Глава 4

Вспышка фотоаппарата бьёт мне прямо в глаза.  Я моргаю, ослеплённая, не сразу понимая, что происходит. Воздух разрывается от криков:

— Мистер Моггарн! Кто эта девушка?

— Она Ваша невеста? Мистер Моггарн, представьте свою невесту публике!

— Леди! Посмотрите сюда! — Я не сразу понимаю, что этот выкрик мне адресуется.

Потому что как завороженная гляжу на орка. То есть, мистера Моггарна. Фамилия кажется смутно знакомой, но мозг в шоке и отказывается выдавать нужную информацию.

Орк крепко держит меня в своих руках. Смотрит на меня, даже не поворачивается на вспышки камер и выкрики.

Долго. Слишком долго.

Пристально. В потемневших глазах что-то горячее плещется, тяжёлое, расплавленное. Может быть у всех орков так? Никогда не видела орка там близко. Да еще чтобы он смотрел на меня так. Будто он где-то в глубине моих глаз надеется прочитать, о чем я думаю. Или внушить мне свою мысль.

Я чувствую, как у меня дрожат пальцы, которыми я вцепилась в его рукав. Мышцы тела все сводит от напряжения.

Полулежу в объятьях орка. На виду у всех. Гарантированно: завтра это скандальное фото обойдет все газеты.

У меня кружится голова от ужаса. Не так я себе представляла свое бегство! Это не бегство — это провал! Просто крест на всех моих и без того призрачных планах

Мужские руки с легкостью придают мне вертикальное положение, и, словно нехотя, отпускают. Спине сразу становится холодней без прикосновения горячих огромных ладоней.

Но это только снаружи. Внутри у меня горящей лавой разливается предчувствие беды. Завтра на первых полосах можно будет лицезреть меня в неприличной близости — в общем-то в руках! — орка.

Перед глазами проносится, как мой отец получает утреннюю прессу. Реакция Клариссы. Графа Лоренгхайма… Все увидят. Все узнают. “Падшая дочь разоренного графа Деворо в объятьях орка”.

Я сглатываю и забываю, как дышать, представляя огромные буквы кричащих заголовков.

После такого я не то что никогда не выйду замуж, я даже самую грязную работу не найду. Леди не может оказаться так близко к мужчине, если только это не ее муж, или жених. Или… или… В голову ничего не приходит. Правила строги и никаких исключений! Никогда!

Мистер Моггарн слегка поводит бровями, уголок его губ кривится в еле заметной усмешке (если мне это не показалось, конечно).

Он одним почти неуловимым движением задвигает меня за спину, выступая чуть вперед передо мной. Закрывает меня своим телом от ушлых репортеров. Как они только добрались сюда так быстро? И ведь не было ни одного, пока надо было спасать пассажиров.

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Фотоаппараты щёлкают со всех сторон. Я сжимаюсь, будто меня окружила свора собак, готовых растерзать. Я хочу спрятаться, исчезнуть. Просто провалиться сквозь землю!

— Это моя помощница. Личная!

Моя… кто?

Мозг спотыкается. Что он сказал? Помощница? Кто?

А толпа уже взрывается:

— Помощница?! Мистер Моггарн!

— Как вас зовут, мисс? Посмотрите сюда, улыбнитесь!

Репортеры пытаются пробраться за спину орка, чтобы хорошенько меня разглядеть. И сделать фото, а вдобавок — взять интервью.

Он разворачивается, бросая мне, едва повернувшись:

— Следуйте за мной! — И шагает в толпу репортеров.

Меня качает от ужаса, но мистер Моггарн даже не замечает. Или замечает, но ему всё равно.

— Мистер Моггарн! Что вы скажете по поводу причин катастрофы? — Летят на нас со всех сторон вопросы журналистов, стоит нам сделать первые шаги.

И только голос орка, низкий и гулкий, заставляет разом всех замолчать.

— Причины крушения будут установлены после тщательного расследования, — кратко сообщает он.

Слегка поднимает руку, требуя тишины, и журналисты замирают, почти по стойке смирно. Даже я ловлю себя на том, что задерживаю дыхание.

— Все пострадавшие получат компенсацию, — продолжает он. — И необходимую помощь. Уже сейчас людей расселяют по гостиницам. Лекари осматривают каждого пассажира. Никто не останется без поддержки.

Моггарн чуть наклоняет голову, и от этого простого жеста репортёры словно осекаются. И больше не следует ни одного вопроса. Они просто слушают, что им скажет этот исполинский мужчина, возвышающийся над толпой минимум на пол-головы:

— Вы всё узнаете первыми, когда мы закончим расследование. А сейчас я приношу свои извинения. Но ни у меня, ни у моей помощницы сейчас нет времени на беседы. Мы оба заняты делом. Поэтому больше никаких интервью.

Он разворачивается ко мне:

— Идём, — бросает  негромко, но так, что не послушаться невозможно.

Да и, честно сказать, я и бы даже не подумала оставаться на месте, окруженная журналистами, без спокойной уверенности мистера Моггарна. Так что торопливо шагаю за ним.

Но едва держусь на ногах. Спотыкаюсь, каблук туфли застревает между камней, и орк, не замедляя шага, буквально подхватывает меня, ставя рядом с собой.

Невозмутимо идет вперед, увлекая меня за собой. Его ладонь ложится на мой локоть, слегка придерживая. Словно защищает от падений и прочих неприятностей.

Щёлк. Щёлк.

Последние вспышки. Последние заголовки, что завтра украсят первые полосы газет.

Я прячу лицо, делая вид, что поправляю шляпку. Он ведёт меня так, будто я действительно его помощница, привычная идти следом за хозяином.

Что ж! Я тоже могу сыграть эту роль. Главное побыстрей убраться отсюда. А потом… потом уже думать, что же теперь делать дальше.

Через через несколько минут мы оказываемся у огромного черного автомобиля. Водитель услужливо распахивает дверцу перед мистером Моггарном. А я ищу глазами, куда же мне идти после того, как магнат усядется в свое роскошное авто и укатит прочь.

Но только идти мне, кажется, никуда не потребуется. Мужчина кивком головы указывает мне в салон и произносит с едва заметным поклоном (и сильно заметной усмешкой):

— Леди вперёд. Прошу вас!