Глава 13

Оказалось, что все менфоры в окружении Джареда черные. Разве что Ирма с легким рыжим отливом. На вид они, как пантеры, но говорящие. И только я отличилась. Причем ведьмака это так ошеломило, что он до сих пор странно поглядывал на меня, о чем-то сосредоточенно размышляя. Кроме всего прочего, я еще и первый оборот осуществила без каких-либо сопутствующих явлений, вроде боли, сонливости или невозможности быстро вернуть человеческий вид. Рокси, по словам нашего общего благодетеля, неделю провалялась в бреду, прежде чем опять превратилась в бойкую старушку, любящую подымить. А Ирма кидалась на окружающих, мучаясь от боли. У меня же все прошло как по маслу. Вот я еще девушка, сбегающая от несостоявшегося любовника, а потом раз – и самка снежного барса. Миниатюрная и изящная, а еще пушистая и ласковая, как настоящая кошечка. При этом ощущения были, словно я такой родилась. Может, среди моих прошлых жизней есть и жизнь ирбиса? Вдруг душа не только в людях воплощалась? – Что не так? – спросила я, устав чувствовать его взгляд на своем профиле. – Все так Коротко и ясно, но спокойней мне отчего-то не стало. Я больше не была барсом. Вернуть человеческий облик оказалось даже проще, чем обрести звериный. Это было сродни медитации. Следовало расслабиться, отринув все тревоги и сосредоточиться на собственном дыхании, представляя при этом себя девушкой. Можно было и на чем-то другом сосредоточиться, главное, чтобы в голову не лезли посторонние мысли, отвлекая от процесса «переодевания», как назвал смену ипостаси Джаред. Он около получаса просидел со мной, разжевывая информацию, обучая меня и то и дело поглаживая по голове и гибкой спинке. А я благодарно мурлыкала, даже если не хотела. Оно само получалось. Помимо воли. Но оборот случился, только когда ведьмак оставил меня одну, из чего я сделала вывод, что отвлекали вовсе не мысли, а он сам. Даже в образе животного я испытывала к Джареду влечение. Извращение какое-то! Эротические игры после моего возвращения в человеческое тело, к счастью, не продолжились, потому что еще одного оригинального способа отказать ведьмаку у меня в арсенале не было. Разве что пустой горшок о его голову разбить, но он и так уже пострадал от моей руки (вернее, от зубов). Сколько ж можно? Одолеваемая муками совести, я обработала рану Джареда и перевязала его плечо, не забыв лишний раз поблагодарить за урок по смене облика. Без ведьмака и его советов я бы долго бегала по лесу в образе ирбиса. И хорошо, если бы не оказалась подстреленной охотниками или пойманной торговцами животных для продажи в зоопарк и частникам. Позже…– Джаред, поговори со мной. Ты меня пугаешь! – Я потрясла его за руку, выводя из задумчивости. Он скривился от боли, и я виновато пробормотала: – Прости. Мы ехали по лесной дороге в черном мрачном автомобиле без каких-либо отличительных знаков. Даже металлического декора не было, как на пикапе Роксаны. Больше скажу – я понятия не имела, кто за рулем, потому что пассажирские места от водителя отделяло темное непроницаемое стекло, да и все прочие стекла были такими же. Как это чудище на колесах, вообще, ездит? Это же опасно! Тем не менее я в него села, когда Джаред, открыв дверцу, жестом предложил мне забираться внутрь. Причиной же такого послушания были слова ведьмака о том, что он вычислил и поймал моих похитителей. Всех троих. А зацепка с цветочным салоном оказалась, помимо прочего, попыткой затянуть следствие, чтобы полицейские не сразу обнаружили пропажу подозреваемых. За то, что морочил мне голову, я хотела его ударить, но за возможность лично допросить тех уродов все ему простила. Даже поцеловала в щеку от переизбытка чувств. А он от этого завис, впав в раздражающую меня задумчивость. Никогда раньше такого не случалось. Ехидный, нахальный чародей, способный воскрешать людей и превращать их в оборотней, внезапно стал каким-то отрешенным, неразговорчивым и совершенно неироничным. – Джаред… – в третий раз позвала я, не очень-то надеясь на беседу. – Я немного устал, Кайли. – Голос его звучал