Глава 13

Дверь распахнулась, и на пороге я столкнулась с женщиной, которая держала мальчика пяти-шести лет. Мне бросился в глаза, взгляд ребёнка: стеклянный, бессмысленный. В руках малыш крепко держал замусоленную тряпичную куклу. Дети тут взрослеют рано, жизнь такая, к трём годам уже начиная помогать по дому, а в пять понемногу ухаживают за скотиной и выполняют нехитрые бытовые обязанности: моют посуду, наводят порядок. Странно смотрелся на руках у матери подросший пацан.

- Простите, - женщина подалась чуть левее, пропуская меня и Рагнара.

А я смотрела на мальчика, не в силах оторваться, что-то в его облике казалось неправильным, будто сломанным. Подняла руку, призвав Ингуз, волшебный знак точно рентгеном просветил голову мальчишки, и я увидела чёрную руну Хагалаз в Виллизиевом круге, скоплении сосудов в основании головного мозга, она словно перекрывала сеть артерий, нейронные клетки гибли, и мальчик стал почти слабоумным, сейчас он, должно быть, и двигался-то с трудом.

- Я могу помочь твоему сыну, - женщина и ребёнок были так похожи, что не осталось сомнений: передо мной его мать.

- Ты лекарь? – на лице женщины мелькнула лишь тревога, видимо, она не единожды пыталась лечить сына.

- Эриль, - коротко ответила ей, протянув руки к мальчику.

Мои манипуляции с руной остались незаметными для глаз окружающих, женщина глянула на Гуннара, должно быть, она его супруга, я обернулась к кузнецу:

- Доверишь мне сына?

Мужчина подошёл ближе:

- Не дари нам напрасной надежды, мы с Кэрри пытались лечить его много лет.

- Как давно он болеет? – опустилась на невысокий чурбачок, усадив мальчика на колени, тот прижался ко мне без страха.

- С года, - ответила Кэрри, - упал во дворе с лестницы, сначала ничего, но с каждым днём становилось только хуже. Теперь он узнаёт лишь меня и Гуннара, почти не ходит и чужих, как и родных, к себе не подпускает.

- Его болезнь не от травмы, - покачала головой, - вижу чёрную руну у мальчика, она и губит его. Кого вы обидели, что вам так жестоко отомстили? – я посмотрела на старика, несдержанного на язык, но тот отвёл взгляд.

Допытываться не стала, не моё дело.

- Ты сможешь ему помочь? – Кэрри опустилась рядом со мной, поглаживая сына по спине.

- Попробую, не видела прежде такого.

Мать переглянулась с Гуннаром, и тот кивнул:

- А вдруг…

Я тихо говорила мальчишке какие-то глупости, чтобы успокоить, взяла его голову двумя руками, думая, как не повредив, убрать чёрную руну. Один знак может и не справиться, несколько лет прошло, болезнь прогрессирует. Тогда, решившись, призвала Лагуз, она ведь не только руна воды, но и течения в целом. Поток моей энергии потёк через голову Свейна, не причиняя боли, мальчик прикрыл веки расслабившись. Хагалаз дрогнула и будто начала таять, истончаясь на глазах. Прошло минуты три, а на лбу у меня и над верхней губой выступили капельки пота, руки едва заметно подрагивали, чёрная руна исчезала, но при этом мои силы тоже таяли. Последние тёмные точки исчезли, тогда пришёл черёд Ингуз, поправить то, что было искалечено. Перед глазами замелькали мушки, так тяжело мне ещё не приходилось при лечении. Я тряхнула головой, удерживая себя в сознании, которое так и норовило скользнуть в блаженную тьму. Сама не заметила, как начала заваливаться набок, но Рагнар успел подхватить.

- Криста, осторожней!

- Осталось немного, - я не знала, просто чувствовала, когда процесс завершён.

Так и сейчас, Ингуз рассеялась золотыми искрами. Прижимая к себе мальчишку, который был в забытьи, облокотилась на брата, переводя дух.

- Можно мне воды?

Кэрри выбежала во двор, притащив целый кувшин, я жадно напилась, придерживая Свейна одной рукой. На мальчика пролилось немного влаги, и он встрепенулся, сел, поглядывая на меня с любопытством.

- Мама, кто это? – малец, схватился за руку Кэрри, слезая с моих колен.

Женщина замерла, а потом прижала Свейна к себе:

- Сынок, узнаёшь меня?

