Глава 8
Некоторое время я отчаянно надеялась, что Дреймор пропустил последние слова командира мимо ушей. В конце концов, он ведь еле сидел… плохо соображал… еще помнил роды. Те произвели на приятеля большее впечатление, нежели столкновение звездолетов и пальба из плазменных пушек прямо по нашему истребителю…
Однако стоило хорру подкрепиться и вернуться к прежнему бодрому расположению духа, что у мужчин почти всегда наступает одновременно, приятель вскинул на меня взгляд и спросил:
– Он тебе нравится?
Я поперхнулась плюшкой и закашлялась. Дреймор криво улыбнулся, встал и похлопал по спине. Пока хорр проделывал этот нехитрый маневр, я внезапно осознала, что симпатизирую станху, думаю о нем больше, нежели о других мужчинах, вообще слишком много думаю о капитане. Отслеживаю его реакции, слова и действия куда более тщательно, нежели в случае других своих ухажеров. А ведь Фент в принципе и не ухаживал за мной… Или ухаживал?
Я не понимала капитана и все же почему-то ждала от него объяснений, какой-то демонстрации, что станх очарован, хочет отношений, а не просто флиртует в своей странной инопланетной манере.
Когда я перестала кашлять и отдышалась, Дреймор вернулся на место, а в столовой появился Влад. Посмотрел как-то странно, явно со скрытым смыслом, будто напоминал о разговоре про Фента и его прежнюю работу. Черт! Как все запуталось! Что же такое эдакое: нехорошее, неприличное или неправильное мог делать станх? Ведь оба капитана: бывший и нынешний убеждены, что правда меня не обрадует. Фент моментально стух и затих, когда Влад намекнул о его работе на родине…
– Он определенно очень в тебе заинтересован, – внезапно сообщил Дреймор, отхлебнул чаю и сосредоточился на моем лице, словно планировал прочесть там ответ.
– Не знаю… Он непонятный, – только и смогла выдавить я.
Хорр поменял позу, отставил полупустые тарелки и вновь уставился неотрывно. Лицо Дреймора выглядело недовольным и хмурым. Хм… Еще удивительней. Но следующие слова приятеля все прояснили.
– Олеся. Ты прекрасный хорр, как профессионал. Но ты довольно замкнутая и нелюдимая. А еще… Ты часто не замечаешь, какие чувства испытывают к тебе другие.
– Да брось! – возмутилась я. – Никакая я не замкнутая! Просто профессия обязывает! Ты сам не устаешь от чужих эмоций? Не мечтаешь посидеть в тишине и покое? Чтобы никакие порывы и чувства не будоражили нервы и не тревожили ауру?
– Об этом я и говорил, – голос Дреймора звучал почти обвинительно. Не припомню, чтобы он прежде так со мной разговаривал. Маска рубахи-парня: разбитного и общительного внезапно слетела с приятеля. Хорр выглядел чуть обиженным, немного злым и раздосадованным.
– Олеся… Ты редко замечаешь чувства окружающих, – Дреймор понизил голос, но каждое слово грохотало в моих ушах гонгом. Мы никогда так не общались с хорром. Обычно наши беседы сводились к дружеским подтруниваниям, обсуждениям проблем насущных и просто ненавязчивому обмену мнениями. Сейчас же, чудилось, приятель перешел на какой-то новый уровень, причем без моего ведома и согласия.
– Вспомни, как ты удивилась, когда я признался, что… неравнодушен, – хорр взял недолгую паузу, отдышался, словно нахлынуло волнение, густо залился краской и закончил: – Ты сказала, что и не представляла, не думала, видела во мне только друга. А ведь я не раз с тобой заигрывал, намекал, приглашал на свидания.
– На свидания? – я осеклась, прокручивая в голове первые месяцы нашего знакомства, а затем и следующие. А ведь и правда! Он звал меня в кафе, в ночной клуб станции, погулять по искусственным садам и в спортзал! Мы ходили туда вместе. Вот только я все воспринимала как желание дружеского общения, ведь хорры лучше понимают себе подобных…
Намекал?
Ах, да! Пару раз Дреймор обронил: дескать, я слишком хороша, чтобы стать другом женщиной. Упоминал, как увидел меня впервые, восхищался, рассказывал, что даже дух захватывало.
Приносил еду, когда вместе трапезничали… Делал комплименты, как хорошо выгляжу. А я… я принимала все как элемент шуточного заигрывания. Все-таки мужчина должен показывать себя мужчиной. Это его неизменная гендерная роль: поведать женщине о ее привлекательной внешности или умолчать о непрезентабельном виде… Сказать, что поморщился из-за перченой еды…
Мы танцевали вместе на разных вечеринках и просто в ночных клубах, затевали соревнование в накокку на поцелуи… Дреймор неизменно помогал, если требовалось, оказывался рядом в сложных обстоятельствах. Даже сейчас, если я искала веселья, беззаботного женского общения, то шла к Эле, а если хотела помощи и поддержки – то отправлялась к Дреймору…
И правда, ну очень похоже на Фента.
– Я-а-а… Не знаю, – промямлила под внимательным, досадливым взглядом хорра. Тот отмахнулся.