глухо, а улыбка, скользнувшая по губам, была вымученной. – Слишком много сил отнял твой второй оборот. – Сил? Но… – Я хотела возмутиться, сказав, что он же просто рассказал мне, как это делать, однако прикусила язычок, сообразив, что вместе с поглаживаниями, очевидно, ведьмак подпитывал меня своей энергией (то есть, магией), и именно поэтому меня не постигла участь Рокси и Ирмы. Возможно, все прошло бы и легче, учитывая первое удачное превращение, но точно не в течение часа. – Спасибо тебе, – мурлыкнула я, хотя уже не была кошкой. Донимать его расспросами перестала. А он, прикрыв глаза, задремал. И теперь уже я любовалась его профилем, некоторое время назад обнаружив, что отлично вижу в темноте. В лесу…– Готова повеселиться? Прежний Джаред вернулся, и я была этому очень рада. Губы его кривила предвкушающая улыбка, глаза хитро сверкали, а пальцы, ритмично щелкая, кастовали зеленые огоньки, освещавшие путь. В обрывках между кронами виднелись две луны, ночной лес жил своей жизнью, такой непохожей на городскую. В другой ситуации я бы уже умирала от страха, находясь тут, но с ведьмаком бояться было нечего, ведь Гримвуд, как он мне доверительно сообщил, его владения. Я думала, что встретила эксцентричного фокусника из квартала мистиков, а он оказался лесным королем. Тем самым таинственным созданием из легенд, в которого я верила и не верила одновременно. Когда жила в Гримуршире, считала все это сказками: ну ведь не может, в самом деле, лес пойти войной на города, как утверждала история нашего острова! А когда очнулась полураздетая и в грязи в Гримвуде, брела по запутанным тропам, прислушиваясь к жутким звукам и треску веток… о-о-о… вот тогда-то я во все эти сказки очень даже поверила. Так и чудилось, что за деревьями прячется оборотень. Сейчас же окончательно убедилась в их существовании, потому что сама стала одной из них. Менфора… меняющая форму. Красиво звучит! Женщина в теле кошки и кошка в теле женщины. Как теперь с этим жить? А как объяснить это сестре, Изольде и всем остальным? Самый логичный ответ – никак. Надо просто научиться контролировать оборот, чтобы никого ненароком не напугать после официального «воскрешения», и вести отныне двойную жизнь, тщательно скрывая ото всех, кто я такая. Надо, да… Но получится ли? Ведь лесной хозяин может потребовать плату за свои услуги, и тогда я буду вынуждена вступить, как в секту, в его маленькую свиту. Хватит ли у меня сил отказать этому мужчине? Даст ли он мне такую возможность? Или оставит подыхать на болоте с дыркой в голове, раз не оценила его щедрый подарок? – Осторожней, ступеньки, – придержав меня за талию, сказал Джаред, когда мы спускались в жутковатого вида бункер, расположенный под землей. У меня даже промелькнула мысль, не ловушка ли это? Но я ее откинула, решив, что ведьмаку незачем сажать меня на цепь. Я и так принадлежу ему, по его же словам. Имей он такие планы, сидела бы я в этой землянке уже давно. Мазнув пальцем по стене, поняла, что она и правда земляная. Мрачно улыбнувшись, поставила испачканным пальцем точку себе на лбу в память о последней встрече с моими убийцами. Открыв невысокую дверь, Джаред пропустил вперед… нет, не меня – всего лишь стайку проворных «светлячков», озаривших небольшое помещение, где на стенах, точно трофеи, висели три парня. Полураздетые, мускулистые, с врезавшимися в память черно-красными наколками. Их удерживали не цепи или веревки, как мне показалось сначала, а упругие и гибкие древесные корни, торчавшие прямо из стен. Они связали пленников по рукам и ногам, свернулись кольцами вокруг живота и шеи, не давая вырваться. И что-то мне подсказывало, что эти древесные путы прочнее любых кандалов. С появлением Джареда парни оживились, задергались, насколько позволяло положение, наперебой умоляя их отпустить. Когда же следом вошла я в зеленоватом свете магических огней, у них будто язык отсох, а глаза округлились от ужаса. Один даже заныл, как девчонка. Тот самый, чье лицо я запомнила. Жалкий мерзкий уродец! Он и его подельники. Какого это