Мальчишка удивлённо посмотрел на неё:

- Конечно, ты моя мама. Папа, что с ней? – обернулся он к Гуннару.

- Ничего, - кузнец опустился рядом с женой, заключив в объятья её и Свейна, - мы просто соскучились по тебе, сынок.

- Есть хочу, - мальчишке быстро надоело сидеть на руках.

- Сейчас, сейчас, мой родной, - поднялась Кэрри, утирая слёзы, - Рагнар, и вы идёмте со мной.

Великан подхватил меня на руки, пронёс через двор и опустил на скамью в большой кухне дома кузнеца. Кэрри смешала мне что-то в кружке:

- Выпей, станет легче.

Я глотнула, горло обожгло, но вскоре в желудке приятно потеплело, усталость немного отступила. М-да, есть предел моим возможностям, впредь надо быть осмотрительней. Хозяйка поставила на стол пирожков и нарезанное кусками варёное мясо.

- Подкрепись, потом можешь отдохнуть в нашей спальне…

- Меня Криста зовут, - улыбнулась ей.

Мы со Свейном сидели напротив, уминая еду за обе щёки.

- Ты помнишь, что было вчера или позавчера? – спросила мальчишку.

- Да, - охотно кивнул тот, - только как будто я видел всё далеко… - он замялся, не в силах объяснить, - и не мог сам сказать или что-то сделать.

Его ответ порадовал, Свейн хотя бы помнил всё происходящее, восстановится быстрей. Жаль, нельзя продавать пилюли с рунами.

После еды стало значительно легче, от отдыха я отказалась.

- Нам надо ехать, - пояснил за меня Рагнар, - дела.

- Подождите немного, - Кэрри исчезла за занавеской, которая отделяла спальню от кухни, чем-то загремела и скоро вынесла увесистый мешочек, - этого мало за то, что ты вылечила Свейна, но больше у нас нет, - смутилась женщина.

Я была плохо знакома с местной валютой и посмотрела на Рагнара. Великан взял плату, открыл кошель, и брови его взметнулись вверх. Он выгреб половину монет, все они были золотыми:

- Мы не разбойники, забирать из семьи последнее, - протянул «сдачу» Кэрри.

Судя по лицу брата, хозяйка заплатила очень много.

Женщина помедлила, потом всё же взяла монеты:

- Ещё минутку, - и исчезла за занавеской

- Ты говорила про чёрную руну, - Рагнар глянул вслед Кэрри, - плохо дело.

- Знаешь что-нибудь об этом?

- Да, тёмный эриль был в Тримхольде и может вернуться.

- Мальчишка заболел несколько лет назад, сейчас кого-либо искать бесполезно, если ты об этом.

- Понятно, - вздохнул Рагнар, - но при желании тёмный таких дел наворотить может. Страшно представить.

- Хм. Скажи Гуннару, где мы живём, уж коли заметит кого подозрительного, пришлёт за нами в Штабедорф. Вдвоём, надеюсь, сможем одолеть тёмного. Хотя я и не знаю, какой беды ждать от такого эриля.

- Любой, - Рагнар был кроток, - потопа, пожара, мора, чумы.

- Ох, - сглотнула я вставший поперёк горла комок, - хотя бы пропробуем.

- И ты поедешь помогать жителям Тримхольда?

- А что? Люди же… Давай расспросим Гуннара, он всяко о нём больше знает.

Вышла Кэрри, протянув мне небольшой кулон:

- Это не плата, Криста. Возьми на память от меня.

Украшение скользнуло мне в ладонь. Серебристый металл, сплетённый причудливой филигранью, мягко поблёскивал, в ажурном узоре, точно капельки росы, были впаяны три камня жемчужно-серого цвета, светящиеся изнутри, прежде мне не доводилось видеть подобного, невероятно красивый оттенок, игра света, заставляющая камень переливаться молочно-белыми всполохами.

- Спасибо, - зачарованно глядя на кулон, сказала я, - так красиво.

- Мой дед привёз его из далёких земель, в подарок бабушке. С тех пор он хранится в нашей семье.

- Разве можно такое дарить? – я отодвинула от себя кулон.

- Криста, жизнь Свейна намного дороже, мы потеряли надежду и каждый день оплакивали его судьбу. Не стало бы нас, и сын оказался бы никому не нужным. Старшие дети, возможно, и будут ухаживать за дурачком-братцем, а долго их жёны и мужья будут терпеть лишний рот? Бери, не обижай меня отказом.

