Глава 30

Марта

После отъезда Эдгара и странной вспышки его гнева, время будто замедляется или вовсе исчезает. Я настолько погружена в таблицы, графики и цифровые сводки, карты логистики, что даже не замечаю который час.

На автомате включаю лампы, когда в рабочей каюте становится темнее. Свет ламп немного утомляет глаза, но оторваться всё равно невозможно от изучения документов. Наконец-то перед глазами начинает складываться общая картина. Все странности в документах по эмбракситу связываются понемногу в логичную цепочку. Пока в ней полно обрывов и запутанных мест, но то, что это не случайная небрежность при оформлении документов — однозначно понятно.

Именно в этот момент в дверь каюты стучат, затем она открывается, и раздаётся  мягкий голос:

— Леди Марта, прошу прощения за беспокойство.

Я вздрагиваю, оборачиваюсь. Так погрузилась в размышления, что посторонние звуки раздаются неожиданно, заставляют словно очнуться и встряхнуть головой, чтобы осознать, кто пожаловал.

Профессор Аргат Терволен.

Как всегда — нарядный, утончённый, с широкой сияющей улыбкой.

— Профессор? — откладываю свои бумаги и выдавливаю учтивую улыбку: — Что-то случилось?

— Скажете тоже, леди марта! Напротив: всё великолепно! Я как раз завершил настройку одной очень интересной экспериментальной установки в инженерной каюте. И мне хотелось бы… пригласить вас взглянуть. Вы ведь не откажете профессору? Обещаю, она на вас произведет впечатление.

— Зачем? — спрашиваю я осторожно. Он будто бы и вежлив, и учтив, но… я знаю, что Бархаг относится к нему с опаской. И мне теперь уже тоже хочется быть осмотрительней.

Правда, иногда мне кажется, что опасения Бархага носят какой-то собственнически-ревнивый характер, но я стараюсь гнать эти мысли из головы. Кто я, и кто Бархаг? Не может быть, чтобы он так ценил меня.

— Структура вашего магического дара, пожалуй, я могу это утверждать со всей уверенностью. Так вот, она уникальна, — продолжает он, слегка склонив голову. — Я заметил это с первого дня. Сегодня мне представился редкий случай. Можно сказать редчайший! В мое распоряжение попал образец эмбраксита. Я не прошу чего-то сложного. Просто… подержать руки на стекле капсулы. Это не больно. Не опасно. Но это может дать ценнейшие данные.

— Эмбраксита? — я почти как гончая собака, готова сделать “стойку” на это слово. — А где вы его взяли? Ведь раннее вы проводили массу опытов и тестов, но эмраксита в них не припомню.

Профессор сверкает глазами, явно отметив мою осведомленность, чуть досадливо морщится, но тем не менее отвечает:

— Получил на ближайшей стоянке. Не волнуйтесь, леди Марта! Эмбраксит довольно редкая и чрезвычайно ценная штука, чтоб можно было предполагать, что его можно добыть незаконно, да еще и устраивать с ним опыты на пароходе, принадлежащем мистеру Моггарну. Так что всё законно и на всё есть документы!

Он говорит это так уверенно и спокойно, что моя шевельнувшаяся было подозрительность сладко засыпает и видит сны. Да и смелости спросить у приятеля мистера Моггарна и профессора магакадемии, чтоб он показал документы на эмбраксит, у меня явно не хватит.

Так что я интересуюсь другим:

— А если что-то пойдёт не так? — не могу не спросить. — Ведь эмбраксит очень мощный магический минерал.

— Я же не безумец, Марта. Всё под контролем.

Он улыбается. Широко и убедительно. И всё же — что-то в его голосе отзывается во мне тревогой. Но я киваю. Пока Профессор нахваливает мои знания:

— Все-таки, леди Марта, для юной девушки, не обучавшейся в магической академии, вы невероятно хорошо осведомлены. Просто аплодирую вашим познаниям!

Я лишь склоняю голову в знак то ли благодарности за комплимент, то ли согласия с его словами. Дело в том, что не рассказывать же ему, что еще неделю назад и знать не знала, что такое эмбраксит. А до настоящего разговора и не подозревала, что это редкий минерал, который на счету.

Поэтому я напускаю на себя крайне озабоченный вид, и сведя брови решаюсь:

— Хорошо. Только на несколько минут, у меня правда очень много работы. И только если точно безопасно. Мистер Моггарн…

— Марта, что вы обо мне думаете? Конечно безопасно! Тем более, я знаю, как Бархаг ценит свою личную помощницу, коей вы являетесь!

Профессор рассыпается в витиеватых благодарностях, словно заполучил не просто зрителя и участника эксперимента, а будто уговорил Луну спуститься с неба.

Когда я вхожу в основную лабораторию спустя полчаса, я невольно замираю: всё выглядит иначе. Это не тот порядок, к которому я привыкла. Здесь что-то новое. В центре стоит сфера из стекла, внутри которой кристалл, пульсирующий мягким голубым светом. Рядом с ним сложная система рам и рунических контуров, переплетённых медными жилами. От них струится тепло. Воздух будто чуть звенит от насыщенности магией.

— Красивая установка, — признаю я, подойдя ближе, заглядываю внутрь на магический  минерал сферы. — Это и есть тот ваш эмбраксит?

— Он самый. Мощный источник магической энергии. Совершенно безопасный… если с ним обращаться правильно.

— И я должна…?

Смотрю на него вопросительно, не понимая зачем ему моё участие? И почему нужно было проводить эксперимент на борту “Олимпии”?

— Просто положите руки на стекло. Вот так.

Он показывает, как расположить ладони. Я повторяю его движение, ставлю ладони на прохладную поверхность. Чувствую, как магия слегка щекочет пальцы. Странное ощущение, но не неприятное.

— Начинаем, — произносит мистер Терволен почти торжественно.

Кристалл внутри пульсирует. Я чувствую, как он словно «вслушивается» в меня. Лёгкое давлениие постепенно нарастает, словно… что-то тянет.

— Профессор? Он слишком быстро разогревается.

— Всё в порядке, Марта! Почему вы такая паникёрша? — с усмешкой пытается он меня усовестить.

И ему почти удаётся. Но вскоре сфера разогревает почти до нестерпимой температуры. Волна энергии обрушивается на меня, толкает меня с места, отбрасывая на несколько шагов назад. Я налетаю спиной на дверь каюты, больно ударяясь. Воздух выбивает из лёгких в один миг.

И я с удивлением слышу себя, словно со стороны, — как я кричу.