оказаться на моем месте? Жаль, нет камеры для пущего сходства. Не нравится роль жертв? Готовы скулить и вспоминать мамочку? Мерзкие слизняки! Даже я не плакала, когда они меня убивали. – Не может быть, не может… – забормотал другой преступник, как в бреду. Будь его рука свободна, уверена, он начал бы отчаянно креститься, взывая к Небесному Свету. – Ты мертва, мертва… я сам тебя… Мерзавец не договорил, да этого и не требовалось. Теперь я точно знала, кто пустил мне в лоб пулю, но жалости к другим это не прибавило. Они ВСЕ участвовали в моем похищении, ВСЕ собирались надо мной надругаться под прицелом объектива. И в моей смерти они тоже виноваты ВСЕ. Без вариантов. Третий пленник молчал, чем и вызвал мой интерес. Медленно подходя к нему, я испытывала такой прилив ненависти, что когти на руках снова начали удлиняться, а глаза, подозреваю, вспыхнули, как у всех менфоров, которых мне доводилось встречать. – Ведьма, нежить, призрак, – запричитал его сосед, а самый стойкий продолжал смотреть на меня так, будто пытался взглядом упокоить. Наивный! Желание Джареда повеселиться и поиграть оказалось заразительным. Подкравшись к парню, который выглядел старше остальных и значительно злее, я ласково промурлыкала: – Давно не виделись, котик. – Скользнув коготком по его обнаженному торсу, сплошь покрытому рисунками и ссадинами, приподнялась на носочки и с придыханием произнесла: – Тоскливо одной на болоте… я за вами пришла. – Тварь потусторонняя! – не выдержал «крепкий орешек», отчаянно пытаясь вырваться из древесных пут, которые от его дерганья стягивались еще сильнее. – Зачем же так вопить? – поморщилась я. – Инфернальные сущности не любят громких звуков. – Я продолжала ломать комедию с молчаливого одобрения ведьмака, который стоял, скрестив на груди руки, и откровенно наслаждался представлением. – Итак, мальчики, кто первый расскажет мне, почему вы меня похитили и убили… умрет последним и, может быть, даже быстро. Остальных буду пытать долго и с удовольствием, – с видом маньяка, влюбленного в свое садистское ремесло, проговорила я и задумчиво посмотрела на собственные когти. – Мы же все рассказали! – заныл младший. – Ему! – он кивнул, насколько позволял корень, на ведьмака. Обернувшись на Джареда, я вопросительно подняла бровь. Тот пожал плечами, продолжая улыбаться. То есть он опять все знает, а мне выдает жалкие крохи, и с интересом наблюдает, как я иду по его следу. Так, что ли? – Хотел, чтобы ты услышала все от них, – снизошел до объяснений ведьмак. Я же подумала, что он просто хотел развлечься, чем, собственно, и занимался. А и ладно! Мне тоже нравится это шоу. – Итак? – обернулась к нытику я. – Она заплатила нам. Много, – принялся рассказывать он, глядя на меня, как на привидение. Или на труп, восставший из болотной трясины, что, кстати, правда. Огоньки подлетели к нам, точно любопытная мошкара, и закружились рядом, добавляя движения статичной сцене. – Не убивайте, мисс покойница-а-а… – А твой друг меня разве пожалел? – спросила вкрадчиво. – Ми-и-ис… – Отставить истерику! – рявкнула я, и парнишка, испуганно вздрогнув, заткнулся. – Кто меня заказал? – Не знаю. Она приезжала затемно, прятала лицо под черной вуалью, а руки скрывала под перчатками. Ну, здорово! При таком маскараде это мог быть кто угодно, даже переодетый мужик. – Имя? – Белая лилия. Еще веселей! Странно, что не черная. – Фигура, походка, голос… хоть что-то ты запомнил? А вы? – обратилась я к остальным. – Разве призраки не должны все знать? – съязвил старший, зло сплюнув. Отчего схлопотал по физиономии тонким хлестким корешком, отделившимся от стены. Знатная вышла затрещина! – Скоро сам выяснишь, – пообещала я, подарив ему ласковый оскал. Ишь, умник нашелся! – Рост средний, фигура худощавая, говорила мало и шепотом. Да и темно там было, – отчитался пленник номер два – тот, который стал моим палачом. – Убейте меня быстро, мисс. Прошу! – выпалил он, зажмурившись. Я снова обернулась к Джареду, потому что убивать никого не планировала. Ни быстро, ни медленно – никак! Напугать