Кэрри сама взяла кулон и застегнула тонкую цепочку у меня на шее, маленький медальон скользнул под одежду.

Свейн убежал играть во двор, мать проводила его радостным и немного напуганным взглядом:

- Не верится, что теперь он здоров, - улыбнулась Кэрри, - Рагнар, вы прибыли к нам с каким-то делом?

- Да, - великан замешкался, - только Криста теперь не хочет вести никаких дел с Ульваром.

- Мой свёкор слишком скор на расправу, - в глазах Кэрри метнулись молнии, - и на обвинения тоже. Расскажи мне, подсоблю, чем смогу.

- Собственно, это мы вам хотели помочь, - усмехнулся брат и выложил историю про уголь.

Кэри качала головой, всё больше хмурясь:

- Ульвар никогда не мог придержать язык за зубами, Гуннар стал бы кузнецом конунга, если бы не его сварливый отец. Оставьте ваш товар мне, я сама разнесу его по другим кузням, за деньгами придёте завтра. Назовите свою цену.

Рагнар с Кэрри обсудили сделку, и мы вышли на улицу, где нас ждали Гуннар и Ульвар, не решившиеся войти в дом. Старик подошёл ко мне, не сводя глаз с бегающего по двору внука, и опустился на колени:

- Прости старика, госпожа, – он чуть не лбом ткнулся в землю, - годы лишили меня последнего разума.

И нет, излишней сентиментальностью я не страдала, падать в объятья Ульвара со слезами на глазах, не собиралась.

- Ты не нажил врага в моём лице, но чуть не испортил жизнь внуку, вспоминай, кого обидел в то время, когда Свейн заболел.

Ульвар развёл руками, тяжело поднимаясь на ноги:

- Столько лет прошло. Только полнится Тримхольд слухами, будто появился у нас эриль, который обижает народ. Правда-то сказать и людишки паршивые…

- Как твой язык? – не сдержалась я от шпильки, - как выглядит, где его можно найти?

- Никто не знает, да он всё больше у рынка трётся, - смиренно ответил Ульвар, - только в то время, когда занедужил Свейн, в городе много плохого произошло, люди и сами пытались разыскать чужака, только он точно змея ускользал.

- И лица никто не помнит?

- В том-то и дело, будто морок какой, - развёл руками Гуннар.

- Ты считаешь, что он снова объявился? – уточнила я.

- Похоже на то, - вздохнул старик, - не сказать, что причинил много зла, скорее гадит по мелочи.

Рагнар покачал головой:

- А хирдманы вашего конунга не пытались его поймать или прибить на крайний случай? - Рагнар присел на скамью, обдумывая новости.

- Да как его ловить?! – возмутился Ульвар, - лица никто не помнит, точно тебе говорю, это тот чёрный эриль.

- Ну, такое ещё доказать надо, - скептически хмыкнул брат, - а, впрочем, мы всё равно собирались завтра на рынок, там и поглядим. Походим в толпе, послушаем, повезёт, и сами вашего эриля повстречаем.

- Будьте осторожней, - встрепенулась Кэрри, - и наш уговор в силе, - женщина тихо пересказала про уголь мужу.

- У вас его сколько? – уточнил Гуннар.

- Три мешка, - ответил Рагнар, - его создание отнимает у Кристы кучу сил, - он подбоченился, будто сам лично отбирал для меня каждый камешек, я тихонько усмехнулась.

- Я заберу его у тебя, цена кусается, но…

Кэрри отвела мужа в сторонку и что-то тихо говорила, наверное, о щедрой оплате лечения, Гуннар согласно кивал, поглядывая на нас, потом подошёл ближе.

- Рагнар, мы возьмём камни на пробу. Разделим на две кузницы, тут неподалёку мой свояк живёт. Если уголь будут гореть также, как и тот, что вы показывали, то привози нам свою диковинку.

- Чем больше положишь в костёр, тем жарче он будет, - подсказала я кузнецу, - только сам уголь разгорается плохо, ему дрова нужны. Можешь разжечь несколько поленьев, а потом добавлять камни. Но надолго вам их не хватит.

- Оставим на срочные заказы, там и платят больше, - усмехнулся Гуннар, - приходите завтра вечером, заберёте деньги и расскажете, что удалось узнать на рынке.

Ударив по рукам, мы отправились к ближайшей таверне, где можно было снять комнаты на ночь.