– Не страшно. Я быстро понял, что ты не испытываешь романтических чувств. Куда больше времени ушло на то, чтобы примириться и отступиться. Но у меня и это неплохо получилось. Так что… Проехал и забыли…
Но ты ведь явно симпатизируешь этому станху. Да и у него разве что пар из ушей не валит, когда вы вместе. Дай парню шанс. Почему бы и нет? Сколько ты одинока, Олеся?
Я повела плечом. Уже и не вспомнить…
«Да бро-ось! Глупости все это, ребячество! Зачем тебе служить в патруле, если мы можем жить на мои средства? Ты красива, умна и легко составишь мне пару на любых мероприятиях. Олеся, никому не нужны твои глупые подвиги на ниве спасения граждан. Мы можем жить как хотим на деньги моих родителей…»
Да-а-а… Это был Стас. Станислав Родищев, сын одного очень богатого земного чиновника, между прочим, члена совета рас. Блондин с безупречной улыбкой и золотистыми волосами. Спортзал, диета, салоны красоты – этот мужчина всегда выглядел безупречно. Он красиво ухаживал, вскружил мне голову, рассыпался в комплиментах и обещаниях. Как заведенный талдычил какая я особенная, как уважает мой выбор и мою работу… А завершилось все банально и просто. К ноге женщина, лаять по моему приказу, сопровождать на прогулке… Рядом, сидеть, голос!
Многие удивлялись, что мы расстались, считали прекрасной парой…
Предыдущие…
«Да перестань! Я завтра помою посуду. А сегодня мне некогда. Межрасовый чемпионат по футболу в самом разгаре! Лучше принеси пива…»
Гайс… Красавец-брюнет, смешанных кровей. Горячий, страстный и необузданный… Вначале мы не могли насытиться друг другом. Не только в плотском смысле, вообще. Разговаривали часами, слушали с упоением и также предавались страсти в постели. А потом выяснилось, что общего у нас, в общем-то, и нет.
Гайс любит футбол, работу манекенщиком и свою маму, которая вечно вмешивалась в отношения великовозрастного сыночка. Я же люблю помогать разным существам. Обожаю приключения и терпеть не могу эти выходные дома, в обнимку с бочкой чипсов у телевизора или в спортбаре, с тем же набором.
К тому же, Гайс почти никогда не помогал мне на кухне или по хозяйству. Хотя все это делалось автоматами, требовалось лишь управлять ситуацией.
От бравых возгласов «Оле-Оле!» меня до сих пор передергивало.
«Крошка, вот закончатся переговоры, и обещаю – мы полетим отдыхать на лучший курорт Галактики».
Ильдар… Мужчина хоть куда. Привлекательный, состоятельный и ответственный. Всегда гладко выбрит, одет с иголочки, и меня наряжал как дорогущую куклу. Он нанял мне домработницу, не требовал бросить все и ухаживать за собой любимым. Но… мы виделись от силы раз в две недели. Все остальное время Ильдар занимался своей «летучей империей» – заводами по производству элитных гоночных автомобилей.
Я почти не заметила, когда мы расстались…
С тех пор я позволяла себе лишь легкие интрижки без продолжения. Со станхами тоже. Инопланетники порой могли в постели такое, что сородичам и не снилось. Но не более.
Фент? Пока он оставался загадкой. Но уже то, как сильно капитан отличался от всех моих бывших, говорило в его пользу. Да и служили мы вместе, а, значит, наконец-то попался мужчина, что разделял мои идеалы. Даже поразительно, что я сразу этого не заметила.
Дреймор кивнул и произнес с оттенком горечи:
– Напиши ему, что согласна встретиться. Уж я-то знаю – каково это кружить возле тебя акулой и не получать в ответ ни единого знака внимания…
Я развела руками, потому, что не понимала – как еще ответить на это признание, вздохнула и нашла номер капитана в браслете-компьютере.
Такс… К настоящему свиданию я пока не готова. Надо немного осмыслить ситуацию, свыкнуться с мыслью о возможных отношениях. Остается…
«Предлагаю вместе сходить в спортзал, на тренировку, если ваш график хоть немного совпадает с моим. Я занимаюсь каждый третий день. В основном, йогой, но это не суть важно. После тренировки можем сходить в кафе. И еще.. Спасибо вам за помощь в столовой. Мы слишком устали и немного заторможены, поэтому не поблагодарили сразу же…».
Палец так и повис в воздухе, над виртуальной кнопкой «отправить», что выскочила из браслета-компьютера. Дреймор хмыкнул, и я опустила палец.
Не успела вернуться к чаю, как прилетел ответ Фента.
«Спасибо, что нашли на меня время. Постараюсь стать более разговорчивым и привычным для вас спутником. Зайду в семь. Подходит?»
«Да» – мой ответ не требовал дальнейших сообщений. Но спустя секунду прилетел виртуальный букет цветов. Пышный, пестрый, огромный, он выскочил из браслета-компьютера и прокрутился перед глазами.