до полусмерти – с удовольствием. Избить? Да их, судя по виду, уже отходили так, что живого места не осталось. Но убивать… Как-то это не по-человечески. Особенно когда жертвы не в силах оказать сопротивление. Я же не они, верно, чтобы так низко пасть? – Где вы с ней встречались? Были ли свидетели? – продолжила допрос я, расхаживая от одного пленника к другому, и демонстративно перебирая когтями, которые даже не думали уменьшаться. Ответы новых зацепок не дали. Целью же загадочной твари, нанявшей троих амбалов, было мое похищение, унижение и последующее убийство. Так что никакой ошибки не произошло, меня просто пристрелили раньше, чем успели воплотить в жизнь прочие указания. Причем все это следовало снять на камеру, чтобы у сволочи под псевдонимом Белая лилия были доказательства выполненного заказа. Только после их получения, она передала оставшуюся сумму наемникам. Не всю, потому что они умудрились накосячить. Еще и жадная гадина оказалась! М-да. Вытягивать их пленников больше было нечего, разве что жилы, но это точно не мой профиль. Подойдя к Джареду, я подняла голову и заглянула в его прищуренные глаза, всем видом намекая, что пора заканчивать. – Дорогая, хочешь, я вспорю горло твоему убийце? – Слишком легко для него, – решила подыграть я. Мы же играем, да? Или нет? – Тогда как насчет самого несговорчивого? – ласково предложил ведьмак, тоже отращивая когти, которые в отличие от моих были черными. – Или желаешь сама о них всех позабавиться? – Милый, – в тон ему ответила я. – Если честно, мне просто руки марать неохота об это человеческое дерьмо. Пойдем лучше подышим свежим воздухом, а? – Как пожелаешь, обворожительная моя, – продолжая спектакль, сказал ведьмак. – Призраки не дышат! – крикнул нам вслед старший. Может, зря отказалась от предложения? Омерзительный тип! Еще и инстинкт самосохранения отсутствует. – Призраки, может, и не дышат, – обернулась я у двери. – А трупы, вернувшиеся в мир живых, чтобы отомстить, да, – произнесла зловеще. Очень надеюсь, что глаза мои в этот момент ярко сверкнули для полноты картины. Впрочем, и без них неплохо получилось, потому что все трое притихли, глядя на меня, как… очевидно, как на труп… ходячий и мстительный. Я бы на их месте тоже перепугалась, будь у меня рыльце в пушку. Когда выбрались из земляного бункера, я действительно глубоко вдохнула, наслаждаясь лесными ароматами. А потом посмотрела на ведьмака: долго и пристально, после чего спросила: – Что с ними будет? – Ты, правда, хочешь это знать, Кайли? – Нет, – ответила, немного подумав. – Но если мое мнение что-то значит… – Продолжай, – милостиво разрешил он. – Я не хочу их смерти. Наверняка есть люди, которым они дороги. Но и безнаказанными оставлять их деяния тоже нельзя. Эти люди должны усвоить урок на всю жизнь и больше никому не причинять вреда. Никогда. – Марибет – добрая душа, – рассмеялся Джаред, потрепав меня по волосам. – Четыреста лет прошло, а тебе по-прежнему всех жалко. Даже собственных убийц. Неисправима! Четыреста?! Свет всемогущий! Так он точно был тем, кто возглавил лесное полчище, отстаивая права флоры и фауны с помощью силы? То, во что раньше не верилось, теперь казалось таким естественным, понятным, правильным. Похоже, я, действительно, изменилась. – Я не Марибет, – произнесла по привычке. – Конечно, птичка Кайли, прости. Оговорился. Лесной король положил мне руки на плечи, а потом вдруг прижал к себе, опустив подбородок на мою макушку. – Кошка, – буркнула я, не до конца понимая его действия. Совсем не понимая. – Что? – Ты превратил меня в кошку, а не в птичку, – напомнила ему про сегодняшний оборот. – В ирбиса. – Ты сама превратилась. Он продолжал меня обнимать, чуть покачивая из стороны в сторону. Никаких домогательств, никакого ехидства – просто объятия: теплые и нежные. Я бы даже назвала их дружескими, но по ощущениям они были больше отеческие. А ведь я… то есть Марибет убила его обожаемую жену! Или ведьмак сам этого хотел? Потому и оживил меня, вернув давний должок? Нет, ерунда! Он же говорил, что наши