***

Проснулась я на узкой постели с отличным тюфяком, его «начинка» из душистой соломы навевала на меня всю ночь сны о лете, а за ними и благодушное настроение.

Небольшая таверна, стоящая в гуще невысоких однотипных домиков, была на удивление чистой и уютной. Внизу на первом этаже располагался маленький кабачок: деревянные столы и скамьи, на стенах развешаны светильники, а с потолка спускаются пучки трав, даря помещению, даже зимой, аромат цветущего луга. Румяная подавальщица носила из кухни заказанные посетителями блюда, и каждое из них окутывал такой вкусный запах, что люди невольно поворачивались вслед симпатичной девушке, ожидая и предвкушая свои заказы.

Я ополоснула лицо в тазу, пальцем почистила зубы, как мне не хватало пасты и щётки. Надела штаны и рубаху, повязала на лицо шарф, подхватила плащ: теперь можно идти. Оглядела спаленку, даже жаль было покидать её. Небольшая, чистая комнатушка с самой простой мебелью была в разы уютней, чем наш холодный дом. В камине подёрнулись пеплом алые угли, хозяин не экономил на дровах, и служанка протопила комнату на совесть.

По узкой лестнице спустилась во двор, вход в таверну был только с улицы. Отворила дверь, осматривая зал, Рагнар уже предусмотрительно занял нам самый дальний столик, чтобы я могла спокойно поесть, не привлекая любопытных взглядов.

Махнув рукой, поспешила к друзьям, на столе уже стояла тарелка с хлебом и кувшин кваса.

- Как спалось? – улыбнулся Рагнар, пропуская меня к стене.

- Бесподобно, - я зажмурилась, вспоминая приятную ночь, - и всё же нам надо строить другой дом, эта избушка… Там темно, сыро, холодно, отовсюду дует.

- Мы ещё и платы получить не успели, а ты на дом замахнулась, - усмехнулся брат.

- Пф-ф-ф, заработать – так миллион, полюбить – так короля! - безжалостно исковеркала я пословицу.

Рауль сверкнул глазами:

- Кузнецы уже всё у нас скупили, значит, товар им пришёлся по душе.

- Взяли они скорее из благодарности, - покачал головой Рагнар, - даже если бы наш разговор вчера прошёл в мирном русле, Ульвар сторговался бы на полмешка и не больше. А потом, когда мы ещё выберемся в Тримхольд.

- Не, не, не, - мотнула головой, - тут я с тобой не соглашусь. Чего они там посмотрели? Как горит один камушек? Погоди, когда «распробуют», сами за заказами побегут. Жар от угля больше и дольше держится по времени, расход его, по сравнению с дровами, меньше. Равномерность прогрева намного улучшит качество ковки.

Дальше в тему я углубляться не стала, заметив вытаращенные глаза Рагнара и Рауля.

- Что? Я же наблюдала, как горит уголь, сколько с ним костров жгли. Кстати, надо и домой натаскать, а то сами дровами топимся.

- Кхм, - прокашлялся великан, избавляясь от застрявшей в горле крошки, - я уж думал, ты с помощью рун всё это смотрела.

- Ну не без того, - приврала я, откуда у деревенской девчонки познания о незнакомых камнях.

- А тёмного пойдём искать? – Рауль уже отвлёкся от темы, душа юноши-непоседы требовала подвигов и приключений. Вчера мы рассказали ему об истории Свейна, и парень загорелся изловить злобного эриля.

- На рожон не полезем, - убавил его пыл Рагнар, - да и вряд ли это тот же самый, какой-то прохвост народу головы дурит, а люди и выдумали невесть что.

Перед нами поставили три тарелки горячей мясной похлёбки с репой и ячменём, мы бодро заработали ложками. Супчик был очень вкусным, к тому же нам с Раулем не терпелось увидеть знаменитый рынок.

Толчея и гомон окутали нас сразу, как мы вышли со двора таверны, я крепко вцепилась в локоть Рагнара, боялась, меня попросту унесёт толпой.

- Здесь так всегда? – спросила я у брата.

- Нет, обычно народа больше, - хохотнул он.

У рынка маняще пахло свежей сдобой, которую разносили на лотках, но наши желудки были полны, и мы прошли мимо. Торговые ряды, как и сам Тримхольд, располагались кольцами, в центре же стояла небольшая избушка смотрителя, который выдавал разрешение на торговлю и решал все дела на рынке. Сидя, как паук в центре паутины, смотритель, заручившись за мелкую монету помощью мальчишек, мгновенно узнавал всё, что творится в его вотчине.