Васильки, колокольчики, гигантские полевые ромашки, ирисы – все, что люблю. К розам, орхидеям и прочим шаблонным проявлениям мужского внимания я относилась с изрядным предубеждением. Их холодная показная красота отталкивала. А расхожее клише, что за подобные цветы и конфеты покупаются время и симпатия дамы, дополняло неприятные впечатления.
И лишь спустя секунду дошло: все патрульные в столовой смотрят на меня и букет, что вращается над столиком. Я торопливо отключила показ сообщения. Поймала взгляд Дреймора «Я же тебе говорил» и невозмутимо продолжила чаевничать.
Уверена, все патрульные в столовой сейчас обсуждали букет и его отправителя. Гадали, кто же он: Дреймор, Влад или Фент? А может новый поклонник? Что ж, это гораздо лучше, чем пытаться набить друг другу морды всего лишь за принадлежность к иной расе…
Сегодня впервые капитан не провожал меня с дежурства, и мы с приятелем покинули истребитель вдвоем…
… Мы с Дреймором расстались возле моей комнаты. Хорр остановился, непривычно поднял мою голову за подбородок и произнес взволнованным голосом:
– Олеся, я счастлив, что мы друзья. Я правда это очень ценю.
С этими словами хорр развернулся и, не дожидаясь ответа, устремился прочь по коридору. Похоже, заразился от Фента этим способом прерывать диалог. Получил передоз общения с капитаном.
… Пока собиралась на свидание, прослушивала последние Галактические новости, и они совершенно не радовали.
Симпатичные девушки-дикторы с экранов компьютера-визора в моей спальне наперебой твердили о том, что Землю сотрясают ссоры и даже драки между людьми и хоррами. Похоже, ситуация коснулась не только патруля – агрессия вспыхивала повсеместно.
«Сегодня, на концерте известного поп-певца Танальо Бриса люди и станхи устроили настоящую бойню…» – невозмутимо зачитывала диктор на первом канале.
«Стычка между станхами и людьми потрясла посетителей и персонал ресторана «Лавстори», расположенного на крыше центрального небоскреба столицы Земли – Алленсии…».
«Недавно, в холле больницы скорой медицинской помощи в небольшом городке Влассарде со смешанным населением вспыхнула настоящая ссора между станхами и людьми за право быть первыми на осмотре врачами…»
«Прибывшие на место хорры не смогли быстро потушить склоку, впервые за многие столетия сотрудничества рас…»
«Дежурные хорры-конфликтологи не сразу справились с ситуацией…»
Все то же самое, что и на станции. По планете неслась волна агрессии между людьми и станхами… Понятно, что все это не спроста и не просто так причины конфликтов пока засекречены, если судить по ответам Фента. Но одно меня очень насторожило.
В коротких видео, на которых люди и станхи ссорились или дрались, кидались друг на друга с кулаками или обвинениями, то и дело звучало:
– Инопланетные рыбы!
– Потомки рыб и приматов!
– Вы постоянно что-то скрываете!
– Вам нельзя доверять!
Эти фразы проскальзывали всякий раз и у меня возникло стойкое де жавю с происшествием на корабле…
Так… Вот это уже очень даже любопытно. Главные причины конфликтов сводились к древнему предубеждению и недоверию, которые, вроде бы преодолели много веков назад. Словно кто-то нажал на волшебную кнопку и отмотал столетия, чтобы опять столкнуть нас лбами с союзниками. Но как? Как подобное вообще возможно?
Я не находилась с ответом и от этого тревога лишь разрасталась.
Впрочем… сделать я пока ничего не могу. Свидание с Фентом уже через двадцать минут, так что попытаюсь получить удовольствие. И кто знает – вдруг станх поделится хоть какими-то сведениями? По доброте душевной и в качестве залога симпатии?
Внезапно почему-то вспомнился Гайс с его «Вечно ты думаешь о работе! Даже на романтическом уикенде!»
А следом Стас «Да ты ведь не женщина – ты функция!»
И, наконец, Ильдар.
«А разве ты сама не помешана на работе? Когда ты в последний раз развлекалась, не думая о служебных проблемах?»
Черт! А ведь мои бывшие в чем-то правы. Мы крепко сошлись в злобных эпитетах и очень здорово не сошлись характерами. Но… в целом, мои прежние мужчины порой говорили дело. Наши взаимные удары по самолюбию кинжалами язвительных реплик и дубинами оскорблений порой содержали и вполне себе правильные претензии. Просто никто не хотел разбираться…
Почему-то вспомнилось, как однажды Дреймор сказал: «Отношения – это как парный танец. Если у кого-то заплетаются ноги – падают двое. Если кто-то не выдерживает ритм – сбиваются оба. Невозможно танцевать без помощи партнера. И если один уходит в низкий брейк, а другой кружится в вальсе – ничего путного из этого не получится».
Мы просто оказались слишком разными. Никто не виноват, что танец не вышел.
Это лишь в фильмах танцоры хип-хопа и брейка легко осваивают балет и латину и наоборот… Там, наверное, стимулов больше – победить, поступить в престижную Академию… В наших же случаях всякий раз оба не особо старались, словно чувствовали, что мы не пара.