отношения – это месть… долгая и сладкая. – Но… – С моей помощью превратилась, – шепнул Джаред, целуя меня в макушку. – Идем домой, Кайли, – сменил тему он. – В бунгало? – Нет, – сказал и, выдержав паузу, повторил многозначительно: – Домой! Некоторое время спустя…Я могла поклясться, что дом с лианами, свисающими с потолочных балок, был на гораздо большем расстоянии, чем мы прошли. Дорога напоминала монтаж в кинофильме. Один пейзаж, а следом другой… то мрачные колючие ели, то болотные огни над угрюмыми топями, а потом вдруг залитая лунным светом поляна. Сцены менялись без какого-либо визуального или звукового предупреждения. Мы просто переходили из одной локации в другую и все. Как из комнаты в комнату, но без дверей. Я спрашивала Джареда, как такое возможно, а он загадочно улыбался и не отвечал. Интриган чертов! С другой стороны, чему тут удивляться? Я продолжаю жить после того, как погибла, превращаюсь в дикую говорящую кошку и обратно, периодически щеголяю жутким «маникюром» и прогуливаюсь по Гримвуду под ручку с лесным хозяином. Ночью. Вдвоем. Подумаешь, через сеть порталов прошла, границы которых не подсвечены. Бывает! Или не порталов, а чего-то другого, но очень похожего на них. Если в нашем мире есть оборотни и чародеи, способные оживлять мертвецов, почему и такому чуду не быть? А что Джаред молчит, так это вполне в его стили. Пытка любопытством, подозреваю, один из этапов обещанной им мне мести за смерть жены. И все же… зачем я убила Эрис? Надо срочно навестить водопад, только без ведьмака. Пока сама во всем не разберусь, он не должен ничего узнать о моих последних воспоминаниях. Сейчас мы на одной стороне, объединенные общими целями, но я ни на минуту не забываю о том, зачем понадобилась Джареду. Это как заключить временный союз с врагом для победы над кем-то третьим. С обаятельным, хитрым и очень привлекательным врагом, который любит взрослые игры. Что ж… сыграем! В том числе и в шахматы. В особняке лесного короля…Мы сидели в просторной гостиной с диваном, где теперь стояло еще и удобное кресло. Между ними – все тот же низкий столик с шахматной доской, на которой выстроились резные фигуры. Уже не все, к сожалению. Я играла белыми, но мне это не очень-то помогало. Правила были просты: один ход – один вопрос, а проигравший выполняет желание победителя. Именно так и никак иначе, потому что иначе ведьмак, похоже, не может. Точнее, не хочет. – Как ты вычислил моих похитителей? – двинув вперед очередную пешку, спросила я. – У меня свои методы, – лишив меня слона, сказал чемпион Дарили по созданию интриг из воздуха и не только. – Шах, – улыбнулся он, взяв с сервировочного столика, стоявшего рядом, бокал вина. На тарелке лежал порезанный кусочками сыр и буженина. Первое ел он, второе – я. Без ажиотажа, как было в бунгало. И точно без тошноты. А вот сонливость, напротив, мучила меня все сильнее, хотя по моим подсчетам, в спячку впадать было рано. – Это не ответ! – возмутилась я, спасая свое положение на шахматном поле. – Так я и вопрос не задал. Квиты, – парировал хозяин лесного дома, где пахло деревом и дикими травами. – Неужели сложно объяснить? Рэй ищет этих мерзавцев который день, а ты не только нашел их, но и в бункере запер. Это какая-то магия, да? Очередные твои «фокусы»? – Фокусы… – Джаред усмехнулся, глядя на доску. – Ну, может, и фокусы. Видишь ли, Кайли, у меня есть глаза и уши практически везде. Мои верные во́роны, деятельные менфоры и обычные люди, которые либо мне задолжали в прошлом, либо просто готовы рассказать что угодно, за достойное вознаграждение. А ради ценной информации я готов немного потратиться. Рэй же твой только наручниками бряцать умеет и угрозами сыпать, – презрительно бросил он, делая ход конем. – Моя очередь! Я тебе нравлюсь? И ведь не возмутишься! Игра есть игра, а тему вопросов никто не оговаривал. – Ты интересный, – подобрала наиболее нейтральное слово я. – Это не ответ, – настала его очередь возмущаться, причем моими же словами. – Тебе кратко или развернуто? Я тоже взяла вино с