В первые секунды меня оглушило и ослепило. Шум, гам, грохот колёс, блеск стекла, серебра и украшений. С рыбных рядов потягивало ощутимым малоприятным душком. А выбор товара… Тут, кажется,собрано всё, что было в этом мире.

Рагнар шёл медленно, чтобы мы с Раулем могли рассмотреть товары, соседство с великаном избавило нас от назойливых торговцев, те просто не решались затягивать меня или парнишку к своим лавкам. Одеты мы были скромно, но это никого не останавливало. Да и как я заметила, люди старались не сильно кичиться здесь своими деньгами. А богатеи Тримхольда покупали одежду, еду и всё остальное в магазинах, где и цены выше, и сервис лучше.

Перед выходом я поставила, как и вчера, защиту от воришек, интересно было посмотреть, как она сработает. Специально попросила Рауля, привязать кошель, куда он сунул несколько мелких монет, так, чтобы тот был на виду. Стоило нам зайти поглубже в ряды, как один из юрких оборванцев, шныряющих по рынку, вскрикнул, привлекая наше внимание, замахал рукой, точно от ожога и заскулил:

- Жжётся! Ай-яй-яй!

Рагнар схватил его за шиворот:

- Позарился на чужие деньги? Будешь знать, как воровать. Это был кошель с заклятьем, теперь так будет всегда, как только ты попробуешь что-нибудь украсть, - ухмыльнулся он своей самой зверской улыбкой.

- Не надо, дяденька! – заверещал пацан.

- Работать нужно, а не у людей последние гроши воровать, - великан опустил мальчишку на землю и слегка наподдал под зад, придавая ускорение.

- Эк ты его, - рассмеялся Рауль.

- Ничего, научится честным трудом зарабатывать. Тут на рынке для всех дело есть, главное, не лениться.

Моё внимание привлёк прилавок ювелира, который охраняли два здоровенных мужлана. Ну какая девушка устоит перед украшениями? Браслеты с самоцветами, кулоны, серьги, восхитительные парюры из золота и серебра.

- Для невесты подарок ищешь, хе-хе? - раздался дребезжащий голос, и из тени прилавка вынырнул пожилой, но ещё крепкий мужчина.

Я смутилась, после нашего похода на Костяной хребет сильно отощала и всё никак не могла «наесть» былые объёмы, и то, к слову сказать, не слишком аппетитные и до этого. В мужской одежде меня все принимали за молодого парня, даже грудь не приходилось утягивать, рёбра и то больше торчали.

- Н-нет, так смотрю, - пробормотала я, отходя от прилавка.

Рагнар задержался, брат заметил, что моё внимание привлёк небольшой простенький браслет из сардоникса. Мне всегда нравился этот камень разнообразием расцветок, яркими контрастами. Великан заслонил собой прилавок и что-то тихонько говорил ювелиру, мне даже подслушать не удалось.

Развернувшись, он пошёл дальше как ни в чём не бывало. Я вздохнула и поплелась следом. Конечно, могла бы и попросить Рагнара купить красивый браслет, но мне, итак, было неудобно перед ним, в последнее время я жила в основном за его счёт, и сейчас великан оплатил наше проживание и питание.

Даже в морозный день среди толпы стало жарко, я потянула Рагнара в сторону, где стоял лоточник с кувшинами кваса и воды. Проходя мимо ещё одного торговца золотыми украшениями, заметила возле прилавка странного человека, вокруг него мерцала аура «включённой» руны, какой, мне разобрать не удалось. Мы отошли к лотку с напитками, я быстро рассказала о странном мужчине Рагнару.

- Это и есть наш пройдоха, - кивнул брат, - эрилей не так уж и много, вряд ли их тут бродит два.

- Ульвар не сказал, как он обманывает людей.

- Потому что не знает, - усмехнулся Рагнар, - слухов может ходить много, а вот какой из них правдивый, сам Хердин не разберёт. Подберёмся поближе?

Это было несложно, возле прилавка толпился народ, рассматривая затейливые цепочки, серьги, фибулы, перстни и многое другое. Мрачноватого вида коренастый лысый здоровяк с коротким мечом в руке, охранял прилавок от воришек.

- Ты иди к торговцу поближе, - кивнула Рагнару, - а мы попробуем подобраться с краю, послушаем, что там происходит.

