом не отрабатывать неявку.

К слову, неявку не отрабатывали, неуды — да.