подноса, но, понюхав, вернула бокал на место. Налила себе в пустой стакан колодезной воды и принялась с удовольствием пить, закусывая кусочком запеченного мяса. Вкусно! – Развернуто. – Ты мне нравишься. Потому что ты вернул меня к жизни, и я тебе благодарна. Еще потому что ты помогаешь мне разобраться с проблемами, и за это тоже тебе огромное спасибо. – Нравлюсь из благодарности? – скривился Джаред, явно рассчитывая на что-то другое. – Ты симпатичный, необычный и очень харизматичный, – похвалила его я. – Такие всем нравятся, но… – Не тебе. – Отчего же? – делая очередной глоток, не согласилась с его выводом я. – Меня тоже привлекают все эти качества. Просто я осторожная. – Ты-то? – Ведьмак расхохотался, чуть не подавившись вином. Даже жаль, что чуть. – Ты мне нравишься, – повторила с нажимом, съев наглую черную пешку, рвущуюся к моей первой горизонтали. – Но это ничего не значит, потому что мне многие нравятся. Рэй, например. Или мистер Сноудер с Большой Земли, изъявивший желание инвестировать кругленькую сумму в мой бизнес. А еще… – Достаточно! – оборвал меня Джаред, а ведь я только начала загибать пальцы. Демонстративно. – Твой вопрос? У тебя секунда, потом я сделаю ход и задам свой, – заявил он мстительно. – Меня в сон клонит. Это нормально? Рано же еще, – призналась я. – Шах, – опять «обрадовал» ведьмак, передвигая своего ферзя на боевую позицию. Я только вздохнула, предчувствуя неминуемое поражение. Давненько не играла в эту занимательную игру, а ведь раньше, помнится, мы с Элкой часто время за шахматами проводили. Сестра терпеть не могла проигрывать, и я порой поддавалась ей, чтобы увидеть, как она радуется, бегая, прихрамывая, по комнате и при этом еще и пританцовывая. – Ты изменилась, Кайли, – серьезно сказал Джаред. – Прежние правила больше не работают. Сейчас ты будешь много есть, пить и спать. – Он бросил взгляд на буженину, из которой я съела всего кусочек. – Точнее, тебе надо больше есть, пить и спать. Первые обороты требуют много энергии. Но через какое-то время и это все устаканится, и ты заживешь обычной жизнью. Обычной для менфоры, – уточнил он, улыбнувшись. Загадочно! – А когти? – делая рокировку, спросила я. – Они так и будут вырастать, когда им вздумается? – Не когда вздумается, а в моменты сильных эмоциональных потрясений. Ну, или в преддверии очередного оборота. – То есть я в любой момент могу снова стать ирбисом? – меня охватила паника. Это что же теперь… сидеть в бунгало или в доме ведьмака и не высовываться, пока мои изменения не устаканятся, как он только что выразился? – Не думаю, что это произойдет в спокойной обстановке. Но если сильно понервничаешь или возбудишься… – Джаред скользнул взглядом по моим губам, шее и остановился на груди, видневшейся в вырезе блузки. А мне опять стало жарко, хотя он ничего особенного не делал. Зато память моя вместе с фантазией работали за десятерых. – Выпей водички, темпераментная моя, – с улыбкой победителя предложил чересчур догадливый гад, протягивая стакан. – А то придется спать сегодня в серебристой шубке, а не под моим одеялом. – Твоим?! – Ну а каким же еще? Дом мой, комнаты мои, как и все, что находится в них. – И так он это произнес, что стало ясно – речь не только про одеяла. – Шах и мат, обворожительная моя. За шахматным столом ты играешь хуже, чем в постели. Может, пойдем туда? – Сделаю вид, что не поняла твои намеки, Джаред, – сказала я, сладко зевнув. – Мне, правда, очень хочется спать. Можно? – спросила с невинным видом, еще и бровки домиком сложила, строя из себя бедную овечку. – Ты проиграла, – напомнил он условия. Я смиренно кивнула. – Что пожелает господин? – спросила обреченно, а потом снова зевнула. Уже не специально. – Сказку на ночь? – пошутила, прикрывая ладонью рот, потому что зевота не покидала. – Я подумаю, – неожиданно произнес ведьмак. Я даже взбодрилась, так как настроилась на привычный расчет поцелуями. – Ладно, – пробормотала, интуитивно ощущая, что добром эти его раздумья не закончатся. Так, все! Надо срочно идти спать. Утро вечера мудренее.