- Будь осторожней, - сказал брат, направившись вперёд, раздвигая толпу, точно ледокол айсберги.

Мы с Раулем постарались подобраться к странному мужчине, но о чём тот говорил с торговцем, глаза которого блестели, как будто он заключил сделку всей своей жизни, разобрать не могли.

Рагнар заметил наше замешательство и решил действовать. Он бочком-бочком приблизился к незнакомцу и схватил его за руку, тут и мы подоспели.

- Что ты творишь? – возмутился торговец негромко, не привлекая излишнего внимания.

- О чём вы договорились? – спросил великан.

- Не твоё дело, воин, - ответил незнакомец, ещё глубже надвинув капюшон; в руке он держал небольшой мешочек.

- Возмутительно! – рассердился торговец, - иди, куда шёл.

- Он использует магию рун, - Рагнар подтащил незнакомца поближе к прилавку, - уверен, что ваша сделка честная?

Торгаш встрепенулся:

- Этот человек предлагал мне купить песок из кузни Олдарда, который ещё находят на берегах священной реки Гулльвинг. Смотри сам, - мужчина протянул ладонь, на которой лежали золотые крупинки. Они были необычными, словно крошечные искорки, высеченные из самого солнца. Даже в тени прилавка, переливаясь медовым сиянием. Тяжёлый песок перекатывался на ладони маслянистой волной, и стоило лучу солнца попасть на него, вспыхивал золотым светом.

- Это обман, - я подошла вплотную к незнакомцу, который даже и не думал вырываться, ему лишнее внимание тоже ни к чему.

- Эй, - возразил он, - всё по-честному, кто ты, чтобы обвинять меня в обмане?

- Эриль, - спокойно ответила незнакомцу.

Лицо торгаша вытянулось, алчный блеск в глазах померк:

- Но… гляди же сам! – хозяин лавки тоже принял меня за парня.

Песок потёк в мою ладонь, он был тяжёлым и горячим. Я призвала Лагуз, как поток чистой силы, смывающей морок, лёгкая волна волшебства колыхнулась вокруг нас. Золотые крупинки померкли, превращаясь на моей ладони в придорожную пыль. В толпе с какой-то старушки сорвало парик волной от руны, резвая бабулька кинулась за улетевшей шевелюрой, а зеваки, уже собирающиеся вокруг нас, отвлеклись неожиданной забавой. Что ж, и её руна вывела на чистую воду.

- Жулик! – взвизгнул торгаш, его охранник, наперевес с мечом, мигом пробрался к нам.

- Сам не лучше, - огрызнулся незнакомец, которого так и держал Рагнар.

Хозяин лавки поперхнулся воздухом, открывая рот, как рыба:

- Каков наглец! – выдавил он из себя, - чуть не лишил меня заработка. Спасибо тебе, добрый человек, - поклонился мне торговец, - спас от этого проходимца.

- Твоё золото ничуть не уступает моему, - незнакомец подбоченился и не думая молить о пощаде.

- Объясни, - потребовал Рагнар.

Мужчина схватил с прилавка роскошную фибулу и протянул её великану:

- Ломай!

- Эй! – торгаш вцепился в свой товар, - с ума сошёл, только тронь, будешь платить как положено!

Охранник грозно зыркнул на брата, не решаясь вступать в схватку, оценив мощь великана.

Рагнар пожал плечами:

- Дождёмся смотрителя, уж он разберётся, что к чему.

- Н-не нужно, - вдруг заблеял торгаш, - идите себе с миром.

- А что так? – спросила я, взяв фибулу из рук брата.

Украшение выглядело как настоящее. Я нашла мелкую деталь и согнула её несколько раз в разные стороны, отмахнувшись от недовольного торговца. Слова незнакомца звучали слишком убедительно. Деталька отломилась, и мы увидели, что фибула на самом деле из меди и лишь сверху покрыта слоем золота.

- О как, - усмехнулся Рагнар, - тут у нас два мошенника.

Торгаш побелел, заозирался кругом, не видел ли кто его конфуза и зашептал:

- Я дам вам золота, только уходите и этого заберите с собой.

- Собирай свой товар, и чтобы духу твоего не было в Тримхольде, иначе все узнают, как ты дуришь народ, - Рагнар наклонился ближе к торговцу, - да поживей! А этот, - повернулся брат к незнакомцу, - идёт с нами.