9

Егор

— Егор Владимирович, что-то случилось? — поворачивает голову водитель, когда я сажусь на заднее сидение возле Анны.

— Пока нет. Но боюсь, что случится, — расстёгиваю свое пальто, одной рукой тяну Крылову ближе к себе и обнимаю.

Она не сопротивляется, но и не очень-то отвечает взаимность. Водитель заводит двигатель, и машина с ревом трогается с места.

— Что случится? — испугано спрашивает моя девочка, но я в очередной раз игнорирую ее вопрос.

— Жень, — обращаюсь к парню за рулем, — набери Олега, пусть отправит пару ребят сюда. Одного человека надо будет домой проводить?

— Кого? — уточняет он, глядя в зеркало заднего вида.

— Константина Котова, — уточняю так, на всякий случай. — Олег его знает.

— Егор, объясни теперь, пожалуйста, мне. Я не ничего понимаю, — возмущенно произносит Анна и двигает свою пятую точку в сторону подальше от меня.

Тяжело нам будет девочка. Задору в тебе много.

— Что тебе объяснить? — складываю руки на груди.

— Все, — дует губы.

Да-а… смешно, наверное, выглядит со стороны. Котенок решивший шикать в сторону льва.

— Партнера Котова по игре зовут Сергей Хабаров. Бандит из девяностых. В свое время на нем висело около десятки криминальных дел. И убийства, в том числе. Но по воле божьей или нашего справедливого «суда», Хабаров каким-то чудо избежал зоны. И даже влез во власть. Накопил себе состояние и сейчас у него легальный бизнес. Бизнес новый, а связи и методы старые. Он представитель того поколения, которое не терпит унижения и неуважения к себе. Серьёзные люди тех времен привыкли решать вопросы своим привычным для них способом, — я приоткрываю окно, достаю сигарету и подкуриваю ее. Надеюсь, я прояснил тебе ситуацию?

Глубоко втягиваю горький дым.

— Не совсем, — смотрит обижено так, прям принцесса Анна. — А Котов тут причем?

Выдыхаю серое облако в окно и делаю очередную тягу.

— Котов был лучшим студентом МГУ на курсе факультета вычислительной математики и кибернетики. Ездил по разным конкурсам и олимпиадам. Выигрывал различные гранты на бесплатную учебу за границей. И все бы ничего, у него появилась губительная страсть — азарт. Он за всю свою жизнь ни разу не проиграл ни одной карточной игры. С ним редко кто садиться за один стол. Даже самые профессиональные игроки избегают его. Но Хабаров не такой. Он решил всем показать и доказать, что он не трус. Так сказать, поднять свое эго. А может и самому себе решил что-то доказать, поди разбери, что у него в голове. — Поднял? — спрашивает, глядя мне в глаза.

— Сама видела. Если Хабаров проиграет Косте свой банк, он ему это не простит. Будет задето его самолюбие. Все будут ему сочувствовать. А кто-то насмехаться. Он не выдержит этого и будет действовать проверенными методами.

— Он его что… его убьет? — испуганно, в голос произносит правильные догадки.

Какая проницательная девочка.

— Не знаю. Надеюсь что нет. По крайней мере сегодня. Я постараюсь не допустить этого. А там пусть дальше сам разбирается. Взрослый мальчик, — тушу сигарету и выбрасываю окурок в окно.

— А почему ты ему помогаешь? Он же не просит тебя об этом?

Как-то очень много правильных вопросов вылетает из этого симпатичного ротика.

— Я знал его отца. Мы дружили. Хороший был мужик.

— Почему был? — хлопает на меня длинными ресницами.

— Он умер несколько лет назад от онкологии. Долго болел. Котов младший унаследовал бизнес. Парень вроде бы и толковый, но до игры — больной.

Жалко дурака! Иметь такие мозги и так нелепо ими пользоваться.

— Понятно, — Аня тяжело вздыхает и отворачивает голову в сторону окна. — Никогда не думала, что бандиты еще существуют.

— Они существуют, птичка моя. Просто, перешли в другой уровень и имеют другие статусы, — я снова притягиваю ее к себе.

Она поворачивается ко мне и задумчиво смотрит.

— А ты? Ты тоже как они? — спрашивает прямо в лоб, да еще и с такой детской непосредственностью в глазах.

Вот женщины?! Зачем вы задаете вопрос, ответ на который вас может огорчить?

— Я?! — иронично вскидываю брови. Я честнейший человек, — говорю с такой уверенностью, что сам себе готов поверить. — И в девяностых сам еще был ребенком. Я представительно нового поколения.

Смотрю в зеркало и вижу кривую улыбку на роже водителя.

— Зачем тебе тогда столько охраны?

Вот интересно, вопросы в ее голове когда-нибудь заканчиваться?

— Моя охрана меня бережет от этих вот самых бандитов. Правда, Жень? — спрашиваю и хлопаю воителя по плечу.

— Конечно шеф, — Женя хмыкает и ехидно улыбается, не отвлекаясь от дороги.

Когда мы возвращаемся домой, Аня продолжает сторонница и смотреть на меня волком. Так происходит на протяжении часа, пока мы переодеваемся, моемся и готовимся ко сну.

— Что? — я не выдерживаю первым, когда она ложиться на кровать и отворачивается от меня спиной.

— Ничего, — подбивает подушку под голову.

— Спрашиваю второй раз, что? — разворачиваю ее к себе и заставляю посмотреть на меня. — Ань, я не экстрасенс и догадываться не люблю. Что не так?

— Мне сегодня показалось, что ты готов был уйти с теми швабрами, поворачивается на бок.

— Анют, — подсовываюсь ближе и обнимаю, притягивая к себе, — я бы и у шел, если бы тебя не было.

— Еще они обсуждали твой туз в рукаве, — шмыгает носом, и я понимаю, что плачет.

Ее ревность просто умиляет.

—Всего-то, — меня тянет заржать, но я сдерживаю себя. — Девочка моя, — глажу ее по спине, — я никогда не был белым и пушистым. Ты пойми — мне много лет, и женщин у меня было много. Я даже их имена не запоминал. А с тобой все не так…

— Как ты ко мне относишься? — смотрит на меня мокрыми глазами.

— Положительно, — с трудом сдерживаю улыбку, которая так и тянется наружу. — И серьёзно, — добавляю для пущей уверенности.

— Честно? — вскидывает голову глядя на меня снизу вверх.

Ой, как трудно…

— Честно, — скольжу губами по мокрым дорожкам от слез. — В следующий раз если что-то не так-говори сразу, — упираюсь лбом в ее лоб. — Я старый человек. Мне нельзя нервничать. У меня сердце.

— Не ври! — Анька начинает улыбаться и льнет к моей груди. — Тебя еще и не добить.

— Ты можешь! — ощущаю резкий прилив крови к паху. — И вообще если хочешь свести меня в могилу, то лучше делай это во время оргазма.

Анна

Меня будит настойчивый поцелуй за ушком, который спустя мгновение он становиться требовательнее и спускается по шее к плечу. Мужчина запускает руки под мою одежду. Сегодня ночью мне все понравилось. Но повторять это сейчас нет никаких сил. Хотя, этого товарища, мое мнение явно не волнует. Его ласки становятся настойчивее. Губы нахальнее. А приятные слова, которые он шепчет из раза в раз попросту сводят с ума.

— Громов, что ты делаешь? — я пытаюсь вытащить его ладонь, которая уже во всю сжимает мою грудь под шелковой ночной рубашкой.

— Бужу тебя… — отвечает хриплым голосом, попутно прикусывая мочку моего уха.

Мои мозги отключаются, позволяя Егору вытворять что-то невообразимое с моим телом. И на мое удивление он лучше меня знает, что надо делать, чтобы приятно было нам обоим. Мои нервы будто оголенные провода, а сердце лупит о ребра в попытке выпрыгнуть наружу. По всему телу прокатывает волна приятного напряжения. Это отдаленно напоминает слабую щекотку. Только очень приятную, от которой томно и тепло одновременно. От этого я посильнее закусываю нижнюю губу.

— Не сдерживай себя. Не надо, — виском чувствую его горячее дыхание. — Хочу слышать твои стоны…

И я не сдерживаюсь.

Это, оказывается, безумно невероятно принадлежать мужчине и одновременно оставаться собой. Такой простой и нагой перед ним. И не просто мужчине, а именно Громову. Я будто бы нырнула на неизведанную глубину. Здесь все манит, очаровывает и пугает. Не знаю, чувствует ли он то же самое что и я. Если да. Если он испытывает те же чувства, то я, наверное, знаю, как выглядит абсолютное счастье.

— Да. Вот так, — рычит Егор. — Умничка моя, — тяжело дыша он упирается головой между моих лопаток.

Несколько толчков и его твердое, мускулистое тело содрогается во мне.

— Егор, — я ловлю его за руку и переплетаю наши пальцы, чувствуя бешеный.

— М-м-м? — трется носом о мою шею, а затем легко целует ее.

— Мне страшно… — говорю именно то, о чем сейчас думаю.

Он несколько раз тяжело выдыхает и поворачиваясь на спину садится на кровати.

— Прикольное описание нашего секса. Кхм!

Меня тянет улыбнуться.

— Я не это имела в виду, — в попытке реабилитироваться, подсовываюсь ближе и умостившись рядом ложусь головой ему на грудь. — Мне страшно, когда я думаю, что вот это все может закончиться в любой момент.

— Почему что-то должно заканчиваться? — недовольно хмурится. — Откуда такие мысли?

— Не знаю, — жму плечами. — Просто…

— Не надо об этом думать, — перебивает он.

— Ты просто не говоришь ничего. Ни о том, что чувствуешь. Ни о наших отношениях. И… — я пытаюсь подобрать правильные по смыслу формулировки, чтобы опять не ляпнуть что-то глупое.

— Я понял, — он приглаживает рукой мои растрепанные волосы. — А теперь услышь меня. Как говорили герой одного фильма: «- Я старый солдат и не знаю слов любви», — опускает руку и нежно касается моего плеча. Я не умею говорить о своих чувствах, — аккуратно проводит костяшками вверх — вниз. — Но это не значит, что их у меня нет. Насчет наших отношений, то могу тебя заверить, что до тебя в этом доме не было ни одной женщины.

— А Петровна? — рисую пальчиком круги, на его животе.

— Петровна не в счет, — отвечает с напускной серьёзностью.

— Почему это не в счет? Она еще ого-го!

— Ну, во-первых — она глубоко замужем. А во-вторых — я не в ее вкусе, — смеется. Егор

— Погоди, — нежно отодвигаю Аню в сторону и тянусь рукой до вибрирующего на тумбе телефона, смотрю на экран — охрана. — Да! Слушаю!

— Егор Владимирович, извините, что так рано. Тут к вам женщина на красном мерседесе добивается. Имя не называет, — бухтит один из охранников. — Говорит, что очень ей надо. И это… Егор Владимирович, она вроде как выпившая.

— Номер автомобиля назови.

— «А семь, пять, один, АА».

Хм! Сюрприз. Я знаю чья это машина.

— Интересно. Ну пропускай. Узнаем сейчас, что ей надо, — отключаю вызов и встаю с кровати.

— Что-то случилось? — Анна поднимается следом.

— Сейчас узнаю, — открываю шкаф, достаю джинсы. — Я на пару минут на улицу выйду. А ты пока организуй нам какой-нибудь завтрак, — вжимаюсь губами в ее висок и натягиваю через голову чёрную футболку.

— Ладно, — выскальзывает из моих рук и направляется в сторону ванной комнаты.

На улице сегодня приличный такой минус.

Я набрасываю на себя пуховик, обуваю ботинки и выхожу за ворота. Минут чрез пять возле моего участка тормозит все тот же красный мерседес. Из которого медленно выплывает Валерия.

— Привет… — в улыбке расплывается она, а я слышу запах перегара.

— Та-а-к! — морально напрягаюсь и складываю руки в замок. — Весь во внимании.

— Может, ты меня в дом пригласишь? — здесь немного прохладно, кутается она в свою соболиную шубку.

— Нет. Домой я тебя не приглашу, — у меня там уже есть одна характерная девица и ее спокойствие равно мои нервы. — Давай. Говори зачем приехала.

— Давай тогда что ли в машину сядем? Мне на улице не очень удобно разговаривать.

— Нормально, — сурово киваю. — Давай резче и по сути.

Она впивается в меня глазами.

— Егор, я тебя люблю, — нервничая выдает Валерия.

— Твою мать, Лера! — тру рукой лицо.

— Я хотела раньше об этом сказать, — сбоку лепечет она. — Еще на корпоративе собиралась, но ты так быстро ушел. С тех пор в клубе и не появлялся…

— Стоп. Остановись, — строго перебиваю ее.

В голове подбираю слова, чтобы не ранить ее женское самолюбие. Хотя, по правде, хочется вставить ее мозги на место.

— Егор, я…

— Ты сейчас молчишь. И больше ни слова не произносишь, — угрожающе качаю указательным пальцем. — Мы давным-давно с тобой все решили по этому поводу. И договорились, что больше не вернемся к этой теме. Я не могут упокоить тебя и дать ложную надежду. Все, что могу пообещать, так это то, что навсегда забуду об этом разговоре.

— Чем она лучше? — выдает обижено Лера и поднимает на меня блестящие от слез глаза. — Чем они все лучше?

— Кто они? — устало уточняю.

— Те, другие бабы, которых ты таскал в клуб! — ее уже видимо не остановить.

— Они просто другие, — выделяю интонацией каждое слово. — Не лучше и не хуже. А тебе нужен кто-то другой. Не я, — давлю интонацией.

— Доброе утро! — ворота за моей спиной открываются и на улице, рядом с нами появляется Аня. — Егор, тут тебе Олег звонит не переставая, — она протягивает мне жужжащий гаджет.

Утро становится все веселее и веселее.